В жизни такого еще не чувствовал.
В Лизу лилось все, что только было в мини-баре дома. Она пила, рыдала, снова пила и снова рыдала.
Я курил. Часто, даже почти не переставая.
Мне и сестре было больно настолько, что хотелось срывать кожу с груди, лишь бы не болело так сильно. Пересматривая совместные снимки, вложенные в небольшой фото-альбом, девушка плакала из-за воспоминаний и боли, что такой любимой, такой родной мамочки сейчас нету рядом. Я пытался поддерживать её, как только мог. Но я ничего не мог.
Меня спасала только Софа. Я находил спасение в ней. Каждый день целуя её, обнимая, вдыхая её запах. Только она существовала для меня в те ужасные дни.
Вечером мы с Софой приходили в дом моих родителей и заставали Лизу спящей в обнимку с полупустой бутылкой. Я аккуратно поднимал ее на руки, нес на кровать, замечая на руках множество коротких порезов. Мне самому было тяжело видеть, как родная сестра страдает, но никакие слова на Лизу не действовали.
***
Мы сели в мою машину и отправились на кладбище, где пройдут похороны. На Софе и Лизе по-прежнему не было лица, под глазами гигантские синяки, отеки и непрекращающиеся слезы. На голове отца в миллион раз больше седых волос и скупые слезы, одна за одной стекающие по щекам. Кладбище давило своей мертвой тишиной. Около гроба мамы Лиза горько плакала, а отец молча прижимал её к себе, сжав свои губы в тонкую нить. А ко мне прикасалась жена, поддерживая своими прикосновениями, пока я смотрел лишь на лицо мамы, пытаясь запомнить каждую черту лица, каждую морщинку, изъян и достоинство. Мама лежала с закрытыми глазами, руки сложены на животе - она выглядела так, будто просто задремала, но никак не умерла. Смотря на неё, все вновь заплакали, только еще пуще прежнего. Женщины плакали, мужчины терли носи, чтобы не проронить лишнюю слезу. Подошло время прощаться. Первой к ней подошла Софа.
-Вы простите меня, если что не так сделала или обидела когда-то, простите, - говорила моя малышка, проглатывая ком в горле, но жгучие слезы обжигали её лицо. - Я вас очень полюбила, и буду любить всегда. И секрет никому не рассказала, - Софа положила голову на руки моей мамы, и я заметил, как её ноги начали подкашиваться.
-Малыш, всё, пойдем, - прошептал я, оттягивая девушку за руку.
Наконец, пришло время меня и сестры подходить к маме. Первая прошла Лиза.
-Мамуль, - ласково прошептала девушка, - ты прости меня за всё, а особенно за то, что не успела к тебе. - слезы капают уже на мамино платье, оставаясь на нем серыми пятнами. - Я так мало говорила, что люблю тебя, но я так люблю тебя, мамочка, как умею люблю! Ты только вставай, не лежи тут, холодно же, мам, вставай!
- девушка кричала, пытаясь вытащить мать из гроба.
Тут уже пришлось принять какие-то меры, чтобы Лиза не слегла рядом с матерью. Отцу пришлось оттаскивать девушку от гроба - Привалова билась в такой сильной истерике, что у нее из носа пошла кровь. Пока блондинку усадили на лавочку, чтобы дать успокоительное, подходить к гробу пришла моя очередь.
-Мам, я знаю, что был плохим сыном. Им и остаюсь, потому что не смог спасти тебя. Прости, - сказал я и отошел в сторону, скрывая слезы.
Я отошел дальше всех, чтобы успокоиться и не лить слезы на всеобщее обозрение. Это и увидела Соня, как только более менее отошла от истерики, хотя и трясущиеся руки выдавали её.
- Больно, родной, больно, - прошептала жена, покрепче обняв меня. - Она будет оберегать нас.
-Не могу, не смогу без неё, - я плакал, как можно сильнее прижимая девушку к себе.
- Время лечит, — и мы рыдали вместе.
Гроб оказался под землей, и только тогда свежая могила оказалось заваленная цветами. Уже немного успокоившись, девушка положила двадцать красных роз, как в первый день их знакомства с моей мамой, в гору растений. Только сегодня количество роз было четным. Порывшись в рюкзаке, Лиза достала оттуда рамку с фотографией, которую поставила рядом с горой цветов. Фото с годовщины свадьбы родителей. Счастливые. Довольные. Радостные. И такие родные.
