Штрихкоды

Мечтай, но не живи мечтами.

Алан твердо шел к дому, из которого вчера выходил Маркус.

Венсан видел этого парня единожды, но тот уже смог засесть в его голове. Он уважал Маркуса за честность и отважность, но не понимал, почему он решил попасть в Блекфорд, а не пошел в неизвестность, где, возможно, есть лучшая жизнь, которую оставалось только найти.

Но также Алан смотря на Лиама и Маркуса стал осознавать, что некоторым людям и правда некуда деваться и они осознанно и, взвесив все «за» и «против», идут в город рабства.

У Алана в материальном плане всегда всего доставало, поэтому он понимает, что не ему судить людей, идущих сюда ради денег. Ведь счастье не ограничивается на людях, хорошей работе, семье. Счастье безгранично, и для каждого оно свое. А деньги нужны во всех сферах, особенно если человек хочет быть свободным, как птица, парящая в небе.

Чем больше Алан это осмысливает, тем хуже ему становится, ведь для его счастья нужна свобода. А получается, что без денег никакой свободы не существует.

Однако Алан никогда не поймет, как даже самую малейшую частичку свободы можно променять на деньги. Ведь там, за пределами города, нет таких строгих правил и нет Кристиана Венсана.

Парень утешается тем, что у Маркуса там не было свободы, возможно, как и у Лиама. Это значит, что не весь мир продажный и не все люди продают себя.

Жизнь Маркуса была достаточно сложной, его тяготило все. Он шел на жестокость ради близкого человека. Алан в этом не осуждает его. Ведь по книгам он узнал, что любой человек пойдет на все ради семьи. Конечно, только если она настоящая и искренняя.

Алан в Маркусе видел пример настоящей силы и отваги. Он хотел научиться также бороться за свои желания, но до сих пор у него не получается исполнить главную цель.

Он подошел к крыльцу дома и застыл.

Боялся взглянуть в его глаза и не увидеть никаких чувств. Теперь это не тот Маркус, которого он встретил за горами. Сейчас боль чувствует лишь один и них. Другой стер память. Забыл, как шел на крайности, чтобы обеспечить свою бабушку и забыл, как единственный близкий человек покинул его, оставляя во мраке собственных гонений.

Дверь открылась и Алан отскочил от нее. Перед ним оказался Маркус. В точности такой, каким Венсан его запомнил. На смуглый лоб спадала прядь черных волос, его острые скулы были напряжены, а карие глаза непонимающе разглядывали незваного гостя.

– Ты чего тут делаешь? – Он встал в проеме и скрестил руки у груди.

– Привет, – он поддельно улыбнулся и почесал затылок. – Ты новенький?

– Да, – хмуро ответил Маркус.

– Как тебе живется тут?

– Чего тебе надо? Я в окно заметил, как ты несколько минут терся у этой двери.

– Можно я зайду?

Маркус вопросительно вскинул брови и не ответил. Затем вышел на крыльцо, закрыл за собой дверь и сел на верхнюю ступеньку. Алан аккуратно поместился рядышком.

– Ты когда сюда заехал?

– Пять дней назад. А что не так?

– Ого, уже так долго здесь.

– Ты кретин или у вас заведено врываться к незнакомцам и нести какую-то дружелюбную чушь?

– Маркус, мы с тобой уже знакомы. Только ты этого забыл. Мой отец возил меня за горы, скажем, проводил дисциплинарную экскурсию. – Он усмехнулся.

– Понятно. – Равнодушно пожал плечами собеседник.

– И все? Тебе не интересно знать как ты жил?

– Зачем? Раз я попал сюда, значит хотел забыть прошлое. Я начинаю жизнь с чистого листа, явно не затем, чтобы ворошить прошлое. Если ты закончил, будь добр, оставь меня. Я жду знакомого.

– Ты уже с кем-то познакомился?

Он кивнул.

Алан расстроился, что их знакомство вышло не таким радушным и сердечным. Он хотел стать другом Маркусу, а не казаться в его глазах каким-то странным и надоедливым парнем.

– Ладно, извини меня за то, что я так неожиданно ворвался к тебе с воспоминаниями о твоем прошлом. Я забуду, пока ты сам не захочешь узнать что-то. Но ты крутой парень, давай будем общаться?

– Я недружелюбный. – Коротко ответил он.

Венсан расстроился еще сильнее. Он не ожидал, что Маркус такой отчужденный и скрытный.

– Маркус! – Послышался веселый и бодрый голос, – Алан?! – Теперь голос стал удивленным. – Ты что тут делаешь?

– Так, вот этот твой знакомый что ли?

Он кивнул.

Лиам подошел к парням и уставился на Алана. В его руках был торт и несколько воздушных шаров, не менее ярких, как одежда самого гостя.

– Я шел к тебе, но увидел тут этого парня и решил познакомиться. – Сказал Алан, а Маркус усмехнулся.

Венсан напрягся, что старый знакомый может рассказать истинные мотивы его прихода, но тот молчал.

– А я сегодня утром столкнулся с Маркусом в магазине, ну мы и заболтались. Потом он пригласил меня в гости.

