Тайские Вампиры

— Неужели все? — простонал вампир.

Ниран вытер пот со лба и посмотрел на небо. Солнце уже зашло как час, а ему все равно было жарко. Они только-только закончили с Дао латать какого-то старика, который упал с лестницы. Он-то думал, что все ограничится походом в детский сад, однако потом его повели в какое-то заброшенное здание и тут пошел новый поток пациентов. Ниран рассчитывал отсидеться в телефоне или просто побродить по местности, однако Дао быстро придумал ему работу. Вампир к концу дня уже откровенно восхищался выносливостью своего меченного. Он, конечно, сам сейчас человек, но все равно имел хорошую физическую подготовку и отличную выдержку. Люди все шли и шли, в какой-то момент ему показалось, они тут вообще заночуют. На счастье Нирана, дед стал последним пациентом. Он посмотрел на Дао и поднял бровь, пытаясь оценить его состояние.

— Устал? — спросил его меченный. — Это не сколько тяжело, сколько нужно и долго. Иногда руки немеют от накручивания бинтов без конца, и чихать начинаешь после купания в антисептике, но в целом... Ты как?

— Да нормально я, — Ниран закатил глаза. — Я по большей части помогал вставать, садиться и ассистировал. Просто сегодня жаркий день. Вот и все, — он посмотрел, как Дао собрал свою сумку и пока тот не успел ее взял, подхватил. — Назад понесу я.

— Да я и сам могу, — меченный закатил глаза. — Единственное, о чем жалею, что взял не очень много нам еды, — он зевнул, — планировал закончить, как можно быстрее, а оно, как всегда. Вот и пролетели выходные.

— И часто ты так проводишься свои выходные? — они пошли на выход.

— По возможности. Количество занятий в медицинском, просто демоническое. Иногда я удивляюсь, как человек способен посетить их так много, а главное запомнить. Это ужас. Мне нравится, но из-за них я не могу каждый раз кататься к бабушке, чтобы проведать ее просто так, без работы, — говорил Дао пока они шагали по темному коридору. — Автобусы тут ходят кое-как, поэтому что попасть сюда, что убраться — сложно. А личного транспорта у меня нет и денег на него тоже.

— Мне про твои автобусы можешь не рассказывать. Это же я нашел тебя на дороге, — Ниран легко толкнул меченного в плечо и улыбнулся. — Если бы у тебя появилась машина, то ты бы превратился в самую настоящую скорую помощь.

— Жаль, особо вредных не закрыть в психушке, — Дао покрутил пальцем у виска и метнул взглядом молнии в сторону Нирана. Они как раз вышли из здания. — Давай поедим лапши. Здесь каждая лавочка прекрасна, но я знаю одну тайную. Угощу за оказанную помощь.

— Да я и сам могу заплатить, — Ниран покачал головой. Ему было неловко брать с Дао деньги за какую-то чашку лапши.

— Ровно так же, как и я, могу донести эту сумку, — парировал Дао. — Не зли меня, пожалуйста, иначе эта бамбуковая палка может отхлестать тебя.

— Это уже страшно.

Он направился вслед за Дао по дороге. Как и в пути до здания, Ниран крутил головой, разглядывая трущобы. Он попытался вспомнить, когда в последний раз посещал их и, к своему удивлению, пришел к выводу, что более ста лет назад. Как только в Таиланде появилось жилье премиум класса, за ним перестали вести охоту, он снял себе конго. Деньги у него имелись еще с две тысячи двухсотого года, а вот возможность их как-то использовать эффективно, появилась сравнительно недавно.

И город изменился до неузнаваемости. Само понимание того, что эти уже старые здания разваливаются, и, по-хорошему, стоило бы их снести, вселяло в него ужас. И все потому, что он старше их в несколько раз. И все же люди пытались хоть как-то украсить свою не самую яркую жизнь при помощи гирлянд, бумажных украшений и фонариков. Из-за этого трущобы загорались и напоминали чем-то улицы Китая во время нового года. Он смотрел в спину Дао, который гордо вышагивал по узкой дороге. Его меченный, как рыба в воде, не смотрел на карту в телефоне, не оглядывался. Ниран не сразу осознал, что комкает низ своей рубашки. Откровение Дао не могло оставить его равнодушным. И пусть разница их возраста не в пару лет, а в несколько веков проблема у них примерно одна и утрата тоже. Вампир переживал, что наоборот совершил ошибку, признавшись в своих чувствах, а теперь считал, что недостаточно раскрылся. Ниран успел перестать трепать руками рубашку в нужный момент, когда Дао развернулся к нему.

