Глава 12.
Секунда кажется такой маленькой, но в масштабе всего мира всего лишь за одну секунду происходит множество смертей: каждую секунду в мире умирает примерно три человека, а рождается четыре. Кто-то в эту секунду гибнет в ходе войны, кто-то погибает от рук убийцы, кто-то умирает от голода, погибает в автокатастрофе, совершает самоубийство или умирает от болезни.
Мне всегда казалось, что ничего серьёзного не может произойти за одну секунду. Это же просто секунда. Вдох-выдох.
Резко обернувшись, мы увидели волка. Большого серого волка ростом с человека. Чёрные глаза, которые переполняла злоба и ненависть, смотрели на меня. Изучали. Всматривались в каждую черту моего лица. Волк оскалился. Дальнейшие действия происходили, будто в замедленной съёмке: волк бросается на меня, прижимает всей своей массивной тушей к земле. Ещё секунда и я бы отключилась, но резкая боль в области плеча вернула меня к реальности. Секунда и волк уже лежит в стороне, жалобно поскуливая. Кто-то бережно берет меня на руки и несёт в сторону дома. Открываю глаза и вижу Томаса.
- Г...Где Эд..? - кое-как произнесла я. Язык совершенно не слушался меня.
- Разбирается с волком, - мягко сказал он, остановился и развернулся. Теперь мне было видно, что делает Эд. Он крепко обхватил шею волка и что-то говорил ему прямо в ухо. Я была не в том состоянии, чтобы подслушивать или читать мысли. Силы стали покидать моё тело, но тут я услышала хруст и предсмертный стон... Резко встрепенувшись и ахнув от боли в плече, я вновь посмотрела на Эд, шедшего к нам. Волк неподвижно лежал на земле в метре от Эдмунда, а в его глазах была пустота. Стеклянные кукольные глаза. С одной стороны мне было жалко это существо, а с другой это была необходимая мера. Либо ты, либо тебя.
~~~
Я не помню, как оказалась дома. Всё моё тело болело и малейшее движение приносило просто адскую боль. Меня бросало то в жар, то в холод, а сознание помутилось.
- Что с ней? - услышала я обеспокоенный голос Курта. У меня не хватало сил, чтобы открыть глаза, лишь протяжный стон вырвался из моего рта.
- Укус оборотня смертелен для вампира, - с грустью произнёс Томас. Что он здесь делает?
- Да, но она вампир лишь наполовину, - голос... я не слышала его 150 лет. Этот сухой и безразличный тон. Всегда. Кэтрин. Я даже не успела соскучиться по ней. Она может и добрейшей души вампир, но я и мои братья не особо любим её.
Ещё один болезненный стон вырвался из моей груди. Все замолчали, и я почувствовала их взгляды на себе. Я начала медленно открывать глаза, но веки были будто из свинца.
- Она приходит в себя, - с облегчением в голосе сказала Аннабель. Открыв глаза, я осмотрела всех присутствующих. Лестат крепко обнимал Аннабель. Курт и Томас сидели на кровати первого. Эд сидел на краю моей кровати. Но где Кэтрин? Я же отчетливо слышала её голос.
- Г...Где Кэт? - я начала понемногу приходить в себя и вспоминать, что же случилось. Посмотрев на своё плечо, я увидела бинт. Много бинта пропитанного алой кровью. Слегка пошевелив рукой, я снова почувствовала адскую боль исходящую из плеча и расходящуюся по всему телу. Укус оборотня. Я видела один раз в своей жизни, как знакомого моего отца укусил оборотень. Он умирал медленно и мучительно.
- Она в Канаде, - тяжело вздохнув, сказал Курт. Я посмотрела на Эда. Он сидел и смотрел в пол. Его глаза были пустыми.
- Но я... Я слышала её, - я дернулась и снова почувствовала обжигающую боль. Я ахнула, и из моих глаз полились слёзы.
- Тебе показалось, Софи, - сказал Эд. Его голос был полон безразличия. Нынче его весёлый и задорный, полный оптимизма, голос был сухим, сдержанным и полным отчаяния. Он убил оборотня. Эдмунд всегда тяжело переживал смерть кого-то. Даже если это и был единственный шанс на спасение.
Они ещё немного посидели у меня в комнате и решили пойти на кухню и обсудить дальнейшие действия. Им было больно смотреть на меня и мои мучения. Со мной остался лишь Томас.
- Я... Я могу попробовать забрать твою боль, - сказал он, садясь рядом со мной. Я тяжело вздохнула. Нет, я не хочу, чтобы он тоже испытывал это.
- Н... Не надо, - я замотала головой, но тут же прекратила делать это. Томас взял моё лицо в свои руки, и я почувствовала облегчение. Боль медленно уходила из моего тела, но лицо Тома скривилось. Ему было больно. Спустя минуту он наконец-то отпустил моё лицо и с облегчением выдохнул.
- Это адская боль, - тяжело дышав, сказал он. А я была искренне благодарна ему.
- Спасибо тебе, - улыбнулась я и, приподнявшись на локтях, поцеловала его в щёчку.
- Ты что творишь? - засмеялся он и уложил меня назад. Мы смотрели друг другу в глаза. Я замерла. Моё дыхание сбилось, а сердце начало бешено стучать в моей груди. Том закрыл глаза и потянулся ко мне, и я сделала тоже самое. Ещё секунда и мы слились бы в поцелуе...
- Что это вы тут делаете? - сказал только что вошедший Курт. Томас резко отпрянул от меня и с ужасом в глазах уставился на моего брата, а моё лицо покрылось ярко-алым румянцем. - Том, я думаю, тебе пора домой, - сказал он, отходя в сторону от двери, пропуская Томаса вперёд. Томас тяжело вздохнул и, сказав «Пока», вышел из комнаты. Остались только я и Конрад.
- Ты что вообще творишь? - рыкнул он на меня. Я в ужасе вжалась в кровать. - Я же говорил тебе про магов! - крикнул он и ударил кулаком по стене.
- Он не некромант, - мой голос дрожал.
- Софи, как ты не понимаешь. Тот волк напал на тебя из-за него. Том на стороне оборотней. Рядом с ним ты всегда будешь в опасности! - Курт попытался говорить спокойно, но было видно, что он кипел от злости. - Софи, ты такая глупая и наивная, - Курт тяжело вздохнул, встал с кровати и направился к двери. - Вот увидишь, он предаст тебя. Все маги предатели, - его голос дрогнул, и он вышел из комнаты.
Курт что-то скрывает от меня. Выходит, он тоже любил мага, но та предала его...