𝑃𝐸𝑇𝑅𝑂𝑉𝐴

Кладбище Нового Орлеана.

—По рассказам Силвии её бывший был... ещё тем мудаком.—Проговорил Паркер убирая телефон от своего уха и смотря на Винсента.

—Разумеется я немного приукрасил.—Саркастично добавил Кай, а после положил устройство в карман своих джинсовых штанов.

—Если она оставила его на верную смерть то его понять можно.—Проходя в сторону выхода покачал головой Гриффит.

—Все верно но он теперь уже хочет убить мать моих дочерей после того как наконец найдет венец.—Со вздохом вымолвил Паркер идя следом за колдуном.

—Или он уже нашел один из артефактов созданных ковеном и планирует их соединение.—Размышлял ведьмак прогуливаясь неторопливыми шагами по кладбищу.

—На что ты намекаешь...—Сразу задал вопрос Кай.

—Если сила легендарного мультбрида зависит от этих трёх предметов то и её смерть связана с ними.—Остановившись у одной из могильных плит заявил Гриффит.

—Если соединить три артефакта и уничтожить их то...—После недосказанного предложения Паркер вновь глянул в сторону ведьмака.

—Она умрет.—Объявил Винсент уже слегка напряжённо.—Поэтому если Ардер заполучил венец то у нас большие проблемы.

—Тогда я не собираюсь стоять у могилы сложа руки и рассуждать о смерти старшей Петровой когда наш враг может уже прямиком ехать в Новый Орлеан.—С Сарказмом вымолвил парень делая более быстрые шаги в противоположную сторону от Винсента и постепенно отдаляясь от мужчины.

Картина разверзлась внезапно, как нож, вспарывающий небесную плоть. Еще мгновение назад воздух висел тяжелым, свинцовым пологом, пропитанный запахом влажной земли, прелых листьев и старого камня. Кладбище дремало под скупым светом, пробивающимся сквозь низкие, рваные облака. Ангелы на постаментах застыли в вечной скорби, мраморные урны молчаливо взирали вниз, а тени от крестов ложились длинными, искаженными чертями по ухоженным дорожкам.

Первую каплю никто не заметил. Она упала на белую лилию у свежей могилы, превратив нежный лепесток в багровое месиво. Потом – вторая. На гранитную плиту, заляпанную именем и датами, словно кровавая слеза. Третья – на ладонь бронзового херувима. И тогда небо сорвало заслонку.

Не дождь – ливень обрушился на молчаливое царство мертвых. Но это была не вода. Жидкость, хлеставшая с неистовой яростью, обладала густотой, вязкостью и цветом старой, почти черной крови. Алая на просвет, где капли падали с высоты, она тут же темнела до бордово-бурого, едва касалась поверхности. Словно само небо истекало над скорбным полем.

Звук был ужасающе знакомым и чуждым одновременно. Не шелест, не барабанная дробь, а глухой, мокрый шлепок. Миллиарды тяжелых капель шлепались о камень, о металл оград, о землю, о листву кустов самшита. Это был звук сырого мяса, падающего на мокрую плиту. Воздух мгновенно пропитался железным, медным душком – резким, сладковато-тошнотворным запахом крови, смешанным с озоном и гнилью. Он въедался в ноздри, лип к горлу, навязчивый и невыносимый.

Кладбище преображалось с чудовищной скоростью. Белые мраморные ангелы плакали кровавыми ручьями. Струи стекали по их щекам, собирались в алые лужицы у подножий, окрашивая постаменты в зловещие оттенки. Кресты, черные и серые, теперь сияли влажным, пугающим глянцем, будто отполированные жизненной субстанцией. Надписи на плитах – имена, даты, слова утешения – расплывались под багровыми потоками, становясь нечитаемыми кляксами. Земля на могилах жадно впитывала ливень, превращаясь в липкую, пузырящуюся черно-красную трясину. Казалось, она дышит под этим кровавым покровом, готовая извергнуть наружу то, что схоронила.

Эстетика была до ужаса мрачной. Багряные реки бежали по серым дорожкам, размывая границы между тропинками и могилами. Капли, ударяясь о каменные крылья ангелов, разбрызгивались тысячами мелких рубинов, сверкающих на миг перед тем, как слиться с общим потоком. Листья кустов, сбитые яростным ливнем, падали, как окровавленные перья. Даже воздух казался окрашенным – легкая багровая дымка висела над землей, скрадывая дальние ряды могил, делая очертания деревьев призрачными и угрожающими. Свет, и без того тусклый, преломлялся сквозь кровавую пелену, отбрасывая на все вокруг зловещие, движущиеся тени алого оттенка.

Тишина кладбища была мертва и раньше, но теперь ее заполнил этот монотонный, всепоглощающий шум мокрого удара. Ни птиц, ни ветра – только бесконечный, тяжелый стук кровавых капель о камень, о землю, о металл. Это был гимн немой панике, звуковое воплощение ужаса. Влажный, металлический смрад висел невыносимой пеленой, смешиваясь с запахом размокшей глины, создавая почти физически ощутимую атмосферу бойни под открытым небом.

