Глава 65
Ни на следующий день, ни на другой мы не занимались любовью, он даже не целовал меня. На разговор вывести его было сложно, он отвечал только: «Всё хорошо. Много работы». Я злилась, а он дулся, было просто замечательно. Допоздна он работал в кабинете, а я пыталась угодить. Но засыпала в холодной постели я одна. Отвлекала меня только подготовка к свадьбе, я по вечерам была у тети, иногда ездила утром в ресторан, чтобы проверить, готово ли всё к торжеству. Параллельно занималась девичником, а Брендон всё дулся. Лучше бы наорал, побросал что-то, но откровенный игнор бесил, и я не понимала, что такого я вытворила, что он так себя ведет.
За день до свадьбы я поздно вернулась с девичника, навеселе. Тетя заказала зал в одном из ресторанов, а мы с Орой вызвали стриптизёров, трех накаченных парней. Тетя была в шоке от нашего сюрприза, а остальные представительницы прекрасного пола в восторге от шоу. Мы не стесняли себя в движениях и смехе. Всё прошло отлично, но я так скучала по Брендону. Всего каких-то 5 часов я без него, и я уже нуждалась в нём. Даже дующегося на меня, я его любила.
В квартире было темно, ни звука, я зашла в гостиную и присмотрелась. На диване в одних боксерах лежал мой любимый мужчина, положив одну руку под голову, а другую на глаза.
Я тихонько подошла и провела рукой по его груди, мне это доставляло как эстетическое, так и эротическое удовлетворение. Он схватил мою руку и открыл глаза.
- От тебя воняет, - грубо оттолкнул он меня и встал.
- Воняет? - переспросила я удивленно.
- Где ты была? - он взял мои запястья и поднял на уровне груди, - отвечай, где ты шлялась?! - уже громче спросил он.
- Что ты орешь?- вырвала я свои руки и отстранилась, - не такого приема дома я ожидала, - я сжала губы и посмотрела на него,- я была на девичнике, как и говорила. Если ты забыл.
- Кто там был? - не переставая злиться, спросил он. На его лице ходили желваки.
- Ора, тетя и много её подруг, - медленно ответила я, - какое это имеет значение?
- От тебя воняет мужчиной и не одним, похотью и сексом, - прищурив глаза, сказал он мне, - Амелия, я в последний раз спрашиваю, где ты была?
- Да на девичнике, - закричала я,- из парней там были только стриптизёры.
- Какого дьявола там были они???- взревел он, и я попятилась.
- Потому что мы с Орой пригласили их, - в ответ, сжав кулаки, повысила голос я.
- Скажи яснее, это ты их пригласила! - подошел ближе он ко мне и схватил за руку.
- Да, я, - с вызовом посмотрела на него. До чего же бесил он меня со своей ревностью, алкоголь говорил за меня, - и они все были горячие, страстные и мускулистые, - со свистом я ему описала, чтобы кольнуть его.
Зачем я это говорила? Да, потому что он меня вывел из себя, своими догадками и подозрениями. Он достал своим холодом и обидой.
- Значит, горячие, - он крепче сжал мою руку, чем вызвал боль, я положила на его руку свою и пыталась оторвать пальцы, но он держал очень крепко, - тогда тебе надо охладиться, - с этими словами он потащил меня в ванну.
- Брендон, ты с ума сошел, отпусти меня, придурок, - я упиралась ногами, он был сильнее. Он развернулся и закинул на плечо.
- Поставь меня, - вопила я на всю квартиру и била его кулаками в спину.
Ему не приносило это боль, а жалко. Он молча поставил меня в душ и открыл воду, она полилась на меня, и я завизжала от холода. Я попыталась высвободиться от его объятий, но он стоял со мной и крепко держал сзади.
- Ненавижу тебя, Брендон, ты долбанный бессмертный урод, отпусти меня, мне холодно.
- Холодно? - он резко развернул меня к себе, - холодно тебе? Это за то, что тебе было жарко от стриптизеров.
Как я от этого устала, устала от его недоверия, от сильной любви к нему. Мои глаза защипали от слез, и я, стоя под ледяным душем, полностью мокрая, смотря в серебристые полные ревности, любимые глаза, разрешила дать волю эмоциям.
- Я ненавижу тебя, - прошептала я, а по моим щекам текли слёзы, смешиваясь с водой, - ненавижу твои приемы, ненавижу тебя, - я ударила его по голой груди.
- Я могу уйти, - тихо сказал он.
- Уходи, выметайся отсюда, - крикнула я ему и закрыла глаза.
Меня больше никто не держал, он ушёл. Я сжала губы, чтобы не закричать от разрывающейся внутри моральной истощенности, от его легко принятого решения. Я села в душе, холодная вода больше не беспокоила меня. Я закрыла лицо руками и начала плакать, значит, его ревность сильнее его любви. Он поставил на первое место обладание, единоличное и непоколебимое, а не наши отношения, не нашу любовь. Господи, за что, за что мне достался такой сложный, непонятный и бессмертный любимый. Ведь я отдала ему всё, всю себя, до крупицы.
- Ненавижу, - я крикнула и опять разразилась слезами, - ненавижу твое влияние, ненавижу любовь к тебе, которая разрывает моё сердце, ненавижу твое недоверие, - кричала я в пустоту, - господи, помоги мне, я не могу так больше, не могу, - я бросила губку в зеркало.
