Очень доброе утро
На кухне было тихо, слышался только звук воды, стекающей из крана, и лёгкий звон посуды. Данон, закатав рукава, молча мыл тарелки после завтрака, пока Лана вытирала стол. Его движения были механическими, а взгляд устремлён куда-то вдаль, будто мысли были совсем не здесь.
Лана, наблюдая за ним краем глаза, быстро поняла, что его что-то гложет.
— Ты слишком серьёзный для человека, который помог мне избавиться от этого беспорядка, — сказала она, стараясь сделать свой тон лёгким.
Данон бросил на неё короткий взгляд, чуть усмехнувшись.
— Просто... думаю, — ответил он, погружая тарелку в мыльную воду.
— О чём? — спросила она, подходя ближе и опираясь на столешницу рядом с ним.
— Ничего такого, — сказал он, стараясь отмахнуться.
Лана прищурилась, глядя на его лицо. Он не смотрел на неё, старательно сосредоточившись на посуде, но она знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что его мысли явно заняты не тарелками.
— Данон, — произнесла она мягко, но с ноткой сарказма. — Ты ужасный врун.
Он вздохнул, оставляя тарелку в раковине, и вытер руки полотенцем.
— Просто... Лёша, — признался он, глядя на неё. — Не знаю, как это объяснить. Но я чувствую, что он как будто... стоит между нами.
Лана замерла на мгновение, обдумывая его слова. Она знала, что Лёша всегда будет важной частью её жизни, но сейчас она видела, как эти мысли буквально поедают Данона изнутри.
— Ты правда такой дурак? — тихо спросила она, её тон был лёгким, но взгляд серьёзным.
Лана сделала шаг ближе, взяла его за край рукава, потянула к себе и, прежде чем он успел сказать что-то ещё, мягко поцеловала его.
Это было короткое, лёгкое касание, но в нём читалась вся её уверенность. Она отстранилась, глядя ему в глаза.
— Я выбрала тебя, — сказала она спокойно, но твёрдо. — Ты можешь перестать загоняться.
Данон замер, его глаза расширились от неожиданности. Её слова ударили по нему сильнее, чем он мог себе представить.
— Ты думаешь, я бы терпела тебя здесь, если бы это было не так? — усмехнулась она, отпуская его рукав.
Он медленно начал улыбаться, его взгляд смягчился, и он протянул руку, чтобы взять её ладонь в свою.
— Спасибо, — тихо сказал он, всё ещё не веря, что слышит это от неё.
— Не за что, — ответила она, слегка улыбнувшись. — Только не накосячь, ладно?
— Никогда, — твёрдо ответил он, но в его голосе звучала благодарность.
Лана отпустила его руку и вернулась к своей работе, а Данон остался стоять на месте, чувствуя, как с его плеч будто упала огромная тяжесть.
После их короткого, но значимого момента на кухне, напряжение, висевшее между Ланой и Даноном, заметно спало. Лана вернулась к уборке, словно ничего не произошло, но Данон продолжал украдкой смотреть на неё, улыбаясь самому себе. Её слова и поцелуй прочно застряли у него в голове, как некий символ её доверия.
Лана, заметив его взгляд, усмехнулась, не отрываясь от вытирания столешницы.
— Ты что, завис? — бросила она, бросив на него короткий взгляд через плечо.
— Просто думаю, что, возможно, это лучший завтрак в моей жизни, — ответил он, продолжая улыбаться.
— Завтрак, который принёс Лёша, — съязвила она, нарочно.
— Не порть момент, — усмехнулся он, покачав головой.
Она фыркнула, бросив тряпку в раковину, и подошла к нему, сложив руки на груди.
— Так, — сказала она, её взгляд стал серьёзным. — Ты собираешься провести тут весь день, или у тебя есть ещё какие-то великие планы?
Данон усмехнулся, чувствуя, как её тон, даже будучи саркастичным, выдавал тёплую нотку.
— Ну, я думал, что мог бы помочь тебе с ещё чем-нибудь, — ответил он, облокотившись на столешницу. — Раз уж ты так любишь использовать меня.
Лина прищурилась, скрестив руки на груди.
— Использовать тебя? — переспросила она, её голос был полон насмешки. — А что, если это правда?
Он наклонился ближе, его взгляд стал чуть более игривым.
— Тогда я, наверное, лучший добровольный объект эксплуатации, — поддел он.
Она закатила глаза, но улыбка всё же мелькнула на её лице.
— Ладно, Данон, — сказала она, поворачиваясь к двери. — Иди домой. Если я захочу снова тебя использовать, я позвоню.
Он чуть нахмурился, но в его глазах всё ещё читалась мягкость.
— А если мне не захочется ждать звонка? — спросил он, глядя ей в спину.
Она остановилась в дверях, не оборачиваясь, но он заметил, как её плечи едва заметно дёрнулись от сдерживаемого смеха.
— Придётся подождать, — ответила она, уходя в спальню.
Данон остался на кухне, обдумывая её слова. Она всё ещё держала дистанцию, всё ещё сохраняла эту загадочную холодность, но в её действиях чувствовалось что-то новое. Она начала открываться, хотя и не позволяла себе это полностью.
"Шанс," подумал он, забирая свою куртку. "Она дала мне шанс."
Он ушёл из её квартиры с лёгким сердцем, но в голове уже зрели новые мысли — о том, как сделать так, чтобы этот шанс оправдал все ожидания.
