Отбор [h.s.]

– Ты не станешь делать этого! – сказал он предупреждающе. Именно в этот момент его телефон зазвонил. Он посмотрел на экран, на его лице застыло выражение испуга. Я не понимала, чем оно вызвано, но не нужно быть гением, чтобы понять, что звонил тот, кого Стайлс действительно боялся.

– Выйди из комнаты, – потребовал он.

– Что боишься, что твой собеседник увидит, что ты избиваешь маленьких девочек, когда свободен от работы? – саркастически спросила я, проводя ножницами по плечу до появления нескольких капелек крови. Его взгляд сосредоточился на моей ране. Он выглядел так, словно сейчас наброситься на меня.

– Я сказал: выйди из комнаты! Выйди нахрен, пока еще можешь ходить! – проговорил он, закусывая губу до такой степени, что на ней появилось несколько капелей крови из-за его клыков.

Я боролась с желанием выйти и остаться здесь. Сначала я не собиралась сдвигаться с места, но потом в моей голове что-то переключили: появился ужасный страх. Я поняла, что в любом случае мне будет плохо. Я знала, что моей жизни в любом случае придет конец, но я восприняла данную возможность, как способ попрощаться с родителями. Я быстро вышла из комнаты, сильно хлопнув дверью, наверно, чтобы показать свою злость.

Я взяла телефон, открывая фото-приложение, чтобы оставить видео сообщение. Параллельно я слушала то, что происходило в другой комнате. Я до сих пор поражалась тому, насколько хорош мой слух. Мне казалось, что я услышу, даже если перышко упадет. Поэтому слышала, не только то, что он говорит, но и реплики на другом конце провода.

– Нет нужды приезжать. Все хорошо, – уверял он кого-то.

– Почему ее не было в эфирах? – спрашивал серьезный голос, немного хриплый.

– Серьезное отравление, она съела что-то не то, сейчас все хорошо, - я могла заметить, что его голос был буквально пропитан ложью.

Он тщательно пытался отговорить кого-то. Я перевела взгляд на ножницы в моей руке. Что-то безумное произошло в моей голове. Я слегка провела ножницами по животу, образовывая рану, из которой начала течь кровь. Быстро направив камеру на себя, я нажала на кнопку «Видео».

«Мама, папа, знайте, что я вас очень люблю. Возможно, когда вы увидите это видео, меня уже не будет в живых. Пожалуйста, старайтесь держаться, не изводите себя. Мама, у тебя еще есть шанс родить ребенка, который не умрет на Отборе. Я не знаю, какую причину смерти вам скажут, но находясь тут, я понимаю, что Элла не пыталась сбежать, ее просто убили. Так, как это сделают со мной. Я хотела сказать, что моя мечта исполнилось, спустя все года жизни, я научилась делать это! Я могу контролировать кровь на мне! Это так здорово! Это будет счастливым воспоминанием, как и все дни, проведенные с вами. Я очень люблю вас...»

– Что ты делаешь? – я услышала крики позади себя. Стайлс, лицо которого просто пылало от гнева, был готов вот-вот набросится. Эта реплика и стало завершением видео. Не медля ни секунды, я нажала кнопку отправить, надеясь, что родители получат мое послание.

– Я записывала прощальное письмо родителям, – сказала я спокойно, смотря на него снизу вверх, точно так же, как смотрит маленький ребенок, который попал в неприятности, на своего папочку.

– Ты что?! – заорал он, подходя ближе ко мне. Он схватил меня за волосы, резким движением ставя на ноги. Его рука обернулась вокруг моей шеи. Я даже не пыталась сделать что-либо, просто расслабилась; он сжимал руку все сильнее и сильнее, мешая доступу кислорода в легкие.

– Ты думаешь, я играю в игры? Мне ничего не стоит сжать кулак еще сильнее, ломая кости на твоей шее, а потом отбросить твое бездыханное тело в сторону, ты этого хочешь? – прошипел он, смотря мне в глаза.

– Мне кажется, тот дяденька, с которым ты разговаривал, явно будет против, – произнесла я улыбаясь. – Похожий сюжет уже случался, ты разве забыл? – еле слышно проговорила я, но это было больше похоже на хрип. Я помедлила, но после, не знаю почему, задала вопрос. – Перед смертью я хочу знать, кто та девушка, которая была с тобой?

– Что?

– Какая девушка была на лестничной площадке с тобой? Хотя постой, неважно. Скорее всего, там побывала почти каждая. Надеюсь, ты хорошо повеселился тогда, столько ярости и, ах, да, « особенная кровь». Может ты хочешь еще, мм? – улыбнулась я. Это не было обычной улыбкой, скорее ухмылкой психа или того, кто наслаждается своей болью.

Он внимательно посмотрел на кровь на моем плече и животе. Венки выступили под его глазами, а в глазах появился голод. Он провел пальцем по крови, после чего облизал его, закрывая глаза. Когда он открыл их, они имели красный оттенок. Он медленно приблизился к моей шее, проводя по ней языком, я чувствовала, как его клыки касаются нежной кожи.

– Ты хочешь еще? Да, Стайлс? – спросила я, жадно глотая воздух.

– Я сделаю это медленно, – тихо прошептал он мне на ухо. Я чувствовала, как его клыки аккуратно проходят сквозь мою плоть; как он начинает медленно «забирать» часть меня. Я уверена, он бы продолжить это, но звонок помешал ему. Я должна была благодарить звонящего, он фактически спас меня. Я думала, что он снова уйдет в другую комнату, но он не сделал этого.

– Звук и ты мертва, тихо сказал он, отпуская меня.

