Глава 11 Часть 4
- Какой ужас!
Питер тут же встаëт передо мной, чтобы защитить меня и сурово смотрит на них.
Я: Бежим, Питер!
Но уже слишком поздно!
Незнакомцы достают оружие и целятся в него!
Я: Нет! Не надо...! ПОМОГИТЕ!!
Конечно же, это Потомки и их отравленные пули!
Я: Ах вы, кучка трусов!!! Прекратите, это... Прекратите...!!!
Но они игнорируют мою мольбу и целятся в Питера, не оставляя ему ни единого шанса на спасение...
Шипящий звук раздаëтся в тот момент, когда выстреливает пуля в моего вампира.
Он легко уклоняется, но мимо нас просвистывает ещë одна пуля и попадает ему прямо в бок!
Крики ужаса поднимаются из глубины моего горла!
Я едва успеваю понять, что Питер уже рухнул на землю!
Я: ПИТЕР!
Потомки приближаются к нему словно подлые стервятники вокруг раненого зверя.
Я бросаюсь на одного из них, чтобы они не окружили моего вампира!
Я: НЕ СМЕЙ ЕГО ТРОГАТЬ!!! ДЕРЖИСЬ ПОДАЛЬШЕ!
(Если бы у меня были другие способности кроме как видеть мертвых! Но их нет!)
Один из Потомков отталкивает меня назад и я тяжело падаю на землю!
Питер свирепо смотрит на эту мразь!
- Я снова вмешиваюсь!
Я тут же вскакиваю, но Потомок снова швыряет меня на землю, как будто я тряпичная кукла!
Я плечом падаю на землю и подавляю в себе желание произнести проклятия, несмотря на свою боль....
Ненавижу себя за то что я такая слабая и не могу помочь своему Питеру!
Своими испуганными глазами я вижу других людей, которые выходят из фургона!
(Сколько их там?)
Они собираются вокруг свернувшегося тела Питера!
Вдруг я вижу, как один из них снова вытаскивает своë оружие.
Я прижимаю руку ко рту!
Только не это!
Питер ослабел... Они могут убить его!
Но они, очевидно, этого и хотят!
- Вставать.
Я пытаюсь встать, но у меня ужасно болит плечо.
На глаза наворачиваются слëзы.
Я не могу сделать ничего, только топать на месте.
Что, в данный момент, совсем не поможет.
И я никого не пугаю.
Наоборот, один из Потомков пристально смотрит на меня и направляет на меня своë оружие.
Думаю, ядовитая его пуля или нет, она в любом случае пробьëт мой череп.
Через секунду я чувствую холодный металл у себя на лбу.
Я задыхаюсь от ужаса.
Потомок: Вставай!
Я: Не могу! Мне больно!
Этот мудак морщится и матерится.
Он убирает оружие от моего лица, резко хватает меня за руку и поднимает.
Боль распространяется как удар в моë и без того уже ушибленное плечо!
Я кричу от ярости!
Я: Отпусти меня!! Ты делаешь мне больно!!!
Двое других нападавших надевают мешок на мою голову и толкают в машину на заднее сиденье!
Последнее, что я помню, это Питер лежит неподвижно на тротуаре и его печально освещает оранжевый свет уличного фонаря...
Машина срывается с места и мчится зигзагом по тëмным улицам города.
- Затеять драку.
Я изо всех сил пытаюсь снять мешок с головы.
Но я едва успеваю пошевелиться, как один из мудаков рядом со мной хлопает рядом со мной по сиденью и ворчит, приказывая мне не двигаться!
Я: Что вам от меня нужно?!!!
Потомок: Заткнись!
Машина поворачивает направо, потом налево.
Меня швыряет из стороны в сторону на крепкие плечи двух мудаков по обе стороны от меня.
(Меня сейчас вырвет...!)
Я: Куда вы меня ведëте? Мне нехорошо.
Потомок: Заткнись, или я займусь твоим другим плечом.
- Я пытаюсь их уговорить.
Я: Послушайте..., Я не знаю, что здесь происходит.... Поверьте мне, ... я ничем не могу быть вам полезной...
Потомок ворчит, потом ударяет меня прямо в живот!
Я задыхаюсь от боли!
Потомок: Да заткнись ты наконец!
Машина останавливается и где-то паркуется.
Потомок: Выйди.
Они вытаскивают меня из салона.
Мои ноги приземляются на каменистую поверхность.
Они яростно подталкивают меня идти вперëд.
Иногда на мою руку ложится чья-то рука, чтобы направлять меня.
Похоже, это хорошо продуманный план.
Они вырубили Питера ядовитыми пулями, а теперь увезли меня в неизвестном направлении.
Я иду по земле, покрытой опавшими листьями.
