Глава 5. Не доверяй сопернику
Октябрь, 819
Я простыла. Подцепила заразу в воде, как маленький ребенок. Эстер посадила меня дома и, напичкав целительными травами, заставила пролежать в постели почти сутки.
Я обиженно шмыгала носом, когда в комнату постучали.
— Убирайся, Кол, если не хочешь заразиться! — вяло прокричала я, но дверь все равно приоткрылась. Клаус. Поразительно. Что ему нужно?
— Не хочу тебя огорчать, но я не Кол, — проходя внутрь, спокойно проговорил он.
Я отвернулась. Не хотелось ни видеть его, ни слышать. Мое молчание раздражало мужчину, и он прокашлялся. Я не пошевелилась.
— Вообще-то меня отправила мама. Просила узнать, как ты себя чувствуешь.
— Со мной все хорошо, благодарю, — холодно проговорила я, все еще не сводя глаз со стены.
Клаус коротко кивнул и развернулся, направляясь к выходу. Положив руку на дверь, он замер и передумал ее открывать. Вместо этого мягко приземлился на кровать рядом со мной, заставляя сжаться в комок.
— Вижу, ты подружилась с Аяной, — очень тихо сказал он.
Я задрожала. Что? Он слышал наш разговор?
Нервно сглотнув, я повернула голову и сделала самое невозмутимое лицо на свете.
— Возможно. Но тебя это не касается.
Я не успела захватить воздуха, когда Клаус вцепился в сбитую на моей груди рубашку и притянул к себе, легонько касаясь губами поверхности моих губ. Это невесомое прикосновение заставило меня замереть, а мужчина прошептал, не отстраняясь ни на миллиметр:
— Решила поиграть со мной, девочка моя? Не выйдет. Я тебе не Элайджа.
Мысли мои сбились в кучу. Его близость ужасно возбуждала, но отвращение было сильней.
Мне хватило секунды, чтобы понять, что он попался в собственную ловушку, запутался в расставленных силках. Взгляд его был диким, похотливым, когда железная хватка ослабла и горячая рука опустилась на мое плечо, слегка поглаживая его. Клаус, бедный, как же ты плохо умеешь скрывать свои чувства!
Я ликовала, вслушиваясь в учащенное дыхание, натягивая самую ослепительную улыбку и все еще чувствуя нежность его губ на своих.
— Верно. Ты не Элайджа, — промурлыкала я, касаясь пальцами грубоватой кожи на его шеке. Он нервно заморгал и выдохнул, оглушая меня своим желанием. Резким толчком я отбросила его в сторону и выплюнула, наслаждаясь собственным триумфом: — Тебе до него расти и расти!
***
— Кэролайн, нет!
— Ну почему?! — я следовала за старшим из братьев по пятам и продолжала упрямиться.
— Потому что ты девушка и можешь пораниться, — приостановившись у дороги, проговорил он.
Я задумалась. Видел бы Элайджа, как я однажды уделала Мейсона Локвуда, сразу бы изменил свое мнение.
— Я в хорошей форме. И я сильная! — уперев руки в бока, разозлилась я.
— Сильная?
— Да!
Эл схватил меня за руку и напрягся, пытаясь пересилить в импровизированном армрестлинге. Я собрала всю волю в кулак, с ужасом понимая, что пальцы немеют и сопротивление бесполезно. Когда с уст моих сорвался болезненный стон, мужчина отпустил и выдохнул, поворачиваясь ко мне спиной.
— Нет.
— Ладно. Я могу попросить Майкла. Только ты не подходи ко мне больше!
Он вздохнул.
— Черт с тобой. Завтра утром. И попроси одежду у Кола.
***
— Итак. Начнем с оружия, — проговорил Элайджа, протягивая мне огромный меч, достающий почти до колена.
Я уверенно обхватила обточенную временем рукоятку и подняла, стараясь не показывать скрутившую мое запястье боль.
— Тяжелый, — с улыбкой прохрипела я и позавидовала тому, как ловко брат поднял свой меч и сделал пару легчайших взмахов.
Я наблюдала за ним и радовалась тому, что мы были одни в этот ранний час. Не хватало еще опозориться перед публикой.
