25 глава
Совсем другое дело – мои светлые прядки, свои, родные касаются свои кончиками чуть ниже плеч. Подмигиваю своему отражению – встряхиваю волосы и чувствую себя самой собой. Наконец-то я избавилась от ненужного для себя груза и ответственности.
Ничего не имею против девушек, кто искусственно наращивает волосы или носит длинные свои – но с короткими я ощущаю себя гораздо более привлекательной. Наношу на губы любимую алую помаду, а на глаза – тушь и блеск глиттеров.
Нравлюсь себе такой? Определенно, да.
В баре сегодня не так много народу – обмениваюсь новостями с барменом Ильей, а сама ненароком кидаю взгляды – на входящих людей.
Может быть, сегодня?
Но даже если и нет, то нестрашно – я чувствую, что все будет хорошо.
Возможно, мысли материальны – поэтому чудо сбывается.
Слава приходит, мне хочется обнять его и сказать ему – «мой», но я сдерживаюсь. Ведь обещала себе – следующий шаг будет за ним. Не потому, что веду какие-то расчёты – а просто хочу предоставить ему свободу выбора и не ставить в неловкое положение.
Поэтому просто здороваюсь и наблюдаю.
Очень много общих знакомых – но Слава садится напротив меня. Мы молчим.
Но при этом не сводим друг с друга взгляды.
Это так необычно, это сводит меня с ума. Не понимаю, как так у него это получается. Почему-то это молчаливое наблюдение глаза в глаза – кажется самым романтичным на свете. Или я уже совсем плыву от счастья его нахождения рядом? Может, для Славы это все вовсе не так?
Не знаю, но любуюсь им – спокойным и непоколебимым. Но при этом – не сводящим с меня взгляда.
Признаюсь, даже будучи обнаженной полностью однажды, я не испытывала под перед другим человеком и десятой части подобного – волнение, ажиотаж, предвкушение.
Мой мистер Невозмутимость – дай знак, что все это происходит не только со мной.
– Тебе нравится здесь? – спустя время – сколько? не важно! – я слышу его голос.
– Здесь хорошо.
Это правда, конечно, уютное место и много приятных людей. Но есть одно «но» – этот бар стал лишь фоном, местом нашим с ним встреч.
– Почему тогда ни с кем не общаешься?
– Я это делала несколько последних минут.
Я не вру. В своем взгляде я передавала ему – как скучала, как рада встрече, как просто хорошо мне с ним. Интересно, он чувствовал, он это прочел в моих глазах?
– Возможно, тогда это не обязательно делать здесь.
Что Слава имеет в виду?
Он поднимается со стула и со значением смотрит на меня. Я правильно все понимаю? Стоп что, он зовет меня уйти отсюда? Уйти с ним вдвоем?
Разве могу я сомневаться в этом решении? Тут же поднимаюсь следом и, прощаясь со всеми, мы выходим со Славой на улицу.
Вечерняя прохлада начала июня пробирается по моей коже, обнимает ее. Укрываю себя легкой белой ветровкой-бомбером.
– Давай просто погуляем. У тебя есть предпочтения?
Слава, дорогой, мое предпочтение – ты! Я таю от одного его присутствия, а от предложения провести время вместе – меня переполняет столько эмоций, что я просто взорвусь. Но стесняюсь при этом показать столь открыто свое счастье – вдруг этого его, наоборот, отпугнет? Слава же сдержанный, уравновешенный, это меня – постоянно штормит.
А, хотя – он и так уже свидетель практически всех моих состояний и эмоций. А чаще всего – и сам их причина.
– Мне без разницы, – говорю искренне. – Давай просто идти хоть куда.
– Ты не мерзнешь?
– Нет.
Я не жду от Славы, что он резко станет супер-разговорчивым человеком, это было бы слишком неестественно и странно. Но он мне понравился именно таким. Поэтому то, что мы идем в тишине, меня ни капли не напрягает. Я, наоборот, ловлю и сохраняю в себе новые ощущения от прогулки с ним по вечернему городу.
Когда мы проходим мимо площади с поющими, световыми фонтанами, я из-за своих каблуков резко подворачиваю левую ногу.
– Осторожнее. – Слава тут же ловит меня. – Все нормально?
И берет меня уверенно за руку.
Я уверяю, что все отлично, а сама хихикаю в душе, мягко переплетая его пальцы со своими.
Это был тонкий девичий ход, может, мое «почти-что падение» выглядело и несолидно, но я его устроила сама. Теперь мы не просто идем рядом, а держимся за руки. Девушки, берите на заметку!
– Давай присядем ненадолго, – Слава останавливает меня у скамейки, напротив фонтана. Я сажусь рядом с ним и мысленно ликую – в этом уже необходимости нет, но он не пытается отпустить мою руку. – Зачем ты постоянно носишь каблуки? Это действительно удобно?
Совсем недавно бы я ответила, что просто рождена для них. Они делают девушку грациознее, женственнее, ярче...
– Из-за роста. «Полторашка» – это про меня. – Вот настоящая моя истина, мой комплекс невысокого человека.
– А в этом есть что-то плохое? А, вспомнил. – Тон его голоса незаметно меняется. – Ты же так хочешь быть очень заметной.
– Возможно, уже не хочу.
Я не анализировала ранее это, лишь только допускаю эту мысль. Потому что вновь стать прошлой собой – мне не льстит.