Эта фотография теперь будет стоять не на Лизином столе, где она стояла все это время. Снимок будет украшать могилу мамы, которая так мило улыбалась для создания памятного фото...
***
Спустя три дня.
03:00.
-Лёш, проснись, пожалуйста, у меня кровотечение, - шептала малышка, держась за низ живота и толкая меня.
Вся моя девочка была в крови, её мучала боль. Я ни черта не понимал, что происходит. Я очень испугался. Быстро схватив девушку на руки, я посадил её в машину и на бешенной скорости полетел в больницу. Заплатив кучу денег врачам и предупредив их, а точнее запугав, что если с ней что-то случится, я убью каждого из них, я остался ждать новостей около одного кабинета. Час. Второй. Третий. Я сидел в одной позе: локтями упираясь в свои колени, а лбом в сжатые кулаки, которые, должно быть, уже оставили на моей коже красное пятно. Почти не моргая, я смотрел вниз, на белую больничную плитку. Пространством завладела тишина, шум в голове не прекращался. Стреляющая пульсация в висках не давала покоя и продолжалась ровно до момента, пока дверь кабинета, где находилась Софа, не открылась.
-Что с ней? Как она? - начал расспрос я, когда врач остановился передо мной.
-Всё в порядке, она вам сама всё расскажет, - ответил мужчина и приветливо улыбнулся.
***
-Солнышко моё, - прошептал я, касаясь руки безжизненного тела Софы. Бледная, спящая, но все равно такая красивая, нежная. Моя.
-Ты пришел, - прошептала жена, а уголки её губ приподнялись.
Господи боже, она улыбается! Будто гора с плеч свалилась.
-Как ты?
-Уже лучше.
Подвинулся ближе к ней и заметил, что та держит руки на животе. Сглотнул, боясь даже подумать о том, что бы мог означать этот жест.
Игнорируя сбившееся дыхание, смотрел на
Софу. Ну же, скажи что-нибудь!
-Лёш, врач ничего тебе не сказал?-вместо ответа я качнул головой, наблюдая за каждым её движением. Ее рука заскользила по плоскому животу, мягко поглаживая его.
-Это то, о чем я думаю?-резко меня кинуло в жар.
-Я беременна.
Беременна. Беременна. Беременна... Эхом это слово повторялось у меня в голове. Я не верил, боялся, что сейчас проснусь, и всё это окажется страшным сном. Действительно страшным.
Услышать такое, а потом проснуться-хуже не придумаешь.
-Повтори,-попросил, смотря прямо ей в глаза.
-Ты будешь папой.
Опустился на больничную койку и прижался губами к мягкой коже её руки. Девушка привстала, и я тут же притянул её к себе, стараясь быть максимально осторожным.
-Что случилось? Почему тебе плохо стало?
-Все нормально, такое бывает при беременности,-мне казалось, что она просто меня успокаивала, что-то не договаривая. Но я решил, что до правды докопаюсь позже, а сейчас меня волнует другое...
-Спасибо,-прошептал, вновь и вновь касаясь губами её лба.
-За что?-Софа наивно улыбалась, скользя пальчиками по внешней стороне моей шеи, а из её глаз текли слезы счастья.
-Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете. Я очень тебя люблю.
-Я тебя тоже очень-очень-очень люблю. У нас всё получилось. Ты представляешь, у нас будет малыш. Наш. Представляешь! - воскликнула Софа, прижимаясь ко мне.
-Какой-то я сентиментальный стал, - сказал я, пока пытался не расплакаться от счастья, как маленькая девчонка. - Можно?-спросил, кивнув на её торс.
-Конечно, папа.
Софа легла на кровать, опустив ноги, и подняла майку, оголяя живот. Я тут же опустил голову на него, прислушиваясь к тому, что происходит внутри, а потом поцеловал. В жизни такого ещё не чувствовал. Вот там, в её животе, мой ребенок. Наш малыш. Ощутил её ладонь в своих волосах и ровно в этот момент понял, что я наконец-то снова обрёл дом.