Глава 40.
Спустя несколько дней.
Пушистый снег за окном уже устоялся и никуда не собирался уходить впредь до марта. Началась зима, как и эта атмосферная суматоха по случаю праздника «Первый снег». Все были в долгом ожидании, примерно с окончания осеннего бала. И я это прекрасно понимаю, потому что входила в число этих «ждунов». В Академии не было ничего такого примечательного, кроме таких мероприятий. Вечная учебная рутина удручала, хотелось чего-то нового, необыденного. Так, студенты Академии-экстраординариев жили от одного праздника - до другого. И чтобы по-настоящему прочувствовать атмосферу этого дня я вместе с Вивеей и Эмметом поддалась в помощники для организации.
В этом были свои какие-то преимущества: Камила показала мне, каково это - выделяться среди всех, и возможно я учла это даже буквально. Я уходила примерно с третьего урока из семи, и везде преподаватели ставили уважительные причины. И, конечно, занималась чем-то новым, чем не занималась никогда.
Кстати, не так давно в нашей школе решили открыть всякие кружки, в которые могли поддаться все, кто только хочет: танцы, рисование, бокс, карате. Господи, совет даже хочет открыть шахматный турнир! Но ни в одном из этих кружков я не нашла себя. Но очень рада за Камилу, которая решила посетить первый урок танцев и Джози, полная противоположность, выбравшая бокс.
Так, хоть какие-то, потихоньку, но изменения в Академии происходят. А еще конечно же, отопление! Как я могла забыть упомянуть про это? Бедные ведьмы и колдуны больше не кипятят воду в железных трубах и не носят несколько курток, походя на слоеное тесто.
В очередной день я отсидела три урока и направилась в бальный зал. До праздника оставались считанные дни, а наша готовность была примерно на сорок процентов.
В бальном зале тут и там передвигались организаторы: приносили большое, даже огромное количество коробок с разными украшениями, ходили туда-сюда со списками и отмечали уже сделанное. Сравнивали списки с закусками и напитками, которые вскоре будут стоять на столах. Движение происходило неимоверное, кажется, даже активнее, чем бывает почти каждый день в столовой по утрам.
Я сидела на высокой стремянке и ждала, когда мне подадут надутые шары, чтобы повешать их на колонах, и по углам потолка бального зала. Неподалеку от меня, Эммет и его какой-то знакомый по имени Шон как раз этим и занимались.
Если задуматься, опытные ведьмы и маги могли бы украсить этот зал по щелчкам пальцев с помощью своих способностей. Наверное, это возможно в действительности, но видимо совету и непосредственно, миссис Кингсли, хочется, чтобы все делалось обычным трудом, не забывая, что во всех нас, до единого, есть человеческая частичка.
- Принимайте, босс! - произнес брат.
Эммет и Шон подошли ко мне, и вручали шары, которые уже были завязаны между друг другом. Но как только я взяла их в руки, что-то пошло не так: один из шаров начал сдуваться, портя вид остальных.
- О нет, нет, нет! - панически произносил брат, глядя на это.
- Restare immobile. Aspetta! - послышался знакомый голос со стороны.
Вивея довольно улыбнулась, с физиономией: «Обращайтесь!».
Я взглянула на шар, и он начал вновь заполняться воздухом, надуваясь. Дырка, которая непонятно как образовалась на нем, начала волшебно запаиваться, будто ее никогда и не было. Ну и что собственно я говорила? Без ведьм никуда. Ни в огонь, ни в воду, ни в организацию праздника.
- Вивея, ты волшебница! - произнесла я, когда повесила шары и спустилась на пол.
- Спасибо, я знаю. - самодовольно произнесла ведьмочка, - А вам вообще, можно что-то доверить?
Вивея сощурила глаза и тыкнула парням в грудь. Эммет усмехнулся, а Шон виновато поднял руки вверх и произнес:
- Эй-эй, не кипятись, ведьмочка!
- Я тебе сейчас покипятюсь! - Вивея держала в руках скатерть для столов и ударила ею по голове Шона, а тот задорно, и заливаясь смехом, убегал от нее.
Я улыбнулась.
Ко мне подошел Эммет и по-собственному положил руку на мое плечо, довольно мыча.
- Удивлен, что тебе удалось вытащить меня сюда.
К слову, я действительно уговаривала Эммета пойти помогать в обустройстве праздника, но тот лишь качал отрицательно головой и говорил, что ему есть чем заняться. Но как только я аргументировала тем, что мы мало видимся с ним и почти не проводим время, Эммет сразу согласился.
- Я просто умею надувать губки и умоляюще просить глазками. - ехидно засмеялась я, потрепав брата по золотистым волосам.
