Глава 40
10 февраля, 1990 год, г. Казань
Ж - Да ебаный в рот! Поднимайте ее и тащите на диван.
? - Так она же..
Вадим подошел к парню, который недоуменно смотрел на него и даже не успел договорить, как в челюсть его прилетел удар старшего. На немой вопрос пацаненка, Вадим рыкнул.
Ж - Чтоб даже мыслей в ту сторону не было. Всем ясно? Не слышу!
Ц - Да ясно всем, что с мудаком делать будем?
Ж - Ты по ебалу давно не получал? Вот че ты разлегся? Давай вставай, объяснять будешь, а там решим.
Меня тем временем отнесли в уже знакомую каморку, в которой я обрабатывала раны Вадима. Спустя время мне стало полегче, и я даже смогла без боли дышать и подняться на зудящие, трясущиеся ноги. И направилась в комнату, из которой продолжалась доноситься ругань. В попытках подслушать о чем они весь день грызутся я задела какую-то штуковину и еле успела с тупым звуком ее поймать.
Ж - Выходи, шпионка.
Ц - В партизаны тебя не берем.
Ж - Захлопни, Полин садись, решать будем.
- А я тут причем?
Ж - Садись.
Я недоверчиво оглянула всех сидевших за столом парней. Вадим глянул на часы и слегка недовольно фыркнув поднялся, потянув меня к столу.
- Ну и что? О чем разговор?
Ж - С чего бы начать..
Б - Это про ебыря твоего.
Ж - Болт, ты совсем страх потерял что ли?
Цыган же даже говорить не стал, прописав скорлупе подзатыльник.
Б - Ну а че, я неправильно сказал?
Ж - Выйди нахуй отсюда, пока не пришиб.
Парень послушно поднялся и отправился в другую часть здания, потирая затылок.
Ж - Грубо говоря он правду сказал.
- Что с Валерой?
Ж - Да какой Валера?! Ты от Валеры убегала так? Валера блять.
Я замолкла, злить Вадима мне не хотелось.
Ж - Так, ух, давайте успокоимся.
Ц - Кто бы говорил..
Желтый гневно взглянул на товарища, а я протянула Ильясу руку, слегка отдернув его. Парень на этот жест лишь закатил глаза и откинулся на стуле.
Ж - Понятно, разговора тут не выйдет. Завтра собираемся тут в час.
Б - Так школа же.
Ц - Можно подумать ты туда ходишь. Стоп, а ты че вылез то я понять не могу?
Б - Я..
Ж - Так, успокоились. Цыган прав, школу прогулять можно.
- А мне тоже приходить?
Ж - К тебе у меня отдельный разговор будет. Все, по домам пацаны. И на базе пусть останется кто-то. Проверит, чтоб никого лишнего сюда не нагрянуло ночью.
Вадим поднялся, пожав руки сидевшим за столом. Он подхватил меня за локоть, не дав ничего сказать. Мы молча сели в машину и он ее завел.
Ж - Так, блять, да я даже не знаю что сказать. Домой ты не пойдешь, поехали.
- Куда?
Ж - У Наты день рождения.
- Это кто?
Ж - Сестра моя, Наташа, вы в больнице виделись.
- Кудрявая?
Ж - Да. Там будет только она с женихом своим, мама моя и я тебя приглашаю. Там тебя хотя бы накормят по человечески, потом домой отвезу.
- А у меня есть вариант отказаться?
Ж - Полина!
- Что?
Ж - Есть у меня новость одна, только слово придется дать, что никто не узнает.
- Говори.
Ж - На, читай.
Парень достал из внутреннего кармана куртки 2 письма, протянув их мне. На каждом их них было написано лишь одно слово - имя. На одном - Полина, а на другом - Марат. Я глянула на Вадима, что сосредоточенно сидел за рулем авто, и вел куда-то машину. Я раскрыла письмо, на котором было мое имя. Глаза ударились об почерк, который кажется знакомым, но я не могу вспомнить чей он.
