🦇Твой страх так сладок для меня 🩸 (vampire AU)
Я не знаю что на меня нашло, я кажется сошла с ума, я дура, прибейте меня болгаркой, но я почему-то решила поделиться с переводом фанфика про Лилию, который я нашла в тамблере. К тому же я в последнее время я прям и хочу как-то передать эту любовь к нему.
К сожелению для вас я не прям хочу дальше продолжать писать фанфики и переводить их, потому что я давно решила полностью отдать себя на написание своих двух проектов в телеграмме. Если же я вас как-то заинтересовала и я интересна как художник и тп то вот мой тг:
🪄Storyteller Jessica📓 @storyte11ermangakajess
TW: яндере, упоминание крови, spice
Решётчатые оконные стёкла древнего поместья рассевали редкий лунный свет, что и так с трудом пробивался сквозь густую листву деревьев. Свеча на прикроватной тумбочке - единственный источник света в комнате - уже давно сгорела, а бледный воск, стёкший на маленькую металлическую тарелочку, служившую для защиты дорогого тёмного дерева от порчи, закостенел и пошёл трещинами.
Даже в темноте глаза Лилии нечеловечески сияли, но Т/и это уже не удивляло. Он никогда не пытался заставить её поверить в обратное: с самой первой их встречи, ещё в Колледже, он никогда не скрывал свою древнюю природу. Сначала ей показалось это невероятно увлекательным - совершенно по-дурацки, по-идиотски с её стороны - оказаться в восторге от того, что в таком прелестном молодом теле может скрываться такое древнее создание, даже не думая о той опасности, что он может представлять. Она позволила ему сблизиться с ней как заботливому старшекласснику и другу, никогда не подвергая сомнению доброжелательность его намерений.
И вот она здесь, закрытая в каком-то старом поместье, затерянном во тьме и мраке Долины шипов, полностью под его властью. Давно прошли те дни, когда он дружелюбно приветствовал её в столовой, дни, когда он всегда и всюду сопровождал её, дни, когда запрещал общаться с её же друзьями, – и чёрт, даже подобное собственническое и властное поведение было ничем по сравнению с её новой реальностью. Вырванная из той размеренной школьной жизни, что она успела себе построить, лишенная хоть какого-то шанса вернуться домой, теперь она была заперта в незнакомом и далёком поместье, а Лилия стал единственным, кого она могла увидеть.
"..." Девушка отказывалась говорить. По большей части от того, что она знала, что, скажи она хоть слово, она не смогла бы удержаться от слёз – прошло всего несколько дней с тех пор, как древний фейри решил для себя, что ему мало просто следовать за ней, и просто украл её, и эта рана в её сердце была всё ещё свежа.
"Нечего сказать? Это нехорошо, дорогая. Ты должна разговаривать со своим возлюбленным." Красноглазый мужчина усмехнулся и навис над недвижимо лежащей на кровати девушкой. Затем он оседлал её бёдра, одной рукой лаская её щёку, а другой опёрся на подушку совсем рядом с её головой. "Давай же, если тебе есть что сказать, скажи это."
Но вместо этого Т/и упрямо прикусила язык, всё ещё отказываясь говорить. Она могла заплакать, умолять его на коленях, чтобы он освободил её, но в конечном итоге Лилия неизменно получал то, что хотел. Он всегда хвалил её за её своенравие, говорил, как ему нравится наблюдать за тем, как она пыталась противостоять своей судьбе; но что ей оставалось делать? Его слова только подтверждали то, что она и так знала – её борьба против Лилии была для него не более, чем развлечением, всего лишь тщетное усилие, которое так никогда и не приблизит Т/и к свободе.
"Ах, это совсем нехорошо... Для поддержания счастливых отношений необходимо общаться, разве ты этого не знаешь, дорогая?" с ухмылкой проговорил мужчина, любуясь тем, как искажается лицо девушки от этих слов. Он никогда не был дураком и потому прекрасно понимал, что девушка не могла быть счастлива в такой обстановке; хоть его поместье, неизменно поражавшее своей красотой, и было заполнено бесчисленным множеством различных сокровищ и безделушек, которые он успел собрать за свою долгую жизнь, и в нём было более чем достаточно места для двух людей, ему было известно, что его любимая никогда не будет здесь счастлива, ведь люди любят свободу, и он это прекрасно знал. Но...
...кем являются все живые существа, кроме как детьми порока? Путь сам он и не был человеком, ему не были чужды инстинкты: тёмные бурлящие инстинкты, жаждущие воплощения в жизнь, требующие спрятать то, что принадлежит ему, запереть свою дорогую голубушку в золотой клетке, где один он сможет ею восхищаться. Лилия прекрасно знал, что те, кто жили без оглядки на себя, жертвовали собой, чтобы удовлетворить желания других, умирали рано, а вот эгоисты, те, кто следовали собственным желаниям, жили долго. Он не пережил бы все эти столетия, будучи мягким и добрым человеком, ставящим чужие желания превыше своих: нет, он прекрасно понимал, на что он способен. Что же представлял из себя слабый и хрупкий человек по сравнению с кем-то вроде него? Ничто не могло остановить его от следования своим самым низменным, чуть ли не хищническим инстинктам, требующих захватить свою добычу и никому её не отдавать – это он и сделал.
