последний шанс на нежность
- ало, Вов, ты ещё тут? - для убеждения спросила Амелия
-да, так тебя забирать или нет? - ответил Вова
-завтра, после обеда, сможешь? - спросила Ахмярова, Валера довольно улыбнулся
-смогу - немного поразмыслив выдохнул Суворов и положил трубку
-убедил - довольный собой улыбнулся Туркин
-так, котлеты - вдруг опомнилась Змея и побежала на кухню. Первая партия котлет немного подгорела - Валер, убью тебя когда-нибудь! У меня из-за тебя потоков подгорели! - крикнула блондинка, на кухню зашел Турбо
-ну извините - шутливо сказал кудрявый
-много извиняешься, для группировщика - усмехнулась голубоглазая
-все ради тебя - рассмеялся зеленоглазый
-даже подгоревшие котлеты? - прыснула со смеху Амелия
-особенно они - усмехнулся Валера
-ну тогда ешь - девушка сняла со сковородки котлеты и положила одну на тарелку, которую поставила перед парнем. Через пол часа Ахмярова закончила готовку и тоже села за стол, как вдруг раздался громкий стук в дверь, Туркин насторожился, открывать они пошли вместе. За дверью стоял высокий, широкоплечий мужчина в военной форме. Тут Змея напряглась, она поняла, вот он, тот самый момент когда осталось несколько дней до разлуки на целый год. Улыбка только, что сиявшая на её лице стремительно исчезла
-Туркин Валерий Дмитриевич? - спросил мужчина
-да, это я - подтвердил Турбо
-вам повестка, неделя на прохождение врачей, после этого сразу в армию - заявил не знакомец
-а можно ему отсрочку, на недельку, на следующий неделе хоронят его деда - вмешалась блондинка
-милочка, не ваше это дело, армия это мужское, а ты баба, к тому же мелкая еще, не лезь, а - недовольно произнёс мужчина из военкомата
-с девушкой моей так не общайтесь, мне будет плевать кто вы, морду за неё набью - заявил кудрявый
-та конечно молодец, за девок заступаться надо, но проследил бы ты за её поведением - съязвил тот
-ведёт себя она как захочет, я ей позволяю, все равно её проблемы буду решать я - огрызнулся зеленоглазый и выхватив повестку из рук мужчины захлопнул дверь
-Валер, он чё, совсем одурел? - возмутилась голубоглазая
-давай не сейчас, сейчас я звоню пацанам, всё им объясняю, а ты главное на похороны деда приедь и к бабушке иногда приезжай и пацанов с собой бери, помогайте ей - серьезно произнёс Валера и набрал номер Вахита
-ало - послышался голос Зимы
-ало, Вах, слушай сюда, мне повестка пришла, через неделю уеду, с Мели чтоб даже на миле секунду глаз не спускали, мне плевать как, хоть ночевать оставайтесь, одну её никуда не пускать, делать все, что она скажет и ни дай бог с неё хоть одна волосинка упадет, хоть одну слезинку она проронит из-за вас, с каждого спрошу, всем это передай, от неё ни на шаг, ясно? - таким серьёзным и строгим с друзьями Амелия не видела его никогда
-да понял я, понял, не боись, все будет идеально - ответил лысый
-я надеюсь - произнёс Туркин и положил трубку. Ахмярова вдруг поняла, что теперь целый год не будет никакой совместной готовки, теперь никто не будет говорить ей под руку, никто не будет постоянно смешить её, не будет этих спонтанных поцелуев, для которых еще рано, но которые так нравятся ей, которые так важны, никто больше не будет с ней ругаться, а потом извиняться, теперь никто не успокоит так как он, никто не заткнёт во время спора поцелуем и по её щекам побежали слезы
-Валер, я так привыкла к тебе, так привыкла к тому, что ты постоянно рядом, ну можно же как-то откосить - плакала Змея
-Мелюнь, ну ты чего, все хорошо будет, ты даже не заметишь как этот год пролетит - ласково сказал Турбо. И опять, Мелюней её называл только он, сразу стало гораздо больней
-Валер, я не хочу без тебя, я за этот год с ума сойду - воздуха начинало не хватать
-тише, тише, ну, солнце моё, не надо плакать - кудрявый крепко обнял блондинку, взял на руки, а та крепко обхватила ногами его торс и шею, теперь она ревела ему в плечо
-"солнце мое... Мелюнь... Всё будет хорошо... Да пошла ты!... Прости... У меня жить будешь... Мы за тебя заступаться не будем... Это моя девушка и я не позволю так с ней разговаривать... Вов, не слушай её... Мель, угомонить... На одну ночь... Не уходи... Я не горю желанием даже днем тебя одну отпускать... Ей нравится когда я такой... Целуй... Знаешь как я привык..." - эти и еще тонны других фраз зеленоглазого эхом и вперемешку проносились в её голове. Голубоглазая помнила все, их первую встречу, их первый поцелуй, как они танцевали, как готовили, как успокаивали то она его, то он её, казалось, что это все сейчас рушится. В ним вышла Татьяна
-что случилось? - испугалась старушка, увидев как Амелия плачет на руках у Валеры, который бережно гладит её по волосам
-всего-навсего повестка мне пришла и через неделю в армию - тихо ответил Туркин
-всего навсего? - плача возмутилась Ахмярова - ты совсем идиот? Все, отпусти! - закричала Змея
