2 часть.
Спустя ещё месяц мы с Деймоном кое-как притёрлись друг к другу, и это было просто небо и земля по сравнению с тем, что творилось в начале.
Каждое утро он "радовал" меня своими панкейками, которые я терпеть не могла, а я же в ответ врубала попсовые песенки, от которых его начинало тошнить. Идиллия.
В один из вечеров Деймон сидел на крыльце, раскачиваясь на старой деревянной качели и задумчиво разглядывая улицу. Мне было нечем заняться, поэтому я решила составить ему компанию. По крайней мере, хоть какое-то развлечение - отбиваться от его язвительных шуточек.
Хотя мы и огрызались друг на друга почти постоянно, это больше не казалось таким уж невыносимым. Даже... интересным, что ли? С каждой новой фразой мы пытались поддеть другого как можно изощрённее, словно это был какой-то словесный баттл, в котором мы оба участвовали с удовольствием.
Я плюхнулась рядом и, подстроив темп раскачивания под его, спросила: - О чём задумался?
Деймон наконец взглянул на меня и буркнул: - Ни о чём. - Как же, я прекрасно знала этот тон - он тосковал по Елене.
Я саркастично кивнула, наигранно делая вид, что поверила ему, и протянула: - Твоё "ни о чём" случайно не подразумевает "скучаю по Елене"? - Деймон закатил глаза и отвернулся, но я точно знала, что проникла ему под кожу.
Он снова повернулся ко мне и, выгнув бровь, съязвил: - А я вот заметил, что ты по Джереми не особо-то и тоскуешь. Что у вас там за отношения такие? - В его голосе сквозило осуждение.
Я пожала плечами: - Тоскую, просто не сижу при этом с загадочным видом на крыльце, всматриваясь в даль. - Подколола я его, и на удивление Деймон рассмеялся. Такое случалось нечасто, но в такие моменты между нами словно возникала какая-то дружеская атмосфера.
- Это называется любовь, - Деймон изрёк это с такой уверенностью, словно он потомственный психолог. Я лишь кивала, делая вид, что внимательно слушаю и восхищаюсь его "неземной" мудростью.
Деймон самодовольно улыбнулся, глядя на меня, его глаза игриво сверкали в лунном свете. Но тут он вдруг тяжело вздохнул, покачал головой и, поднявшись с качели, безапелляционно заявил: - Пошли, уже поздно.
Я выгнула бровь. Деймон и "поздно"? Вскинув на него взгляд, я протянула: - Ты сейчас звучишь как чей-то отец.
- Нет, просто утром я не собираюсь тебя будить. - Деймон бросил эту фразу через плечо и направился к дому.
Я лишь закатила глаза, но всё же двинулась следом.
Моя магия так и не вернулась ко мне, но я продолжала попытки, выслушивая колкие шуточки Деймона каждый раз, когда он заставал меня за этим безнадежным занятием.
Поздней ночью я снова попыталась. Расставила вокруг себя множество комнатных свечей и, закрыв глаза, напряглась изо всех сил.
Удивительно, что во мне до сих пор теплится эта слабая надежда, но я не могу просто так смириться с тем фактом, что я больше никогда не буду ведьмой... Мне так хочется снова чувствовать связь с природой, быть в силах защитить себя и с головой погружаться в изучение новых заклинаний.
И вот, казалось бы, огонь как-то дрогнул, засверкал по-другому, но это был лишь ветер - проклятый сквозняк. Я тяжело вздохнула, опустила руки на пол и поникла головой. Было до безумия обидно.
Сама того не заметив, почувствовала слёзы на глазах. Внутри всё горело - досада смешивалась с усталостью. Я устала пытаться и постоянно разочаровываться, но не могла просто взять и сдаться. Я должна стараться.
Тихий всхлип привлёк внимание Деймона. Он стоял в дверях - сонный, но в то же время обеспокоенный.
Его брови нахмурились, и он произнёс, привлекая моё внимание: - Бон. - Голос слегка хриплый, но с привычной грубостью.
Я подняла голову и удивилась, заметив его. Я думала, он спит.
Быстро вытерев слёзы, я шмыгнула носом и, отодвигая все свечи, процедила: - Только попробуй хоть слово сказать об этом.
Я знала, что он уже готовится подколоть меня. Он всегда так делал, когда видел меня за этими ритуалами.
Деймон приподнял брови, пытаясь изобразить удивление. Его голос прозвучал совсем не убедительно, когда он сказал: - Что? Нет-нет, даже в мыслях не было.