"Может быть, ты стесняешься? Смогу ли я вытянуть хоть несколько слов из тебя, ягнёнок..."
Не успела она даже осознать, что он сказал, как его клыки уже были у её шеи, и девушка с болью простонала. Острые длинные зубы с лёгкостью проткнули тонкую кожу, преодолели сплетения мышц, и из повреждённых сосудов проступила горячая кровь, которую Лилия принялся с жадностью высасывать. Это совсем не было приятно; и тысяча его самых сладких и романтичных слов не могла сделать это процесс безболезненным, впрочем, от того, как напряглось её тело, он мог понять, что она испытывает.
"Ос-остановись! Уйди, мне больно!" она инстинктивно толкнула его в грудь, отчего он на мгновение оторвался от её шеи, но тотчас опять укусил её, и по телу прокатилась новая волна боли от того, и он ворчливо пробурчал:
"Болеть не должно, просто не напрягайся. Давай, расслабь своё тело, я обещаю, болеть не будет." Лилия приподнял свою голову, и его губы оказались обагрёнными свежей девичьей кровью. На мгновение девушка вновь напряглась, её ладони всё ещё упирались в его грудь, но она знала, что он не врал. Это был не первый раз, когда Лилия кусал её. Она прекрасно помнила первый раз, когда он укусил её, это произошло, когда они только начали встречаться; тогда ей тоже было больно, но... в тот момент ей показалось это весьма романтичным, ведь Лилия ласково целовал и успокаивал её. И потом эта боль быстро прошла. И сейчас она попыталась заставить своё тело расслабиться, что было тяжело, особенно когда её похититель навис прямо над ней.
"Хорошо, хорошо... Вот видишь? Просто расслабься, если, конечно, не хочешь вновь испытать боль. Разве ты не знаешь, что я абсолютно ненавижу причинять тебе боль?" сказал он с усмешкой, прекрасно осознавая, что последнее утверждение было ложью. Он вновь наклонился к её шее, целуя и вылизывая её ранки, пока она пыталась расслабиться и подавить страх, что он в любой момент вновь укусит её. Лилия продолжал нежить её, пока расстёгивал её блузку пуговицу за пуговицей; но не успела она отреагировать, как мужчина вновь укусил её, в этот раз в предплечье, и немая жалоба сменилась мучительным криком. "Помни, чем больше ты напрягаешься, тем больнее тебе будет~"
Девушка зажмурила глаза в попытке отвлечься от жгучей боли, пронзившей её шею и плечо, но также... Она с досадой закусила губу, проклиная собственное тело. Даже в этой ситуации, в этой боли, будучи вжатым в кровать своим похитителем, её тело отвечало на все его поцелуи и укусы, распаляясь жаром внизу живота: конечно, она уже привыкла ассоциировать истязания Лилии с последующим сексом – он её к этому приучил. Ещё до того, как он явил ей свою уродливую сторону, он долго готовил её тело и разум правильно реагировать на подобные ласки - она еле сдержала взволнованный стон, когда он наконец расстегнул её сорочку и принялся дразнить её сосок.
"Л-Лилия, ты-" было трудно казаться рассерженной, когда голос дрожал, а сама Т/и отчаянно пыталась сдерживать стоны наслаждения. Её тело, управляемое примитивнейшими инстинктами, действовало как будто машинально, реагируя на его легчайшие прикосновения, несмотря на то что всё её сознательное существо буквально кричало о том, что ей нужно воспротивиться, оттолкнуть, убежать прочь - сделать хоть что-то. Словно прочитав её мысли, Лилия скользнул губами к другой стороне её шеи, и сначала показалось, что он вновь её укусит; она испуганно застыла в ожидании новой порции боли, но ничего не произошло.
"Охохо, может ли быть такое, что ты ждала, что я снова укушу тебя? Боже, какая ты развратница. Но я всего лишь хотел поцеловать тебя, дорогая," со смешком сказал Лилия и принялся вновь ласкать языком её кожу. По частоте её сердцебиения и тому, как девушка напряглась под весом его тела, было очевидно, что она не пребывала в столь сладостном забытье, чтобы забыть о страданиях, которые он может ей принести. "Хм, а это хорошо. Гадаешь, каким будет мой следующий шаг? Ведь мне нравится видеть, как ты корчишься от боли, так же сильно, как и от удовольствия, любимая."
"В конце концов..." хмыкнул он, оставив на её губах невинный поцелуй. Он с наслаждением глядел в её испуганные глаза, размазывая оставшуюся кровь по женскому лицу. Всё ещё лаская чувствительный сосок, Лилия ухмыльнулся, а затем вновь, без предупреждения, он резко склонился над ней и глубоко вонзил свои клыки в оголённое плечо, вырывая новый леденящий душу крик из груди своей девушки. "В конце концов, твой страх так сладок для меня."
автор: yan-twst (с) tumblr
Надеюсь у вас все хорошо, люблю вас всех ʕ•̫͡•ʕ•̫͡•ʔ•̫͡•ʔ•̫͡•ʕ•̫͡•ʔ•̫͡•ʕ•̫͡•ʕ•̫͡•ʔ•̫͡•ʔ•̫͡•ʕ•̫͡•ʔ•̫͡•ʔ