Часть 20
Чонгук
После окончания футбольной тренировки я принимаю душ так быстро, как только могу, чтобы забрать Лису из комитета по планированию танцев. Это одна из последних тренировок в этом сезоне перед началом плей-офф, поскольку на дворе уже ноябрь.
— Твоя задница горит? — шутит Девлин, когда пролетаю через раздевалку.
— Отвали, я опаздываю на встречу со своей девушкой! — Я бросаю свои вещи в вещевой мешок, натягивая чистую футболку Сильвер-Лейк койотов.
— Ты видел ее полтора часа назад, — указывает Девлин, расположившись на противоположной скамейке. — Целовался с ней, пока нам не пришлось оттащить тебя от нее, чтобы она могла уйти.
Я окидываю его неприязненным взглядом. — И где была Блэр, пока все это происходило?
Девлин опускает взгляд, глупо ухмыляясь. Да, он у меня в руках. Я видел, как он обнимал ее на стоянке, когда пошел за своим снаряжением.
— Хорошо, ухожу, — говорю я остальным парням в раздевалке. — Давайте держать себя в руках и закончить сезон на отлично.
Несколько криков и возгласов следуют за мной, когда я выхожу из комнаты и направляюсь в ту, которую танцевальный комитет использует для подготовки. Не могу стереть с лица ухмылку, когда дергаю дверь, планируя свалить Лису с ног и поцеловать ее.
Я застываю в дверном проеме, ревность пронзает меня с такой скоростью, что мне становится плохо.
Коулман стоит слишком близко к Лисе, наклоняясь к ней, когда указывает на то, что написано в бумагах, которые она ему подает. Слизняк.
Смириться с этим было сущим адом, когда мы притворялись, но теперь, когда она моя девушка? Я стал еще более собственником. От него исходит плохое предчувствие, и я не хочу, чтобы он был рядом с ней.
Ворвавшись в комнату, я делаю это как можно громче, бросая свою спортивную сумку на пол. Другие студенты из комитета бросают на меня грязные взгляды. Одна из них — Мэйзи Лэндри, смотрит на меня, прищурившись, поверх блокнота, в котором она делает пометки.
— Привет, детка. Тренировка закончилась раньше. Плюсы капитана. — Я проскальзываю внутрь, закидываю руку ей на плечо и незаметно отводя ее от нашего учителя. — Готова идти?
— Привет. Через минуту, мы как раз выясняем логистику столов с закусками и диджея. — Она листает свои бумаги, бормоча про себя.
Я трогаю ее волосы, убирая их с лица, пока она работает. Знаю, что веду себя как территориальный собственник, но ничего не могу с собой поделать, когда дело касается ее. Рука Коулмана дергается каждый раз, когда я прикасаюсь к ней.
— Мистер Чон, боюсь, это собрание только для членов комитета по планированию и консультантов факультета, — говорит Коулман с насмешливым сочувствием. Да, блядь, точно. Он пытается выгнать меня, чтобы он мог извращаться над моей девушкой. — Если ты хочешь подождать снаружи...
— Вообще-то, иди сюда, — говорит Лиса, натягивая на меня рубашку. — Мне нужна твоя помощь, а все остальные заняты своими делами.
Я ухмыляюсь Коулману, когда она ведет меня через комнату. Его губы кривятся, и он выглядит так, будто хочет меня задушить. Не очень подходяще для педагога.
— Подержишь это для меня? Да, вот так, — командует Лиса, отступая назад и щипая себя за подбородок, изучая украшение арки из воздушных шаров, которое я держу. — Хорошо, отлично. Мы переплетем прозрачные, чтобы получилось слово SLHS, и наполним их серебряным блеском. Это будет идеально для фотосессии, когда люди придут.
Я смотрю наверх. — Ты все это сделала?
Лиса кивает.
— Это потрясающе.
— Спасибо. Это только тестовая версия, но я видела в интернете очень классную фотографию.
— Людям это понравится. Смотри, иди сюда. — Я подталкиваю ее головой к арке. — Сделай селфи, чтобы было видно.
Когда она протягивает свой телефон, я целую ее в щеку. Она улыбается на фотографии, ее лицо очаровательно сморщилось от моего атакующего поцелуя.
— Вот. Видишь?