– Чудно! – Раздражился Алан.

Лиам на мгновение нахмурился, но потом перевел взгляд на Маркуса и ободрено произнес:

– Маркус, давайте втроем попьем чай. Мы долго не будем, к тому же уже вечер.

Он молча поднялся и открыл дверь, впуская новых знакомых.

Дом в точности, как и у Лиама: тусклые однотонные обои, новенькая мебель и цветок в горшке на полу.

Они прошли на кухню и Маркус поставил чайник. Пока новенький стоял спиной к гостям, Алан с Лиамом обменялись несколькими вопросительными и непонятными взглядами.

Блондин заметил, что Алан какой-то взбудораженный и нервный. Он под столом поймал его руку и медленно погладил. Теплая рука парня произвела успокоительный эффект на Венсана и тот расслабленно откинулся на спинку стула. Блондин победно улыбнулся. Ему понравилось, как он смог повлиять на парня и по телу пробежали мурашки от мыслей.

– Как спится на новом месте? – Поинтересовался Лиам.

– Хорошо.

– Понятно.

Лиам помог разложить торт по тарелкам, и они молча принялись есть.

Трое ощущали дискомфорт и неловкость. Алан подозрительно поглядывал на Маркуса и стремительно отводил глаза, когда тот отвечал на гляделки.

– Ладно, расскажите вы, нравится ли вам тут?

– Мне нет. Я хочу свалить отсюда как можно быстрее. – Опередил Лиама Алан.

– А я еще не решил каково здесь. Но то, что они подавляют наши интересы и принципы – это гнусно и плачевно.

– Отсюда можно выбраться?

– Пока нет, но ведь все возможно до того момента, пока ты действительно это хочешь. Поэтому мы работаем над планом.

– Понятно. Но почему ты хочешь уйти отсюда? – В его глазах и правда читался интерес и любопытство.

– Мне недостает свободы, – оживленно начал рассказывать Алан, – семья отягощает меня, правила не позволяют жить как хотелось бы. Тут и шагу не ступи лишнего, жесткий контроль.

– Но ведь ты сидишь здесь, это разве разрешено? Получается, шаг лишний ты сделал, и уверен, не один.

Алан неуклюже улыбнулся и задумался. Свои причины побега отсюда он рассказывает всем подряд и по несколько раз. И только сейчас это смутило его и немного разочаровало. Ведь он так воодушевленно говорит о своей цели, что многие не воспринимают ее всерьез. Словно он ребенок, который мечтает о невозможном. Но люди, чтобы не обижать его соглашаются с ним.

«Что, если я навечно заточен здесь?» – мелькнуло в его голове это заставило взбеситься.

Они в спешке и тишине доели торт и облегченно выдохнули.

– Мы пойдем. – Сказал Алан и схватил блондина за руку.

– Слушай, приходи ко мне в ближайшее время, я всегда рад новым друзьям. – Заключил Лиам.

– Спасибо за приглашение. Возможно, я приму его, а может и нет. -

– Хорошо.

Маркус закрыл за ними дверь и пара спустилась по лесенке.

– Хочешь ко мне?

– Пошли.

Они расцепили руки, чтобы не попасться кому-либо на глаза.

– Друзьям новым значит рад?

– Ну да. – Он улыбнулся.

– А почему именно он?

– Не знаю, Маркус показался мне таким разбитым и безжизненным. Вроде вот стоит человек перед тобой. Но ты чувствуешь, что он где-то далеко, внутри себя.

– Тебя видимо тянет на душевно разбитых людей. Так и прет от тебя желание помогать.

– А что в этом плохого?

– А кто поможет тебе? Разжигая пламя в других от тебя ничего не останется.

– Закроем тему, ладно? Он хороший парень вот и все.

– Ладно. – Буркнул Алан.

Лиам цыкнул и, остановившись, схватил руку Венсана и прижался вплотную к парню.

Они стояли посреди домов и смотрели в глаза друг друга.

– Я хочу разжечь пламя только в тебе. Ведь спасти по-настоящему убитого и разочарованного в жизни человека способна только любовь. – Он говорил хрипло и боязливо.

– А что я могу дать взамен?

– Полюбить в ответ. – Он усмехнулся и подмигнул.

– А если я уже люблю?

Лиам не стал больше говорить, он поддался желанию и поцеловал парня, цепляясь одной рукой за ворот его кофты.

Он с точность знал, и даже память не нужна в этот момент, чтобы убедиться, что такого не чувствовал еще никогда за свою жизнь – беспрекословная, сильная и светлая любовь, заставляющая сердце бешено стучать.

Им не нужно было давать время, чтобы разобраться в чувствах, осознать происходящее, несколько раз поругаться, чтобы убедиться, что не могут без друг друга. Их чувства не проверены временем и ничем другим. Однако за такое короткое время они смогли сблизиться так, как многие не могут и за несколько лет. Похожие боли и проблемы помогли им в этом.

Алан и Лиам нашли друг друга в темноте собственных душ и теперь готовы освещать пути друг друга.