Глава 30. Нокаут
Удар Никиты был сильным. Олег это понял сразу. Пока его друзья начинали суетиться (один из них подошёл к другу, другой быковал на брюнета), Воронцов, удивлённый повороту событий, думал о том, что драться не вариант — ему в одиночку не одолеть. Он прочувствовал опыт парня на тренировках с боксёрской грушей.
Нина же оцепенела, прикрыв рот рукой. В ней была буря самых разных эмоций, из-за чего она просто смотрела на Олега, который продолжал лежать, держа себя за челюсть. Такой картины Салтыкова не видела никогда.
В это же время Денис преградил Никите дорогу, ведь тот был готов навалять ещё и другу Воронцова, который собирался вступиться за товарища. Бобылёв понимал, что драка тут — плохое решение, она не привела бы ни к чему хорошему. Малиновский, который больше не сдерживал себя, свои эмоции и уже отпустил пару угрожающих слов за то, что наговорил Олег, продолжал хмуриться и поглядывать в сторону парней.
— Остынь, — успокаивал его Денис. — Не делай ещё хуже, думаю, он получил своё.
Волнения со стороны Воронцова продолжались. Один из его друзей отпихнул Бобылёва: он захотел отомстить за Олега, поэтому замахнулся на Дениса. Но Никита успел парировать удар и со всей силой оттолкнуть этого брюнета подальше, что тот упал на землю.
Бобылёв не ожидал этого. Парню приходилось наблюдать за происходящим, но сам не мог ничего сделать то ли от шока, то ли от непривычки. Денис не любил разборки и вообще к жизни относился проще. А зная компанию Олега, вовсе сторонился и не влезал в конфликты с ними.
Следующая попытка пошла от блондина в спортивной куртке: Малиновский просто схватил его за руку и пробил в живот, отчего тот скрючился. Он привстал и хотел продолжать драку, но Олег, вернувшийся в строй, остановил его и похлопал по плечу.
— Ладно-ладно, — сказал нерасторопно Воронцов. — Иди, помоги Роме, — и кивнул в сторону другого парня.
Блондин был недоволен. Он пререкался и собирался вернуться к Никите, который был готов и стоял в ожидании. Олег снова попросил его, сказав что-то тихо на ухо и тот не сразу, но ушёл, осмотрев всё вокруг.
— Обычно люди показывают, на что способны, на трассе, а не таким доисторическим способом, — более спокойно, но всё также с издёвкой произнёс Воронцов и сплюнул.
— За твой язык поганый стоило и побольше тебе навалять, — со злостью ответил Никита, на что парень негромко рассмеялся.
— За правду не бьют. А я ещё не всё тебе рассказал. Да, Салтыкова? — Подмигнул он девушке.
Нина злобно взглянула на бывшего, но Малиновский не растерялся и нанёс новый удар. Затем он взял его за футболку и посмотрел прямо в глаза.
— Мне не сложно ещё раз прописать тебе, — нахмурился Никита. — Попробуй хоть ещё одно слово в её сторону сказать.
Нине не совсем было понятно, почему Олег продолжал провоцировать её парня. Неужели первый удар ничему не научил его? Хотя в его улыбке, которая заметно рассеклась от кулака Никиты, девушка не наблюдала ничего хорошего.
— И что? — Ухмыльнулся Воронцов, снова сплюнув в сторону. — Ты бы не петушился так, мои люди тут повсюду, и они готовы включиться в любой момент.
— Толпа на одного? — Посмеялся Малиновский. — Благородно.
— Бить исподтишка неготового соперника — тоже такое себе дело, — улыбнулся Олег.
— Ты даже не пытаешься, — отпустил его Никита.
— Что мне драться? — Развёл тот руками. — Я предпочитаю гонять, а не ерундой заниматься. Тем более с теми, кто только на драку и способен.
«Только девушек ты бить можешь, ссыкло», — подумала Нина, наблюдая за происходящим.
Она переживала, но чувствовала преимущество Малиновского, и ей было спокойнее. Однако Олег внушал страх, хоть и не делал практически ничего, что могло напугать: только выдавал ругательства и был агрессивно настроен. По сравнению с Никитой это было ничем.
И сам Никита не ожидал такого поворота событий. Моральное поражение резко обернулось превосходством. И это досталось ему совершенно просто. Парень сильнее проверил в себя, почувствовал, что его ответ был уяснён и не хотел дальше драться. Но у него оставалось смутное ощущение от лёгкости победы, почти такое же, как у его девушки
— Ладно, — сказал Малиновский своим друзьям, обернувшись к ним, — мы уходим.
Он подозрительно взглянул напоследок на Воронцова, но тот кивнул ему вслед:
— Подожди.
Троица остановилась. Нина сложила руки на груди, встала в полуоборот и недовольно, но всё ещё внутренне волнуясь, посмотрела в сторону бывшего.
— А рассчитываться-то мы как будем, м? — Спросил Олег, сделав пару шагов к ним. — Теперь уже и цена выросла, со всеми твоими маханиями кулаками.
Никита усмехнулся.
— За что рассчитываться? — Приподнял он бровь. — Считай, что удар в челюсть и есть твоя расплата, раз ты так много любишь болтать языком.
У опухшей губы Олега уже стекала кровь. Парень аккуратно двигал челюстью, так как чувствовал в ней дискомфорт.
