Отбор [h.s.]

Я стояла в объятиях родителей, стараясь сохранить этот момент в своей памяти. Оставить чувство прикосновение родных, их запах. Каждый из нас старался держаться, не падать духом, но с этой задачею мы не справлялись. Даже папа плакал. Все мы понимали, что это, возможно, последний раз, когда мы видимся.

Раздавшийся стук в дверь заставил мое сердце упасть в пятки. Они пришли. Они пришли за мной.

– Нет.Нет.Нет, – беспрерывно шептала я.

Папа оставил нас наедине. Я слышала разговоры отца с теми, кто пришел за мной.

– Я люблю тебя, – прошептала я на ухо маме.

– Я тоже тебя люблю, малышка.

Я взяла руку мамы и маленький чемоданчик, направляясь к двери. Я увидела примерно шесть человек, одетых в белую одежду: Государственные вампиры.

– Здравствуйте, Мисс Дрю, – сказал один из них, заставляя меня посмотреть на него. Я лишь кивнула в ответ, не сумев сказать и слова. Слезы текли по моим щекам. Я медленно обняла маму еще раз, крепко поцеловав ее, после чего ровными шагами направилась к папе. Я еле стояла на ногах, вот-вот готовая упасть.

Папа крепко обнял меня, гладя по волосам, я чувствовала слезы на его щеке, когда он прислонил ее к моей, чтобы прошептать:

– Я верю, что ты сможешь. Продержись до 15. Мы приедем. Все будет хорошо, – он мягко поцеловал меня в щеку, отпуская. Взяв чемодан, я направилась к двери, но один вампир остановил меня, сказав:

– Мисс, Вам запрещено брать личные вещи, – сказал он серьезно.

– Но... – начала я, но он прервал меня.

– Вам запрещено брать личные вещи. Все, что будет нужно, вам дадут потом.

Я быстро положила чемоданчик на пол, открывая. Перебрав все свои вещи, я достала рамку с фото. Это была не цифровая рамка, куда можно было загрузить много фото. Лишь одна фотография, которая будет напоминать мне о доме. Маленькая я и родители, которые счастливо улыбались, держа меня на руках.

– Вы можете разрешить взять мне хотя бы это? – я показала ему маленькую рамочку. Он неодобрительно посмотрел на меня.

– Личные вещи брать зап...

– Ой, да брось, Френк. Разреши девчонке взять одну маленькую фотографию,– сказал его напарник. Его взгляд был пристально сосредоточен на мне. Прядь каштановых волос упала на его лицо, но он не собирался поправлять ее, сохраняя зрительный контакт.

Взгляд вампира переместился на служащего, стоящего за ним. Он бросил на него неодобрительный взгляд, но несмотря на это, переступая через самого себя, кивнул.

Я медленными шагами начала выходить из дома. Страх усилился, когда я оказалась за его пределами, ведь здесь ничего не могло защитить меня от вампиров. Когда я оказалась на уровне с мужчиной, который помог мне, я тихо прошептала:

– Спасибо, – мой голос дрожал. Я крепко сжимала рамку в руках, шагая.

Меня посадили в большую черную машину. Служащие сели в некотором порядке: двое сидело спереди от меня, другие двоя сели слева и справа от меня, а остальные пока что остались у дома родителей. Я смотрела на маму и папу; они обнимали друг друга, позволяя слезам течь из их глаз. Яне отрывала от них взгляда, стараясь запомнить тот момент, когда вижу их.

Машина начала двигаться. Паника во мне лишь усилилась. Я понимала, что мы отъехали от дома, но продолжала, как ненормальная, смотреть на место, где всего несколько минут назад стояли мои родители.

Пара слезинок упало на фото, делая изображение под стеклом расплывчатым. Я быстро вытерла жидкость с поверхности, проводя по очертаниям людей на фото.

Мое сердце билось с ужасной скоростью. Я впервые находилась в окружении вампиров так тесно.

Если она продолжит в том же духе, то, боюсь, у нее будет припадок, - сказал вампир, сидящий впереди. Это был тот, который запрещал мне взять вещи.

– Девчонка просто боится, – я неодобрительно посмотрела на другого вампира. Они говорили так, будто меня уже не было в этой машине.

– Почему ты боишься, милая? – спросил вампир, который помог мне. Слово «милая» пронеслось в моей голове, напоминая о том, как родители говорили его.

– Не..не.. надо, - сказала я.

– Ты о чем?

– Не называйте меня милой, - произнесла я, собрав всю силу воли, чтобы мой голос перестал дрожать.

Я услышала смешки некоторых вампиров.

– Хорошо. Почему ты так боишься? Отбор это не так страшно. Наоборот, хорошо, я бы сказал.

– Это не так.

– Я не понимаю. Ты должна радоваться, что прошла на Отбор, но по твоему состоянию не похоже, чтобы ты была счастливой.

– Разве жертвы счастливы перед смертью? – спросила я, заставляя его удивиться. Он вздохнул, но не стал задавать больше вопросов. Мы ехали в тишине. Это было возможностью обдумать все. Я знала, что до Порта нужно ехать примерно час от нашего дома, поэтому это было идеальный момент, ведь я не знаю, что будет дальше.

Я понимала, что с самого начала обрекла себя. Но я же не моя сестра. Со мной не случиться того, что было с ней, ведь так? Она пыталась бежать, но не смогла. Возможно, я должна просто быть в стороне, тогда меня не заметят и просто отправят домой?

– Что со мной будет, когда мы приедем? – поинтересовалась я.

– Подготовка.

– Что это значит?

– Тебя приведут в нормальный вид, - сказал один из них, заставляя других хихикать.

– А ты получишь приз за остроумие? – неожиданно сказала я, заставляя их заткнуться. Я не понимала, зачем или, вообще, с какой стати я произнесла это. Наверно, злость во мне послужила этому причиной. Вампир развернулся, пристально смотря на меня.

– Малышка обрела голос? – спросил он саркастически.

Почему-то в этот момент для меня открылась картина произошедшего. Будучи тихой, неспособной дать отпор, я буду объектом насмешек и издевательств. Лишь сила воли и разум поможет мне. Я не буду показывать свой страх. Я буду сильной. Я решила это, и буду следовать своим намерениям.

Я Мия Дрю. Я выживу.