— Теперь щит.
Сомнения закрались в мою голову при виде громадины, которую мне протянул учитель. Он был явно не похож на те, которые я видела в исторических музеях и в интернете.
Элайджа сделал вид, что не замечает моего страха, и вложил неподъемный предмет в мою свободную руку.
— Ну как? Не передумала?
Я сделала грозный вид.
— Не надейся.
Вооружив меня, мужчина отбросил свое оружие в сторону и подошел ко мне.
— Главное в бою — правильный выбор позиции. Ты должна быть уверена в том, что не оступишься в самый неподходящий момент. Итак. Чуть согни колени, — помогая мне не упасть, попросил Элайджа. — Левую ногу выставляем вперед и немного наклоняемся... Ну как?
Я кивнула. Стоять было тяжело, но зато меня не перевешивало собственное обмундирование.
— Теперь разучим пару основных приемов...
Когда я ползла домой, Элайджа смеялся. Я поняла, что это был его план: вымотать меня и заставить отказаться от бредовой идеи. Но я не из тех, кто сдается.
У самого дома он остановил меня и притянул к себе.
— На самом деле ты молодец. Ребекка бы явно не пошла на такое. А ты умеешь быть терпеливой. Ну как? Хочешь продолжить завтра?
Я устало улыбнулась.
— Правда? Ты будешь и дальше учить меня?
— Ну конечно! У тебя есть задатки и природное упрямство. Только нужно набрать немного мышечной массы... Но, думаю, что это не проблема. Так что? Завтра?
Я потерла огрубевшие пальцы.
— Завтра.
Мне нравилось заниматься с Элайджей. Он достаточно опытный учитель со своим ненавязчивым стилем и железной волей. Я старалась не для того, чтобы доказать себе собственные возможности, — я действительно втягивалась в процесс. Наши занятия стали увлекательными на четвертый день. Когда организм привык к нагрузкам и попросил добавки.
Я научилась самым действенным приемам и набрала тот уровень ловкости, в котором могла управлять своим телом и заставлять его работать на себя.
***
— Давай, Кэролайн! Он уже почти сдался! — кричали члены моей семьи, наблюдая за тем, как я прижимаю Кола к стене большого сарая и наношу контрольный удар, касаясь острием меча гладкой поверхности на его шее. Шоколадные глаза гневно блеснули, и парень засмеялся, отводя холодный металл от своего лица.
— Я поддавался, — небрежно махнув рукой, Кол обошел меня сзади.
— Вранье, — обличила его я.
Он подарил мне взгляд «держись, Клыкастик, ночью придушу подушкой» и сказал, поворачиваясь к зрителям:
— Ладно, завтра возобновлю тренировки!
Я обменялась с Элайджей многозначительным рукопожатием и спросила у присутствующих:
— Кто следующий? — не обнаружив смельчаков, я ткнула испачканным пальцем в Ребекку и прищурилась. — Ты!
Она сморщила аккуратный носик.
— Спасибо. Но я еще не сошла с ума.
Взгляд мой скользнул по Майклу, Финну и Эстер. А потом задержался на самом любопытном объекте. Он безразлично рассматривал потолок, опираясь спиной о стену.
— Клаус, — неуверенно позвала я.
Мужчина вопросительно изогнул брови.
— Я вызываю тебя на бой.
Улыбка коснулась красивых губ, когда Клаус, наконец, ответил:
— Я тебе не по зубам.
— Ну так давай проверим.
Я смотрела, как сомнение в его глазах борется с азартом, и ждала, разрушая тишину тяжелым дыханием.
Когда молчание затянулось и я уже не надеялась на положительный ответ, Клаус вышел вперед и выхватил меч из моих рук, заглядывая в самую душу.
— Это мой, — прошептал он, заставляя меня вспомнить интимную сцену в спальне.
Я улыбнулась и взяла другое оружие у Элайджи.
— Может, не стоит, Кэролайн? Даже я не могу справиться с Никлаусом.
— Что ж. Тем смешнее будет наблюдать за его поражением.