— Ну вот мы и пришли. Прости, это снова не ресторан, а просто макашница. Здесь можно заказать много чего, даже суп с кровью, но я предпочитаю тяо гай, — Дао кивнул в сторону свободного столика.

— Знаешь... — Ниран вспомнил, что уже давно не пил крови и сейчас упоминание ее в виде супа почему-то вызывало в нем наоборот отвращение. — Я, наверное, тоже остановлюсь на тяо гай и каком-нибудь десерте.

— Ладно, иди занимай место, я пока тут все организую, — Дао улыбнулся мягко и направился к продавцу.

Ниран занял один из столиков подальше от центра небольшой площадки перед макашницей, чтобы свет не резал глаза, а чужие уши не разделяли разговор. И когда вампир сел на стул, закинул ногу на ногу, откинулся на спинку довольно хилого стула и похрустел шеей, понял — счастлив. Это чувство так резко накрыло его с головой, что он даже не успел хотя бы попытаться сопротивляться ему. Он уставился перед собой и сидел, не моргая. Ниран осознал, что впервые за столько лет куда-то шел, что-то делал, с кем-то был вынужден вести разговор, здороваться, выбирать еду и компанию. Теперь его распорядок дня не ограничивался едой, просмотром бесполезных кулинарных шоу и спортзалом. Отсутствие охотников в его жизни настолько превратило ее бессмысленное существование, что их проблемы с ритуалом для поиска меченного разукрасили ее всеми цветами радуги. В ней наконец-то появился настоящий смысл.

— Ты сидишь с таким лицом, будто или вспоминаешь как управлять космическим кораблем, или как его купить, — сказал Дао, выдергивая Нирана из мыслей. Он поставил две тарелки на стол. — Я тут еду принес, но если ты решил отправиться на свою планету, то съем все сам и пойду домой спать.

— Нет уж, этой ночью ты от меня тоже не отделаешься, — Ниран рыкнул и придвинул свою тарелку. — Усаживай свою тощую задницу и давай есть.

— Сейчас, — сказал Дао и сходил за закусками. — Я не виноват, что у меня такая физиология. А ты, видимо, единственное, что делал, качал свою задницу.

— Не надо тут наговаривать. У меня все тело в отличном состоянии, — Ниран мог вытерпеть любую ложь, но свое отражение ему хорошо известно. Под лупой рассматривал. — Я так есть хочу, не могу.

— Так займи свой рот уже лапшой, — Дао фыркнул, и они начали есть. — А о чем ты задумался так сильно? Словил экзистенциональный кризис из-за цен на тарелку супа?

— Да вот задумался, что у меня в конго есть бассейн, а я сижу здесь с тобой. На грязной улице, на грязном стуле, и, слава Будде, одноразовыми палочками и вдыхаю придорожную пыль трущоб, — он переложил в тарелку Дао мясо.

— В каждом конго есть бассейн, — скривил лицо Дао, смотря, как ему еще подложили еды. — Ты же хотел есть, почему перекладываешь мне свое мясо? Не боишься, что мышцы сдуются?

— Тут стоит переживать, как бы ты не развалился. Мои не сдуются, — Ниран нахально улыбнулся. — Когда я говорил тебе, что у меня был там бассейн не хотел оскорбить, — он начал есть уже свою лапшу и говорить с набитым ртом. — Я к тому, что осознал, насколько мне здесь хорошо. Там, конечно, бассейн, чистые полы и все удобства, но здесь на пластиковом стуле, я чувствую себя по-настоящему свободным и счастливым. Не знаю, магия ли это трущоб или я сошел с ума от перегрева, но мое сердце сейчас чувствует так.

— Пи'Ниран... — прошептал Дао.

Вампир видел, как до его меченного доходило, что именно он сказал и как. Они застыли от удивления вместе. Нирану захотелось посмотреть на небо, чтобы проверить, не вернулся ли за ним действительно космический корабль. Чтобы Дао назвал его «пи» и не издевался, такое точно из разряда фантастики. Но посмотреть на небо, это значит потерять долгожданный вид пойманного на искренности меченного. Он покраснел от неловкости и вместо того, чтобы продолжить, опустил голову в тарелку и начал есть. Ниран выиграл это небольшое сражение спустя много-много дней, и эта первая победа самая сладкая. Интересно, Сан тоже чувствовал нечто подобное? Это то, о чем ему говорили ведьмы — нет смысла в короле без подданных. А подданные должны уважать своего правителя, в противном случае он становится тираном. Проклятье Нирана не насытиться, если он вдруг не сможет заполучить всеобщую любовь. А начать, впрочем, можно со своего окружения.

