68. Белые кости, бордовая кровь.
После этого прошло около недели. Все шло как по струнке. Утренние ссоры с Клаусом, прогулки с Хейли, походы к Давине с Джошем. Все как обычно. Но не последний день. Вчерашний день был весьма сложный. Марсель, отдал Давину Женевьеве, той самой рыжей стерве. У них был какой то договор, но я снова все пропустила. Ребекка уехала из города, не знаю выгнал ли ее Ник, или она сама. А дальше все как обычно.
Я сидела и читала какую то книгу, Элайджа сказал что она будет полезна мне, с этими словами он всунул мне ее. Пока я не услышала крики снизу. Я вышла и спустилась.
Возле дивана стояли Клаус, Кол и Элайджа. На данный момент это люди с которыми я проживала, не считая Хейли конечно, но та была у оборотней, куда я тоже собиралась сходить в скором времени.
— что происходит? И почему Клаус такой счастливый? — я обратила внимание на Ника, который уже почти не прыгал от счастья.
— Нора, что ты помнишь из 1914? — Клаус сел на диван.
Я начала углубляться в память, я помню все годы, но именно этот я не помнила. Мне будто стёрли память о нем.
— ничего, а точнее я не помню, помню только вечеринки, мероприятия и балы все, — я посмотрела на Майклсонов.
Клаус улыбнулся, и уже посмотрел на Кола.
— брат, расскажешь? Или это сделать мне?
— что происходит? Меня напрягает это, - напрягала сама ситуация, не каждый день ты увидеть Клауса Майклсона, который на седьмом небе от счастья.
Кол вздохнул, и повернулся к Никлаусу.
— когда нибудь я лично воткну тебе кол в сердце, Никлаус, это будет очень скоро, — Кол обошёл диван и пошёл на второй этаж. На полпути он повернулся.
— идёшь?
Я посмотрела на Клауса, тот был с ухмылкой на лице, и Элайджа у которого не было никаких чувств на лице, он просто стоял. Я пошла за первородным. Как только я зашла в комнату он закрыл дверь, и сел на кровать.
— ты объяснишь мне? Что вообще происходит?
— сядь, — он кинул взгляд на край кровати, рядом с ним.
Я села, и посмотрела на него.
— попробуй хоть что то вспомнить из 1914 года, мне нужен именно Чикаго.
Я посмотрела вперёд и задумалась. Я обшарила все, но ничего, я ничего не помню. От слова вообще не ничего.
— нет, ничего.
— тогда слушай, только не перебивай, потом уже можешь говорить, — он повернулся ко мне.
-1914 год. Чикаго.-
Я сидела за столиком с другими девушками, которые были ведьмами если быть точнее. Это был важный праздник в Чикаго, в этом баре собрались почти все важные люди.
Услышав очередную шутку, я улыбнулась и встала.
— я скоро, — я отошла от столика и прошла до бара. — два стакана.
Я начала осматриваться, ожидая свой заказ. Дверной колокольчик зазвенел, в бар зашла семья Майклсонов. Все, ну или почти все кинули на них мимолетные взгляды, а после продолжили дальше веселиться. Я взяла два стакана и прошла до столика.
— спасибо, Нора, — одна из ведьм улыбнулась мне.
Я села обратно к ним, среди этих дам была ещё одна особа, достаточно не маловажная, рыжая ведьма по имени — Женевьева.
Я сразу обратила на неё внимание. Она часто переглядывалась с Ребеккой Майклсон в этот вечер, что насторожило меня.
Я встала из за стола и прошла до стойки, за новой порцией как меня окликнули.
— привет, — повернувшись я увидела мужчину, который стоял с бурбоном в руках, и оперевшись об барную стойку.
— ну привет, — я улыбнулась и протянула стаканы бармену.
— Кол Майклсон.
— Нора.
— просто Нора?
— на данный момент, да.
Майклсон усмехнулся.
— Нора! Какие люди я тебя не ожидал увидеть! — справа ко мне подошёл Клаус Майклсон, мой старый приятель.
— где вечеринки там и я, — я улыбнулась.
— о, точно знакомься мой третий брат, вряд ли ты его знаешь, — Клаус указал на Кола.
— только что познакомились, — Кол подмигнул.
