Глава 85.
Вечер того же дня...
Я со вздохом склоняюсь к кровати и беру серую форму, которую нам выдали пару часов. Она состоит лонгслива и легинс темно серого цвета. С моей кожи спадывает повседневная одежда и я надеваю форму, которая была выдана всем гибридам.
Хоть такой я и не являюсь, но выступаю «за» особенных существует, им есть место быть в этой жизни, бесспорно. Но всегда найдется тот, кто будет оспаривать это мнение, пользуясь своим статусом.
Статус есть, есть достижения. А также есть лапша на уши, которую на протяжении многих лет вешали потомки своему близкому. Настала пора решить этот вопрос в нашу пользу – или погибнуть в случае битвы.
Кому хочется битвы? Кому хочется войны? Кто хочет умереть? Ткните мне на него пальцем и скажите об этом. Война это страшное дело, страшное решение, под которое попадаются многие, причастные и невинные. Взрослые или дети. Плохие или злые.
Не хочешь тонуть – топи.
Не такое видение было у меня при полете в Великобританию. Не так я представляла свою учебу. Все получилось не так. Да, я нашла своих близких друзей. Ками, вечная болтушка, способная вытянуть из любого хоть какую информацию. Иногда глупая, но это исключительно милая глупость. Она очень чувствительна, что любит не показывать это в себе. Ками пытается из раза в раз быть хладнокровной, но ее пылкие, настоящие эмоции сложно сдерживать. Она научила меня дружить. Научила ценить дружбу.
Джози, показавшая, что любить можно хоть человека, хоть парня, или девушку. Я полюбила Джози за ее постоянную искренность и естественность. Она никогда не надевала на себя маску, притворяясь тем, кем никогда не являлась. Джози показала, каково просто жить и видеть красоту даже в самом простом, угрюмом дне.
Вивея, показывающая, что по одному взгляду не определить - стерва она или нет. Я так и думала, ой, как я о ней думала, о ее завышенных чувствах к себе, о стервозной заносчивости и наплевательских чувствах на окружающих. Это совсем не та Вивея, о которой я думала, когда мы впервые встретились. Вивея это та девушка, которая в ужасных ситуациях остается более хладнокровной, чем все остальные. Она показала, каково быть сильной, когда тяжело.
Но кто же знал, что все обернется так?
Для меня все это было очень удивительно. Я та девушка, которая предпочтет сидеть дома, нежели гулять. Возьмет лучше книгу в руки, чем стопку.
Самое спокойное, тихое, социопатическое создание сейчас стоит перед зеркалом в форме, и ждет, когда все гибриды, которые испокон веков уничтожались, чтобы все мы, обычные экстраординарии жили без потерь, на равне - соберутся на первом этаже штаб-квартиры, созвать телепорт и отправится прямиком в Академию Лондона. Беспредел должен прекратится. Если не мы, то кто? Сколько все мы будем страдать? Сколько будут убивать тех, кто просто полюбил другого, нежели именно своего вида? Сколько будут уничтожать тех, кто родился «не таким»?
Мы выбираем, что нам чувствовать. Но мы не выбираем, что нам чувствовать.
Стук в дверь.
Пора выходить.
За мной зашел Джейк, без всяких слов, он протянул мне руку, и я вложила в нее свою.
Мы вышли в гостиную, где уже многие гибриды ждали остальных, опаздывающих. Ник сидел на подлокотнике большого дивана, и скрестив руки оглядывал остальных. Ева стояла чуть поодаль и, топая ногой, тщательно рассматривала свой маникюр, наверное боясь испортить, в случае плана «Б». Умар тихонько поглаживал заплаканную Аишу по гладким, темным волосам.
Коннелл, стоящий рядом с нервной Беатрис, подошел к нам с Джейкобом и обнял за плечи. Я почувствовала эти отцовские, заручившиеся объятия невероятно сильной поддержкой, которая всем нужна. Всем нам страшно, но многие пытаются этого не показывать.
В гостиную вошли Оливия и Александра. На их лицах было хладнокровие, но нервные и резкие движения - все портили, выдавая. Они синхронно остановились возле нас.
— Первых, кого мы спасли это были Умар и Аиша. Мы долго размышляли об этом с миссис Диггори, мол, это опасно, им не выжить, об этом узнают и так далее. Сейчас мы стоим целым народом, пока в защищенном месте и хотим бороться с несправедливостью, - сказала Александра, скривив свою малозаметную улыбку, — Я хочу сказать, что вы все стали нашей второй семьей, но именно той, которая нуждается в защите, в любви, в безопасности - намного больше. Вы особенные, вы сильные. Вы другие.
Скарлетт, внимательно слушая расчувственную речь директрисы, пустила слезу. Она была такая яркая, такая же, как цвет ее волос.
