BAHT × Искалеченные

ХАДИЖА.

- И что тут не так, дружище? Где ты сломался? Может вот этот шланг тебе не подходит? - ворчала девушка в огромной мастерской, склонившись над капотом машины.

- Хади! Папа просил больше не лезть к этой рухляди, - пробурчал рядом мужской голос.

- Папа говорил и тебе не играть в карты, - парировала в ответ девушка, с головой нырнув в автомобиль.

- Тебя сейчас шибанет, вылезай оттуда, Хадижа, - мужская рука вытянула с нажимом девушку и только из-за обладателя голоса она позволила это.

Рыжеволосая девушка выпрямилась и схватила полотенце, и без того грязная ткань стала еще темнее. Сажей невозможно было ее напугать.

- Пап, я думаю, что это вот тут проблема. Шланг ему не подходит и тебе попросту отправили либо бракованный с отсутствием крепления, либо же надо заменить этот фитиль, - сказала Хадижа, кивнув на старую модель Audi.

- Я выслушал тебя, принцесса. Но больше не подходи к таким старым машинам, хорошо? Они опасны своей неисправностью, - насупился пожилой мужчина и улыбнулся тому, как дочь закатила глаза. - Иди собирайся. Ты опоздаешь.

- Пап... А ты не поедешь? Он... Роб... ждет тебя, - робко спросила Хадижа.

Пожилой мужчина в изношенных брюках и растянутом свитере отвернулся. После покачал головой, глядя на внутренности автомобиля.

- Нет, - лишь ответил он.

Грустно улыбнувшись среднему брату, Хадижа бросила полотенце на другой автомобиль. А после поспешила домой. Мастерская отца находилась на территории их частного дома. Поднявшись к себе в комнату, переоделась в джинсы и футболку. Схватив рюкзак, вернулась на кухню и схватила маленький килограммовый шоколадный торт и контейнер с запечённой курицей.

Выходя из дома, достала ключи от своего старенького автомобиля Chevrolet. И заведя мотор, покатила по дороге. Барабаня руками по рулю, поглядывала на время, слушая весёлый голос диктора по радио. Пробка перед светофорами была самой нелюбимой ее частью с утра и вечером.

Хадижа надавила на газ и старалась удержаться, чтобы не позвонить единственной подруге. С тех пор как Халима вышла замуж за любовь своей жизни, то все изменилось. Даже жизнь и Хадижи. По крайней мере, не в худшую сторону.

Вот и знакомые каменные ворота тюрьмы и те же лица, которые приветствовали ее легкой сочувственной улыбкой. Вновь запись и взятые отпечатки пальцев. Тот же проход, по которому проходили такие же свободные, как и она, к тем, кто был заключён в этих стенах.

Сидя в кресле, девушка наблюдала за другими людьми. Как те общались со своими родственниками и друзьями. Громкий звон сверху оповестил, что прибыл он. Старший брат, одетый в черную робу с кандалами на руках шел в сопровождении трех охранниках. Его когда-то густые рыжевато-каштановые волосы были выбриты до лыса. Зелёные глаза мужчины встретились с глазами такой же парой зеленых.

Шагнув к креслу, дождался, когда снимут кандалы. А после потянулся к висящему телефону, качнув головой, чтобы по другую сторону невидимой прозрачной стены сделала это и сидящая девушка. Дрожащая бледная рука потянулась со своей стороны.

- Привет, Робби, - сказала девушка.

- Итак, сестрёнка, что у вас произошло за эти три дня. Рассказывай, - спросил мужчина.

- Папа поменял мне колеса на машине, которую ты мне подарил, - с улыбкой ответила Хадижа.

- Ты все еще на ней ездишь?

- Да, папа считает, что это груда металла едет лишь из-за моей веры в нее.

Грубый смешок сорвался с губ старшего брата. Хадижа одновременно любила их встречи, но и ненавидела. Потому что они причиняли боль. А не видеть и не слышать его было еще больнее.

- Я принесла тебе... торт. У тебя завтра день рождение, - произнесла Хадижа с легким вызовом.

- Всевышний. Ты все еще печешь свои деревянные бисквиты? - усмехнулся Роберто.

- Они стали лучше! Меня Халима учила со своим испанским пекарем, - закатила глаза девушка.

- Понравилось в Испании? Ты не рассказываешь, что там произошло, - подметил Роберто.

- Нравилось. До того как произошло нападение, - улыбка померкла на ее губах.

- Друг Малика так и не найден? Никаких следов?