«Дорогая Полина,
Я решила, что мне стоит объясниться и попросить прощения. Я не держу на тебя зла, я понимаю, что ты пыталась меня защитить, я просто испугалась... Мне все еще страшно, я не могу поверить, что решилась на это. Сейчас все хорошо, мама и папа.. они, все поняли, попросили прощения. Мы приняли решение уехать, не знаю встретимся ли мы когда-нибудь и вернусь ли я когда-нибудь в Казань. Мне очень жаль, что пришлось сделать все так, я не мертва. Скажи Марату, чтобы он не натворил глупостей, он тебя послушает. Контактов я своих не оставляю, потому как сама не знаю куда мы уезжаем, но Вадим передал мне Ваши номера, так что если я буду готова, обязательно позвоню.
Спасибо тебе огромное за все, спасибо что уберегла меня от пожизненного клейма, жаль, что все вокруг не поверили в это, но мы то знаем, что я чистая. Спасибо за все!
С благодарностью,
Айгуль»
Из глаз невольно потекли слезы, непонятно, а радости ли? Мне до сих пор неясно, что это, как, и откуда эти письма у Вадима. Я зависла на некоторое время, пытаясь осознать, что написано на этом чертовом листке, глаза бегали по тексту из раза в раз. Руки сами собой потянулись к письму Марата, но теплая рука Вадима легла на мои. Наверное он прав, он должен сам получить его, прочитать, дать себе выпустить пар.
- Откуда это у тебя?
Ж - Долгая история.
- Если она жива, то для чего похороны?
Ж - Мусора хотят разогнать группировки, вот и ищут «рычаги давления». Слух пустили, в надежде что универсамовские обосрутся и где-то налажают. Только дело в том, что они и без этого в заднице.
- А ты тут при чем?
Ж - Это я помог их семье уехать. В другом месте ей лучше будет, где не группировок, не слухов.
- Наверное ты прав. А милиция?
Ж - Они думают, что могилка не липовая.
- Пиздец.
Ж - Полин, прекрати матом ругаться, тебе не к лицу, ты же не шпана дворовая и не вафлерша какая-нибудь, общайся по-человечески.
- Да куда еще человечнее то.
Ж - Ты мне скажи, что это за хер, который слухи про тебя пустил. Сомневаюсь, что ты завтра при пацанах захочешь все рассказать.
- Тебе прям все?
Ж - Желательно.
- Вкратце, мы раньше встречались, он со своими друзьями надо мной издевались, я чуть из-за него в окно не вышла, а сейчас он спустя 2 года получается, объявился. Наплел Валере что-то, а там уже и слухи пошли, сама до сих пор не знаю. Потом в больнице он начал что-то говорить о том, что я его «игрушка» просил вернуться, ну а потом вы его вывели, я забыла о нем. А сегодня бабушка мне сказала, что он зайдет.
Ж - Так, погоди, зачем бежать так? Цыган бы его опустил.
- Это вряд ли, а даже если так хуже бы было, он бы заложил каждого, либо компромат нарыл. Ну либо прирезал бы его по тихому, а я такой судьбы никому не желаю.
Ж - Да я заметил, рванула, как спортсменка на олимпийских играх, даже Цыган чуть не сдох пока бежал за тобой.
- Курить меньше надо. И что теперь с Иваном делать?
Ж - Ноги поотрывать, чтоб не беспокоил больше. Ты то вообще зачем об этом думаешь? Мы с пацанами разберемся, не переживай.
- Пацаны, бл.. ин. Хватило мне уже, вот здесь все это.
Я не дождавшись ответа отвернулась к окну, недовольно фыркнув. Какое-то время мы ехали по трассе, а я смотрела на проплывающие мимо картины. Глаза потихоньку стали закрываться, как машина резко остановилась.
Ж - Приехали, спящая красавица.
- Угу.
