Подружка с характером (18+)

Никита стоял возле небольшого торгового центра и поглядывал то на окна, то на входную дверь. Он немного нервничал и переживал, но с другой стороны впервые за долго время был настроен решительно и непоколебимо. 

И тут он увидел её.

— Что ты тут делаешь? — Спросила Нина, выходя из центра и завидев парня.

Сегодня у неё был уже третий рабочий день в шоуруме. Её взяли, причём не только бухгалтером, но и консультантом. Одной из причин стала её способность продать кому угодно и что угодно. Другой — Салтыкова была знакома с одной из девушек, которая открыла эту точку женской одежды.

Вместе с ней выходила её коллега. Шоурум хоть и был небольшим, но требовал двух работников во время продаж. К магазину было много внимания, так как его реклама была достойной.

Никита встал и подошёл к девушкам, поздоровавшись с ними. Коллега Нины была помладше её самой, со светлыми волосами и поменьше ростом. Парень любезно спросил, как у них дела, чтобы не выдавать себя сразу же.

Он решил сделать ещё одну попытку, поэтому он и приехал сюда. Но в этот раз он хотел сделать всё так, чтобы они интересно провели время. Конечно, его влюблённость разбилась о неприступные скалы девушки, но тем самым его взгляд стал более здравым. Он увидел её, а не то, что хотел в ней увидеть, и начал действовать более мягко.

— Малиновский, ты так и не ответил на вопрос, — Нина сложила руки на груди, пристально смотря на него.
— Ладно, я побежала, — сказала Оля (та самая вторая девушка), и попрощалась со всеми, лукаво улыбнувшись.

Салтыкова напряглась. «Теперь будут судачить», — подумала она, недовольно проводив взглядом свою коллегу и вздохнув.

— Есть одно срочное дело, — Никита убрал руки в карманы и медленно пошёл задом в сторону своего мотоцикла, намекая на поездку.
— Ты думаешь я поеду с тобой, не зная деталей? — Возмутилась она.
— А что, если да? — Уверенно ответил он.
— Ну а что, если нет? Если ты думаешь, что тебе-таки удастся заманить меня на свидание...
— Это не свидание, — резко вставил парень, подняв руки. 
— Мы будем проводить время вдвоём, и это не будет свидание? — Сомневалась Нина.
— В баре же сидели, — улыбнулся он. — Или же это было то, о чём я подумал?
— Нет, — недовольно ухмыльнулась она.
— Тогда что мешает тебе согласиться? 
— Куда мы едем? 

Нина не была категорически против, но она не любила, когда ею манипулируют или когда думают в её отношении, что она всегда за всё. Она любила, когда её мнение уважали и считались с ним, спрашивали его и брали в учёт.

— Если тебе не понравится, сможешь уйти, — Никита взял второй шлем с мотоцикла и показал, что он для неё. — Верней, я смогу тебя отвезти обратно домой.
— Но куда? — Брюнетка подошла поближе, не давая явного ответа. — Я не поеду, пока не узнаю.
— Я хочу, чтобы это было сюрпризом.
— Не люблю сюрпризы, — поморщилась она.
— Обещаю: если сюрприз провалится, их больше не будет, и я всегда буду говорить прямо, куда мы едем и зачем.

«Он думает, мы теперь всегда будем куда-то ездить вместе?», — подумала девушка, но не выразила свою претензию вслух.

— Это хотя бы весело?
— Никакой романтики, соплей или чего-то подобного. Ничего, что сможет напомнить тебе свидания.

Никита уже понимал, чего не стоит предлагать Нине, но ему было ещё трудно нащупать то, что ей определенно зайдёт. Поэтому приходилось рисковать.

— Ладно, но если это будет невероятно скучно или с какими-то намёками, то мы больше никуда и никогда не будем ездить, — поставила Нина ультиматум.
— Идёт, — он передал ей шлем, и сам взял свой, убедившись, что идея была достаточно оптимальной.

«Посмотрим, чем он хочет меня поразить», — подумала брюнетка, надевая защиту. Заинтересованность была в тот момент сильнее упрямства.

***

Нине было всё меньше и меньше понятно, где они находятся и что её ждет, но любопытство брало вверх. Это был какой-то клуб, повсюду намёки на бокс или бои без правил. Неужели он пригласил её посмотреть на ринг или бой двух боксеров? Почему здесь так много насилия?

Девушка остановилась у плаката, где один мужчина выбивает зубы другому, уже крайне побитому и истерзанному. Ей стало не по себе.

— Идём? — Спросил парень, подойдя к девушке после того, как купил билеты на проход.
— Мне не нравится, — сказала Салтыкова спокойным, но зажатым голосом.

Брюнет взглянул на картинку и засунул чек в карман.

— Да, жутко. Не боись, этого мы сегодня не увидим.
— Я вообще не понимаю, что мы тут делаем.
— Я думал, тебе нравится что-то подобное. Я бы легко тебя представил сидящей возле телека, где идёт бокс.
— Шутишь? — Нина повернулась к парню. Ей всё ещё было не по себе, но она была готова в любую секунду сбежать или завопить, если к ней пристанут или затянут в какое-то месиво.
— Пойдём, обещаю, в обиду не дам.
— Да я сама, кого хочешь, обижу, — сказала она недовольно, последовав за парнем.
— Супер, сохрани это чувство, — улыбнулся он.
— Чего? — Протянула девушка, но Никита не ответил и не уточнил подробности.