Я примкнула к груди Джейкоба, крепко и любя его обнимая. Как же мне хочется этого покоя. Находится в крепком замке из его рук и слушать биение сердца.
— Мы будем до последнего стоять перед вами, оберегая, - добавила Оливия, — И что не случись - мы готовы отдать все, чтобы жили вы, в справедливости, в таких же правах, как и остальные существа. Вы заслуживаете лучшей жизни, в том месте, где вы не будете бояться, что вас хватятся. А сейчас...нам пора.
В толпе послышались тяжелые выдохи, нервные щелкания пальцами, или топание ноги по полу.
Оливия взмахнула указательным пальцем вверх, и произнесла:
— Vocare gurges de ianuae magicae!
В этом месте начала образовываться точка, быстро разрастающаяся в огромный, серый водоворот, пытающийся утянуть все и всех, что было в этой комнате.
— Идем.
Первая в водоворот прыгнула Оливия, затем Александра, Умар, и остальные.
Мы летели по инородному пространству, будто в небытие. Ничего не двигалось, кроме нас самих. Нас уносило, с неимоверной, страшной силой. Но вот показалась в конце водоворота точка, все больше и больше расширяясь. Я узнала почти родные места.
Академия.
Массовый телепорт выплюнул нас как что-то неживое, отторгающее. Кто-то смог крепко устоять на ногах, а кто-то не удержал собственное равновесие и повалился на землю.
— Черт! - злостно произнесла Ева, держась за траву на газоне перед школой.
Ник подошел и протянул ей руку. Было бы удивительно, если она не приняла ее.
— Ноготь? - спросил он.
— Да! - также яростно процедила она, злившись не на Ника, а на происходящую ситуацию.
Александра Кингсли уже успела взяться за свой сотовый.
— Эдмунд, нажми на кнопку экстренной эвакуации.
Пару раз хмыкнув в знаке согласия в трубу, она убрала сотовый в свой карман.
— Зачем это? - спросил отец Джейка, стоящий рядом с директрисой.
— Не хочу подвергать опасности своих учеников, - ответила она в тот момент, когда в стенах Академии зазвучала сигнал для эвакуации. Директриса посмотрела на меня, — Эстер, я бы не хотела, чтобы ты тоже в этом участвовала.
Я выпучила глаза. Она что, собирается меня слить? Она хочет, чтобы я просто смотрела на все это со стороны? Нет!
— Миссис Кингсли, с вашего позволения, я откажусь от этого. Я не брошу вас. Можно сказать, это началось все из-за нас.
— Эстер... - та видимо хотела меня начать уговаривать, но крик Трэвиса заставил потеряться в данном разговоре.
— Александра! - Трэвис указал рукой на выходящих, в непонимании учеников и ищеек.
— Ну, поехали! - Злорадно и при этом с каким-то азартом процедил Ник, двигаясь с гибридами к дверям школы.
Все ученики, оторванные от дел и учебы столпились в одну кучу, не понимая что происходит. Ведь признаков пожара или другой опасности - не было.
Я увидела из толпы Эммета, Ками и Аманду, у которой уже был виден округлый животик. Мое сердце непроизвольно сжалось.
Ищейки-шестерки неподвижно стояли, как бы обороняя двери Академии. Их взгляды были испепеляющими, хоть мы и находились вдалеке от них. Но вот вышел разъяренный мистер Диггори, который и сам не понимал, что происходило. Он осматривал то школу, то учеников. Сигнал эвакуации выбил его из колеи, ведь все вроде было в порядке. Одна из ищеек амбалов указал на нас.
Лицо Диггори было разгневано. Его постоянно белоснежная кожа моментом окрасилась в красный. Откинув волосы назад, он взялся за подол своего голубого плаща и кинулся к нам.
Ник уже принял выжидающую, боевую позу.
— Ник, отставить, - сказала Оливия, не снимая взгляда со своего приближающегося мужа.
— Он зол, - хищно произнесла Скарлетт.
Диггори моментом оказался прямиком возле лица переживающей Оливии.
— Какого черта, Оливия?!
— Дэниэль, нам нужно...
Но он не хотел слушать ее. Взяв за горло свою жену, он откинул ее вперед. Тело Оливии, как тряпичная кукла, ударилось об ближайшее, с толстенным корнем дерево.
— Какие тут могут быть разговоры?! - кричал он, бросаясь от злости вытекающими слюнями.
— Что ты себе позволяешь? - глаза Трэвиса окрасились в алый цвет. Приняв боевую позу, он закричал нечеловеческим рыком. Тело парня начало деформироваться, кости - хрустеть, конечности - выворачиваться в другую сторону. Он оброс черной, словно уголь шерстью и превратился в огромного, мускулистого оборотня.