Я недовольно потянулась, так как ноги и спина затекли от долгой поездки. Еле разлепив глаза я вышла из машины на холодный воздух. На улице потемнело, а снежинки в свете фонаря плясали вальс. Обернувшись по сторонам я поняла что мы не в Казани, а скорее в каком-то поселке вблизи. Вадим остановился у какого-то трухлявого домика, и достав из багажника какие-то пакеты мы поплелись в дом. Я натянула на лицо добродушную улыбку и зашла в дом вслед за Вадимом. Из комнаты раздавалась веселая музыка, а в коридоре стояла какая-то большая сумка, которую заметила не только я, но и Вадим.
Ж - Натуль, жених твой что, переехать сюда решил сразу?
Из комнаты вышла розовощекая, улыбающаяся кудрявая девушка, которая была не с серьезным взглядом и в медицинской форме, какой я видела ее в больнице, а счастливая, нарядная «Натуля», которая увидев братца кинулась ему на шею.
Ж - С твоим праздником, дорогая!
Н - Ой, Вадя, спасибо!
Как только воссоединение брата и сестры прошло и они разлиплись, Наталья увидела меня и пакеты в руках брата.
Н - Ой, Полина, привет, ты тут что делаешь?
- С днем рождения.
Наташа говорила это не со зла, а просто удивившись, что ее взрослый братец притащил девушку, что явно была младше его на неприличное количество лет.
Н - Спасибо, ладно, раздевайтесь и проходите.
Ж - Ната, ты что уже напиться успела?
Н - Это не я, это тетя Нина достала фирменную настойку) И жених мой, жених! Он тебе понравится! Вон тетю Нину весь вечер историями развлекает. Сказал забирает меня в Абхазию!
Ж - Наташа, какая Абхазия, вы сдурели?!
Н - Вадя, ну не злись ты так, он тебе понравится точно, сам меня отдашь и денег сверху дашь!
Ж - Ага, щас, не дождешься, дорогуша.
Наташа быстро убежала в комнату, а Вадим так и стоял то ли злой, то ли ошарашенный словам сестры.
- Давай с пакетами помогу.
Я забрала из рук молодого человека пакеты, дав ему раздеться.
- Слушай, а почему Наташа вашу маму называет тетя Нина, а не мама?
Ж - Потому что это моя мама, мы двоюродные. Ее родители ее нам скинули еще в детстве, так что росли мы с ней вместе.
- Спасибо, что рассказал.
Ж - Не за что.
- Мне как-то не комфортно, может я в машине подожду?
Ж - Полина, чушь не неси, пойдем.
Вадим протянул мне руку, а я незаметно для тех, кто ждет в комнате за нее ухватилась. Мы завернули в комнату, что выглядела достаточно уютной и теплой, я даже удивилась, ведь со стороны дом выглядит как полная развалюха. Ремонт конечно не новый, оно и понятно - деревенский дом все таки. Тусклый свет освещал застолье и тех кто там сидел. Молодой человек Наташи рассказывал какие-то истории, Наташа прижималась к его руке и влюбленными глазами глядела на молодого человека, а тетя Нина смотрела на них улыбаясь одобряющей улыбкой.
Н - О, братик пришел.
Только сейчас я обратила внимание на молодого человека Наташи. Вадим с силой сжал мою руку и бросив пакеты дернулся в сторону парня. Я же не отпускала его руку, призывая остановиться. За столом сидел Владимир Суворов, Володя, Вова Адидас, жених. Вадим был просто в бешенстве, аккуратно выпустив мою руку он подошел и чмокнул мать.
Ж - Так, девочки мои, разбирайте, Ната - это тебе, мам, а это тебе, привез там для дома всякого. А ты жених, пошли поговорим.
Н - А если я его не отдам?)
ВА - Да все нормально, Наташ, мы поговорим и вернемся.