-горе ты мое, куда ж я тебя отпущу - выдохнул Турбо
-поставь меня на пол! - сквозь плачь приказала блондинка, но кудрявый не реагировал, тогда она начала бить его кулаками по спине, парень лишь изредка морщился и улыбался, а бабушка смотрела на них и понимала, что её внук действительно любит эту девушку, иначе уже устроил бы скандал и отправил обратно в Казань
-любишь её? - спросила Татьяна, хоть и знала ответ
-очень - довольно ответил зеленоглазый и пошел в свою комнату с девушкой на руках. Там он поставил голубоглазую на пол - ну вот чего ты ругаешься, давай лучше больше времени вместе проведем - спокойно сказал Валера, внимательно глядя, на заплаканное лицо Амелии, которая лишь молча пыталась вытереть слезы, но каждый раз нахлынывал все новый и новый поток, тогда Туркин не долго думая, наклонился и поцеловал её в губы. Ахмярова заметила как слезы сразу закончились, на смену им пришли дикая страсть и желание постоянно целовать его, оставить на нём как можно больше засосов, она быстро оторвалась от его губ и перешла на шею, начиная оставлять засосы. Турбо не сопротивлялся, ему жто наоборот нравилось и принялся оставлять их в ответ на её шее. Затем Змее захотелось большего, она оттянула горловину его футболки и стала оставлять засосы на плечах и ключицах парня. Завтра она уедет в Казань, а потом у них толком не будет времени. Это словно был их последний шанс оказаться так близко, будто завтра же они умрут, а не разлучаться на год
-а как же рано еще? - оторвался от шеи блондинки кудрявый
-сейчас можно, у нас ещё год разлуки - ответила голубоглазая. Весь оставшийся день они целовались, обнимались и дурачились, а зеленоглазый в перерывах успокаивал её от очередной истерики.
Ребята шуточно дерутся и Амелия вдруг не расчитав силу сильно кусает Валеру за руку, но продолжает сжимать челюсти
-Мель, больно, пусти - попросил Туркин, Ахмярова разжала челюсти и они увидели кровавые полоски в отпечатках её зубов на руке парня
-прости, я не хотела - сразу же извинилась Змея
-ничего страшного - улыбнулся Туркин
-где аптечка? Обработать надо, а то можно занести инфекцию - серьезно посмотрела на него блондинка
-в первом ящике - кудрявый указал на тумбочку в своей комнате. Голубоглазая встала, открыла ящик и аптечку, достала перекись с ваткой, вернулась к зеленоглазому, обработала укус и поцеловала парня в щеку
-какая ты все-таки хорошая, как я только в живых остался пока тебя не было - усмехнулся Валера
-а при первой нашей встрече ты так не думал - улыбнулась Амелия
-а ты при первой встрече была слишком наглая - улыбнулся Туркин и ударил её подушкой
-ах так значит? Ну берегись! - воскликнула Ахмярова и схватив вторую подушку, села на колени парня и принялась безостановочно бить его этой несчастной подушкой, тот просто лёг на кровать - так тебя! - радостно прикрикнула Змея, но триумф её был не долгим. Турбо снова сев на кровать, выхватил из её рук подушку, откинул в сторону и впился в нежные, розоватые и ещё припухшие от прошлых поцелуев губы, при каждом соприкосновение языков по телам обоих пробегали мурашки. Они целовались так словно пытались запомнить губы друг друга, их вкус, какого это прикасаться ими к губам другого. В губы и язык блондинки все-таки въелся вкус губ кудрявого. Навязчивые привкусы табака и крови, приятный вкус шоколада и мяты от сигарет, которые курил парень, он чередовал шоколадные и мятные. Через время и в губы и язык зеленоглазого въелся вкус губ голубоглазой. Он был необычным, его было невозможно описать, это было что-то особенное, то-ли какая-то домашняя выпечка, то ли овсяное печенье, то-ли карамель, то-ли вишня или черешня или все сразу в добавок с чёрным чаем или зелёным. Не понятно. Зато запоминающеесь. Амелия хорошо запомнила, что губы Валеры грубые, немного прохладные, на них хорошо ощущаются ещё не зажившие раны. Туркин запомнил, что губы Ахмяровой нежные, мягкие, на них есть некоторые шелушки и небольшие ранки, от того, что та часто их кусает. Руки Турбо, большие, теплые, сильные. То гладили Змею по спине, то съезжали на талию, то сжимая её, то разжимая, иногда направили опуститься на бедра, но этого не происходило. Руки блондинки, маленькие, хрупкие, но с сильным ударом. То зарывались в волосы кудрявого, то спускались к лицу, большие пальцы оказывались на щеках, остальные за ушами и на шее, то опускались на плечи, то на шею и затылок. Отстранившись они долго смотрели друг другу в глаза, потом исследовали взглядом лица и тела, скрытые под одеждой, стараясь лучше их запомнить
-я буду скучать... - прошептала голубоглазая, прервав тишину
-я тоже, солнце, я тоже... - шепотом ответил зеленоглазый. Они какое-то время просто молча сидели. Амелия у него на коленях, а Валера на кровати