Part 16; Obsession
Глава 16
― Что с ней? ― встревоженно спросил Дэвид.
Эйви уронила уже пятую кружку, но продолжала мечтательно улыбаться. Она будто отсутствовала, находилась в прострации.
Парней очень беспокоило ее состояние. Дэвид пытался несколько раз заговорить, выяснить в чем дело, но Эйви даже не поднимала на него взгляда.
― Дэвид, я думаю, что... ей ведь семнадцать. ― промямлил Лео.
― И? ― парень взглянул на друга.
― Ну... разве ты в семнадцать лет не был таким же... рассеяным?
― Рассеяным? Лео, она сама не своя!
― Я не о том. ― блондин прочистил горло. ― Ты не влюблялся?
Дэвид нахмурился.
― А при чем тут...
― Семнадцать, Дэвид. Самый подходящий возраст, чтобы влюбиться. Такое бывает. И очень часто.
Дэвид вскочил. Он взглянул на Лео гневным взглядом.
― Ты не знаешь, о чем говоришь! Она не может влюбится!
― Почему? ― не понимал Лео.
― Ты не знаешь ее... ты не можешь судить о ее жизни!
― Как раз наоборот, Брайант. Я, в отличии от тебя, смотрю на ее жизнь здраво. ― Лео коротко улыбнулся. ― Она человек. Ей свойственно влюбляться, любить, желать, расставаться. Потом плакать, грустить и снова влюбляться.
― Нет! ― рыкнул Дэвид.
Лео знал причину гнева Дэвида. Он считал, что все внимание, все существование и вся жизнь Эйви должна быть направлена только на него. Что они должны быть вдвоем в этом мире, одни. И любить должны только друг друга.
Человек, по своей природе, слабое существо. Он может любить несколько раз, предавать, причинять боль. Может притворяться, что любит. И в конце концов умирает, положив конец своему бессмысленному существованию.
А вампир создан для вечной жизни. У него впереди целая вечность.
Но вмести с таким даром, вампиру дается еще несколько качеств:
Жесткость, несравнимая ни с чем сила, скорость, обоняние, слух, чувства. И, наконец, любовь ― насколько сильная, что длиться всю эту долгую жизнь и делает свою жертву полностью безвольной, подвластной и подчиняющейся только объекту любви.
Но у такой любви был один минус ― жертва не могла делить ни с кем объект своей любви, какая бы она не была: братская, отцовская, материнская.
Для Дэвида слова Лео было громом среди ясного неба. Парень не мог поверить в то, что Эйви может любить кого-то другого настолько, чтобы совершенно забыть о существовании Дэвида.
Внезапно, в его голову пришла мысль, о которой он никогда раньше не думал. То, что может спасти и его и Эйви. То что спасет ее от боли.
― Даже не думай, Брайант.
― Да. Это именно то, что нужно. ― шепотом сказал парень.
Лео вскочил. Он схватил за плечи друга и зарычал:
― Не смей! Она не просит тебя, если узнает!
― Она не узнает.
― Узнает. Я ей расскажу.
Дэвид поднял на друга отсутствующий взгляд.
― Тогда я убью тебя.
" Внушение. ― думал Брайант. ― Это то, что поможет нам с ней. Она забудет ".
Эвелин вошла в комнату. В руках ее была ваза с фруктами. Дэвид полетел к ней, заключил лицо в ладони. Он смотрел ей прямо в глаза.
― Скажи мне, о чем ты думаешь? Что в твоей душе? ― парень помедлил. ― Ты влюблена в него?
― Да. ― отвечала Эйви, не владея собой.
― Назови мне его имя. Назови имя. ― голос Дэвида дрожал.
― Прекрати, сукин ты сын! ― Лео схватил Дэвида за шею и запрыгнул ему на спину.
Парень попятился, рыча и пытаясь скинуть блондина. Дэвид резко нагнулся и Райт упал, перевернувшись через голову. Он схватил Дэвида за ногу и потянул на себя. Брайант упал на живот, а когда поднялся, глаза его были уже красными.
От ужаса девушка вскрикнула.
― Эйви. ― предупреждающе сказал Лео, не сводя глаз с Дэвида.
Эвелин бросилась бежать. Она вбежала в свою комнату, а оттуда на чердак, где обычно пряталась, когда Дэвид злился. Она плотно закрыла дверь и забилась в дальний угол, зажмурившись.
Внизу слышался стук и треск. Разбиваются стекла, предметы. Падает посуда. Слышится крик Лео.
Эвелин вскочила и побежала к двери, но об нее что-то с треском ударилось. Девушка вздрогнула. На стеклянной двери виднелся кровавый след и темная макушка Дэвида.