– У тебя и не получится иначе.
Непонимающе смотрю на Славу, который наблюдает за игрой фонтанов. В темных глазах отражаются отблески бликующих огоньков и фонарей.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты заметная, Алена. И яркая – сама по себе. Тебе для этого не нужно что-то делать – носить каблуки или броско одеваться. Кстати, новая прическа тебе очень идет.
Он делает мне комплимент?
Или просто высказывает свое мнение, подмечая все как сухие факты?
Но разве не может это быть – два в одном? Не сдерживаю довольную улыбку.
Я ему нравлюсь?
– Спасибо. Кстати, у тебя тоже не выходит быть незаметным, хотя ты и очень пытаешься.
Забавно так вышло, я стремилась выделяться, а Слава словно наоборот – редкие фразы, ледяное спокойствие, нежелание сразу идти на контакт. Даже свой популярный канал – и то ведет анонимно! И все это вкупе – наоборот, притягивает внимание.
Да, пожалуй, в мире, где каждый хочет громко заявить о себе, человек, кто этого не делает – становится редким и исключительным. И от этого – невольно заметным. Парадокс.
– Тебе кажется, Алена.
– В моем окружении множество ярких людей. Но ты из них выделяешься больше всех – своей недоступностью и те же самым нежеланием выделяться.
– По-моему, я не так уж недоступен.
На лице Славы появляется быстрая улыбка – еще одна, еще!
– По крайней мере, для тебя. – Добавляет он. А я так тону от этого уточнения в своем счастье, что мой максимум сейчас – крепче сжать его руку. – Стоп, я не это имел в виду. – Мне плохо. – Звучит, как будто я набиваю себе цену. Но я имел в виду другое – Алена, я приходил в этот бар только ради тебя. В последнее время – точно. Я не люблю алкоголь, не люблю «Мафию», не люблю шумные сборища даже классных людей. – Мне прекрасно. Нет, я почти счастлива.
– Я тоже. – Теперь не вижу смысла скрывать. – Мне хоть и нравится бар и в компаниях быть люблю. Но это не главная причины моих приходов туда. – И тут эмоции пробивают меня. – Слава, я так боялась, что ты больше не захочешь меня видеть после всего.
– После чего? – Уточняет он и поворачивается ко мне.
– После моих глупых слов и вообще... Почти каждый раз я выставляла перед тобой полной дурой. Ты не подумай, я понимаю, как это ужасно выглядело...
– Извини, перебью. Ты была не ужасной, а милой.
– Ми-лой? – переспрашиваю я, пытаясь понять по темным глазам – он сейчас троллит меня?
– Да. Не знаю, что не так для тебя в этом слове, но в нем только хороший контекст. Твоя естественность, непосредственность – это то, что тебя выделяет из всех. Как ты ругаешься, смеешься, плачешь по пустякам, например, из-за фото. Как пытаешься казаться хуже, чем ты есть на самом деле и у тебя это не выходит – это отдельно мило.
– Я пыталась казаться лучше! – в шутку ворчу я.
– Тебе не надо казаться, ты уже.
– А я распсиховалась, когда ты меня так называл – ми-ла-я. Думала, хочешь этим обидеть. Потому что этим словом называют скучных людей, о которых нечего сказать и не на что смотреть.
– Как только в тебе голову такое пришло? Я этим словом называл только самых приятных мне людей.
Во мне немного булькает ревность. Но Слава говорит дальше.
– Сестру, например. Вы с ней чем-то похожи – она тоже с огоньком. То готова разрыдаться из-за грустного фильма, а через минуту – смеется над шуткой в своей голове. Постоянно обижается на что-то, ругается, а потом сама идет извиняться.
Хочу теперь, чтоб Слава постоянно называл меня этим словом. В его интерпретации – это совершенно иначе звучит. Сейчас даже кажется странным, что я так над этим долго загонялась.
Видимо, одно и то же слово из уст разных людей – будет и звучать иначе и иметь иные значения.
Потом Слава провожает меня до дома – все так же – рука в руке, ощущение счастья внутри и предвкушение чуда. Мы уже не молчим, и хоть я больше инициатор бесед – но он меня внимательно слушает и оставляет свои комментарии.
У подъезда немного мнусь и смущаюсь – что же дальше теперь? Неужели он просто уйдет, и мы снова будем искать встречи в баре? Мне нравятся эти случайные, незапланированные встречи – это правда, но в промежутках между ними – мне Славы дико не хватает.
Попросить телефон? Это навязчиво? Слишком прямолинейно?
Мысли хаотично крутятся в голове и приводят к выводу – мне все равно – навязчиво это для кого-то или слишком, ведь жизнь-то моя. Но Слава опережает меня:
– Дашь свой контакт? Не думаю, что есть смысл встречаться исключительно через бар.
Я, конечно, даю. И подмечаю, что Слава уже говорит о нашей следующей встрече. А это значит... Да все, что на свете это значит! Все, что мы захотим! Не могу больше сдерживаться и обнимаю его на прощание.
– Спасибо за прогулку, – тихо произношу. И целую его в гладко выбритую щеку.
Плевать, что это делаю первой – я этого хочу. Я готова рискнуть. А если ему подобное не понравится, то...
– И тебе. – И Слава мягко целует меня прямо в губы.