II •Снежное трио•
Снегопады в Ринсбурге отличаются от тех великолепных, что обычно описываются в книгах. Обычно говорится о маленьких снежинках, что плавно ложатся на землю, словно боятся нарушить тот зыбкий порядок, что установился до того, как они коснутся земли. В Ринсбурге же если идет снег, то это называется метелью. Мокрые, колючие, противные, маленькие крупицы надоедливо сыпятся на твое лицо, и оно морщится, корежится и щурится. Волосы хотят спрятаться в рот и прикрыть глаза, а пальцы ног и рук, несмотря на защиту теплых шерстяных варежек, превращаются в сосульки. В такие моменты, если я никуда не спешу, то сразу прячусь в ближайшем магазине. Там тепло и уютно, ибо на улице противно и холодно.
Собрав волю в кулак и надвинув капюшон на лоб, я пошла дальше. Сугробы, уже успевшие подняться до высоты моих ботинок говорили мне: "Лилия, завтра ты ляжешь с температурой". Но что было делать? Долг зовет, а денег мало не бывает. Я завернула за угол.
Вот в лицо ударила новая волна. Эта была еще сильнее чем прежняя. Зимний ветер, пронизывающий тело до мозга, костей вырвал из цепких рук капюшон. Ледяные пальцы холода обвили мою шею и стали ползти вниз, убаюкивая меня песней снега. Я вжала голову в плечи, и побыстрее нащупала руками холодную ткань, чтобы прикрыть голову.
- Давай, Лиля.
Я опустила голову и уставилась на снежные сугробы, скрывшие какие-либо признаки каменистой кладки. Вдруг около кто-то пробежал, я спонтанно обернулась, но увидела лишь удаляющуюся фигуру в черной куртке. На улице было на удивление пустынно. Лишь три-четыре человека ковыляли где-то вдалеке. Я томно вздохнула и снова опустила голову.
Один шаг, второй шаг, третий шаг, четвертый шаг. Движения давались с трудом.
Холод мешал нормально мыслить и ориентироваться на местности. Он сковывал и заставлял ежится. Пальцы рук и ног превратились в маленькие ледышки, и лишь жгучая, пульсирующая кровь, гонящаяся по капиллярам поддерживала жизнь в этих кусочках мяса.
Я обернулась и посмотрела на прямую дорожку следов, уходящих куда-то вглубь пространства. Внезапно возникла странная мысль, что я только что свернула на эту улицу, и прямой линией мои следы тянуться никак не могли. То ли воображение задумало играть со мной в салочки, либо на нервной почве я начала придумывать себе единорогов с розовыми губами, либо здесь действительно можно ограждать местность красной ленточкой с надписью "ОПАСНО". На этих мыслях мне пришлось остановиться. "У тебя начинается бред" - промелькнуло где-то в коридорах черепушки. Кажется, я безвозвратно сентиментальна.
Видимость была нулевая. Ни машин, ни дорог, ни, даже, домов не было видно сквозь плотную пелену снежного вихря. Он метал меня из стороны в сторону как тряпичную куклу. Вдох давался тяжело. Вдруг в памяти всплыла сцена из американского фэнтези фильма. Обычно в кинокартинах вроде этой, девушка представляется так необычно. Без какой-либо шапки, в едва накинутом полушубке, с развивающимися на ветру волосами, с пухлыми губками, с нежными ручками так жалостно и волнующе жмущимися к груди. Все это посреди снежного смерча и лютого зимнего мороза. И она такая растерянная, красивая и грустная. Всем всегда это кажется таким романтичным, но сейчас я действительно убедилось насколько это лживо и глупо. Я вовсе не была похожа на такую страдающую от любви леди. Скорее всего я походила на пьяного француза во времена наполеоновских войн с Российской империей. Такого же неуклюжего и неповоротливого, верящего во все святые намерения и продолжающего свой поход во имя благих целей.
Я хлопнула дверью, и мое лицо погрузилось в тепло. Глаза снова широко распахнулись, и лицо перестало морщиться.
- Извините, припоздала, - сказала я и сняла свое пальто.
- Не мудрено. Там погода как у белых медведей на Севере, - сказал мужчина в красном галстуке. От него сильно несло сигаретами, и я невольно задержала дыхание.
- Позвольте пальто, - сказал он, повесив его на отведенное для того места у входной двери.
- Спасибо.
Войдя в офис, я оказалось в гармоничной и уютной обстановке. Красный, белый, черный и зеленый переплетались между собою на стенах, мебели и комнатных цветах.
В помещении была отдельная зона для монтажа. За столами, танцуя пальцами по клавиатуре, работали четыре человека. Как зачарованные, сгорбившись, и надвинув на нос очки, они трудились над застывшим моментом настоящего времени, что представлялось за черным зеркалом.
- Я Алексей. Это я вам звонил. У нас тут жарко, так что не стесняйтесь.
- Нет-нет. Я повешу сюда? - я подметила стул на пустом рабочем месте как вешалку для свитера.
- Да-да.
Мы свернули за угол, и оказались в белом, светлом коридоре. По боками - двери, за которым работали журналисты журнала "Under the thumb". Жалюзи одой из комнат были открыты, и я увидела просторное помещение, со стенами цветом лаванды. Люди что-то бурно обсуждали, и то туда, то сюда перевешивали и делали отметки на фотографиях, записках, листовках, распечатках и прочих бумажных нужностях.
- Мы довольно известный журнал. Думаю, вы наслышаны, - сказал Алексей, проследив за моим взглядом. - Впрочем, вы известны не меньше в нашем просторном городишке, поэтому на этой неделе ваше миловидное личико будет на обложке. Нам нужно будет сделать несколько снимков и Велимир возьмет у вас интервью чуть позже. - Я кивнула, подметив имечко этого странного джентльмена, что удосужится уделить мне немного своего драгоценного времени.
