Незримая связь.
Микроавтобус, под завязку загруженный сонными телами и остатками дачных припасов, подъехал к Универсаму. Возвращение в город после беззаботных дней на природе всегда окрашено легкой меланхолией. Вова, бодро выпрыгивая из-за руля, объявил: «Летом еще рванем! Там шашлыки чтобы получились, надо реванш брать!». Его слова встретили одобрительный гул, даже несмотря на всеобщую усталость.
Разгрузив вещи, компания разбрелась кто куда. Наташа, поправив выбившуюся белокурую прядь, чмокнула Вову в щеку и отправилась домой. Остальные, по привычке, стянулись в Универсам. Запах кофе и сигарет,знакомый гул разговоров – все возвращалось на круги своя.
Я поймала Стешу у барной стойки. Ее глаза блестели неестественным блеском, щеки раскраснелись. Вспомнив дачный "цирк" с водкой, я нахмурилась.
— Стеша, нам нужно поговорить, – сказала я серьезно. Мы отошли к дальнему столику.
— Ну что опять? — пробурчала она, отводя взгляд.
— Тебе четырнадцать лет! Что за детский сад с алкоголем? Ты понимаешь, что это... — фыркнула я смотря разъяренными глазами на сестру
— Да ладно тебе, Марьяна, все же пили! Чего ты ко мне прицепилась? — перебила она, надув губы.
— Дело не в этом. Ты еще слишком мала для таких вещей. И я не хочу, чтобы ты...—
— Чтобы я стала как ты, что ли? — выпалила она, вскинув голову.
Её слова ударили меня как пощечина. Я замолчала, пытаясь справиться с внезапным комом в горле. Да, мое прошлое было далеко не идеальным. И я действительно боялась, что Стеша повторит мои ошибки.
— Я не это имела в виду , – прошептала я, опустив глаза. – Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Чтобы ты не наделала глупостей, о которых потом будешь жалеть.
Стеша молчала, нервно теребя край футболки. Я видела, что мои слова до нее дошли.
— Прости, — пробормотала она наконец. — Я больше так не буду. —
Я обняла ее. — Я знаю,— сказала я. – Просто будь осторожнее.
Этот разговор, хоть и неприятный, еще больше сблизил нас. Между нами, несмотря на разницу в возрасте и жизненном опыте, существовала незримая связь, прочная нить понимания и доверия.
Остаток дня прошел спокойно. Ребята делились впечатлениями от дачи, вспоминали смешные моменты. Марат, как всегда, был немногословен, но его присутствие создавало ощущение надежности и спокойствия. Вова с Турбо устроили импровизированный турнир по армрестлингу, а Ералаш с Черепом спорили о достоинствах какого-то сериала в видеомагнитофоне. Айгуль, притихшая после моего разговора со Стешей, сидела рядом со мной, листая журнал. В воздухе витала атмосфера легкости и беззаботности, которой так не хватало в последнее время.
Вечером, когда Универсам опустел, мы с Маратом остались одни. Сидя за нашим столиком, мы молча смотрели друг на друга. Между нами не нужно было слов. Мы понимали друг друга без них. В его глазах я видела ту же боль, ту же тоску, что и в своих. Но я видела там и нечто большее – надежду, силу, любовь. Любовь, которая помогала нам держаться на плаву в этом бурном море жизни.
Марат взял мою руку в свою. Его ладонь была теплой и сильной. В этот момент я поняла, что не одинока. Что у меня есть он, мой молчаливый защитник, моя опора. И этого было достаточно, чтобы продолжать жить, бороться, любить. Несмотря ни на что.
Незримая связь, которая объединяла нас с Маратом, с ребятами из Универсама, с моей семьей, – была той силой, которая помогала нам преодолевать любые трудности. И я знала, что даже в самые темные времена мы сможем опереться друг на друга, найти поддержку и понимание. Потому что мы – семья. И это самое главное.