За гранью дозволенного.
Азарт. Он опьянял, затягивал, подобно водовороту. Сначала я просто наблюдала, как Вова, мой старший брат, управляет своим «Универсамом», как винтики этого сложного механизма вращаются, подчиняясь его воле. Потом начала помогать с мелочами – передать сообщение, найти информацию, организовать встречу. Казалось, это всего лишь игра, безобидная и захватывающая. Но игра постепенно превращалась в реальность, затягивая меня все глубже в опасный мир криминала.
Турбо был против. Он видел, как меняется мой взгляд, как в моих глазах появляется тот же блеск, что и у Вовы, когда он говорит о своих делах. Он пытался вразумить меня, уговорить держаться подальше от «Универсама», но я не слушала. Мне казалось, что я контролирую ситуацию, что я всего лишь помогаю брату, что это не так опасно, как он себе представляет.
— Марьяна, остановись, пока не поздно, — говорил он, сжимая мои руки в своих. – Этот мир поглотит тебя, он не для тебя.
— Ты просто боишься за меня, — отвечала я, отводя взгляд. – Но я не ребенок, я могу о себе позаботиться.
— Дело не в этом, — вздыхал он. – Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Этот мир грязный, жестокий. Он ломает людей.
Я не верила ему. Мне казалось, что он преувеличивает, что пытается контролировать меня. Я хотела быть рядом с Вовой, помогать ему, быть частью его мира. Я хотела доказать всем, и прежде всего себе, что я не слабая, беспомощная девочка, нуждающаяся в защите.
И вот теперь я стояла в темном переулке, сжимая в руках небольшой пакет. Сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Это была уже не игра. Это была настоящая операция, рискованная и опасная. Вова доверил мне важную часть плана, и я не могла подвести его.
Внутренний голос кричал, что нужно бежать, что я совершаю ошибку, что это за гранью дозволенного. Но я заглушала его, убеждая себя, что все будет хорошо, что я справлюсь. Адреналин бурлил в крови, заглушая страх.
Операция прошла успешно. Я выполнила свою часть задания, и Вова был доволен. Он похвалил меня, сказал, что я молодец, что на меня можно положиться. Его слова были для меня как наркотик, опьяняли, заставляли забыть обо всем, кроме чувства собственной значимости.
Вернувшись домой, я увидела Турбо. Он сидел на кухне, с мрачным видом листая какой-то журнал. Увидев меня, он резко встал.
— Где ты была? – спросил он, его голос был напряжен.
— Гуляла, — ответила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все дрожало.
— Не ври мне, — сказал он, подходя ближе. – Я знаю, что ты была с Вовой. Знаю, чем вы занимались.
Я молчала, отводя взгляд.
— Марьяна, ты играешь с огнем, — продолжал он. – Рано или поздно ты обожжешься.
— Перестань, — сказала я, пытаясь вырваться из его объятий. – Ты не имеешь права меня контролировать.
— Я не контролирую тебя, — сказал он, сжимая мои плечи. – Я просто боюсь потерять тебя.
Его слова тронули меня. Я увидела в его глазах страх и боль. Я поняла, что он действительно переживает за меня, что его любовь – это не пустые слова.
— Прости меня, — прошептала я, прижимаясь к нему. – Я знаю, что ты прав. Я больше не буду участвовать в делах «Универсама».
Он обнял меня крепко, словно боясь отпустить.
— Я люблю тебя, Марьяна, — сказал он. – И я сделаю все, чтобы защитить тебя.
В его объятиях я чувствовала себя в безопасности. Но где-то в глубине души тлел огонек азарта, и я знала, что мне будет трудно сопротивляться ему. Борьба между моей любовью к Турбо и опасным притяжением мира «Универсама» только начиналась.