- Нет. Ничего. Даже... костей или хотя бы клочка одежды. Он будто испарился. Малик сходит с ума из-за этого. Но еще больше Хали. Он... ведь говорил с ней в тот момент.

- Дерьмо случается. Не думай о нем, заноза. Как твои дела в учёбе? Сдала экзамены?

- Да, приходится много учить. Роб, Малик кое-что сделал. Только не злись, пожалуйста.

Хадижа помедлила, когда глаза старшего брата сузились. Девушка бросила взгляд через плечо. В комнате было не меньше десяти охранников со стороны посетителей и в три раза больше со стороны заключённых. Понизив голос, прижала трубку ближе к уху.

- Малик говорил со своими друзьями. Он сказал нам с Хали, что ты выйдешь на свободу через три месяца. Но это секрет. Они должны были сообщить тебе лишь за день, - сказала девушка настолько тихо, насколько могла.

- Что вы сделали в обмен на это? Хадижа, не впутывайся в это. Мой мир не твой. Я прикончу Малика, как только выйду за то, что он вмешивает тебя и свою жену, - прорычал Роберто.

- Эй! У парня такие связи. Ты хочешь и дальше гнить тут? - рассердилась Хадижа. А она то надеялась, что тот немного хотя бы будет рад.

- Я не хочу, чтобы моя единственная сестра влезла в криминальный мужской мир, - парировал мужчина. - Заноза, прошу тебя, больше не делай ничего, хорошо? Мне осталось...

- Всего лишь четыре года. - Ответила Хадижа за него. - Если я могу, то вытащу тебя. И мне не пришлось ничего делать. Малик сам сказал нам с Халимой буквально то же самое, что и ты. Я лишь вчера узнала, что тебя досрочно выпустят под условное заключение.

Роберто разочарованно покачал головой и провел устало по лицу. Тогда девушка заметила обилие татуировок. Видеть его за этим местом и знать, что это из-за нее он здесь, - было мучительно.

- Хорошо, заноза. Я свыкнусь с мыслью, что буду должен Сайеду. А ты больше не станешь лезть, хорошо? - в конце концов сдался мужчина и Хадижа расплылась в широкой улыбке.

- Не будь я занозой, то согласилась бы. А так, братец, придется терпеть.

- Как у вас дела дома? Как папа?

- Ничего. У папы нога начала болеть больше обычного. Но ты же знаешь его, отказывается наведаться в больницу.

- Ему грех жаловаться, когда дочь будущий док.

- У нас сегодня практика в клинике. Боюсь даже немного. Еще никогда не зашивала ничего больше, чем порезы мужчинам. А детям... Боже упаси!

- Ты сможешь, маленькая бука. Только не давай страху взять верх.

- Время вышло, - прогремел по обе стороны громкий голос и улыбка Хадижи мгновенно сошла с лица.

Она старалась не унывать и не заплакать, когда Роберто кивнул ей. Долгие годы в тюрьме оставили неизгладимый отпечаток на повадках старшего брата. Даже в глазах появился затравленный взгляд. Девушка подняла руку и приложила к холодному стеклу. Он вытянул свою, и тонкая незримая стена разделяла в паре дюймов их руки.

Послав ему воздушный поцелуй, постаралась придать себе не унывающий вид. Она Хадижа. Девушка, которая не плачет. Кто ненавидит слезы, потому что это проявление слабости. Даже если порой хотелось заломить руки и кричать, она натягивала на лицо улыбку, хотя желала скрежетать зубами.

Середина весны и дороги размыло подтаявшими сугробами. Хмурое небо окутано мрачными тучами. Серые дома и бетонные высотки высасывали все хорошее из людей.

Теперь ее маршрут вел к медицинскому колледжу. Доставая белоснежный помятый халат, натягивала на ходу его и здоровалась хлопками по спине, и рукопожатиями с парнями, которые бежали на свои занятия в точности, как и она. Хадижа бросила взгляд на девушек, которые стояли в группе и смеялись.

Неприятное ощущение кольнуло в груди. Она не считала себя лучше их, но не могла найти ни с кем из девушек общий язык. За пять лет учебы в колледже, ей не удалось ни одну девушку, которую могла бы назвать просто: знакомой.

Халима была единственной подругой. Сестрой, которой у никогда не было. Близким человеком, кто мог дать совет и поддерживал несмотря на разное дерьмо в жизни. За получас до пары, Хадижа не вытерпела больше и набрала по видеосвязи.