Несколько веток хрустят у меня под ногами.
Я в лесу.
(Но на этот раз не для того, чтобы обниматься и целоваться со своим вампиром...)
- Я до смерти боюсь!
Я: Вы совершаете ошибку... Что бы вы ни думали, я не имею никакого отношения к вашим делам!
Страх заставляет меня говорить!
Потомок: Конечно! Хорошо, мы сделаем тебе домашний коктейль. Тебе понравится, обещаю. Стой здесь.
Я подчиняюсь, но всë равно навостряю уши.
Я слышу, как кто-то возится с ключом в замке, а затем слышу громкий скрип открывающейся двери.
(Они собираются убить меня здесь, в этом лесу, прямо в этой мрачной хижине, в которой меня никто никогда не найдëт!)
Я вот-вот свалюсь в обморок.
(Если бы я могла одного за другим уничтожить этих проклятых похитителей...!)
Теперь меня заталкивают внутрь помещения, что, как мне кажется, является жилищем.
Солëный запах плесени заставляет меня сморщить нос.
Очень мягко они усаживают меня на скрипящий стул.
Я крепко привязана чем-то вроде верëвки.
Потом они снимают с моей головы мешок.
Я ожидала, что меня ослепит свет люстры на потолке, а это всего лишь маленькая лампочка.
Она освещает комнату лишь частично.
- И что теперь?!
Я сижу тихо, ожидая, что кто-то что-то сделает.
Мудак в капюшоне начинает орать рядом со мной.
Потомок: Тебе лучше сотрудничать с нами!
Прежде чем другой подхватывает:
Потомок: Это в твоих же интересах.
Я: Что вы от меня хотите?
Высокий и самый незаметный из них наклоняется ко мне.
Потомок: Не пытайся умничать и играться с нами.
Я смотрю на него и пожимаю плечами.
Я морщусь от боли в ушибленном плече.
Я: Я не играюсь! Я понятия не имею какого чëрта я здесь делаю!!
Затем другой продолжает рычащим тоном:
Потомок: Что ты знаешь о Бартоли?"
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
Я сжимаю зубы.
Я не знаю, что сказать.
Я не предам Бартоли и ничего им не скажу!
Они теперь для меня как семья и я бы никогда не сказала ничего, что могло бы принести им неприятности.
Мерзкий ублюдок в капюшоне повторяет свою фразу ещë громче, заставляя меня подпрыгнуть!
Потомок: Ты слышала, изменница?! Я задал тебе вопрос.
Я: Я про Бартоли ничего не знаю...
При этих словах огромная рука этого мудака бьëт меня по лицу!
(Ай! Искрящая боль пронзает мой череп!).
Я этого не ожидала.
Я стараюсь не упасть и даже не стонать, всë ещë ощущая покалывание в щеке.
Я должна держаться.
Если не ради себя, то ради Питера...
Надеюсь, что он ещë жив.
Эта мысль ударяет меня в голову, и я едва успеваю проглотить ком в горле.
Потомок: Мы знаем, кто они, но хотим узнать больше. Так скажи нам! Это не так уж и сложно!
Я: Но я ничего не знаю..
Ещë одна пощечина!
Такая же яростная, как и предыдущая!
- Я хочу их убить.
Я злая, я в гневе.
Я устремляю свои грозные глаза на каждого из них.
Потомок: О-о! Похоже, няня вампиров не так уж и счастлива! Давай, просто отвечай на грëбаный вопрос, тупая сука!
Я сжимаю кулаки, закрываю глаза и дрожу.
Потом снова открываю чтобы посмотреть на эту ужасную сцену.
Пятеро отбросов в капюшонах стоят прямо предо мной.
Кроме одного самого неприятного отброса, который иногда наклоняется, чтобы орать мне что-то в ухо.
Его голос с каждым разом становится всë громче, как будто он хочет взорвать мне барабанную перепонку или даже мой мозг.
Потомок: Ну, хватит. Выкладывай свою тайну!
Я: Мою тайну?
Потомок: Да! Что в тебе есть такого, чего нет у всех, кто устраивался няней у Бартоли, а? И не отвечай нам: "профессионализм". Иначе ты получишь то, что тебе причитается, и тебе это не очень понравится.
- Я колеблюсь.
Если уж мне суждено умереть сегодня прямо здесь, то лучше умереть достойно.
Пока я жива, я никому ничего не скажу.
Мои уста запечатаны.
Я: У меня нет никаких секретов, я ... Я совершенно нормальная.
Потомок: Думаешь, мы такие идиоты? Ни один нормальный человек не смог бы жить с этими монстрами!
Я глубоко вздыхаю...
На этот раз я вообще не знаю, как выбраться из этого всего.
