Глава 32 - Всё только начинается.
Дорога до хижины казалась бесконечной. Трава цеплялась за щиколотки, а мокрая одежда липла к телу, напоминая о каждом движении, которое мы только что совершали там, в воде и на берегу.
Я старалась смотреть куда угодно — на сосны, на свои босые ноги, на пролетающую птицу — только не на него. В голове набатом стучало: «Боже, что я наделала... Я же сама это сказала. Сама позволила». Перед глазами то и дело всплывали картинки: его лицо так близко, его руки... и то, что он вытворял губами и языком.
Щеки полыхнули так, что, казалось, на них можно было жарить яичницу.
— Может хватит так усердно разглядывать землю? — раздался совсем рядом его голос. Низкий, с той самой довольной хрипотцой - Розочка, говорю сразу, провалиться под неё не получится.
Я вздрогнула и прибавила шагу, но Лукас легко меня догнал. Он не просто шел рядом — он шел вплотную, намеренно задевая моим плечом своё.
— Я просто смотрю под ноги, чтобы не упасть, — буркнула я, не поднимая головы.
— Да? — он внезапно перехватил мою руку и резко притянул к себе, заставляя остановиться. — А мне кажется, ты просто боишься на меня посмотреть. После всего, что было.
Он наклонился к самому моему уху, обдавая горячим дыханием.
— Неужели маленькая ведьмочка так сильно смущена? Ты ведь сама выгибалась мне навстречу, Ариана. Помнишь, как ты стонала?
Я задохнулась от его наглости и попыталась вырвать руку.
— Лукас! Замолчи! — я наконец вскинула на него взгляд, полный негодования и дикого, душащего смущения. — Это... это всё озеро. И вообще, веди себя прилично!
— Прилично? — он коротко рассмеялся, но руку не отпустил, наоборот — прижал меня к себе еще крепче, так что я почувствовала твердость его груди. — Ты только что призналась мне в любви и позволила довести тебя до пика, а теперь требуешь приличий? Поздно, девочка. Теперь ты от меня никуда не денешься.
Он легко поднял своими пальцами мой подбородок, вынуждая смотреть на него. В его глазах как и прежде плясали демонята. Но теперь они делили территории с чем то более тяжёлым, безграничным, вечным.
Лукас наконец разжал пальцы, но сделал это так, будто просто временно дал мне фору. Я буквально взлетела на крыльцо, мечтая только об одном: забиться в самый дальний угол и накрыть голову подушкой. Но на пороге нас уже ждал Светогор.
Дед сидел на скамье и с самым невозмутимым видом обтесывал какую-то корягу, но стоило нам подойти, как он поднял на нас свои светлые, слишком всё понимающие глаза.
— Ну что, ходоки, — крякнул он, откладывая нож в сторону. — Водички, вижу, набрали. Да и сами припозднились. Что, озеро нынче особенно прозрачное?
Я попыталась проскочить мимо него в дом, пряча пылающее лицо за мокрыми прядями волос, но Светогор только хмыкнул вслед:
— Ты гляди, Ариана, так быстро бежишь, будто за тобой стая леших гонится. Хотя... — он покосился на Лукаса, который шел следом с видом абсолютно довольного собой хищника. — Леший бы тебя так не умотал. Щеки вон аж малиновые. Целебная вода, не иначе.
Лукас даже не подумал смутиться. Он остановился рядом с дедом, по-хозяйски опершись плечом о дверной косяк.
— Озеро оправдало все ожидания, старик, — спокойно, почти лениво ответил он, и я прямо кожей почувствовала его короткий взгляд мне в спину.
— Оправдало, говоришь? — Светогор посерьезнел, и в его голосе исчезла привычная насмешка. — Это хорошо. Потому как времени у вас, голубки, осталось — кот наплакал. Пока вы там купались, лес зашептал. Чужаки близко. Граница истончается, и Девалор начинает чувствовать своего беглеца.
Я замерла в дверях, забыв про своё смущение. Сердце, которое только что колотилось от близости Лукаса, теперь пропустило удар от страха.
- Лес зашептал? Что... Что это значит?
Старик хмыкнул, даже не посмотрев в мою сторону.
- Вот говорил тебе, учись дикой магии, пригодится она. Если б уже прониклась ей так сама бы почувствовала.
Я стыдливо опустила глаза, а Фамильяр вышедший на крыльцо потерся об мою ногу в успокаивающем жесте.
— В общем не можете вы тут вечно чай распивать, — жестко добавил дед. — Завтра, на рассвете, вам придется уходить. Либо обратно домой либо вперед — туда, где магии нет, а врагов в избытке. Решайте сейчас.
Несколько ударов сердца я стояла на пороге и никак не могла решиться. Хоть на что-то бы. В голове все мысли ступались, магия внутри бесновалась. Наконец я просто зашла в дом, пытаясь унять дыхание.