Мы вышли на импровизированную площадку и встали друг напротив друга. Я была серьезной, и он ухмыльнулся:
— Ну как моральный настрой?
— Прекрасный.
— Смотреть в глаза, помнишь?
— Разумеется, — сказала я и нанесла удар. Клаус с легкостью отбил его и отбросил в сторону свой щит.
— Мне так проще, — ответил он на мой безмолвный вопрос, а я просто повторила его действие. Что ж, открываться так открываться.
Я снова сделала выпад рукой и услышала характерный звон металла, так напоминающий голос моего соперника. Я смотрела в глаза. Как и положено. Читала в них вызов и уже известное мне желание.
Несколько несложных разворотов и учащенное сердцебиение. Не от страха — от его присутствия.
Клаус был уверен в себе. Его движения были плавными, звонкими, как шум дождя. Я отбивалась достойно, стараясь уворачиваться и представлять Элайджу на его месте. Это было сложно. У Клауса был более оригинальный ритм, за которым я поспевала с трудом.
В какой-то миг насмешка в его глазах разозлила меня, и я набрала скорость, загоняя его в ловушку между двумя деревянными бочками. Когда победа почти была у меня в кармане, соперник ловко запрыгнул на одну из них и спустился вниз уже за моей спиной. Я почувствовала стальной холод острия на своей шее и руки, сжимающие меч с двух сторон. Клаус дышал мне в затылок, и я готова была поклясться, что он зарывается лицом в мои растрепавшиеся волосы. Грубый победный шепот заставил меня вздрогнуть:
— Ты забыла вот о чем. Никогда не доверяй сопернику. Ведь он легко может нарушить правила.
***
Я помогала Эстер с ужином, когда она попросила меня о невозможном.
— Ты не могла бы позвать Никлауса, милая? Нужна его помощь.
Я опешила. Пересекаться с ним совершенно не хотелось, но отказать Эстер я тоже не могла. Сдержанно кивнув, я направилась в дом.
Я никогда не была в комнате Клауса. И вот сейчас, входя в покои ненавистного, но так сильно волнующего меня человека я растерялась. Его мир, его кроличья нора. Казалось, что сюда он не впускает никого. Окно было завешено плотной тканью, а по кровати разбросаны листы.
Проклиная себя за глупое любопытство, я сделала пару шагов вперед и всмотрелась в изображенные на рваных свитках символы. Их было много. Несколько десятков писем, странных обозначений, рисунков.
Взяв в руки один из потрепанных обрывков, я изучила каждую черточку и каждую линию, нанесенную тонким кусочком угля. Там был изображен волк. Шерсть его была светлой и спутанной, а клыки напоминали вампирские. Но больше всего меня поразили глаза. Такие живые, играющие бликами и яростью. Во мне что-то перевернулось, когда я представила Клауса в таком обличье. Это не страх, нет. Скорее, любопытство. Желание узнать того, кто прячется за этой животной сущностью.
Мне показалось, что прошел целый век до того, как тонкие пальцы вырвали рисунок из моих рук.
Он ничего не говорил. Просто стоял напротив, прожигал меня взглядом и, видимо, ждал объяснений.
— Клаус... — начала оправдываться я, но мужчина лишь открыл пошире дверь и хрипло произнес:
— Вон.
Я кивнула, боясь перечить. Сделала пару шагов к выходу, но вдруг обернулась и пролепетала, стараясь не заглядывать в дымчатые глаза:
— Прости... Эстер просила позвать тебя, а ты ушел, и я...
— Вон! — указав пальцем на дверь, прорычал Клаус.
Мне стало дурно. Когда он злился, то напоминал животное. Неудивительно, ведь он частично уже был им.
— Хорошо... Просто ты должен знать, что... — я поняла, что запуталась в собственных мыслях, и сделала глубокий вдох. Это ведь несложно. Сказать человеку, что у него талант. — Это прекрасно. Это то, что я называю истинной красотой.
Взгляды наши встретились, и я впервые увидела в его глазах нечто большее, чем отвращение и недоверие. Я увидела в них благодарность. Теплую, разбавленную цветом неба и темно-зеленых листьев. Как давно я подарила ему свою душу?