— тогда пойдём, а то вижу тебе надоело сидеть с ведьмами.
Клаус повёл меня к столику, где расположились все Майклсоны. Вот будто вечер не предвещал никакой беды. И частые походы Ребекки и Женевьевы на улицу...
В тот вечер был виноват ни Кол, и ни Клаус, а Женевьева, которая решила вмешаться в жизнь Клауса. Она вызвала Майкла.. Кто же знал, что в этот вечер погибнет столько ведьм, оборотней и вампиров от его рук.. В этот вечер было все, можно сказать легендарный вечер 1914 года. Но почему из за Никлауса должны страдать другие? Этим вопросом задаются многие личности, даже родные.
——
— стой, — я встала с кровати. — дай угадаю, пришёл Майкл, а дальше кровь, трупы и многое другое, и чтоб я этого не видела, ты стёр мне память?
— да.
— зачем? — я посмотрела на него.
— думаешь я совсем идиот чтоб стирать тебе память о мне, нет, это все из за Никлауса, я подумал зачем тебе нужно помнить об этом вечере.
— но ты стёр мне память! Ты стёр ни то чтобы вечер, а весь год, я ничего не помню, я передала многое, будто я не смогла бы пережить это.
— я сделал только лучше, ты не знаешь полностью всего вечера, и никогда не узнаешь.
— нет, ты сделал хуже, тебя никто не просил, в этом я точно уверена, просто взял и стёр. — мои глаза начали бегать по комнате. — сколько раз ты стирал мне память?
— один, Нора там не было ничего важного, почему вы все раздуваете из этого трагедию, будто что то серьезное?
— так и есть! Ты стёр мне целый год, а вдруг за этого год могло случится что то важное?
— прости, — он встал и подошёл.
— нет, — я обошла его. — а если бы не Клаус, ты бы никогда мне не рассказал мне да?
— да, но послушай.
— а я не буду, вдруг ты снова сотрёшь мне память, кто тебя знает Кол Майклсон, — я взглянула на него и вышла.
Я быстро спустилась вниз. Клаус сидел и молча пялился на точку в стене, а Элайджа читал.
— ну как? Вернулись воспоминания? — Клаус подскочил.
— уйди от меня, — я резко обошла его и вышла на улицу. Я пошла к Камилле. Она была единственная кто сейчас мог просто увидеться.
Я прошла к ней и уселась на диван.
— будешь чай? — Ками встала и посмотрела на меня.
— лучше выпить.
У Камиллы самой была в жизни неразбериха, а тут я со своими проблемами. Но она была рада меня выслушать, как никак она психолог.
— но, Нора, тебе не кажется что ты слишком перебарщиваешь? Он же лучше хотел.
— почему все хотят для меня только лучше, а получается как всегда, да я понимаю но он тоже накосячил.
— как по мне, он правильно поступил, — Ками отпила глоток.
— ты за него или за меня? — я посмотрела на неё.
— я за правду, тебе просто нужно поговорить с ним, если у тебя будут такие отношения со всеми ты далеко не уедешь, одиночество, это то чего нужно избегать в этом мире. Особенно тебе, поговорите, не избегай правды, живи настоящим или как получится что уже завтра будет поздно. Поговори с Клаусом, разберитесь уже, а то как кошка с мышью.
Было такое чувство что Камилла промывает мозги без какой либо магии.
— не могу, не могу понимаешь? Если я перестану избегать правду многое изменится, очень многое, я боюсь перемен, Ками, — я встала и прошлась.
— это нормально, а ты будь смелее, не важно когда, завтра или через год, все ровно случится то что может случится сегодня.
Я села на диван и закрыла руками лицо. Это все что я могла сделать.
— я эгоистка, может с Колом я поступила неправильно, но вот Никлаус получил нужное, хоть я и никогда не предам его, и буду всегда на его стороне, но он ведёт себя.. — я встала и посмотрела в окно. — мне надо ещё посетить оборотней, и много чего сделать, — я быстро обняла Ками и исчезла из ее дома.
Правды. Я боялась правды. Каждый боится ее, даже можно не скрывать. Кто то прячет тайны, кто то чувства а кто то страшные замыслы. У меня было наверно все, я лгу, я всегда лгу. Я могла исправить только одно, туда я и направлялась.