Вечер опустился на лес густой серой шалью, заглядывая в окна хижины и размывая очертания предметов. В кухне было тихо, только дрова в печи изредка потрескивали, догорая. Я сидела у окна, не зажигая свечи.
Перед глазами всё еще стояла гладь озера, но мысли уже унеслись далеко за пределы этого леса.
В чашке давно остыл травяной чай, на поверхности которого плавал крошечный листок. Я смотрела на него, но видела совсем другое — бледное, величественное и полное боли лицо Селестины. Её голос из моих видений до сих пор звенел в ушах, этот отчаянный шепот: «Спаси нас... Умоляю тебя девочка. Умоляю спаси мой народ»
Черный кот на моих коленях тяжело вздохнул, переминаясь лапами, и я невольно запустила пальцы в его густую шерсть.
— И что мне делать? — тихо, почти одними губами спросила я его. — Спасти Девалор... Выбрать между семьей и народом который не заслужил этого. А, Фами? Как я могу выбрать, если я... — я запнулась, вспоминая поцелуи Лукаса, — если я сдалась тому, от кого должна была бежать?
Кот поднял на меня свои желтые глаза, в которых отражался скудный свет, и тихо мяукнул, будто сочувствуя.
- А куда идти сейчас? - я взяла чашку с давно остывшим чаем и сделала глоток даже не заметив холодной горечи - Обратно? В замок? Там где я когда-то была горничной вокруг которой плелись бесконечные заговоры...
Не знаю, Святогор словно стал для меня освежающей водой. Словно дал проснуться ото сна и понять что все не так просто.
Скрип двери заставил меня вздрогнуть. Я не обернулась — по тяжелым, уверенным шагам и тому, как в комнате мгновенно стало тесно, я поняла: это он.
Лукас прошел к столу и сел напротив. От его недавней расслабленности у озера не осталось и следа. Сейчас передо мной сидел не тот мужчина, который нежно убирал мокрые волосы с моего лица, а король, привыкший отдавать приказы и вести за собой армии. В полумраке его взгляд казался почти черным, пронзительным и давящим. И всё же... Любящим...
Он положил руки на стол, и я почувствовала, как само пространство вокруг него наэлектризовалось.
— Хватит прятаться в мыслях, Ариана, — его голос прозвучал низко и твердо, не оставляя места для возражений. — Время игр закончилось. На рассвете мы уходим.
Я подняла на него взгляд, пытаясь сохранить остатки самообладания, но он подался вперед, сокращая дистанцию и буквально пригвождая меня к месту своим присутствием.
— Мы вернемся в Академию, — чеканя каждое слово, произнес он. — Там нас уже ждут мои люди. Это самый безопасный путь, чтобы восстановить твои силы и подготовиться.
Он сделал паузу, и его глаза хищно блеснули.
— А после мы отправимся в мой замок. Как я и планировал с самого начала. Там мы поженимся. Ты станешь моей королевой официально, и больше ни одна тварь в этом или другом мире не посмеет даже посмотреть в твою сторону без моего разрешения.
У меня внутри казалось все органы сделали полноценный переворот и вернулись обратно.
— Что? Поженимся?
Я едва не сбросила кота с колен. Чашка в моих руках мелко звякнула о стол. Я смотрела на него, надеясь увидеть хоть тень насмешки, хоть намек на то, что он просто решил так по-идиотски пошутить. Но нет. Лицо Лукаса было каменным.
— Лукас, ты... ты в своем уме? — я нервно усмехнулась, качая головой. — Мы знакомы чуть больше года, половину из которого я провела, пытаясь от тебя сбежать! Какая свадьба? Я только... я только сегодня призналась тебе в том, что чувствую. Это не значит, что я готова надеть корону и запереть себя в твоем замке навсегда.
Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в голосе, и твердо добавила:
— Нет. Я не выйду за тебя.
Лукас даже не моргнул. Он медленно наклонился вперед, вторгаясь в моё личное пространство так нагло, что я невольно вжалась в спинку стула. Его ладонь легла на стол рядом с моей рукой, и я почувствовала исходящий от него жар.
— Твоё «нет» не имеет значения, Ариана, — его голос стал ещё тише, приобретая те самые властные, рокочущие нотки, которые всегда выбивали у меня почву из-под ног. — Ты призналась в любви в Озере Правды. Ты отдалась мне на его берегу. Ты — моя. Душой, телом и магией. И я не собираюсь оставлять тебя в статусе «любовницы» или «спутницы». Ты войдешь в мой замок как хозяйка. Это не обсуждается.
Его самоуверенность просто вывела меня из себя. Шокированная отошла, уступив место ярости.
— Ах, не обсуждается? — я со стуком поставила кружку. — Ты всё за меня решил? Как удобно! Но ты, кажется, забыл об одной крошечной детали, Ваше Величество. О той, что, скорее всего, уже примеряет свадебное платье в твоем замке. Или ты забыл про Дарью? Твою официальную невесту? Союз, одобренный твоим отцом?
