эпилог: он был здесь.
Зима.
Хогвартс.
Закрытая палата в подземельях — там, где хранили тех, кого уже не вернут.
Драко бредил пятые сутки.
Он не ел. Не говорил.
Он просто лежал и смотрел в потолок.
Сердце билось слишком быстро. Или слишком медленно.
Он не чувствовал себя.
В какой-то момент всё стало тише.
Мягче.
Как будто боль ушла.
Как будто время сделало шаг назад.
Он открыл глаза —
и увидел его.
---
Гарри.
Живой.
Стоит у окна.
Смотрит на падающий снег.
Обернулся.
Улыбнулся.
Голос — родной, как дыхание:
> — Ты проспал, Малфой.
> — Лень, как всегда.
Драко не дышит.
Он боится двинуться.
Он боится потерять его снова.
Он встаёт. Подходит.
Касается руки.
И… она тёплая.
> — Ты… жив?
Гарри смеётся.
Тот самый смех. Звонкий, щекочущий грудь изнутри.
> — Конечно.
Разве бы я бросил тебя?
Мы… вырастим его вместе. Помнишь?
Ребёнок.
Гарри гладит живот.
Беременный.
Сияющий.
> — Мы уедем.
В тихое место.
Ты построишь дом, а я…
Я станцую только для тебя.
Драко сжимает его руку.
Прижимает к груди.
И начинает плакать.
— Гарри…
— Я так скучал.
— Прости…
— Прости, что не смог тебя спасти…
> — Тише, — шепчет Гарри. —
Всё хорошо теперь.
---
Но вдруг — что-то меняется.
Тепло руки уходит.
Комната — начинает тускнеть.
Снег — за окном замирает.
И тогда…
Гарри смотрит прямо в глаза.
Без улыбки. Без голоса.
> — Проснись, Драко.
Это не настоящий я.
---
Комната рушится.
Тепло превращается в пепел.
Рука исчезает.
Драко падает на колени.
Один.
Снова.
---
Он открывает глаза.
Он в реальности.
В той самой палате.
Один.
Потный, слабый, живой.
Он смотрит на руки.
Они пусты.
> — Значит, это всё правда?..
Ты умер…
А я остался.
---
Снег за окном всё ещё идёт.
Медленно. Беззвучно.
Как будто весь мир оплакивает то, что потеряно.
Драко ложится обратно.
Смотрит в потолок.
И шепчет:
> — Но он…
Он был здесь.
> Хоть на миг.
Хоть в бреду.
Он… был.
---
И это всё, что у него осталось.
Драко больше не бредил.
Он не ждал. Не верил.
Он просто жил.
Пусто. Тихо. Один.
Но каждый год, в день их смерти,
он возвращался в то место.
Смотрел на две плиты.
И ставил белую лилию между ними.
На надгробии Гарри и их сына
вырезана фраза.
Ничего больше. Ни имен. Ни дат. Только:
> "Он ушёл с любовью.
А я остался с её криком."
И снег падал так же, как в ту ночь.
Беззвучно.
Словно всё ещё оплакивал тех, кто любил слишком сильно.
---