Глава 25.Настоящее время.
— Подожди! — воскликнула Белла в который раз вытаращившись на Эдварда. — Ты хочешь сказать, что Каталея была наркоманкой?! Я думала вампиров вообще ничто не берёт! И ведьмы! Они и в правду существуют?!
Вампир хмыкнул, нервным жестом встопорщив волосы. Он и сам бы не поверил, если бы не видел всё своими глазами. Он жил бы, как и все, в неведении, но дар сестры притягивать к себе всё невероятное и невозможное просто не оставлял выбора. Они ведь даже чёртовых оборотней повстречали только из-за неё.
— Существуют. Или же существовали, — произнёс вампир. — Я не встречал ведьм лично. После святой инквизиции они тщательно прятались, многие были обращены в вампиров. Лессан же была убита Джаспером. Брат всегда прислушивался к Элис, а вид Каталеи тогда сильно его разозлил. Возможно та ведьма была последней, а может быть где-то бродят ещё. Мы точно не знаем, да и никогда не искали с ними встреч. Насколько я понял, они не особо приятные создания. Святая инквизиция сделала миру большое одолжение убив большинство.
— Невероятно, — потрясённо прошептала Свон. — А другие создания? Из легенд и сказок. Тоже существуют?
Эдвард неопределённо пожал плечами. Возможно и существуют, но мужчина не горел желанием с ними встречаться. Это больше по части Каталеи.
— А наркотики? Ты же говорил, что ваш вид неуязвим, — девушка примостилась рядышком с вампиром, положив руку на колено.
— Мы тоже так думали. До того момента. Ведьмы нашли какие-то травы, что воздействовали на слишком чуткое восприятие вампиров. Они были сравни наркотикам для обычного человека. Вреда здоровью особо не причиняли, но вырабатывалась зависимость. А ломка была похожа на перерождение.
— И Каталея её пережила, — тихо произнесла Белла. Мужчина медленно кивнул, содрогнувшись от воспоминаний. Он не желал помнить те дни, а напоминать о них любимым и вовсе. Но должен был рассказать обо всём Белле до конца, чтобы она понимала — их семья не просто красивая картинка. Как и у всех у них за сотни лет жизни были счастливые дни, и ужасные. А «грязного белья» столько, что и не припомнить.
— Сейчас она не выглядела сломленной или зависимой, — задумчиво произнесла девушка. — Она всегда казалась мне весёлой и беззаботной.
— Великолепная маска, — вздохнул Эдвард, грустно усмехаясь. — Лея умеет притворяться. Но, пожалуй, её нынешнее состояние всецело заслуга Карлайла.
— Именно тогда они сблизились, да?
— Тогда. Он бросил практику в клинике, был круглосуточно рядом с ней. Оставался даже тогда, когда она матом на него орала и готова была убить. Мы не выдерживали, а он был с ней. Переступал через себя раз за разом. Я не представляю насколько нужно любить, сколько иметь мужества, чтобы вынести всё это. Я люблю Каталею, но тогда был готов убить собственными руками.
Белла обняла вампира, прижавшись к каменному плечу. Казалось он даже не заметил этого, погружённый в воспоминания. Будто заново переживал крики, битьё посуды, драки и обвинения, скупые всхлипы Карлайла, когда думал, что никто не видит и не слышит. И бесконечно повторяющиеся слова Создателя:
— Лея, я тебя люблю. Каталея, я тебя люблю! Я жить без тебя не могу! Я тебя люблю!
Он не помнил, что она кричала ему в ответ. Какой-то бессвязный бред. Казалось она даже не понимала половину того что ей говорили. Напоминала высохший труп, скелет с огромными вытаращенными глазами. Сломленная, использованная, мёртвая.
Но Эдвард прекрасно помнил тот день, когда она впервые осмысленно взглянула на окружающих. Её тощее, высушенное тело было укутано в вязанный плед. Узловатые пальцы сжимали широкую ладонь Карлайла. Он держал её на своих коленях, прижимал будто величайшую драгоценность, целовал в макушку. Их омывал солнечный свет, льющийся из панорамных окон. Лея подняла огромные глаза, слишком ярко выделяющиеся на исхудавшем лице. И улыбнулась. Кажется, за его спиной тогда стояла Розали. Она вскрикнула и бросилась с объятиями, причитая, что так ждала и надеялась. Следом вихрем вбежала Элис, а за ней Джаспер и Эмметт. Они говорили наперебой, целуя сестру во впалые щёки. Последняя вошла Эсми, робко поглядывая на пару. Отчасти она считала себя виноватой, думала, что из-за неё их развело на столько лет. Каталея тогда впервые протянула к ней руки и обняла в ответ тихо всхлипывающую женщину. А Эдвард всё стоял в дверях и не мог передать того счастья и покоя, что его наполняло. Он так любил их всех.
— Но потом же всё было хорошо? Теперь же всё хорошо? — прошептала Белла, заглядывая в глаза парня.
— Да, — улыбнулся он. — Теперь всё хорошо. Моя семья вместе, счастлива. И ты со мной.
Мужчина поцеловал возлюбленную в лоб. Та недовольно засопела, подставила губы, но вампир лишь со смехом отстранился. Белла в раздражении едва не швырнула в него подушку с детским криком — «так не честно!». Но в следующее мгновение он обнял её за плечи и прижал к себе. Все вопросы мгновенно выветрились из головы, забылась история Каталеи и Карлайла. Какая разница. У них своя. Не менее трепетная и насыщенная.