— Я в последний раз предлагаю тебе гонку, один на один, — уверенно сказал он. — Неужели из-за какой-то местной шалашовки ты хочешь прослыть трусом? Или, может, её ублажения тебе дороже мужского достоинства?
После очередного обзывательства в сторону девушки Никита уже не слышал других слов. Они не имели для него какое-то значение.
— Он просто хочет, чтобы ты сорвался, — сказала Нина Малиновскому, подойдя ближе, когда заметила, как он сжал кулаки.
— Это точно, — подтвердил Денис. — Нехорошее у меня предчувствие, лучше оставь его.
— Что? — Округлил глаза Воронцов, подойдя ближе. — Даже драться уже не способен? — Посмеялся он. — Слабак. И что ты в нём нашла? — Обратился он к Нине. — Хотя ты не особо разборчива-то в том, с кем трахаться.
Последняя капля терпения утонула в глазах Никиты. Он не смог сдержаться и снова ударил Олега, однако в этот раз столкнулся с сопротивлением. И досталось теперь обоим: Олег заехал ему по глазу и печени, но потом сам же ощутил боль в руке и животе.
К ним начали подходить ребята Воронцова, у кого-то из них был гаечный ключ в руке, у кого-то бита. Денис попытался оттолкнуть Олега и прекратить драку, но получилось у него это не с первой попытки. Дэн заметил это подкрепление и, чтобы избежать худшего, направил все силы на Никиту, которого удачно ввёл к выходу всеми способами.
— Всё, мы уходим, — крикнул Бобылёв.
Его охватил страх, что целая толпа сейчас нагрянет по их душу и тело. А ребят было много: человек семь-восемь, если не больше.
Денис подталкивал Никиту к выходу. Малиновский слушался и перестал сопротивляться. Он успел заметить друзей Олега и уже оценил возможности. После удара Олега в глаз кулак, на котором было ещё и кольцо, проехался по лицу, отчего он чувствовал ноющую боль.
Когда Нина видела, как её бывший терпел поражение, она осознала, что ощутила возмездие. Воронцов был слабее и не мог ответить лучше, чем это делал Никита.
— Давайте, бегите отсюда, — прохрипел им вслед Олег, выплёвывая слюни вместе с кровью и ругательствами.
Пока они шли к мотоциклу Никиты, то мимо них пробежали с довольным лицами ещё два парня. Никто особо не обратил на них внимания. Нина спросила Малиновского, как он, взглянув ему в битое лицо, но тот лишь отмахнулся.
— Царапины, — сказал брюнет.
— Ёмаё, — крайне удивился Денис, остановившись возле дороги и поняв, чему так радовались те двое.
Он первым заметил то, что сделало их положение более провальным. Все были в полном изумлении: мотоцикл Никиты лежал на дороге, весь побитый, исцарапанный и с порезанными шинами. Картина была печальной. Даже в прошлый раз, когда муж его бывшей разбил ему его ласточку, всё было не так страшно, как в этот раз. Сегодня ребята постарались отыграться и отомстить за Олега, как следует. Их месть была холодной.
— Сукин сын, — со всей злостью сказал Никита.
Нина с испугом посмотрела на мотоцикл, а затем на своего парня. Когда тот отпустил её руку и снова направился туда, откуда они только что ушли, она схватила его за предплечье.
— Прошу, не ходи туда, — говорила Салтыкова.
Никита вырвал руку, но потом его задержал Денис, сделав это более уверенно и напористо, толкая парня назад. Он также попросил его остыть, но это ещё сильнее взбесило Малиновского.
— Что значит — остынь? — Направил он свой гнев на друга. — Такая херня не прощается, я выбью из него то, что не успел, — оттолкнул он Дениса и взглянул на шум позади друга.
За спиной Бобылёва показалась толпа вместе с Олегом. Откровенно говоря, Воронцов выглядел плохо. Возможно, так же плохо, как и мотоцикл Никиты.
— Тебе оттуда живым не выйти, — предупреждал Денис. — Хочешь, чтобы они тебя также отмутузили? Также как твой мотоцикл? У них там ключи гаечные, мать твою, головой подумай, Никитос.
— Он прав, Никит, — спокойно сказала Нина, глядя на толпу.
— Я вижу, — вздохнул Малиновский, кивая в сторону Олега.
Бобылёв повернулся, чтобы посмотреть, куда направлены взгляды ребят, и сразу всё понял.
— Теперь мы точно рассчитались, — довольно произнёс Олег.
Дыхание Никиты постепенно становилось более глубоким. Парень смотрел, как толпа постепенно уходит снова вглубь, туда, где должны пройти гонки. Все они ехидно переглядывались, смеялись и были рады от проделанной работы, которая была произведена минутами ранее, пока парни разбирались один на один. Теперь стало понятно спокойствие Олегаи его самоотверженность.
Его компания не привыкла к дракам, а вот такие западни и подлости они делали всегда. Когда есть спланированная пакость, им было гораздо приятнее смотреть на моральные победы, нежели на физические. Только в этот раз пришлось приложить чуть больше сил и чуть меньше хитрости, потому что ущерб был на весь мотоцикл.
Когда Воронцов и вся остальная толпа убедились, что враг повержен и от него ничего не грозит, они спокойно ушли, кидая нелестные слова вдогонку. Но уже сейчас Никите было реально всё равно. В его душе была полное равнодушие к Олегу и его компании, но зарождалась грусть и общее понимание того, что вообще произошло.