Она ещё немного повозмущалась, но, когда они зашли в зал, вопросы ушли, но появились новые.

— Где мы?

Перед ней встала небольшая комната, размером с их общую с Юлей квартиру. Висели боксёрские груши, был небольшой ринг, много спортивного и защитного инвентаря.

— Мои вкусы весьма специфичны, — посмеялся Никита, сделав отсылку на пятьдесят оттенков серого. — Ладно, если по серьёзке, считай это комнатой злости.
— Комнатой злости?
— Бей, выводи все свои эмоции. Просто идеальное место для экологичного выпуска энергии.
— Ну а если я тебя захочу побить?
— Только предупреди, чтобы я смог надень защиту.
— Боишься, что я тебя покалечу? — Усмехнулась Салтыкова.
— Просто не хочу ограничивать тебя по силе, — улыбнулся он. — А, и да, сделай это так, чтобы впрок хватило.
— Ты и меня бить будешь? — Настороженно спросила она.
— Нет, — недоумевающе ответил Никита, надевая перчатки для битья груши. — Не в моих принципах.

Нина подошла к рингу, потрогав верёвки. Она проследила за парнем, который стоял возле груши, держа её по бокам и прислонив голову к её поверхности.

— Ты что делаешь? — Спросила Нина, усмехнувшись.
— Настраиваюсь.

Она наблюдала за тем, как он погружается в себя и, кажется, накапливает всю свою злость и другую негативную энергетику, чтобы вылить её на безобидную грушу. Через время он сделал несколько ударов, но было видно, что они его больше раззадоривают, чем успокаивают.

— У тебя техника хромает, ну и бьёшь так себе, — подошла Нина к парню, у которого уже начинал проступать пот.

Вообще она немного приврала, чтобы парень не возомнил себя супер крутым.Девушка плохо в этом разбиралась, но задевать Никиту было приятным занятием.

— Хочешь показать, на что ты способна? — Ухмыльнулся он.

Нина решила играть ва-банк. Она также надела перчатки и встала напротив груши. Она била так, как могла, часто получала комментарии от парня, которые раздражали её ещё больше. Никита, заметив её взгляд, надел на себя защиту,чтобы позволить ей ударить себя. У него был опыт, он уже ходил на бокс когда-то, и ударов от девушки он не боялся.

Салтыкова перешла к парню и, когда её злость закончилась, то вдруг в Никите слились все её знакомые, бывшие и другие люди, которые раздражали или обижали её. У Нины появилась злость даже  на саму себя. За то, что позволяла другим поступать с собой несправедливо и подло; за то, что не всегда могла дать стоящий отпор обидчикам; за то, что не делала так, как она хочет, а руководствовалась какими-то навязанными принципами и порядками; и за многое другое.

В итоге от этого осознания ей пришлось остановиться и сесть в углу ринга, закрыв лицо от усталости. Но помимо усталости к её горлу подкатывали все новые и новые чувства. Ей становилось не по себе, а плакать здесь и сейчас совершенно не хотелось.

— Мне что-то нехорошо, — сказала она, начиная дышать глубже.

Никита подал ей воды, помог встать и переместиться на пуфик, который лежал в другой стороне комнаты для отдыха. Он переживал, потому что её и, правда, мутило. Также он винил себя, что в очередной раз не смог угадать с мероприятием. Лучше бы он пригласил её просто прогуляться и поговорить, чем изматывать себя. Но с другой стороны, мог ли он знать, что этим всё закончится?

— Тебе лучше? — Спросил Малиновский, волнуясь.
— Да, всё в порядке.

Однако он видел, что она загружена и погружена в себя. Злость и раздражение позволяли ей прятать что-то, что сейчас она еле сдерживает от того, чтобы это захватило её с ног до головы. Причины были глубже, и они совершенно отличались от того, что она привыкла говорить другим или себе самой.

Никита это чувствовал. Он не знал, что делать. Лучшим решением было бы оставить её наедине с собой, но он боялся оставить её одну. Он продолжал сидеть неподалёку, оставаясь в качестве поддержки. Если уж он стал инициатором этого, то должен дойти с ней до конца, как бы не было тяжело им обоим переносить это.

— Ты молодец, — Малиновский решил поддержать её не только присутствием, но и словами. — Обещаю, больше не буду тебя злить, — и слегка улыбнулся.
— Было неплохо, — ответила Нина, когда ей стало легче. — Наверное, сказалась усталость после рабочего дня, так что не бери в голову.

Девушка продышалась и посмотрела на всё вокруг. Всё казалось каким-то не таким, будто она видит всё, и парня в том числе, в первый раз.

Никита хотел прикоснуться к её лицу, чтобы убрать мокрые волосы, или обнять, чтобы утешить ещё сильнее. Но он не делал этого, потому что понимал, что ей сейчас это не нужно. Да и будь она ближе к нему, это было бы сделать гораздо проще.

— Тут есть душ, ну и я, конечно, захватил твою одежду, чтобы переодеться, — повёл он плечом.
— Хорошо, — вздохнула она. — Это отличная новость.

Никита улыбнулся.

— Не волнуйся, я не рылся в твоих вещах, — сказал парень. — Мне Юля помогла.
— Я так устала, что мне всё равно, — Нина усмехнулась и удивлённо посмотрела на него. — Гениальный план, Малиновский. Ты всё это просчитал, да? Напивать девушку алкоголем теперь немодно?

Он только посмеялся, передал вещи и сказал, что после того,как сам сходит в душ, будет ждать её в фойе.