И мне интересно, выберусь ли я отсюда живой...
Я: Я вижу потусторонний мир. Я вижу мëртвых.
- Я боюсь еще одной пощёчины.
Я опускаю голову, боясь получить ещë одну пощëчину, но за моим признанием не следует никакого насилия.
Я сама удивляюсь этой мертвой тишине...
Под их капюшонами, наверное, они в шоке.
Они холодно смотрят на меня и не знают, говорю я им правду или нет.
Среди похитителей есть один, который понимающе кивает головой.
Я даже не знаю, как это понимать.
Потомок: Это хорошо. Видишь? Лучше, когда ты сотрудничаешь.
На долю секунды я понимаю, что мой дар не проявляется уже несколько дней.
Он тоже исчез?
Я: Не думаю. Я всë ещë связана и вы мне угрожаете оружием. Я не понимаю, в чëм лучше сотрудничать с вами.
(Интересно, откуда берется моя смелость, особенно в такой момент!)
С одной стороны, если мне суждено умереть, то я проявлю немного храбрости.
Я не собираюсь умирать как собака.
Уверена, что Питер гордился бы мной, где бы он сейчас ни был.
Потомок: А у этой маленькой леди есть яйца!
Мерзкий ублюдок возвращается ко мне с поднятой рукой.
Я зажмуриваюсь и дрожу в ожидании очередной пощëчины от него.
Потомок: Мне не нравится, как она с нами разговаривает.
К счастью, один из похитителей хватает его за руку.
Потомок: Дай ей немного отдышаться, ладно? Всë идëт довольно хорошо...
Что ты знаешь о Викторе Бартоли?
(Так это всë из-за Виктора ...? Если они попытаются напасть на оригинала, то я пожелаю им удачи!)
Я: Виктор? Но я никогда его не видела!
Они смотрят на меня, и я чувствую всю их ненависть в их глазах.
Очевидно, такого ответа им недостаточно...
-Я держусь стойко.
Я: Я только один раз видела его по телевизору. Сколько я живу там, он ни разу не приходил в особняк.
Потомок: Мы не об этом спрашивали. То есть, ты хочешь, чтобы мы поверили, что ты ничего не знаешь про отца Бартоли?
Если я выложу им хоть какую-то информацию, то мне будет стыдно за себя.
Но в то же время, я должна думать о своей шкуре...
Этот мерзкий ублюдок приближается ко мне всë ближе.
Его огромная потная рука в нескольких сантиметрах от моего лица, готова ударить меня снова.
В ужасе я с трудом сглатываю ком в горле.
Если я не буду с ними сотрудничать, то могу погибнуть...
Ком в горле мешает мне ответить...
Но когда я вижу огромную руку над собой, страх берëт верх.
Я: Хорошо, я расскажу вам всë, что знаю.
Можно услышать, как падает булавка: они цепляются за каждое моë слово.
(Я чувствую себя пророком, который открывает им правду в самый последний момент. Меня охватывает ужасное чувство тошноты. )
Неприятный привкус желчи обжигает мне рот.
И если говорить про откровения, я даже не знаю, что я могу такого сказать, чтобы им это пригодилось...
Братья всегда были сдержанны в отношении своего "отца".
Единственное, что я знаю, это то, что он опасен и видит фрагменты души, как и я.
Ледяной пот струится между лопаток.
Интересно, когда они снова дадут мне пощëчину?
Я смотрю на каждого из мудаков по очереди.
Я: Я никогда не видела Виктора Бартоли. Он нанял меня, но его никогда не бывает дома. В его отсутствие главным является старший брат Николя.
Бартоли очень мало говорят о своëм отце.
Единственное, что я знаю, это то, что Виктор-очень влиятельный человек и что он ведëт свои дела с людьми по всему миру.
Я не собираюсь рассказывать им, что Виктор-Оригинал с самыми мощными сверхспособностями.
Это откроет дверь для всех тайн.
Сквозь дыры в капюшонах я чувствую, что они пристально смотрят на меня.
(На этот раз всë, мне конец!)
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
У меня такое впечатление, что дыры в их капюшонах проваливаются в пустоту, стирая то, что ещë оставалось человечным в их глазах.
(И это довольно плохой знак для меня...)
Они будут угрожать мне, причинять боль и моя жизнь закончится в этом мрачном месте, без каких-либо известий о Питере...
Виктор, кажется, является центром этого всего.
Словно вихрь, который засасывает всю тьму всего мира.
Потомки колеблются, смотрят на меня, как будто они молча решают мою судьбу.
Не знаю, что они собираются со мной сделать...
- Они собираются пытать меня.
Они, вероятно, будут пытать меня, чтобы заставить говорить...
Никто не услышит моих криков.
Никто меня не спасëт...