— Ты отлично ладишь с детьми, взрослым поколением, говоришь с ним на одном языке, — Ниран продолжал закидывать мир Дао комплиментами. — Из тебя получится невероятный доктор.

— А ты что, прям хочешь стать инженером? — Дао оглянулся по сторонам. — Давай я вылечу всех здесь, а ты снесешь эти коробки и построишь высоченные конго? — он покраснел от того, насколько его идеи звучали наивно. — Я понимаю, что невозможно спасти каждого в этом проклятом месте, но если пытаться...

— Мой брат так говорил... — перебил его Ниран и поджал губы.

— О, у пи'Вата много денег, чтобы реально перестроить здесь все, — Дао усмехнулся. — У него есть возможности.

— Нет. Я не про него, — Ниран сказал это полушепотом. — Я про пи'Атида.

— У тебя вообще сколько родственников? Весь Бангкок? — Дао наклонил голову в вопросе и возмущении. — Как не вспомнишь, так всплывает имя нового брата.

— Нет. У меня их не так много. Ват, Сан и пи'Атид, — Ниран начал загибать пальцы.

— Ты единственный, кого назвал «пи», так пи'Атида, — Дао все сильнее наклонял голову, еще немного и он бы упал со стула.

— Поверь, такого... — Ниран чуть не сказал «вампира», — такого человека, как пи'Атид, лучше называть со всеми почестями. — Ниран наклонил голову. — Он хотел мира. Он хотел света. Он хотел прекратить боль. Но, — вампир говорил не своим голосом, наполненным страданиями. Его голова поднялась и взгляд устремился к Дао. — Но его предали. Среди всех нас он имел самое доброе сердце и его любовь могла правда спасти мир. Однако пи'Атид пришел к выводу — спасение мира состоит в его уничтожении. То, чего нет, не может чувствовать боль. И так из бесконечно яркого солнца, мой брат стал синонимом тьмы.

— Почему ты говоришь о своем брате, как о боге? Как о каком-то монстре? — Дао прищурился, ему было страшно.

— Потому что так и есть.

***

— Ну почему Ниран так много жалуется? — Ват выдохнул, когда они наконец-то его высадили и покачал головой. — Нам еще тащиться назад примерно вечность.

— Пи, не обращай внимания, они с Дао друг друга стоят. Оба такие гордые, но как затянуть свой вой... Хоть стой, хот убегай в джунгли, — Мин высунул язык. — Мог бы, в конце концов, такси себе заказать.

— В этот раз, если честно, не мог, — Ват посмотрел серьезно на Мина. — Ну что, поехали в общежитие?

— Если честно, я хочу есть, — Мин так широко улыбнулся, когда Ват посмотрел на него глазами, как у жабы. — Ну я молодой организм. Я хочу есть, я хочу бегать и прыгать. Давай пока мы не выехали, остановимся где-то и купить десертов?

— Я не против, просто удивлен, как в тебя все это влезает. Твои ребра можно посчитать без проблем! — Ват поехал вперед по главной дороге выглядывая хоть что-то напоминающее на уличную еду.

Уже довольно поздно, а им еще ехать. Он то бессмертный вампир, к которому вновь вернулось желание пить кровь и ненавидеть мир, а вот Мин вполне себе обычный человек. Ему нужно в душ, есть, спать, доставать кого-то без дела. Ват, конечно, не против побыть мишенью, но ситуация с Нираном заставила его переживать. Он заметил вдалеке тележку с вывеской о продаже каном туя. Ему оставалось надеяться, что это утолит голод Мина иначе в этой машине будет не один хищник, а два. И скорее всего Вата обглодают так, как осы кости не ласкают. Он остановился и быстро сбегал за закусками, не забыв напитки. День выдался жарким и останавливаться еще раз из-за еды он не планировал. Мин ждал его в машине, как пес, только лишь хвостом не вилял.

— Спасибо, пи, сколько я тебе должен? — он улыбался, начиная без сострадания разорять пакет.

— Ой, отстань, — Ват скривился, даже не думая о том, что будет брать семьдесят бат с Мина. Он конечно мелочный, но не настолько. — Поехали уже. Я хочу выехать из трущоб, а то навигатор работает через раз, и пока нет планов заблудится тут до утра.