― Открой мне, Эвелин. ― тяжело дыша и хрипя, сказал он.
Девушка закрыла рот рукой. Сейчас она впервые по-настоящему поняла, насколько он опасен.
― Открой!
Дверная ручка зашевелилась. Из Эвелин врырвались рыдания. Она попятилась.
Ручка сломалась . Дверь медленно открылась и в дверном проеме показался Дэвид. Руки и одежда его были в крови. Голова опущена и наклонена в право.
― Эвелин.
Парень быстро, но по-человечески, преодалел расстояние между ними. Он заключил ее лицо в ладони, смотря прямо в глаза. Эвелин зажмурилась.
― Посмотри мне в глаза!
― Н-нет...
― Смотри!
― Нет, Дэвид, нет!
― Смотри, мать твою! Смотри! ― не своим голосом орал Дэвид, сжимая голову девушки.
Эйви трясламь от страха и слез, не в силах совладать с собой. Дэвид долго молчал. Когда гнев его поубавился и он понял, что делает, парень осторожно убрал руки от лица девушки. Он прижал их к стене, расставив по обе стороны от Эвелин и опустил голову на нее плечо.
― Прости меня. Прости... ― шептал он.
Эйви начала отталкивать парня.
― Нет, пусти меня! Сейчас же пусти!
Дэвид крепко обнял девушку, уткнувшись носом в ее шею.
― Эйви, пожалуйста, не отталкивай меня...
Но Эвелин продолжала брыкаться. Она слышала болезненные стоны Лео на первом этаже и чувствовала, что должна ему помочь.
Глаза Дэвида в это время вновь налились кровью. Он ощутил волчий голод, который должен был неприменно утолить.
Запах Эйви усилится и охватил разум Дэвида. Он слышал, как пульсирует кровь, текущая по венам девушки и приближался к ее сонной артерии.
Эвелин закричала, когда острые клыки вонзились в ее шею.
Глаза Лео резко распахнулись. Он понял, что Дэвид вне своего сознания и может сделать все, что угодно.
Блондин обеими руками ухватился за ножку старого стула, который вонзил в него Дэвид. С дикой болью и сдавленным криком, он вытащил из себя деревяшку и откинул ее в сторону. Шатаясь и еле передвигая ноги, парень начал подниматься по лестнице.
Ввалившись в комнату чердака, Лео увидел ослабевшую Эйви в руках Дэвида, который постепенно высасывал из нее жизнь.
Лео собрал всю волю в кулак и кинулся на Брайанта. Тот выронил из рук Эйви и она упала на пол.
― Приди в себя, Дэвид! ― орал Лео.
Парень начал сталкивать с себя блондина. Когда Лео лежал на полу, глаза Дэвида вновь стали синими, но он все еще был не в себе.
Постепенно сознание возвращалось. Пока Дэвид приходил в себя, Эйви успела залезть в самый дельний угол и притаиться там.
Внезапно парень сорвался с места. Он побежал на первый этаж.
Лео облегченно выдохнул.
― Он в порядке.
Эйви закрыла лицо руками. Она до боли укусила губу и беззвучно зарыдала.
― Эйви. Эй, малышка, не плачь. Все будет хорошо, слышишь? Эйви! ― шепотом говорил Лео, пытаясь подняться.
Вошел Дэвид. Он сел на колени перед старыми досками, за которыми сидела Эйви и прислонился к ним лбом.
― У тебя идет кровь, Эйви. Я должен помочь тебе.
Хрипы и всхлипы стали отчетливо слышны. Стук сердца Дэвида значительно понизился.
― Эйви. ― позвал он. ― Пожалуйста. Я больше не обижу тебя.
Эвелин заплакала. Стук сердца Дэвида почти упал до нуля.
― Эвелин. ― призывающе сказал Лео, беспокоясь за друга.
Понадобилось несколько минут, чтобы девушка собралась и вылезла. Она села перед Дэвидом, готовая к чему угодно.
Парень осторожно потянул к кровоточащей ране тряпку, смоченную теплой водой. Он несколько раз коснулся ею двух красных точек, а затем уронил голову на колени Эвелин, заплакав.
Он рыдал как мальчишка ― этот взрослый и столькое переживший мужчина, проживший более ста пятидесяти лет. Ни Лео, ни Эйви, ни разу не были свидетелями его слез, поэтому оба не знали, что делать и как себя вести.
А Дэвид целовал руки Эвелин, рыдая и прекрасными глазами смотрел в окно, где светило неугомонное осеннее солнце.