— Да. — Ее голос теплый, пока она изучает фотографию. — Это выглядит так хорошо..
— Пришли мне его, я обязательно опубликую ее.
Лиса одаривает меня лучезарной улыбкой, тасуя свои бумаги. Я откладываю украшение и наклоняюсь к ней через плечо, чтобы посмотреть логистику.
— Поставь столы с едой сюда, а диджея сюда, — говорю я, указывая места на странице. — Мама заставила меня однажды пойти на этот митинг, и вот как они это сделали. Что-то насчет естественного потока.
— О! Это идеально. — Лиса делает пометки на странице, рисуя маленькие символы собственного изготовления. — Отлично, теперь мы можем идти.
Коулман все это время наблюдал за нами. Пока его внимание приковано к нам, я беру ее лицо и наклоняю его для поцелуя, переводя взгляд на него. Мышцы на его челюсти подпрыгивают.
Я переплетаю свои пальцы с ее. — Ну что, мы можем идти?
— Да. — Она отстраняется, чтобы пересечь комнату.
Я кладу на плечо свою сумку и беру сумку Лисы, пока она разговаривает с Мэйзи. Они обе подходят. Ее подруга оценивает меня.
— Мэйзи придет, и мы сможем пройтись по магазинам.
— Круто. — Я протягиваю ей кулак для удара.
Она протягивает руку, затем стучит кулаком о мой кулак.
Коулман замирает, пока Лиса задает последние вопросы другим членам комитета по планированию. Когда она возвращается ко мне, он встает на нашем пути.
— Есть ли еще что-нибудь, что мы можем сделать сегодня?
— Нет, но я позвоню диджею, чтобы подтвердить это сегодня вечером. — Лиса не замечает его напряженности. Она слишком добра, чтобы заподозрить что-то неладное. — Мы перейдем к другим задачам на встрече на следующей неделе.
— Что ж. Должен сказать, Лиса, я знал, что ты — правильный выбор для этого. Ты идеальна. — Его взгляд непоколебим, когда он смотрит на нее, как будто он ждет ее признания. — Я должен похвалить тебя за хорошо выполненную работу.
Обмениваюсь взглядом с Мэйзи. Она тоже отшатнулась от Коулмана, поэтому я знаю, что это странное чувство не привиделось мне.
— Спасибо, — говорит Лиса.
— Я просто знаю, что благодаря твоему упорному труду ты всегда будешь иметь все, что может предложить тебе мир, — говорит Коулман таким призрачным голосом, от которого у меня на теле встает дыбом каждый волосок. — Тебе больше не придется ждать этого.
Какого хрена?
Меня охватывает неприятное чувство дежа вю, и я узнаю эти слова. Это был один из жутких комментариев сталкера в блоге Лисы.
Я делаю шаг, прежде чем успеваю это осознать, становясь между ними, чтобы защитить Лису. Коулман не может подавить разочарованный звук, который застревает у него в горле.
— Пойдем, а то мы пропустим все наше время для покупок, — говорит Мэйзи, подцепляя руку Лисы и увлекая ее вперед.
Я бросаю взгляд в сторону, чтобы убедиться, что Лиса уходит.
— Что? Нет, не уйдем, — говорит она. — Расслабься, платья никуда не денутся.
— Давай просто уйдем отсюда. — Мэйзи поворачивается. — Парень? Требуются твои услуги шофера, мой брат уже уехал.
Я задерживаюсь еще на секунду, встречая взгляд Коулмана с вызовом. Он, кажется, выходит из психологического транса, в котором он был секунду назад, разговаривая с Лисой, и с усмешкой смотрит на меня.
— Убирайтесь отсюда, пока я не назначил тебе наказание, Чон.
Я высокомерно фыркнул. — За что? За стояние?
Не дожидаясь его ответа, я ухожу. Пока я догоняю девочек, чувство скольжения в животе не проходит.
— Так это было странно, да? — спрашивает Мэйзи, когда мы доезжаем до парковки.
— Хм? — Лиса снимает свою сумку с моего плеча, нащупывая телефон. — Что было странно?
Мэйзи переводит взгляд на меня, и мы обе смотрим на Лису.
— У тебя есть подобные разговоры с кем-нибудь из других учителей? — спрашивает Мэйзи. — Серьезно, я думаю, что то, что он тебе сказал, переходит все границы.