— Всегда можно вернуться к дому Дао, — говорил с набитым ртом Мин. — Его бабушка делает просто замечательные десерты. Ты просто не пробовал! Они такие вкусные. Если бы я мог есть их каждый день, я бы ел. Но даже продай я слона, не хватило бы, — он ел десерты, пока Ват выруливал прочь из трущоб.

— Они настолько вкусные? А как называются, — Ват начал выезжать на главную дорогу и печатать в телефоне.

— «У бабушки-Ри», да, у бабушки Дао не очень с воображением, зато готовит она хорошо. Да и Дао хорошо готовит, он вообще очень много умеет, в отличие от меня. Я только улыбаться умею, — Мин ел и смотрел за окно, пока Ват набирал скорость, дописывал сообщение и откладывал телефон в сторону.

— Иногда улыбка это все, что нужно для спасения чьей-то жизни, нонг'Мин. И я прошу тебя, делай с этой машиной, что хочешь, но не трогай жирными и сладкими руками стекла и кожаную обивку. Вот влажные салфетки, — он достал и протянул ему влажные салфетки. Ват не любил заниматься за рулем чем-то помимо вождения и создавать ситуации для аварии. Он-то бессмертный вампир, а вот Мин нет.

— Хорошо, — тихим голосом проговорил тот.

— Что случилось? — Ват краем глаза посмотрел на Мина и заметил в его выражении лица какую-то печать. Он распахнул глаза и уставился на пачку салфеток. — Эй, нонг'Мин, что случилось? — тот не реагировал на его призыв. — Хочешь потрогать жирными руками стекла? — Мин продолжал смотреть с тоской за окно. — Эта машина мне просто дорога и слежу за ней особо тщательно, — ответом ему послужил только кивок головы. — Ладно, хорошо, трогай стекла. Быстро.

— Да я не...

— Я сказал трогай своими руками стекла, пока я не остановил машину и не помог тебе с этим! — Ват рыкнул, еле сдерживая вампирское мерцание радужки.

Мин повернулся к нему с невозмутимым лицом, на котором было отражено наигранное безразличие. Он медленно засунул руку в пакет с десертом, повозил ей там и глядя прямо на Вата, прикоснулся ей к стеклу, оставляя отпечаток.

— Вообще-то я расстроился не из-за салфеток. Просто десерты и поездка к бабушке-Ри и Дао, напомнило мне, как давно я не был дома и как соскучился по своей семье, — Мин засунул руку в пакет.

— Тогда не мог бы ты прекра...

— Что?

— Нет-нет, продолжай, — Ват махнул рукой, понимая, что легче заехать в автосалон и помыть машину. — Так ты соскучился по родителям?

— Да я очень сильно по ним скучаю. Они выплачивают из-за меня такие долги, борются за выживание в конкуренции с не совсем честными парнями, а я даже доехать до них не могу, потому что дорого, долго и... — он не договорил, а положил голову на руку и продолжил смотреть в грязное окно.

— Понятно.

Больше они не говорили. Всю дорогу до Дао его меченный не затыкался. Он наблюдал за Нираном в зеркало заднего вида, как ему физически больно терпеть болтовню Мина. Однако он знал, на что мог нарваться в случае скандала или даже упрека, поэтому молчал. Ват не испытывал никаких трудностей. А вот когда он замолчал, то стало неуютно. Это напомнило вампиру о том, что он давно не видел пи'Атида и нонг'Сана. Встреча Нирана напомнило ему о важности семьи, а щенячьи грустные глазки Мина лишь усугубили ситуацию. Ват начал проваливаться в воспоминания о давно ушедших дней и пробыл в там, где нет высоких домов, интернета, дорог, машин и прочих благ цивилизации до самого общежития. А когда они все же доехали до него, то твердо решил, если не свое желание о восстановлении прошлых отношений с братьями можно выполнить, так помочь не страдать кому-то близкому. Он остановился, но Мин не смог выйти.

— Пи? — он повернулся к Вату.

— Сейчас ты поднимаешься в свою комнату, берешь свой рюкзак, закидываешь все необходимое и мы едем к твоей семье, — ровным, твердым голосом, почти приказывая, сказал Ват. — И это не обсуждается.

— А как же парни? Занятия в университете? И...

— Все твои друзья разъехались, а университет до среды не объявит в розыск, — Ват закатил глаза. — Давай быстрее, а то бензина не хватит до заправки. Путь долгий, я чувствую.

— Спасибо...

— Я начинаю считать.

Раздался щелчок и двери открылись, выпуская Мин, который полетел едва, касаясь земли ногами. Он широко улыбался.

— Как и я сказал, всего одна улыбка...