Он нажал на кнопку ответа, после чего прислонил телефон к уху. Я услышала крики с другого конца повода:

– Я разве не ясно выражался? Что ты с ней сделал? – кто-то был явно очень разозлен.

– Я..Я... – Стайлс запинался, я чувствовала его беспомощность.

– Кто это, – спросила я, за что получила убийственный взгляд.

– Кто рядом с тобой? Это она? Включи голограммную связь, – требовал человек.

– Я не думаю, что это хорошая идея, начал говорить Стайлс, попутно грубо вытирая кровь с моей шеи. Если сказать честно, я наслаждалась тем, как он чувствовал себя сейчас: испуган, беспомощен, пытается найти выход из ситуации.

– Сейчас же!

Гарольд нажал кнопку, после чего из отверстия его телефона появился свет, который образовывал картинку. Я увидела перед собой мужчину в шикарном костюме, его волосы был уложены на одну сторону, а единственной эмоцией на его лице был гнев. Этот мужчина внушал страх.

– Кто это? – спросила я так, чтобы мог расслышать только Гарольд.

– Ты не хочешь ответить девочке на ее вопрос? – произнес мужчина, удивляя меня тем, что смог расслышать это.

– Это Граф Томлинсон из Англии, – сказал Гарри голосом мученика.

В голове появилось ощущение, что я слышала уже эту фамилию. Она словно была на слуху. Я пыталась вспомнить, где могла слышать ее. Ответ пришел быстро: моя мать говорила о нем, когда я подслушала их разговор с отцом.

– Покажи мне ее, – потребовал мужчина.

Я посмотрела на Гарри, у которого был обреченный вид. Я понимала, что если я сейчас буду вести себя как подбитая собака, то после окончания звонка, мне уже ничего не поможет, поэтому я должна быть полной противоположностью этого. Я широко улыбнулась, стерев слезы с лица. Гарри непонимающе посмотрел на меня, после чего передал мне телефон.

– Здравствуйте, – сказала я, пыталась изображать счастье.

– Привет, Мия. Ты знаешь меня? – произнес загадочно мужчина.

– А я должна? – переспросила я удивленно, делая невинный вид.

– Мама тебе ничего не рассказывала? – мужчина удивился, внимательно смотря на меня.

– Я слышала вашу фамилию только один раз, когда мама спорила с папой перед отбором.

– Интересно, – произнес он, задумавшись. – С тобой все хорошо?

– Конечно, почему вы интересуетесь? – я посмотрела на Графа Томлинсона, стараясь изобразить самую неподдельную улыбку, которую могла сделать. Глаза Гарри расширились от удивления, когда я сказала это.

– Твое видео в фото-сети озадачило меня.

– Ах, вы об этом. Ничего серьезного, просто мы... дурачились, – сказала я, смеясь. – Правда, Гарри? – Стайлс явно не ожидал такого, поэтому растерялся, но он быстренько пришел в себя, подтверждая мои слова.

– Я вижу, что все хорошо. Но, дорогая, ответь на один вопрос, почему ты в нижнем белье, а на твоем теле кровь? – его вопрос озадачил меня, я не знала, то ответить. Я с испугом посмотрела на Гарри, который махал руками, как бы говоря, что я должна придумать что-нибудь.

– Я...я... Меня вырвало, опять. Вся моя одежда была грязной, поэтому мне пришлось снять ее, - сказала быстро я, надеясь, что он ничего не помет, но примет это за ответ.

– Тебя тошнит кровью? – спросил он удивленно.

– Да, уже несколько дней. Я не могла выходить из комнаты, мне было так плохо. Я не знаю, чем это может быть вызвано, – сказала я, смотря на него. Отчасти это было правдой, так что, фактически, я не врала ему. Парень долго молчал, после чего лишь попросил отдать трубку Гарольду, чтобы они могли поговорить в приватной обстановке. Стайлс ушел в гардеробную, закрывая дверь за собой.

Пока они разговаривали, я зашла в ванную и полотенцем начала смывать кровь с тела. Белая ткань приобретала красный цвет, который притягивал. Из-за шума воды я и не заметила, что Гарри зашел в комнату.

– Почему ты сделала это? – раздался тихой голос за моей спиной. В его тоне уже не было злости, гнева, лишь спокойствие.

– Сделала что? – спросила я, поворачиваясь к нему. Казалось, что он уже успокоился. Его дыхание было ровным. Он стоял, облокотившись о дверной проем и пристально смотрел на меня.

– Сказала ему, – спокойно ответил он. Я боялась отвечать на этот вопрос, ведь это могло спровоцировать его.

– Я просто могу понимать ситуацию, – я решила не давать конкретных ответов.

– Что ты имеешь в виду?

– Если бы я сказала, что на самом деле случилось, я думаю, тебе бы было...эм плохо,– шепотом ответила я, ожидая его дальнейших действий. Он долго молчал, обдумывая ситуацию в голове, после чего совсем тихо произнес:

– Спасибо.

Я лишь кивнула, внимательно посмотрев на него. Я была рада тому, то он отреагировал более-менее спокойно. Значит ли это, что все закончилось, и он больше не тронет меня? Сказать честно, я ожидала извинений, и он это понимал. Я видела его внутреннюю борьбу, когда он решался: произносить или не произносить.

– Ладно, прости меня... пожалуйста, – было видно, что ему трудно говорить такие слова. Я медленно кивнула, вешая полотенце на специальную сушилку. После этого я снова повернулась к нему. Я долга молча смотрела на него, после чего уверенным голосом произнесла:

– Я предлагаю заключить пари.