Он побежал вслед Диггори, находящегося спиной к нему, и желая накинуться, Трэвис в одночасье тут же отлетает в сторону, жалобно скуля.
Я обернулась и увидела ищейку, протягивающего руку к парню. Он заставлял Трэвиса испытывать боль. Ищейки приближались. Гибриды кинулись, без всяких слов о важном разговоре. На одну шестерку Диггори давалось по несколько гибридов: один брал за шею, в случае чего оторвать голову с плеч, другой применял силу, другой оборонял от остальных шестерок. Все это выглядело просто как ужас, на фоне трусящихся от страха учеников. Все как один замертво стояли у массивных дверей и не могли ничего сделать.
— Зря ты покусился на короля, - процедив зубы сказал, белобрысый ищейка, кидаясь на обессиленного Трэвиса, лежащего в траве.
Я не знала, куда поддаться. Все начали драться. В воздухе витал привкус крови, шерсти, и безжалостного убийства. И тогда я поняла - никакого плана "А" и быть не может. Нужно сражаться, защищать и доказывать.
Белобрысый двигался к Трэвису, мелькая через толпу дерущихся.
Надо помочь!
Я не часто практиковала свой дар в этих стенах, но была почему-то уверена в том, что если очень сильно захотеть - получится все!
Я уверенно встала, и смотря на шестерку Диггори, представляла, как между ним и Трэвисом образовывается огромный щит. Он имел цвет, ярко-синий, шарообразную форму и запах – ненависти. Когда белобрысый почти подошел к Трэвису, пытающемуся оклематься - ищейку ударила невидимая стена. Тот будто замертво упал, переставая двигаться.
Выходя из собственного транса, я сделала шаг назад и почувствовала на своей шее сильную, удушающую хватку, не в силах как-то подействовать на нее. Дергаясь телом, я не могла вырваться, кажется будто кожа между головой и шеей начала потихоньку, как фантик, отрываться.
— Отпусти ее, ублюдок! - послышался со стороны голос Евы. Она быстро ретировалась к нам, и схватив врага за руку, по нему прошла бурная волна ядерного тока, снося с ног.
Одна из шестерок: темноволосый, громадный мужчина с нахмуренной физиономией лежал на земле.
— Господи, - я пыталась откашляться, — Ева, спасибо!
Блондинка улыбнулась.
— Как бы я многих ненавидела, но мы - как-никак команда.
Я кивнула.
Ученики, выбежавшие из Академии наблюдали за картиной, происходящей между нами. Кто-то испугался и забежал обратно в стены школы, кто-то из любопытства наблюдал, а кто-то...решил помочь!
— Камила! - увидела я подругу, приближающуюся ко мне.
Она ничего не говоря, кинулась мне в объятия, заплакав. Оценивая данную ситуацию, у нас не было времени плакаться друг-другу. Нужно действовать. Сейчас!
Непонятно откуда, но помощники мистера Диггори появлялись как рой ос. Теперь настала их очередь кидаться несколькими на одного, бедного, гибрида, который не успевал обороняться.
Я услышала позади себя крик Скарлетт, заставляющий резко обернуться. Она стояла в самом эпицентре битвы, вся в крови. Упав коленями на землю, она начинала сжимать траву, сопровождаясь зверским криком. На территории школы послышались какие-то разломы неимоверного количества. По земле прошла полоса, ветвистая, словно молния. Она разделила местность на два части: левую и правую. Разлом безжалостно унес жизни некоторых врагов и гибридов. Я успела переметнуться на левую сторону вместе со своей подругой.
Александра Кингсли, танцуя будто эстетичный, нежный танец погибели, умело разбиралась с противниками, не жалея их голов и сердец, доставая их одним движением из груди и откидывая в сторону. Рядом с ней оказалась Ева, сбрасывая еще один труп и одним лишь касанием руки заставляя его загореться и перейти на другое, безжизненное тело.
Умар и Коннелл занялись всюду убегающим, трусливым Диггори. Пока Беатрис и Камила помогали приподняться Оливии. К ним тут же подоспел Трэвис, и приложив свою ладонь к окровавленному затылку – забирал ее боль. Женщина потихоньку приходила в чувство. Когда она увидела всю происходящую, гневную мясорубку - ее глаза полезли на лоб. Как же быстро разгорелось несправедливое пламя между двумя сторонами, которые пытались друг другу что-то доказать, но никак не выходило.
Мое сердце в один миг треснуло, когда я услышала собачий вой. Это заставило меня тяжело задышать и со страхом обернуться к источнику звука. Когда я увидела Джейкоба, обращенного в оборотня, висящего над пропастью разлома – я закричала что есть силы, направляясь к нему. Рыжеволосый гад, подопечный Дэниэля находящийся неподалеку, достал из кармана нож и замахнувшись на беспомощного Джейка, насквозь проткнул ему лапу.