Но так и не ответила. Хадижа, расстроенно убрала телефон и вошла в аудиторию. Сев подле одногруппника, покрутила ручкой, глядя на чернила. На кафедру вышел профессор и все голоса разом умолкли.

После занятий, Хадижа прощалась с парнями-одногруппниками, которые просили передать привет братьям и отцу. Вот кем она была. Лучше всех у нее выходило дружить с парнями. Это было с детства.

***

Прошлое.
Восемнадцать лет назад.

По извилистой грязной тропе шли две фигуры. Женщина с рыжими волосами в длинной черной юбке с белыми полосами и голубой рубашке. Она держала за руку маленькую девочку с огненными волосами лет пяти в розовом комбинезончике.

Вот они обе поднялись по длинной лестнице, откуда из зала доносились крики. Сняв обувь, прошли в бойцовский клуб "Сила" и по обонянию ударил неприятный запах пота и смесь мужских лосьонов для тела. Всюду, мужчины и парни разбились на пары, спарингуюсь.

Девочка вырвала руку из маминой хватки и с визгом подбежала к концу зала, где тренировались в боксерских перчатках группа мальчиков, от пяти лет до тринадцати. Тренер, высокий мужчина, с каштановыми волосами наблюдал за ними, как орел с высоты, возвышаясь над ними.

- Папа! - завизжала девочка, бросаясь к тренеру.

Мужчина подхватил ее на руки, с улыбкой поцеловав девочку. Поправив ее платье, взглянул на свою жену, которая остановилась, чтобы послать ему нежный взгляд.

- Роби, Мэди, Джахи! - помахала братьям Хадижа, свесившись с объятий отца.

Старшие братья буркнули в ответ и продолжили свои занятия, глядя перед собой, в зеркала. Отпустив Хадижу, Сарухан подошёл к своей жене.

- Мадина, все нормально? - обеспокоенно спросил мужчина.

- Да, Хадижа капризничала и плакала, что хочет к вам. Мы тут посидим, - успокоила мужа женщина и поцеловала в щеку мужа, после чего села на длинную грушу, которую использовали в качестве лавок.

- Господин Гаханер, а Артур ударил меня в нос! Кровь идет, - захныкал мальчик лет восьми.

- Запомни, Майки! Это не он ударил тебя, а ты пропустил удар и не защитил себя, не увернулся. А теперь, сынок, сходи в туалет. Спасибо, Мадина, - сказал он своей жене, когда женщина встала, чтобы ласково прижать свою ладонь к кровоточащему носу, уводя в туалет.

Маленькая Хадижа, найдя круглый розовый мяч, прыгнула на него и после легла животом на него, глядя как братья теперь разбились на пары и спарингуются, нанося один удар за другим. Иногда мужчины и парни, которые приходили на свои занятия, замечая девочку протягивали руки, чтобы она хлопнула ладошкой по их, в знак приветствия.

Все в этом зале знали крошку Хади, маленькую девочку, которая приходила вместе с матерью к братьям и отцу. И каждый пытался подарить ей то конфетку, то маленькую игрушку. Мужчины и парни с улыбкой наблюдали за тем, как она карабкается по тренажерам и перебирает мячи. Но никто не думал отгонять или посылать к матери. Постоянные клиенты этого места знали - девочка бывает здесь с матерью уже три года три раза в неделю

После занятий, семейство Гаханер садилась в семейный автомобиль: мальчики позади с Хадижей в автокресле, а их мама рядом с отцом. Пока мальчики ругались между собой, Хадижа игралась в куклу, откидывая с лица свои косички с резинками из бусинок.

Родители спереди говорили о своем, иногда со страданием оборачиваясь к своим детям. Дорога до частного дома занимала полчаса и вот Хадижа бежала с плачем позади братьев. Они всегда были первыми.

- Так нель-зя! Вы бежите специально быстро! - хныкала обиженно девочка.

- Иди сюда, принцесса. Мы быстрее, - смеялся отец, подхватывая на руки девочку и обегал сыновей.

- Это нечестно, папа! - обижался восьмилетний Мэдэн.

- Папа, нельзя играть с нами так, - возмущался одиннадцати летний Джахейр.

- Да ладно. Хади малютка, - смеялся тринадцати летний Роберт и бежал все равно.

Мадина Гаханер смеялась и ее звонкий смех терялся в ухоженном дворе. А после она шла за своей семьей на кухню. Совсем скоро все шестеро сидели за столом. Женщина ставила тарелки, а Роберт положил хлебную корзинку, когда отец принес огромный арбуз.