Вова поднялся и лишь сейчас взглянул на меня, глаза его округлились, он смотрел на меня не в силах пошевелиться. Вадим буквально выдернул его из объятий Наташи.
- Я с Вами.
Ж - Сиди тут.
Молодые люди удалились. А я так и осталась посередине комнаты, не зная что делать и чувствуя себя не в своей тарелке.
- Здравствуйте.
ТН - Здравствуй, милая, ты с Вадиком что ли приехала?
- Ну да.
Н - Кстати об этом, ты чего здесь, случилось что?
- Да ничего не случилось.
От этих расспросов мне стало не комфортно, и я принялась неловко теребить края свитера.
ТН - Наташка, хватит гостью смущать. Ну а у Вас с Вадимкой есть что-то? А то я все жду и жду, когда он невестку в дом приведет, ты первая кого он привел.
- Да нет, мы просто друзья.
Н - Теть Нин, ну Вы чего, у них разница вон какая!
ТН - Да какая тут разница, когда любовь. Знаешь, какая у нас с папкой Вадима разница была? Лет 10 точно! И ничего, любовь знаешь какая между нами была, эх Коля, дурачек был.
Мама Вадима скинула подступающую слезу.
ТН - Как тебя зовут?
- Полина.
ТН - Ну присаживайся, Полина, чего как не родная.
С каких пор я стала всем родной, уже второй раз за день слышу эту фразу. Сейчас меня не особо волновали люди сидящие рядом со мной, а скорее как там Вадим и Вова, не поубивали ли они друг друга.
- А где у Вас туалет?
ТН - На улице, там справа от дома, за углом увидишь.
- Спасибо.
ТН - Да пожалуйста.
Я быстро направилась на улице в свитере, накинув лишь ботинки на ноги. Выйдя я увидела Вову, лежащего на земле и Вадима, который стоял в одном свитере, а куртка его аккуратно висела на ручке двери. На снегу была кровь, а Вадим, не замечая меня продолжал лупить возлюбленного сестренки. Не теряя ни секунды я подбежала к парням, пытаясь утянуть Вадима, хватаясь за массивные плечи и тянув за одежду.
- Хватит! пожалуйста..
Только услышав мой дрожащий голос парень обернулся, взглянув на меня бешенными глазами. Только сейчас он будто осознал, что произошло, недовольно плюнув в сторону Вовы, он дернув плечами забрал куртку и хлопнув дверью скрылся в доме. Вова лежал, будто приняв свою учесть, он не кряхтел, не вырывался, просто лежал на снегу, глядя в небо. Я попыталась подхватить его тушу, поднять с холодного снега, только в этот момент он свел брови и болезненно зажмурился. Наконец подняв его, я дотащила его до деревянной, на вид еле державшейся лавки и усадила его. Он глядел в пол не говоря и слова, с носа так и продолжала течь кровь, на брови, да и на всем лице красовались кровоподтеки, а на губах уже запеклась кровь. Вова сидел неподвижно, как тряпичная кукла.
- Вов..
Парень не откликался, он медленно достал из кармана сигарету и спички. Одна, другая, третья спичка не зажглась, и он забросил их в карман, так и остался с сигаретой в зубах. Нервы были на исходе.
- Да что с тобой блять?! Очнись!
Я подошла и выдернула сигарету из губ Володи, а он и не сопротивлялся. На фильтре остался кровавый оттенок. Выбросив сигарету куда то в снег, я схватилась за воротник его куртки и принялась трясти, в надежде, что парень «проснется». Только сейчас он взглянул на меня. Его стеклянные, но на вид такие суровые, понимающие глаза смотрели сквозь меня.
- Вова! Что это было только что?
ВА - Прости меня. Я - дебил.
- Да какое нахрен прости?! Очнись! Где Суворов Владимир Кириллович, который борется и решает проблемы, а не лежит в снегу как кусок говна? Что с тобой?
ВА - Я обосрался, Полин. Уехать мне нужно, один поеду.
