Глава 7. Домой.
— Это же надо было только сейчас о таком догадаться! — Возмутилась Аня, активно потирая руки друг о друга, засовывая их снова в отцовскую дубленку и морщась от сильного мороза. — Мы же и в больнице у Марата были, и с Вахитом ты разговаривала, неужели только сейчас их название узнала? Ты же слышала!
— Не бухти. — Ответила Маринка, засовывая буханку хлеба под мышку. — Я же не специально. Тем более, в больнице я была немножко... ну... ты же знаешь меня. — Она поправила воротник дорогой шубы. — Ну и ничего, сейчас к дядьке зайдём, отогреемся, и всё нормально будет, а ты разбухтелась как бабка.
— А я-то зачем там? Мы сейчас вообще-то музыкальную литературу пропускаем. Заешь, что меня к экзаменам вообще могут не допустить?
Чайкина махнула рукой.
— Не переживай. Папка нас отмажет.
Аня закатила глаза.
— Ну вот, пришли. — Маринка подошла к первому подъезду незнакомого дома. — Заходи, тут всегда открыто.
Поднявшись на пятый этаж, Чайкина позвонила в нужную квартиру. Дверь открыли быстро. Перед ними стоял мужчина лет сорока пяти в майке и накинутой черной рубашке. Во рту он держал дымящую сигарету. Ане на мгновенье показалось, что он очень даже похож на Турбо, однако скорее всего такое ощущение сложилось из-за его кудрявой шевелюры, немного напоминающей парня.
— Племяша, — бросил мужчина, отходя от порога и давая девушкам зайти — а я ждал, очень ждал.
— Чего? — Хмыкнула Маринка, заходя в квартиру. — Шарф или сахар?
— Вот дурында. Тебя конечно. — Он бросил взгляд на Клопову, закрывающую за собой дверь. — Рассказывай, кого привела.
— Это Анька. — Чайкина на секунду обернулась на подругу. — Мы с ней вместе в комнате живём. Она мне домашку делает.
— Ох ты-ж, даже так. Ну, очень приятно.
— Взаимно. — Ответила Аня.
— Ну вы проходите, я пока чайник поставлю. Племяш, ты же чай купила?
— Ага. Дядь, с тебя восемь рублей.
— Щас. — Послышалось с кухни. — У меня отца-губернатора нет, так что не обессудь.
Маринка громко цыкнула и, повесив свою шубу и Анину дубленку, направилась на кухню. Сев за стол возле окна и рядом с подругой, Чайкина обернулась на холодильник и, дотянувшись до верхушки, достала пачку сигарет. Чиркнув спичкой, девушка закурила.
— Подругу-то угости. — Бросил Кащей, усаживаясь напротив.
— Не нужно. — Вмешалась Клопова, слабо улыбнувшись. — Я бросила.
— Да я тоже бросил. — Сказал мужчина, потянувшись к сигаретам. — И вообще не курю. — Он чиркнул спичкой. — Почти. — Выпустив дым новой сигареты, мужчина начал. — Ну, рассказывайте. Как дела, как учёба. Ты же сама мне чё-то рассказать хотела, не?
Маринка громко выдохнула, выпустив сигаретным дым, и со слабой улыбкой начала.
— Ну, дядь... У вас в Универсаме...
— Втрескалась, да? — Перебил мужчина.
Маринка слабо улыбнулась.
— Да нет, просто...
— Точно втрескалась, ещё и в нашего пацана. — Он засунул сигарету в рот. — Рассказывай давай.
— Его Вахит зовут. Он так сказал. Ещё прозвище у него... Зима.
Кащей задумался.
— А, этот что-ль? Слушай, ну наговаривать на парня не буду. Нормальный пацан, слово держит всегда, ничё мутного про него не скажу. Всегда рядом с Адидасом крутится и с этим, как его... С Валерой Турбо. Нормальные ребята, ничё не скажешь.
Маринка покосилась на подругу.