Я прищурилась, глядя ему прямо в глаза.
— Или ты планируешь привести меня во дворец в качестве «второй жены», пока будешь исполнять долг перед короной с другой?
На мгновение в глазах Лукаса промелькнуло нечто похожее на раздражение, смешанное с холодным расчётом. Он не отвел взгляда. Было видно: он прекрасно понимает, о чём я говорю, и Дарья для него — реальный политический фактор. Но по его лицу было также ясно, что для него это не трагедия, а всего лишь досадное бюрократическое препятствие. Очередной узел, который он привык не развязывать, а разрубать.
— Помолвка — это всего лишь бумага, Ариана, — бросил он, и в его голосе проскользнуло пренебрежение. — Разорвать её — вопрос одного указа и нескольких политических уступок моему отцу. Дарья получит компенсацию, её род не останется в обиде. Это не проблема.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри всё закипает.
— «Не проблема»? — я почти задохнулась от возмущения. — Ты говоришь о живом человеке! О женщине, которой ты давал обещания, с которой ты... — я осеклась, вспомнив свои же видения их близости в замке, и горечь обожгла горло. — Ты не можешь просто так играть людьми, Лукас. Это вопрос чести. Как ты можешь требовать от меня верности и любви, если сам так легко выбрасываешь из жизни тех, кто стал тебе неудобен?
Лукас резко выпрямился. Его терпение явно подходило к концу. Он смотрел на меня так, будто я говорила на мёртвом, давно забытом языке.
— Честь? — он почти выплюнул это слово. — В моем мире честь — это сила защитить то, что тебе дорого. Дарья знала, на что шла, этот брак был сделкой с самого начала. Она никогда не имела ни моей души, ни моего сердца, и она это знает.
Он ударил ладонью по столу — не сильно, но звук в тишине кухни прозвучал как выстрел. Кот спрыгнул с моих колен и скрылся в тени.
— Я не понимаю, почему ты упрямишься, Ариана! — прорычал он, подавляя меня своей волей. — Я предлагаю тебе всё. Свою защиту, своё имя, свой трон. Я признаю тебя перед всеми. Что тебе ещё нужно? Ты любишь меня — ты сама это сказала. Так почему ты строишь из себя мученицу из-за формальностей, которые мне под силу изменить за один день?
Он смотрел на меня в упор, искренне недоумевая, почему я не бросаюсь в его объятия, услышав о короне. Для него мир был простым: есть цель, и есть препятствия. А я была для него целью, которую он наконец настиг.
Слова о Дарье, о «бумажках» и его холодная уверенность в том, что всё в этом мире можно купить или перекроить под себя, стали последней каплей. Всё то унижение, которое я чувствовала, будучи служанкой в его замке, вся та боль от его грубости и неопределенности, которую я пыталась похоронить в себе после озера, вдруг вырвалась наружу обжигающей волной.
Ярость была такой плотной, что в воздухе вокруг меня затрещали искры.
— Знаешь что? — я резко встала, и стул с грохотом отлетел назад. — Возвращайся в свой замок сам. Разрывай помолвки, строй троны, делай что хочешь. А я закончу обучение в Академии. Сама. Без твоей «опеки».
Я развернулась, чтобы уйти в свою комнату, не желая больше видеть его холодные, непонимающие глаза. Но Лукас был быстрее. Одним смазанным движением он оказался у двери, преградив мне выход. Его фигура полностью закрыла проем, а нависшая тень заставила меня на мгновение замереть.
В отличие от меня, он не кричал. Напротив, он взял себя в руки, и это пугало еще сильнее.
— Ариана, успокойся, — произнес он тихо, но в этом голосе была сталь. Он протянул руку, пытаясь коснуться моего плеча, и его голос на секунду смягчился. — Давай поговорим нормально. Ты на взводе, и сейчас не время принимать решения, которые...
Я не собиралась больше слушать его доводы. Внутри меня полыхнул остаток магического резерва, который я так старательно копила. Я не стала его толкать. Вместо этого я просто сосредоточилась на пространстве за его спиной. Секундная вспышка, легкое головокружение — и я материализовалась уже в коридоре, оставив его стоять у пустой двери.
Я даже не оглянулась, направляясь к себе и чувствуя, как дрожат руки.
Лукас замер на месте. Я услышала, как он тяжело и устало выдохнул, прикрыв глаза. В этот момент дверь хижины скрипнула, и внутрь вошел Светогор, который, судя по всему, слышал добрую половину нашего скандала.
Старик посмотрел на застывшего посреди кухни вампира, затем в сторону моей захлопнувшейся двери, и по-доброму, но с явным сочувствием покачал головой.
— Ну что, Ваше Величество, припекло? — Светогор подошел к столу и пододвинул к себе мою кружку с остывшим чаем. — Я же предупреждал. С ведьмой поведешься — нервов не оберешься. А уж с такой упрямой... Тут корона не поможет, тут терпение нужно покрепче твоего меча.