Парень поднялся и направился в темноту.
- Суворов, стоять!
Парень послушно остановился, а я быстрым шагом настигла его и обогнав встала перед ним. Мои глаза бегло пробегали по его лицу. Я не узнавала в нем того самого Вовку, Вову который спас меня от мужика на улице, того, кто заступился за меня перед Кащеем, тот, за кем не страшно было идти. Группировка - не лучшее место, но он достоин звания Старшего, или хотя бы не сбегать как трус, впопыхах собрав вещи из дома, даже не попрощавшись с семьей. Рядом с Наташей он чувствует себя хорошо и спокойно, становятся домашним котом, как когда-то рядом со мной Валера. Сейчас же страх и чувство вины заставляет его сбегать, поджав хвост. Не для этого я подставлялась под пулю, не ради такой жизни. Слова словно сами плавно стали вытекать из меня с трепетом и полной уверенностью.
- Вов, не дело уходить вот так. Что с тобой? Ты готов вот так просто все бросить? Группировку, семью, Наташу, веру в то, что ты делаешь, справедливость, Казань в конце концов? Ты автор для этих ребят, тобой гордится Маратик в первую очередь. Ты и представить себе не можешь с каким огнем в глазах он говорил о тебе! «Братик с Афгана вернется - все по другому будет». А с Наташей ты какой, хочешь сказать не любишь ее? Отец гордится тобой, мама души не чает в тебе. Нельзя все вот так бросить и просто уйти!
ВА - Из-за меня ты умерла, из-за меня у «Универсама» проблемы, а семья - поймет. Наташка... я ее брата чуть не убил, куда уж мне теперь.
- Умерла? Я сейчас перед тобой стою, Вов, и не для этого я морду твою, усатую, спасала. Вадим тоже жив, хотел убить - да, было дело, но теперь надо лишь поговорить нормально - придти к соглашению какому-то, только так ты докажешь и ему и универсаму, что ты хороший лидер и старший. В руки себя возьми, че ты сейчас передо мной сопли на кулак наматываешь? Кто ты?
ВА - Никто.
Парень замолчал, громкие речи - не мое, я и не знаю что можно сказать, поток мыслей словно «закрылся». Я стояла все также прямо глядя на собеседника, будто ожидая что он сам что-то скажет.
ВА - Тебя же нет тут, Полин.
- Нету?!
Я размахнулась и как только могла зарядила парню пощечину, от чего тот, схватившись об «ошпаренную» щеку, будто проснулся и обратил на меня внимание, впервые видя меня.
- На мертвеца или призрака мало похожа, ты так не считаешь?
Глаза парня расширились, а челюсть отпала, в попытке что-то сказать.
ВА - Турбо сказал, сказал что ты ну.. умерла.
- А ты больше дуракам верь, считай что воскресла.
Парень так и остался стоять, неприлично долго держась за больную щеку и все также глядя на меня. Он будто «заморозился» еще тогда, в «Снежинке», а сейчас по немногу начинает оттаивать. Жизнь его стояла до этого момента на «паузе» как видеофильм, о котором забыли, а сейчас решили досмотреть. Мороз на улице дал о себе знать, сколько бы я не строила из себя героя, холодная зима победила в этом бою, тело предательски задрожало. Вова быстро стянул с себя куртку, которую успел накинуть перед «дракой» с Вадимом, и заставил надеть на себя.
- Пошли обратно, «Адидас».
Развернувшись я пошла к той же скамейке, от которой мы успели отойти на приличное расстояние. Присев, я протянула руку, намекая на сигарету. Вова послушно достал сигарету и протянул мне, также как и полупустой коробок спичек. Он опустился на колени и встал передо мной. Ситуация сама намекала, на продолжение волнующего моего собеседника диалога.
ВА - А как ты.. почему.. а
- Да никак, врачи сказали кома, но как видишь выжила.
ВА - А почему Турбо тогда сказал, что ты того?