Эммет внешностью, целиком и полностью был мужской версией меня. Я в этом убеждалась всякий раз, когда мы стояли рядом и смотрелись в зеркало или на фото. Даже сейчас, мы заметили друг друга в полный рост в зеркале, стоящем напротив нас, и я в миллионный раз убеждаюсь в этом.
- Да-а, - протянул довольно брат, - Это ты явно умеешь. Помнишь, когда тебе было семь, ты просила поменяться комнатами, потому что тебе не нравился вид из окна на задний двор?
Я улыбнулась и кивнула Эммету.
- Конечно помню!
- Столько лет прошло, а я до сих пор ведусь на твою мордашку! - произнес Эммет, шуточно негодуя.
Наш разговор прервала Вивея.
- Так, а вы что стоите, работнички? - она махала списками, а затем всучила их нам. - Нужно проверить чего не хватает, - передала она Эммету, - Так, а на тебе список блюд. Сходи в столовую к поварам и отметь. - указательно произносила ведьмочка для меня, а затем удалилась.
По моему, Вивея была самым главным организатором «Первого снега».
Мы, держась за руки с братом, устало замычали, и начали расходиться, демонстративно опустив наш «замочек».
Я опустила глаза в список, попутно идя в столовую.
«Тарталетки с морским ежом», «Тарталетки с морским огурцом» - читала я из списка, который выдала мне Вивея.
- Господи, что это такое? - отвращенно произнесла я себе под нос.
Я конечно понимаю, что возможно это очень дорогие, элитные деликатесы, но боже, тарталетки с морским ежом?
Но когда я прочла какие будут канапе, то немного успокоилась, ведь там были нормальные продукты.
Придя в столовую, я впервые зашла на кухню к поварам, где готовились все блюда для нашей школы. Она была огромна, как и количество персонала, работающего тут. Женщины и мужчины поприветствовали меня с теплом и улыбкой, будто я Роспотребнадзор. Сверив все блюда, которые были готовы, и которые только были в процессе приготовления, отчиталась перед своими «начальником» Вивеей, а та передала кому-то вышестоящему.
Так, я пробыла здесь до самого вечера и занималась разной, мелочной работой: накрывала скатерти на столы, добавляла недостающие украшения, а также помогала в установке сцены для местной группы, которая приедет к нам на праздник. Кстати, эта группа состояла из трех экстраординариев и одного человека, который знает о нашем существовании.
В конце работы, мы сидели с Эмметом на полу в бальном зале, когда уже все ушли по своим делам или комнатам.
- А с Амандой у вас все серьезно? - спросила я, держа голову на плече брата. Мне хотелось узнать это лично и наконец убедиться во всем. Хотя я уже, конечно, знала ответ на этот вопрос.
- Я думал, что ты сама уже все поняла, несмотря на то, что я не говорил об этом. Да, мы с Амандой начали встречаться, прости, что все никак не мог тебе об этом сказать лично.
Я тепло улыбнулась.
- Я давно это заметила, ты смотришь на нее совсем иными глазами. Почему ты не мог сказать мне об этом раньше? Из-за обстоятельств?
- Не знаю, боялся. Наверное того, что ты в ответ также расскажешь мне, что тебе кто-то нравится.
Я засмеялась.
- А что в этом такого?
- Это дает мне вновь понять, что ты уже выросла, и совсем не та маленькая девочка, которой была, когда я поступил сюда на первый курс.
Когда Эммет начал учиться здесь, мне было тринадцать или четырнадцать лет, и он не успевал видеть то, как я расту, только лишь тогда, когда приезжал на летние каникулы.
- Все ясно, старший братец, который пытается обезопасить младшую сестру от всего плохого. - произнесла я, будто сюжет какого-то фильма.
- Ну да, а что в этом такого? Ну так, нравится кто-то? - выпытывал брат, краешком глаз смотря на меня.
Одна часть меня хотела произнести «да», но другая явно твердила об обратном.
- Нет, мне никто не нравится, успокойся!
Если Камила, живущая со мной в одной комнате, посвященная почти во всю мою жизнь, знает все, то Эммет, родной брат, не знает почти ничего, и меня заставляет это чувствовать себя неловко, неправильно. Эммет по факту есть в моей жизни, и я его очень люблю, но у него тоже есть своя жизнь, в которую он наверняка, также посвящает меня лишь поверхностно.
- Ну и хорошо, пусть твоя нервная система будет в порядке. - Эммет приподнялся с пола и протянул мне руку, - А теперь пойдем, завтра будет день еще куда тяжелее.
Я взялась за руку брата и встала с пола.
- Пойдем.