На этот раз мы оказались в помещении, распределенному под фотографию. Вдали комнаты стоял высокий барный стул, а сзади - белое полотно. Напротив, окно показывало вид на офис, в котором мы только что были. Входная дверь открылась, и вместе с зимним воздухом в комнате оказалась блондинка. За ней вошел мужчина. Они, видно, что-то бурно обсуждали. То и дело перекидываясь фразами, мужчина снял пальто с девушки и повесил его рядом с моим.
- А, это, кстати, он, - за спиной возник Алексей. - И его жена Лиза. Лиза - визажист. Сегодня она будет работать над вашим личиком, - я кивнула, отодвинувшись на полмиллиметра. Говоря слово "личико", букву "и" он выплевывал вместе со слюнями. - А так она в более высокой должности.
Вот я опять грешу, используя косметику. Мда... а еще надавила на подругу, когда сама оказываюсь в такой безвыходной ситуации.
Пауза.
- Примерочная там, - сказал Алексей, разрядив обстановку, и направил меня в примерочную.
Далее меня снимали.
Мы переехали в другую комнату. Наконец мы с этим Велимиром уселись на удобном сером диванчике у окна, через которое открывался миловидный вид на широкую улицу. Часть города, в которой находился офис - старый район. В основном он был полон архитектурными излишками старого времени. В руках мужчины была желтая тетрадь, черная ручка. Я была удивлена такому способу записи, ведь это зачастую бывает ненадежно.
- Вы пишете от руки? - поинтересовалась я.
Он взглянул на меня своими карими глазами. Его брови немного приподнялись.
- Да. Люблю ощущение, когда ручка скользит по бумаге. Да и планшет разрядился.
Меня весьма заинтересовал Велимир. Странное имя, да и сам он был какой-то необычный. Внешне он ничем не отличался от множества представителей мужского пола. Бледная кожа, черные, как сажа, волосы. Но что-то в нем было.
Черты лица не кричали чем-то особенным, у него не было ни ямочек на щеках, ни родинок. Если всматриваться - обычное лицо молодого человека, но что-то было в этих изгибах, в этом разрезе глаз, в этих губах. Я испытывала к нему симпатию - не могу не признаться. Не как к паре, а как к личности. Искусный мастер нарисовал портрет идеального мужчины и воплотил это в жизнь. Вот что можно было о нем сказать.
- А какие вопросы будут? В области чего? Мое хобби, моя личная жизнь или что-то другое?
Наши глаза встретились. Мои - такие робкие и заинтересованные, и его - строгие и безразличные. Он смотрел с такой простотой и безразличием, но этот взгляд магическим образом залил огонек любопытства в моей душе.
- Общайся со мной, дополняй, комментируй, - проигнорировал он мой вопрос. - Представь что мы встретились на улице, и я заинтересовался. Понятно?
- Да.
- Ну, тогда первый вопрос.
Когда я закончила со всеми делами, на улице было темно. Вечерние фонари, как маленькие солнышки, освещали путь. Снег хрустел под каблуками. Чувствовалась усталость, и в голове шумели свои тараканы.
Я принялась вспоминать и вникать в прошедшие несколько часов. Обычно я такого не делаю - это жутко утомительно и долго. Но сегодня был определенно из таких дней, что врезаются в твою память еще на долгое время. Не какими-то необычными событиями или случаями. Запоминаются просто так, по воле случая. Не забывалось и это интересно трио в лице Алексея, Лизы и Велимира. Они трое были совершенно разные, но эти мелочи, мелочи. Жесты, взгляды, движения. Они были идентичны. Они были той ниточкой - тонкой и почти незаметной, что связывала так крепко маленькие части чего-то огромного. Алексей любил пояснять, иногда в его голосе была шутливость. Бывало он что-то бурчал себе под нос, когда работал. Фотографируя, он вслух размышлял как сделать фотографию лучше, и с какого ракурса снять. Велимир был неразговорчив и замкнут. Удивительно, что столь непохожие люди как эти двое были близкими друзьями. Хотя, говорят, что именно противоположные по характеру личности сближаются лучше всего. Велимир говорил только по делу и кратко. Любил передергивать плечами, у него были очень холодные руки. Когда я прощалась с ним, его ладонь была ледяной, хотя он только недавно держал в руках горячий чай.
Лиза - его жена. Была жгучей блондинкой. Не стервой, но иногда любила вставить что-нибудь колкое. Она была серьезна в работе и вечно суетилась. Я с ней пробыла недолго. Девушка навела мне макияж (при чем очень мастерски) и потом исчезла. И появилась потом лишь раз - чтобы его подправить. Кстати, как раз в нужный момент. Цвет ее глаз был карий, как и у муженька.
Было так любопытно узнать о них больше. Дружат ли они вне рабочих будней, ходят ли вместе в кофейню? Ну с девушкой и ее мужем все понятно, но что насчет другого? Кем Велимир и Лиза приходятся Алексею? Обычными коллегами, друзьями, людьми, с которыми он состоит в хороших отношениях или просто знакомыми?
Я осеклась на этой мысли. Всегда учили не лезть в чужие отношения, какое бы рьяное любопытство за этим ни стояло.
Между тем светофор показал яркий красный. Я остановилась и вдохнула побольше зимнего воздуха. Метель прошла и теперь наступило затишье. "Попытаюсь отвлечься от этого офиса" - подумалось мне и я сразу вспомнила о том, сколько еще монтажа меня с нетерпением ждет дома.