- Да я знаю что ли, Вов? Как видишь живая и почти здоровая.
ВА - Так, с этим ясно, а дальше то мне что делать? Желтый сказал уебывать.
- Это тебе уже нужно решить, а с Вадимом я могу поговорить.
ВА - А с каких пор ты с ними?
- Я ничейная, Вова. Вафлерша я теперь, не слышал? А, точно.
ВА - Че, серьезно?
- Да, Турбо постарался, ну или кто там, уж и не знаю.
ВА - Он че ахренел совсем там?
- Ты как его главным назначил, там все. Сначала еще хоть как-то было, а сейчас так совсем. Марата отшил, не как чушпана конечно, но тоже не хило его отпиздил. Говорит помазок он.
ВА - Пизда ему.
- Передумал уезжать?
ВА - Да куда мне теперь тут уехать)
Табачный дым проходил через меня, а парень опустил свою голову на мои колени, с тяжестью выдохнув.
ВА - А тебя че реально, расчихвостили что ли?
Парень поднял голову и посмотрел на меня, словно задал не этот противный вопрос, а просто узнал как мои дела. Глаза его смотрели на мое лицо в ожидании реакции.
- Конечно, Вов, всей толпой меня поймали и по кругу пустили, веришь?
ВА - Нет, ну а как тогда, слухи там или что?
- Да спокойно, приехал из Ленинграда «бывший» мой грубо говоря, и насколько я понимаю наплел что-то Валере, а там уже и слухи пошли. Не знаю я, Вов.
ВА - Пиздец, так у вас любовь же великая, че он ему просто по ебалу не надавал?
- У него и спроси, я не знаю. Я когда к ним на базу пришла он с другой обжимался.
ВА - А я и спрошу с него, порядки свои построить решил. Я разберусь, Полин, наведу порядок тут.
- Слово пацана?)
ВА - Слово пацана)
Парень снова опустил свою голову на мои колени, прикрыв глаза. Сигарета давно стлела и полетела куда то в сторону.
ВА - Ты прости меня, сестренка, что не уберег. Бросил тебя, а тем более дырку в тебе проделал.
- Не нужно извинений, Вов. Пацаны не извиняются.
ВА - Перед тобой и перед Наташкой я не пацан, а мужчина. И фраза эта предусматривает, что не надо делать поступков, за которые придется просить прощения и признавать вину, а не то, что ты можешь творить что хочешь, а потом всех нахрен слать. Полин, я честно поступил не правильно, мне стыдно, я и не думал, что ты кинешься под пулю, я виноват перед тобой.
- Я прощаю тебя, давно простила.
Парень обхватил мои ноги своими руками, как бы обнимая.
ВА - Спасибо, Полин. Спасибо тебе, за то что спасла меня.
- Ну тише, хватит, Вов. Рассыпался в благодарностях. Поднимайся, а то невеста уже заждалась. Хотя нет, подними голову.
Вова послушно поднял голову, а я подняла с земли горстку чистого снега, и слегка превратив его в ледышку принялась вытирать с его лица кровь. Не спиртом обработать конечно, но сейчас тоже пойдет. «Промыв» его лицо от крови мы поднялись и пошли в дом, он как будто стал живым. Заиграла улыбка на лице, а камень вины упал с его широких плеч.
ВА - Ну что, идем? Холодно все таки.
- Ну пойдем, братик, хоть на человека стал похож)
Мы тихонько вошли в дом и быстро направились в комнату, все уже сидели, продолжая болтать. Наташа играла на гитаре, Вадим откинулся на стуле, попивая какой-то напиток, а тетя Нина будто просто наслаждалась семейной обстановкой вокруг. Вова присел к возлюбленной и приобняв ее, чмокнул в плечо, а я опустилась на стул рядом с Вадимом. У всех на душе было спокойно, наконец все тайны раскрыты, и возможно с этого и начнется «новая глава»?