Шестерка хотел замахнуться вновь, но подоспевший вовремя Эммет, сел ему на плечи, и взяв по обе стороны за уши, натянул голову на себя, беспощадно ее отрывая.
Я кинулась к Джейку, пытаясь его удержать, хоть и сама понимала, что не смогу его поднять. Он смотрел на меня большими, животными глазами, которые были полны страха и сожаления.
— Джейк... - я мельтешилась, в попытках его поднять, — Я сейчас. Я сейчас помогу тебе.
Из глаз хлестали слезы ручьем. Сердце скимело, мозг и разум отказывались работать в данной ситуации.
Джейк как бы взглядом мне говорил: «Прости меня...»
— Нет! Нет! Черт, Джейк! - я крепко схватилась за его лапу, думая что он отпустит ее добровольно, больше не имея сил терпеть, — Помогите! Помогите кто-нибудь!
Когти Хантерса, впитые в землю начали сползать, как и его тело, прижатое к излому. У меня не хватило сил выдержать его массу, и он начал падать.
— Нет, Джейк! - кричала я, и на последнем издыхании он начал падать в пропасть, — НЕТ!
Новая волна слез охватила меня.
Меня оттолкнул кто-то в сторону резким, не желающим движением. Глаза от усталости начали смыкаться или я начинала терять сознание. Я и сама не понимала в тот момент.
Сверхъестественной силой Скарлетт телепортировалась к разлому. Ее одежда была местами изорвана, порезана, а вместо дыр, из кожи сочились раны. Она посмотрела в земельные глубины, и протянув к ней руку, что-то нашептывала себе под нос.
В глазах плыло. Все фигуры слились воедино. Ко мне кто-то подбежал и грубо схватив за воротник, спросил:
— Что с тобой?
Я не видела лица, только голос. Он был мужской, но отдаленный, неузнаваемый.
— Эстер, что с тобой?
— Palla di energia dell'acqua! - Скарлетт кричала заклинание в шаге от смертной пропасти, и акцентировав на последнем слове, в небе загремело.
Тучи окрасились в темный цвет. На улице моментально настали сумерки. Каждый кусочек неба заполонял друг-друга и следующий, и следующий. Где-то вдали, за горизонтом сверкнула ветвистая молния.
Я увидела как Скарлетт поднимала что-то из бездны, в каком-то, будто мыльном шаре, пока в этот момент, подошедший ко мне, схватился с подчиненным Диггори.
В нескольких метрах от меня, Скарлетт швырнула этот пузырь, оказывается, состоящий полностью из воды. Синеволосая девушка обессиленно упала назад, пытаясь отдышаться, силы забирали слишком много энергии.
Повернув голову, я увидела силуэт, начинающий вырисовываться. Мои глаза начали приобретать фокус.
Джейк.
Я еле встала с земли, и ринулась к нему.
Бессильно упав на колени перед его мордой, я уткнулась в нее своим лицом. Поглаживая массивную шею оборотня, я плакала. Как же я горько плакала.
В момент, когда Джейка чуть не скинули в обрыв, в моей жизни перестало существовать все на свете. Все сразу стало таким незначительным, мелочным, ненужным мне. В горле встал ком, в ушах шум, а по венам гонялась с неимоверной силой кровь.
— Джейк, очнись, - говорила я, откинувшись в его мохнатую, золотистую шерсть.
Мне было плевать, что находилось за моей спиной. Плевать, если меня бесчеловечно, предательно убьют в спину. Я желала одного – чтобы Джейк пришел в сознание.
— Я люблю тебя, - добавила я, захлебываясь потоком горьких слез, — Я люблю тебя!
За моей спиной разносились крики, жалобные, зверские, сиплые. Вой оборотней, такой громовой и въедливый мне в голову и сердце. Джейк просил о помощи, когда висел над пропастью, о, как он просил!
От несправедливости я ударила его поддых. Я делала это каждый раз, когда признавалась оборотню в своих искренних чувствах.
Ударив последний раз, животное тело дернулось, выплевывая из легких воду.
— Джейк? - ошалевше подняла я голову.
Он лежал на боку и продолжал кашлять водой, которая попала ему в тот момент, когда Скарлетт создала водяной, оберегающий пузырь, не давая оборотню разбиться.
— Господи, Джейк, ты жив! Ты жив! - я схватилась за клоки его шерсти, радостно воспевая.
Рядом со мной упал Трэвис, тревожно взглянув на отходящего Джейка.
— Помоги остальным, я сам разберусь с ним.
Я встала с поверхности и кивнув, последний раз взглянула на Хантерса.