Их семья была шумной и дружной, даже несмотря на то, что мальчики всегда ругались, из-за игрушек и что буду смотреть по телевизору. Хадижа "воевала" лишь с Джахейром. Роберт помогал папе часто в мастерской. Мэдэн был тихим мальчиков и все время игрался со своими ракетами, лепя из пластилина солнечную систему. Джахейр был грубым и проблемным мальчиком. Его часто приводили соседи, когда он с другими мальчиками обижали пожилого бомжа в их районе. Или же он поджигал за гаражами деревья.

И даже несмотря на все их проблемы, как небольшая нехватка денег, у них была любящая семья. Так было, до одного случая, который разрушил их замок, состоящий из песка, оставив после себя ничего.

Их семья гуляла по парку. Мальчики запустили три воздушных змея. Хадижа на своем маленьком велосипеде крутила педали. Смеясь, она пыталась поймать хотя бы одного голубя. Но те со вскриком взлетали, скрываясь в голубизне неба. Рев мотора не сразу заставил девочку обернуться. Одно биение сердца пятилетняя Хадижа наблюдала за тем, как машина с огромной скоростью несется в их сторону. На девочку, сидящей на велосипеде, и на женщину, что в последний миг, до столкновения, протянула руку и оттолкнула велосипед.

Визг. Глухой стук. Что-то лопнуло и взорвалось. Велосипед с девочкой перевернулся и она упала. Хадижа лежала на асфальте, а щека прижалась к земле с камнями. С детских губ сорвался шепот: мама.

Женщина лежала на небольшом расстоянии от нее с открытыми зелеными глазами, свет который навсегда угас в них. Из уголка губ стекала струйка крови. А руки безвольно распростерлись под неественным углом. Медленно вокруг головы Мадины Гаханер образовалась кровавая лужа.

Чьи-то руки подняли девочку с земли, которая не могла оторвать взгляда от мамы. И как только это произошло, она услышала крики, вопли, плач и сирену.

- Мадина! - рев отца разорвал уши.

- Не смотри, заноза, - прошептал, давясь слезами Роберт, крепче обнимая ее.

- Я хочу к маме! Я хочу к маме! - не переставала плакать и вырываться Хадижа.

- Не смотри, не смотри, - повторял как мантру Роберт, а его слезы падали ей на макушку.

***

Наши дни.

В тот черный день они потеряли намного больше, чем мать. Хадижа плохо помнила из-за своего возраста то тяжелое время, но от сестры мамы - Гульназ, наслушалась о том, как горевал отец. Хадижа шла в сторону магазина, решив пройтись пешком. Хмуро глядя на свои поношенные ботинки, с улыбкой вспомнила, как она познакомилась с Халимой.

Хадижа, будучи пацанкой, которая могла только агриться на девочек и играть с мальчиками, вдруг увидела загорелую девочку за партой. Она уже была в третьем классе и новеньких кроме этой не было.

Девочка одета была с иголочки и подняла темный взгляд на нее. Хадижа захотела сесть рядом с ней и не спрашивая разрешения, присела. Новенькая девочка так и за целый день не заговорила с ней. Собираясь домой, Хадижа увидела толпу девочек, которые стояли у забора. Увидев ее, они рассмеялись.

- Мазутка, что это за рубашка? У кого ты отняла ее? У кого из братьев? - рассмеялась самая высокая девочка, из шестого класса.

- Иди в жопу, - огрызнулась Хадижа и толкнула их. Но потерпела поражение, когда шестиклассница оттолкнула в ответ.

Упав в лужу, она смотрела на них, которые тыкали на грязные пятна белоснежных колготок. Ей не хотелось плакать, а расцарапать им лица. Собираясь нанести им вред, Хадижа вдруг услышала робкий, но громкий голос.

- Оставьте ее! Разве так можно?! Толпой на одну! - произнёс незнакомый голос.

Обернувшись через плечо, Хадижа увидела новенькую девочку в синей школьной форме с бантиками и туфельках. Позади нее находился мужчина, подле машины и держал ее рюкзак. Девочка шагнула к Хадиже и протянула руку.

- В полку уродов прибыло. Кто ты такая?! - рассмеялась с пятого класса девочка.

- Хотите знать кто такие уроды? Придете домой и взгляните на свое отражение. - Прорычала Хадижа, принимая помощь от девочки.

- Да пускай и дальше говорят. Пойдем? - спросила ее девочка.

Хадижа послала своим обидчицам злой взгляд и направилась за той, что вступилась за нее. Девочка остановилась и обернулась. Ее темные глаза смотрели с интересом.