— Думаю, нет. Хотя мистер Коулман действительно классный, — говорит Лиса. — Я всегда чувствовала, что могу с ним поговорить.
— Этот парень? — Я качаю головой.
— Спасибо! — Мэйзи смотрит на меня по-новому, больше не осуждая за то, что я парень ее подруги, которого она не знает.
— Он мой любимый учитель, — твердо говорит Лиса.
— Я сомневаюсь в твоем вкусе.
Лиса тыкает меня в руку. — Мой вкус включает и тебя.
— Улыбка и глаза, — вклинивается Мэйзи, изучая меня. — Двенадцать из десяти, а попа? Эх, шесть из десяти.
— Что не так с моей задницей? Ты когда-нибудь видела задницу футболиста вблизи, малыш Лэндри?
— Абсолютно ничего плохого, — уверяет меня Лиса, прикусывая губу в улыбке и засовывая руку в задний карман моих джинсов, смело сжимая мою задницу.
Я улыбаюсь ей, но улыбка не доходит до моих глаз, не могу избавиться от темной паутины мыслей, цепляющихся за меня.
Мы забираемся в мой Lexus GX, и я не теряю времени, выезжая со стоянки. Как только высаживаю их, я отправляюсь на поиски комментария, вызвавшего в моей памяти воспоминание, чтобы сверить его со словами Коулмана.
Скрыть свои подозрения от Лисы и Мэйзи по дороге домой было трудно. Я не хотел, чтобы Лиса подумала, что у меня плохое настроение, но мне не терпелось сесть за компьютер и покопаться в ее блоге. Болезненное чувство засело в моем нутре, и я должен был дважды проверить, прав ли.
Моя коленка подпрыгивает, когда я выводу свою систему из спящего режима, а пальцы бьют по клавишам сильнее, чем нужно, когда я набираю свой логин.
Я иду прямо к ее блогу, слова Коулмана играют у меня в голове, как жуткая мелодия обветшалой карусели.
В комментариях повторяется одно и то же.
Henry_Your_GoodKnight: Твои умные глаза говорят обо всем, любовь. Ты жаждешь, чтобы мир показал тебе все, что он может предложить.
Henry_Your_GoodKnight: Ты доверяете мне, принцесса? Твой рыцарь ждет моя драгоценная куколка. Скажи, что возьмешь меня за руку, и я покажу тебе все, что может предложить мир.
Henry_Your_GoodKnight: Скучаю по этим умным глазам и разговорам с тобой. Куда ты пропала, любимая? Ты тоже скучаешь по мне? Я мечтаю найти тебя и украсть, чтобы увести за собой в круговорот романтики, которую может предложить тебе мир. Это я, я — твой мир. Если я протяну руку, ты возьмешь ее? Эта мысль поглощает меня.
Временные метки недавние. Моя чрезмерная забота о Лисе переходит в острую фазу, но сначала я должен понять, с чем имею дело.
Стиснув зубы, я беру IP-адрес и отслеживаю его. Поиск работает секунду, прыгая по кругу, прежде чем сказать мне, что он направляется в Украину. Это неправильно, знаю это.
Ни за что, черт возьми, Коулман говорит Лисе то же самое, что и этот парень Генри Найти в своём блоге.
— Ублюдок, — выдавил я из себя. — Умеешь маскироваться с помощью VPN, да? Я тебя найду.
Вместо этого я переключаюсь на поиск Коулмана. Так или иначе я свяжу его с именем пользователя Henry Knight и соберу все необходимое, чтобы доказать Лисе, что ей нужно держаться от него подальше. Основные поисковые системы выдают только его LinkedIn и результаты, которые ему не соответствуют. Я хлопнул кулаком по столу, расстроенный до крайности.
Как он мог стереть себя из сети? В наши дни практически невозможно оставаться незамеченным. Наклонившись вперед и глубоко вдохнув, я поднимаю базу данных школьного округа Риджвью и использую папин пароль для входа в сеть администратора. В личном деле сотрудника Коулмана должно что-то быть. Я перехожу по ссылке и обнаруживаю, что его предыдущая трудовая книжка не открывается.
Закрытые записи.
— Это совсем не подозрительно, — бормочу я, пытаясь найти обходной путь, чтобы получить к нему доступ.