Кладбище перестало быть местом покоя. Оно стало алтарем под открытым, истекающим небом. Каждая капля, шлепаясь о холодный камень или вязкую землю, казалась последней каплей терпения мира. Это был не природный феномен. Это было явление. Зловещее, прекрасное в своем ужасающем великолепии, превращающее скорбь в кошмар, а вечный покой – в кровавое месиво под небом, которое больше не знало милосердия. И ливень не утихал.

Он лил и лил, смывая краску с памятников, заливая венки, наполняя территорию жизнью самой страшной жидкости, превращая кладбище в потустороннюю скотобойню под открытым, истекающим небом. Багровый потоп поглощал все, не оставляя надежды на просвет. Только вечно плачущие кровавыми слезами ангелы да всепоглощающий, мокрый стук.

—Кровавый дождь...—Тихий шепот сорвался с губ Винсента словно в беспокойстве и грядущей панике.

Последний раз такой явление было несколько лет назад когда пророчество семьи Майклсонов должно было сбыться но его смогли обойти.Та беда что предвещала всему Новому Орлеану опасность была серьезнее всех остальных.

Когда кровью окрашиваются мраморные плиты...имена усопших заливаются каплями падающей крови с небес.Это означал конец.Самая страшная опасность которая должна будет случиться в ближайшее время.

Капель крови становилось все больше...нужно было вновь вернуться в укрытие.Поспешными шагами Гриффит проходил сквозь могильные плиты...каждая из них словно кричала о грядущей неминуемой опасности.

Но самым главным сейчас было сообщить остальным.

Входя в помещение в котором совсем недавно происходил разговор колдуна и Кая сейчас царила тишина и лишь постукивания кровавого дождя по крыше нарушали её.

Быстрым движением ладони доставая телефон мужчина набрал номер...

—Силвия.—Напряженный тон звучал из уст Гриффита.—Нам срочно нужна ведьма из ковена.—Это был единственный выход.

Адрастея.
Только она могла понять,что могло происходить за все это время.Она вложила немалый вклад в создание этих трёх артефактов поэтому никто иной как она должна знать какая опасность ожидает Новый Орлеан в дальнейшем.

Мистик Фолс.Штат Вирджиния.Дом ведьмы Беннет.

—Это плохая идея и ты это знаешь.—В телефонной трубке раздался голос Бонни Беннет.—Призыв одной из ведьм ковена сестер может быть необратим,младшая из сестер самая опасная,ты это знаешь.—Более обеспокоенно продолжила ведьма.

—Адрастея единственная кто может быть полезен сейчас.—Я вымолвила стараясь успокоить Бонни давая понять,что других вариантов у нас нет.

—Мы не можем рисковать доверяя одной из самых опасных ведьм их ковена.—Добавила Бонни не соглашаясь.

—Тогда каков твой план?!—Я возмутилась...—Смерть буквально приследует меня уже некоторый промежуток времени!Как минимум ещё девять месяцев я не должна  умереть!

—Но явно не призывать Адрастею!—Чуть напряжённо заявила Беннет.

—Ардер самый жестокий вампир которого я знаю,первый обращённый человек моей родословной собирается убить меня и моих ещё даже не родившихся дочерей,как я должна реагировать по твоему?!—Не прекращая продолжила я.

Мое беспокойство можно было понять,ведь тот Ардер которого я знала когда он был ещё человек,его уже нет.Это жестокий вампир который готов проходить по головам ради своей цели.

—Я понимаю твою панику в данный момент но это не выход.—Уверенно заявила Бонни.

—Не выход сейчас слушать тебя и медлить когда в любой момент я могу умереть.—Также уверенно объявила я , а уже после сбросила трубку.

После своих последних слов я обернулась облокотившись об стол и скрестила руки на груди в напряжённой позе.

—Скажу Клаусу и Элайдже пусть найдут Адрастею.—Произнесла я посмотрев в сторону Клейтона.—Она наш единственный шанс.

—Как бы то ни было я впервые согласен с Бонни.—Заявил мой брат от чего я чуть вскинула брови скорее в удивлении.

—Не говори мне,что ты собираешься слушать её.—Со вздохом я отвела взгляд.

—Только по твоему желанию я все сообщу Клаусу.—Все таки промолвил мой брат.—Если на улице пошел дождь из сотен капель крови то это явно к недобрым событиям.

—Тогда иди и наконец скажи Майклсонам что нужно делать.—Уже более раздражённо произнесла я.—Тем более мне нехочется чтоб также пострадала Хоуп.—С небольшим вздохом добавила я.

В ответ я получила лишь кивок со стороны Клейтона, а уже после парень удалился из помещения.

Сделав несколько шагов по комнате я оказалась у окна.Мои зрачки внимательно следили за всем происходящим за пределами стекла и это было мягко говоря ужасно.Кровь в буквальном смысле этого слова заливала улицы Нового Орлеана в темно красные тона...небыло ни души но само зрелище вызывало крайне не положительные эмоции.