- Как тебя зовут? - спросила девочка.

- Хадижа. А ты?

- Халима. Ты далеко живешь? Я могу попросить водителя отвезти и тебя.

- Нет. Я домой уже не хочу. Меня тётя убьет за эти колготки. И накажет! Ненавижу этих дур!

Халима наклонила голову и перевела взгляд на свои ноги.

- А если я отдам тебе свои, это избавит тебя от наказания?

С этого дня они были не разлей вода. Одна встреча и то, как робкая Халима вступилась за нее там, где вступались лишь ее братья, и редко близкие друзья братьев, произвели впечатления на Хадижу. И за эти годы им обеим не удалось найти никого больше. Это было больше, чем дружба. Халима часто шутила, что они духовные сестры.

Тропа от магазина до дома казалась бесконечно из-за огромных пакетов. Хадижа замедлилась, разглядев незнакомый автомобиль во дворе. Это было не в новинку, но ее смущали номера. Как и отсутствие отца. В это время он еще был в зале, обучая мальчиков боксу.

Из частного дома вышел средний брат Джахейр, нервно глядя по сторонам. Из автомобиля выбрались двое мужчин. Хадижа остановилась, решив остаться пока в тени. Неприятное чувство оседало на плечах. Она знала многих в их городе, и даже из ближайших селений, за счет золотых рук отца. Многие желали, чтобы чинил или что-то менял в машинах именно Сарухан Гаханер.

Один из незнакомцев был худощавый мужчина, с острыми чертами лица, которые уродовали его. Болезненный желтоватый оттенок кожи напомнил Хадиже о больных, зависимых наркотиками. Их привозили на практику в нарко-приюты, когда семьи пытались излечить их. Но вся его одежда была чистой и опрятной. Другой мужчина рядом с этим был низким и полным. И оба улыбались брату.

Даже с такого расстояния, скрытая деревьями, Хадижа видела по лицу Джахейра, что брат не волнуется, нет. Это был страх. Ее безумный брат, который не пропускал ни одной уличной потасовки, жил в клубах, - дрожал всем телом, с головы до пят.

Мужчина обхватил шею Джахейра и приблизил к своему лицу. Что-то сказав ему, показал пальцем в сторону частного дома. Хадижа боролась со своим желанием выскочить и встряхнуть хорошенько их. Собаки во дворе, привязанные к цепи, не переставали лаять.

Незнакомые люди плюнули в сторону забора и сели в свои автомобили. Дождавшись, когда те отъедут, Хадижа подхватила пакеты и как ураган понеслась к брату, который отчаянно провел по лбу.

- Кто это были? - разъяренно спросила громко Хадижа.

- Ты тут, - вздрогнул брат и придал себе непринужденный вид. - Мои друзья, кто еще, мелкая?

- Я все видела. Никакие они тебе не друзья. Кто они? Не лги! Я расскажу отцу, - вспылила еще больше девушка от вида его улыбки.

- Ты слышишь меня? Это друзья. Давай сюда пакеты и не тревожь отца по таким пустякам, - отмахнулся Джахейр, схватив ее пакеты. - К тому же ему не до этого.

- Это еще почему? - с подозрением спросила Хадижа.

- Потому что с утра папе звонили. Это насчет сватовства, - ухмыльнулся он, направляясь в дом.

- Наконец-то папа найдет тебе жену. Я устала убирать за тобой чайные пакетики и подбирать носки, - выпалила Хадижа, следуя за ним. - И не меняй тему!

Старший брат обернулся и взглянул на нее так, словно у Хадижи за секунду появилась вторая глава.

- Причём тут я? - спросил парень, словно она была самой глупой на белом свете и приходилось объяснять элементарные вещи. - Тебя хотят сватать. И это по поводу тебя звонили папе.

- Ни фига не смешно, - вновь огрызнулась Хадижа, ни на йоту не поверив ему. - Ты задолбал меня со своими шутками и розыгрышами. Неси пакеты на кухню.

- И семью господина Мураза я выдумал? И что его жена Алия звонила даже тете Гульназ? - протянул с издевкой парень, с шумом бросив пакеты на стол. А после выпрямился, глядя на нее с триумфом. - Папа дал добро. Они приедут через три дня. Он считает, что эта семья достойна его принцессы.

Хадижа начала понимать, что это вовсе не какая-то шутка. Джахейр бы не стал на подобное тратить свое время. Она не могла поверить, что такое случилось. Ринувшись на задний двор, отыскала отца. Ей нужно было знать все.