Я посмотрела ему прямо в глаза, взглядом, говорящим: "Прекрати нести чушь." Слегка наклонив голову, я ждала его реакции. Он вздохнул, оттолкнулся от дверного проёма и подошёл ко мне, садясь рядом на холодном деревянном полу.
Я заговорила, убирая волосы с лица, чтобы снова взглянуть на него: - Правда? А как же твои фразочки? "Ведьма в запое", "Полтора ведьмы", "Она была быстрой ведьмой, но магия оказалась быстрее"?
Деймон усмехнулся моим словам, вспоминая каждый раз, когда он это говорил: - Но согласись, последнее было смешно.
Я улыбнулась, но в моей улыбке было больше грусти, чем радости. Чувствовала себя полной неудачницей.
Деймон заметил мой взгляд и, немного помолчав, вдруг резко схватил меня за руку и поднялся, заставляя идти за собой: - Идём.
Я чуть не повалилась от его быстрого темпа и удивлённо проговорила: - Погоди, куда?
Мы оказались уже возле его Chevrolet Camaro 1969-го года, небесно-голубого цвета. Он запрыгнул за руль и заявил: - Не каждый день оказываешься в отдельной вселенной 1994-го года наедине, так что мы поедем искать какой-нибудь самый дорогой отель и оторвёмся по полной!
Мои глаза распахнулись от удивления. Не каждый день у Деймона такое настроение. Обычно он угрюмый, грубый и надоедливый.
- Я не... - не успела я договорить, как он завёл машину, и мотор взревел.
Он приложил палец к своим губам, проговорив: - Чшш, этот звук - полная противоположность твоего голоса, и я наслаждаюсь этим. - Он язвительно улыбнулся, и я, закатив глаза, пошла к другой стороне машины, чтобы сесть на переднее сиденье рядом с ним. Кажется, у меня не было выбора.
Дорога пролетела быстро. Деймон не следовал никаким правилам дорожного движения и вёл машину так, словно дорога была начерчена у него в памяти.
Когда мы добрались, передо мной предстал огромный, величественный многоэтажный особняк из серого камня, ухоженные газоны и яркие цветочные клумбы в розовых и белых тонах, широкий, лазурно-чистый бассейн, в котором отражались яркие огни фонарей.
Я стояла, шокированная, а Деймон уверенно шагал вперёд.
- Откуда ты знаешь этот отель?
Деймон подозрительно улыбнулся и, направляясь к входу, который он без труда нашёл, ответил: - Ты ещё многого не знаешь о моих девяностых, Бонбон.
Я выгнула бровь, наблюдая, как он галантно открывает передо мной дверь и ждёт, пока я войду. - И чем же ты здесь занимался?
Он сухо усмехнулся и, подмигнув мне, промолвил: - Многим.
Я закатила глаза. Толще и яснее намека мир еще не ведал. - Ужас. - И коротко рассмеялась, входя внутрь.
Деймон шёл впереди, а я просто плелась за ним. И вот мы уже стоим в президентском номере.
Огромные панорамные окна от пола до потолка, открывающие потрясающий вид на мерцающий ночной город, интерьер в дорогих, светлых бежевых тонах, стильный узор на полу, люстра сложной формы, сверкающая, как драгоценный камень.
Всё это было настолько шикарно, что даже чересчур. Мне стало как-то неловко, а Деймон, напротив, чувствовал себя как дома. - Как тебе?
Я отвлеклась от интерьера, чтобы ответить: - Слишком.
- В моем понятии "слишком" не бывает, ведьма.
Он усмехнулся и вставил диск в CD-плеер. И без того огромный номер заполнила песня "What Is Love" - Haddaway.
Я рассмеялась, глядя на пританцовывающего Деймона. Он был непривычно весёлым, и мне это нравилось. Я знала эту песню наизусть, ведь всё своё детство провела под неё.
Я стояла и оценивала его танцевальные па, пока он неожиданно не схватил меня за руку, заставив открутиться, а затем повалиться в его объятия, прежде чем снова поставить меня на ноги и заключить в плен своего нелепого танца.
Я возмущенно вскрикивала, а он лишь насмехался.
- Ну же!
- Деймон!
- Хватит быть занудой!
Нас было слышно на весь, и так пустующий отель, но нам было весело. Так весело, что наши танцы выплеснулись даже в длинные, слабо освещенные коридоры. Мы дурачились, как дети. Я и сама не заметила, как начала во всю подпевать песне и отплясывать на полную, пока Деймон хлопал в ладоши и что-то выкрикивал в поддержку, прежде чем присоединиться ко мне.