Всё, что попадалось под руку, я бросала, но этого было недостаточно.
Я выключила душ, во мне закипала злость и гнев на себя, на Брендона, на всех. Сняв туфли и бросив их в ванне, я двинулась на кухню, оставляя мокрые следы полу.
Я доставала и бросала на пол посуду: бокалы, чашки - всё подряд.
- Ненавижу, - вопила я, кидая очередной бокал.
Открыв холодильник, я нашла бутылку вина, открыв её и отхлебнув, я продолжала бить всё.
- Ты хотел моей любви, получай, - и на пол полетела тарелка, - ты хотел мою душу -получай, - прокричала я.
Сделав глоток из бутылки, я бросила ее на пол. Она разбилась.
- Может достаточно? - спросил холодный голос позади.
Я обернулась, чуть не поскользнувшись на луже, которая образовалась подо мной от мокрого платья. Брендон стоял, переодевшись в другие боксеры, босой и такой красивый. Волосы блестели от принятого душа, глаза были холодны.
- Ты не ушел? - удивленно спросила я.
- Нет.
- Уходи, я видеть тебя не хочу, эгоист, самовлюбленный дикарь.
- Нет.
- Хорошо, тогда я уйду, - я прошла мимо него по направлению к спальне, где были мои вещи.
- Амелия, ты ведешь себя как истеричка, - комментировал он моё швыряние одежды в сумку.
- Это я истеричка, а что устроил ты?! Ты все дни игнорировал меня, не подходил ко мне, - закричала я, - «от тебя воняет», - попыталась спародировать я его, - это ты истеричка, а у меня адекватная реакция на твои действия.
- Прекрати, - он выхватил сумку у меня из рук и вышвырнул её в открытую балконную дверь. И она полетела вниз.
- Что ты сделал?! Там же мои вещи!! - закричала я и двинулась к балкону.
- Хватит, успокойся, - он держал меня, пока я пыталась вырваться.
- Ты меня с ума сводишь, - заскулила я.
Он отпустил меня, не чувствуя больше сопротивления, я села на пол и обхватила колени.
- Это от тебя не знаешь, чего ждать, - тихо сказал он, сев рядом, - от тебя так пахло, я не контролировал себя, прости.
- Прости?! Это всё, что ты говоришь, - прошептала я, - но этого не достаточно, Брендон. Для меня не достаточно. Прости было после нашего первого поцелуя, когда ты оставил меня, не понимающую ничего. Прости было после твоего признания, когда ты опять оставил меня, ничего не понимающую. Прости было, когда ты чуть не убил меня. Я не верю в твоё «прости».
- А что ты хочешь? - повысил голос он.
- Доверия, - глядя перед собой, тихо я ответила, - я твоя Брендон, твоя душой и телом, как ты это не понимаешь?! Я верю тебе и доверяю, я связала с тобой свою душу, выпив твоей крови. Я приняла тебя с клыками и со всеми загадками, с твоим гаремом. Я переехала в эту долбанную квартиру, чтобы быть с тобой!
- Мия, - он повернул моё лицо к себе, - я боюсь потерять тебя, ты взбалмошная, неугомонная тигрица. Твоя жизненная энергия бьет через край. Я ревную так сильно, что не могу себя контролировать. Я видел тебя с Диланом, и вы были так естественно гармоничны, что это не дает мне покоя.
- Брендон, - я положила руку на его лицо, - я люблю тебя, я верна тебе всё время, пока я была на девичнике, я скучала по тебе, по твоим губам, по твоему запаху, по твоим объятьям.
- Девочка моя, - он поцеловал мою руку, - только с тобой я чувствую жизнь.
Он поцеловал меня горячо и страстно, и я сдалась под его натиском. Он разорвал на мне платье и опрокинул на холодный пол.
- Скажи, что ты моя, ты будешь всегда со мной, - он яростно шептал и покрывал моё тело поцелуями, отчего голова кружилась, и было трудно дышать, я хваталась за него, как утопающий за последнюю возможность жить.
- Ответь мне, - прошептал он, войдя в меня, медленно дразня своими движениями внутри.
- Твоя, Брендон, навечно я твоя, - тихо прошептала я ему, и он со стоном припал к моим губам, продолжая быстрее входить в меня.
Я теснее прижала его к себе, обвив ногами. Он поднял меня, не выходя, и посадил на столик с зеркалом, продолжая толчки, которые уносили меня на небеса. Мое тело разрывало от обуревавших чувств и приближающегося оргазма. Брендон почувствовал это и надрезал шею, я припала к ней. Я обняла его со всей силой любви, которая жила во мне, и меня накрыл экстаз. Мы так и остались, он стоял, а я сидела на столе, только моё сердце стучало в груди так бешено, что казалось, не выдержит всего. Брендон поднял меня и перенес на кровать, поцеловав в голову.
- Ты куда? - тихо спросила я.
- Убрать все, что ты побила, - прошептал он и ушел, прикрыв дверь.
Я лежала в постели, смотря перед собой Что-то было не так, секс был слишком яростным, он ставил как будто печать на мне. И тихонько всхлипнула и приказала себе забыть все мысли. Я живу ради него. Я люблю его.