Все, что я получаю, это его фотографию и дату начала работы. Имя в его досье заставляет меня затаить дыхание. Дерьмо.
H. К. Коулман.
— Слишком близко, чтобы быть совпадением. Что означает H?
Чем глубже я ищу, тем больше препятствий на пути. Мои волосы, должно быть, встали дыбом от того, что я практически вырвал их из головы, потому что ничего не добился.
Как будто Коулман появился без каких-либо следов того, откуда он, черт возьми, взялся. Я так и не смог найти на него ничего полезного. Никто не может быть таким призраком.
Когда я уже готов сдаться, результат поиска с третьей попытки с новыми ключевыми словами привлекает мое внимание. Рядом со ссылкой — уменьшенное изображение улыбающегося Коулмана с группой студентов. В основном девушки, отмечаю я, стиснув зубы.
По ссылке говорится о Северо-Восточной региональной премии за выдающиеся достижения. Под ней идет описание статьи.
Местные студенты из младшей академии Торн-Пойнт отмечены за работу по сбору средств вместе со своим советником Гарольдом К. Коулманом.
Ледяное чувство тянется по моей спине, как злые гвозди. Гарольд. Если бы меня звали Гарольд, я бы тоже звался Генри. Клянусь богом, если второе имя Коулмана — Найт...
Мои бурные мысли проносятся слишком быстро, чтобы разобраться в них. Я нажимаю на ссылку, а сердце колотится.
Срабатывает автозагрузка.
— Черт! — Я вожусь с клавиатурой и мышью, но слишком медлителен, чтобы остановить это. Через несколько секунд файл скачивается и запускается установочный пакет. — Мать твою, нет!
Черт побери, я лучше, чем это. Я знаю, что не стоит переходить по незнакомым ссылкам или скачивать подозрительные файлы, как бы забавно ни звучал сердитый гусь на рабочем столе. Этому я научился на собственном опыте благодаря видео на TikTok. Оно того не стоило, двенадцать из десяти, не рекомендую.
Кто бы это ни был, он хорош. Они запутали крупную поисковую систему, чтобы показать свою загрузку в результатах, заманивая всех, кто ищет, чтобы найти Коулмана, как только они соберут достаточно головоломок. Это дерьмо высшего уровня и я понятия не имею, как они это провернули.
По экрану пролетает 8-битная анимация ворона, маленькая черная птичка насмехается надо мной. Экран темнеет и вспыхивает черепом. Как только ворона приземляется на череп, весь экран монитора глючит в пиксельном искажении, а затем возвращается в нормальное состояние.
Я оглядываюсь в поисках вороны, готовый оттащить ее задницу к значку мусорного бака, когда появляется окно чата. Ни у кого не должно быть доступа к моей системе. Что бы ни было в пакете загрузки, оно проникло через мой брандмауэр.
Долос: Ищете информацию о Гарольде Коулмане?
Я медлю с ответом, потирая челюсть. Все это как-то подозрительно.
Долос: Время идет. Отвечай сейчас.
Когда я не отвечаю, они присылают сообщение снова.
Долос: Чон Чонгук. Риджвью, Колорадо. Старшеклассник средней школы Сильвер-Лейк. Капитан команды по футболу. Сын председателя городского совета Чон Вивиан. Активен в социальных сетях. Подруга, Лалиса Манобан. О, она живет по соседству. Мило. Мы должны продолжать?
— Господи. — Я отталкиваюсь от стола и вытираю лицо.
В течение нескольких секунд они смогли сделать меня doxx и получить полную картину моей жизни. Не только моей. Лисы, через ее связь со мной. Это профессионал, который знает, что делает.
Если они в моей системе, они могут попасть в мои файлы для шантажа или найти черный ход к Лисе. Не происходит. Я отступаю назад и выпускаю рваный вздох.
Чонгук: Хватит, я понял. Я здесь. Отличная работа по встраиванию результатов поиска. Ты меня поймал.
Долос: Рад, что ты обратил внимание.
Чонгук: У тебя есть подробности о Коулмане?
Долос: Есть.
Чонгук: Дай мне их. Он мне нужен.
Долос: Так не пойдет. Сначала ты должен оказать нам услугу. Если ты справишься, мы дадим тебе все, что ты ищешь.
Чонгук: А если я откажусь?