Мы украли из бара взбитые сливки и начали обливать ими друг друга. Разумеется, у Деймона это получалось лучше, а я выглядела, как несчастный ребёнок с завязанными глазами и битой на дне рождении.
После мы обмотали друг друга туалетной бумагой, прежде чем устроить догонялки. Это было так нелепо - пытаться кого-то догнать, когда ты весь обмотан бумагой и ничего не видишь.
Ну, и напоследок, мы выпили кучу разного алкоголя. Мы оба были не в лучшем состоянии, но мы были счастливы - наконец-то, за эти четыре месяца.
Деймон сменил песню на более спокойную и романтичную. Он подошёл ко мне, уставшей лежащей на шикарном диване, и взял за руку, заставляя подняться.
Я протянула жалобно: - Деймон... - хотя на самом деле наслаждалась каждой секундой, проведённой здесь.
Он улыбнулся, но эта улыбка была совершенно другой, не похожей ни на одну из тех, что я видела прежде на его лице. В ней плескалась нежность, его глаза блестели - то ли от выпитого алкоголя, то ли... от чего-то ещё. Брови слегка приподнялись в привычной, игривой манере, добавляя его взгляду озорства.
Его рука, коснувшись моей талии, нежно, но крепко обвела её, притягивая меня ближе. Наши тела соприкоснулись с легким, неслышным хлопком, сливаясь в единое целое.
Я чувствовала его теплое дыхание на щеках, его пальцы, переплетающиеся с моими. На мгновение его ладонь покинула мою талию, чтобы бережно приподнять мою руку и положить её на его плечо, прежде чем снова сомкнуться вокруг меня, словно заключая в кольцо своей, непривычной от него, нежности.
Не удержавшись, моё лицо тоже расплылось в улыбке. Мы смотрели друг на друга, слегка покачиваясь в нескладном танце и ведя себя как пьяные придурки - чем, собственно, мы в тот момент и являлись. Такие грязные, уставшие, но удовлетворённые.
Я произнесла мягким, игривым голосом: - Значит, таким вот "многим" ты занимался с девушками в этом отеле? - Моя бровь выгнулась, голова слегка наклонилась, и Деймон хрипло рассмеялся.
Он ответил бархатным голосом: - Поверь, с ними всё было намного проще. У меня не было времени на такие церемонии.
Я снова закатила глаза и посмотрела на него осуждающе, качая головой.
- Не смотри на меня так, я был холост и счастлив, - он проворчал, шутливо нахмурившись. Мы оба расхохотались.
Мы смеялись над всем подряд - наверное, из-за алкоголя, но больше всего дело было в этой атмосфере.
Я вдруг прервала тишину, наполненную лишь романтичной мелодией и нашим дыханием, сказав: - Спасибо.
Деймон слегка удивился, не понимая, за что я его благодарю, но я продолжила: - Я знаю, что ты делаешь это, чтобы помочь мне отвлечься от мыслей о магии, и у тебя это получилось. Спасибо.
Деймон легонько отступил, бережно удерживая мою руку. Он словно приглашал меня закружиться вокруг неё, чтобы я оказалась прямо у его груди. Я выполнила его негласную просьбу, сделав оборот и прильнув к нему. В то же мгновение он перехватил мою другую свободную руку, крепко сжимая обе в своих. Он смотрел мне прямо в глаза - глубоко и пронзительно, пока моя спина плотно прижималась к его твердой груди.
Он проговорил спокойно, словно этг не значило для него ничего, в то время как моё сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Да, звучит по-подростковому и ванильно, но иначе я не могла это описать.
- Я делаю это не для тебя. Просто захотел провести так время.
Эти слова заставили меня слегка нахмуриться, но я не придала этому особого значения, проговорив: - Как скажешь.
Мы продолжили танцевать до самого утра, пока наши веки сами собой не начали слипаться, а темы для разговоров не иссякли. Ближе к рассвету мы уже были абсолютно трезвы, но всё ещё продолжали веселиться. Это было больше, чем просто пьяная гулянка. Это был момент, когда мы позволили друг другу позабыть обо всём: о моральных принципах, о том, что мы в беде, о том, что нас ждут любимые люди, о том, как долго мы здесь находимся.
Мы отбросили все тревоги и утонули друг в друге.