— Чё, тоже что-ли с кем-то из наших ходишь? — Он обернулся к Ане.
— Да нет, просто знакома с Турбо и...
— Да врёт она. — Перебила Маринка. — Сходила на свиданку уже с ним, пришла счастливая, никогда не видела что бы Клопова за вечер столько раз улыбнулась.
Кащей вскинул брови. «Клопова». В голове крутился вчерашний разговор с Вишнёвской. «Клопова Анна Васильевна». Надо же какая находка! Пятьсот тысяч редко когда в дом своими ногами приходят. Ну племяша, нашла ведь её где-то, да ещё и привела. Не подав виду, мужчина лишь сделал более заинтересованный взгляд, положив ногу на ногу.
— С кем, говоришь, Анька ходит? — Переспросил он, смотря на племянницу.
— С Валерой Турбо.
— Да не хожу я с ним. — Вмешалась Аня. — Сходила в кино просто и всё, больше ничего такого.
— Правильно. — Бросил Кащей. — С ними так и надо. Пусть ещё сводит, а потом уже предлагает. Правильно, правильно. — Он вновь засунул сигарету в рот, задумчиво вглядываясь в Клопову. Чайник закипел. — Племяш, сделай-ка нам чай, кружки на верхней полке.
Марина встала с места, выключая плиту.
— Аня, а вы откуда? — Поинтересовался мужчина.
Клопова немного смутилась от резкого перехода на «вы», но всё же ответила.
— Я из Рузмайловки. Это деревня, тут недалеко. На электричке четыре часа.
— И кто у вас там? Родители?
— Только отец. Мама умерла четыре года назад. Брат в Уфе сейчас учится.
Маринка поставила чай на стол. Кащей небрежно придавил сигарету в пепельнице на подоконнике. Кажется, он узнал всё, что ему нужно было знать. Единственное только, что она с пацаном их ходит, но это не проблема. Как она уедет отсюда, он сам сразу же её забудет, пацан не глупый, если всё-таки нет - придётся заставить.
Спустя минут двадцать-тридцать, Маринка резко вспомнила, что сегодня она должна была занести Павлу Петровичу доклад по музыкальной литературе о зарубежной опере. К тому же - подготовиться к завтрашней пятнице если действительно хочет куда-то пойти со своим новым увлечением. Быстро натянув на себя сапоги, воодушевленная больше второй мыслью, чем первой, девушка набросила на себя шубу, и, оглянувшись, протянула мужчине шарф, обернутый в картонную упаковку.
— Вот, чуть не забыла. — В попыхах бросила Чайкина. — Это шарф, которые родители передали. — Она обернулась, увидев около порога уже готовую Клопову. — О, ты уже одета? Отлично. Побежали быстрей. Дядечка, давай, — Маринка чмокнула его в щеку — ещё увидимся.
— Обязательно, жду. — Девушки вышли. — Аня, и вас тоже. — Крикнул Кащей им вдогонку.
— Да, конечно. — Бросила Клопова, направившись за спускающейся Маринкой. — До свидания.
Мужчина закрыл дверь. Слабо вздохнув, он направился в единственную маленькую комнатушку и, взяв сигарету, снова закурил.
— Клопова... Рузмайловка... Это даже интересно. — Он подошёл к телефону, набирая нужный номер. — Что же это ты, Анька, Вишнёвской дорогу перешла... Алло? Танечка?
На другом конце трубки послышался ответ.
— Кащей? Мой дорогой, ну что там?
— И ноги вашей Клоповой с завтрашнего дня в Казани не будет.
— Да что ты? Так быстро? Ну, я знала кому довериться!
— Ты только мне скажи, — мужчина задумался — из чистого любопытства спрашиваю.
— Спрашивай.
— Это ведь ты четыре года назад убила её мать?
Ответа не последовало сразу, только громкий тяжёлый вздох, такой, какой проводная связь передать не способна.
— Я.