Они могут дать мне это сейчас или не дать вообще. У меня нет времени играть в игры. Я получу это сам.
Долос: Ты можешь попытаться, но никогда не найдешь то, что ищешь. У Коулмана есть друзья в высших кругах с глубокими карманами, которые помогли ему исчезнуть в последний раз, когда мы его прижали. Информация есть только у нас. Она больше не является достоянием общественности.
Вздохнув, я ущипнул себя за переносицу.
Чонгук: Кто ты?
Долос: Сейчас это неважно. Ты готов заключить сделку?
Чонгук: Да. Все, что даст мне компромат на Коулмана.
Долос: Твоя задача — поиск. Найди дом Коулмана, верни его с доказательствами, и тогда мы будем готовы к делу.
В чат приходит изображение. Это ожерелье. Сердечный медальон с инициалами КТ, выгравированными на лицевой стороне. После того, как я увидел эти комментарии и то, как фактор жути Коулмана сегодня вырос до одиннадцати, вид медальона заставляет меня почувствовать беспокойство.
Кто, черт возьми, эти парни и как они связаны с Коулманом?
Чонгук: Заберу ожерелье и ты дашь мне то, что мне нужно?
Долос: Такова сделка. Затянешь, и срок действия истечет.
Чонгук: Мне нужно время. Коулман уклоняется и хорошо заметает следы.
Долос: Отлично. К новому году, или нам придется представиться той симпатичной рыжей.
Я встаю так быстро, чтобы захлопнуть стол, что он чуть не опрокидывается. Из меня вырывается рык, когда я хватаюсь за монитор, чтобы стабилизировать его. Стол оставил вмятину в стене. Я печатаю со всей силой гнева, бурлящего во мне.
Чонгук: Тронь ее, и я убью тебя.
Долос: Тогда лучше приступай к работе.
Мой экран становится черным и не реагирует. Когда я делаю жесткий сброс, чтобы перезагрузить компьютер, окно чата исчезает.
— Проклятье! — Мое горло горит, когда я втягиваю воздух, тяжело дыша, чтобы унять ярость.
Взяв себя в руки, я рухнул на кровать. Первое, что я делаю, это запускаю поиск Долоса. Когда появляются результаты, я фыркаю и дергаю головой. Оказывается, Долос — из греческой мифологии, бог хитрости и обмана. Подходит.
— Эджлорды, — бормочу я.
Далее я пишу Девлину, мне понадобится помощь, чтобы провернуть это. Я сомневаюсь, что смогу убедить шефа Лэндри и судью выдать ордер на Коулмана с косвенными уликами, даже если я опустошу свои инвестиционные счета на взятку.
Чонгук: Не хочешь провести разведку?
Девлин: Опять играешь в Бэтмена?
Чонгук: Это нечто большее. Я объясню, уже еду.
Девлин: Можешь дать мне час?
Чонгук: Это серьезно, чувак! Ты можешь отсосать свой член позже.
Девлин: Мои родители сегодня опять уехали из города, чувак. Ты меня убиваешь [эмодзи черепа].
Чонгук: Ты можешь продержаться еще несколько часов. Возьми ее с собой, если хочешь, Блэр может лучше понять, что мне нужно спланировать.
Девлин: Что именно?
Наблюдение. Возможно, взлом и ограбление.
Это звучит как что-то, о чем она будет знать.
В моей груди немного ослабло напряжение. Я знал, что мой лучший друг прикроет меня. Схватив ключи и бумажник, я выхожу за дверь. По дороге я пишу Лисе сообщение, чтобы узнать, как она.
Чонгук: Как дела с покупками? Нашла ту самую?
Лиса: Почти уверена, что не могу показать тебе платье до знаменательного дня.
Я фыркаю, прислонившись к водительской стороне своей машины.
Чонгук: Детка, это свадебное платье. Ты претендуешь на статус жены?
Лиса: [взволнованный эмодзи] Хватит меня дразнить!
Мое сердце делает небольшое сальто. Она всегда заставляет меня улыбаться.
Чонгук: Развлекайся. Я собираюсь пообщаться с Девлином. Позвонишь позже?
Лиса: Хорошо [сердечко эмодзи].
Забираюсь в машину, выезжаю и направляюсь к Девлину, чтобы придумать план.