***
Дойдя до консерватории, девушки остановились, заметив знакомую фигуру.
— Анька, так это же твой.
Клопова прищурилась - и правда - Валера.
— Так, ну я побежала, мне надо быстрее этому деду бумажки сдать, пока он их принимает. А от тебя потом я жду очень долгий рассказ, поняла? — Не дождавшись ответа, Чайкина рванула ко входу.
Аня подошла чуть ближе, рассматривая Турбо. Да нет, синяков вроде нету - уже хорошо, значит, не сильно ему и досталось. Девушка подошла ещё ближе.
— Привет.
Парень взглянул на неё, еле видно улыбнувшись.
— Привет.
— Ты чего здесь?
— Тебя ждал.
Клопова нахмурилась.
— Зачем?
— Чтобы спросить.
Интересно, из них всегда надо каждое слово вытягивать?
— О чём?
— Ты... Будешь ходить со мной?
Клопова снова нахмурилась. Самое время включить дурочку!
— Куда?
Парень напрягся. Вот этого он не продумал.
— Ну, куда... В кино.
— Только в кино?
— Да не, — он потёр затылок — не только...
— А куда ещё?
— Куда захочешь.
Девушка с улыбкой взглянула в серые глаза.
— Я подумаю.
— Думай. Только не долго.
— Ага. Ну, я пойду?
— Давай.
— Ну пока?
— Пока.
Клопова направилась к лестнице как вдруг, снова...
— Ань, подожди! — Турбо подошёл к девушке.
— Да?
— А что было вчера?
Клопова нахмурилась.
— В смысле?
— Ну вчера, после кино.
— Что именно?
— Ну вот...
Парень не успел договорить, как Клопова уже дважды оставила поцелуй на его щеке.
— Вот это? — Переспросила девушка, улыбаясь. Не дожидаясь ответа, она дернула плечами, поднимая глаза вверх. — Кажется, я просто сошла с ума.
Она развернулась и в ускоренном темпе поднялась по лестнице, оставив парня в раздумьях. И что это значит?
Улыбаясь, девушка зашла в консерваторию и, поднимаясь по лестнице, перешла в здание общежития, сопровождаемая грозным взглядом вахтёрши. Пройдя пару коридоров, Клопова хотела было уже радостно залететь в комнату и броситься к Маринке, а после пригласить Айгуль на чай и все рассказать, как увидела Чайкину в конце коридора, вцепившуюся в трубку общего телефона.
Девушка подошла к подруге.
— Ань... — Маринка встревоженным взглядом посмотрела на Клопову, протянув ей трубку. — Тут тебя...
Аня бросила на Чайкину непонимающий взгляд и поднесла трубку к уху.
— Алло?
— Аня? Аня ты где?
— Тёма? — Клопова улыбнулась. — Тёма, Тёмочка, ты чего звонишь?
— Аня, ты где? — Парень повторил вопрос.
— Я в общаге у себя, а ты где? Что случилось? Почему ты звонишь?
— Сейчас бежишь на первую попавшуюся электричку и дуешь домой. Я уже здесь, на нашей улице звоню с общественного телефона. Ты поняла?
— Зачем? Тёма, что случилось?
— Мне из дома звонили. Мужик какой-то. Сказал, что их десять человек, отцу угрожают. Сказали если мы не приедем, то зарежут его заживо и дом спалят. Слышишь?
Клопова поникла. Зрачки расширились, глаза забегали. Девушка уставилась на Маринку, та лишь непонимающе матнула головой.
— Ань, ты меня слышишь? — Донеслось из трубки.
— Да, слышу. Я скоро буду. — Девушка положила трубку.
— Ну что там? — Встревоженно бросила Маринка.
— Я уезжаю.
— Куда?
— Домой.
— Почему?
— У отца проблемы. Не знаю пока, что случилось.
— Ань, я могу помочь? Может папе позвонить?
— Не знаю, пока не надо. Я сначала приеду и посмотрю. Там разберемся.