Глава 46.
Марко.
Как там говорят... любовь живёт три года? Ещё говорят, что после этих трёх лет идёт только привязанность и стабильность.
Но в нашем в нашем случае это не так.
Я встретил её юной девочкой, у меня было только влечение к ней, страсть и желание завладеть ей.
Эта идея брака с самого начала выглядела абсурдной. Все спрашивали: зачем тебе она? Юная, глупая девчонка. Но я жаждал её. Я хотел её...
Потом я понял, что мне хорошо с ней, что я действительно наслаждаюсь ей не только в постели. Мне нравилось слушать её болтовню, ругать за длинный язык и дурачиться с ней. Нравилось держать её в своих объятиях, прижимать к себе по ночам, гладить её волосы, пока она лежит на моей груди, смотря фильм, держать её ладонь в своей, ведя машину.
Я действительно полюбил её общество. И когда мы были в разводе, кто бы знал, как мне не хватало этого всего. Поэтому я и приходил к ней по ночам и садился возле кровати.
Потом мы снова воссоединились, и она сделала мне самый большой подарок в моей жизни, сообщила о беременности.
Мы прошли такой долгий и трудный путь. Сначала эта ложная информация о смерти детей в утробе, потом моя зависимость от наркотиков. Но мы прошли это, мы встретились с ними.
Элиза и Массимо. Можно было сказать, что огонь и вода, но нет, они оба огни. Вы только представьте, в них обоих смесь наших характеров, это же бомба замедленного действия.
Я думал, что нельзя любить больше троих людей, я думал так до того, пока Элена спустя 2 года не сообщила мне о второй беременности.
Да, это было ожидаемо, ведь я обещал ей кучу детей. Но тогда я снова был на небесах от радости, потом снова через год и ещё раз через 4 года.
Наша семья теперь состояла не только из меня, Эли и Массимо, но и Лайлы, Марии и Алессио.
Каждый первый крик, первая улыбка, первые шаги и первое слово, я всё это помню. Это такие моменты, ты видишь это и не представляешь, что это твои дети, твоя кровь и самое родное, что может быть на этом свете.
Я был доном, холоднокровным убийцей и самым властным человеком в Италии, был им за пределами дома.
Дома я был любящим отцом и мужем.
Переступая порог дома, я снимал эту маску и был обычным человеком.
Дети выросли и заняли свою часть дома. Она была полностью в их распоряжении. Они были свободными, у них почти не было ограничений, они росли счастливыми, и у них было настоящее детство.
У нас было только три правила для них:
1. Уважение к родителям и к окружающим их людям.
2. Безопасность. Камеры в коридорах и у двери их комнат, но не в самой комнате. Выход за территорию дома с охраной.
3. Что бы ни случилось, они не должны были переставать любить свою семью. Ссоры и драки — это понятно, но любовь всегда должна присутствовать.
Последнее придумала Элена...
Дети росли, старшие защищали младших, обучали их тому, что сами умеют.
Когда все пятеро стали самостоятельными, у нас с женой появилось намного больше времени друг на друга. По вечерам она не валилась с ног, у неё не болела голова от криков, и могла уделять время нашим отношениям.
Можно подумать, что пока дети были малы, у нас этого времени не было. Нет, это вовсе не так, мы находили его всегда. Но когда ты не беспокоишься, спят ли дети или нужна ли замена подгузников, его становится намного больше.
Чаще всего я доказывал ей свою любовь сексом, ласками или поцелуями. Так как она любит. А она в свою очередь делала то же самое.
Мы много разговаривали. Не только о семье или работе, но и просто о жизни. Я делился с ней своими мыслями, и она тоже.
— Ты знаешь, каждое утро, смотря на тебя, я понимаю, что люблю тебя всё больше. — пролетала Элена, лёжа у меня на груди.
— Ты думаешь, это возможно после пятнадцати лет брака?
— Не знаю. — она подняла голову и посмотрела мне в глаза. — Я сама удивляюсь, но это действительно так.
Я тоже любил её всё больше и больше.
Любил её ум, который во многом помог мне в моих делах.
Любил её сопение у своего уха, когда она спала в моих объятиях.
Любил её сонное ворчание, когда рано утром будил её поцелуем перед уходом.
Любил, когда она бежала ко мне со всех ног и прыгала в объятия после моих долгих поездок.
Любил её волосы, даже когда появился первый седой волосок на её голове, и она расстроилась, я всё равно любил их.
Любил её лицо, нежное и красивое. Даже с морщинами, которые пришли с возрастом, я тоже их любил. Любил её глаза, боже мой, какие у неё глаза... В них я тонул каждый раз, смотря в них. Самые родные глаза, цвета самого чистого озера и океана.
Я любил её даже тогда, когда болезнь потихоньку разрушала её. Она пришла внезапно.
Мы прожили почти 45 лет счастливой жизни, пока не настал тот ужасный день...
Врач сообщил о раке крови за неделю до нашей 45-й годовщине. Этот день стал самым страшным для нас.
Я видел, как у Элены затряслись руки и слезы полились по щекам, в тот момент я сам не мог сдержать слез.
Первые сутки Элена сидела в комнате и плакала. Она не впускала меня туда. Лишь изредка отвечая на вопросы.
Я стоял по другую сторону двери, и моё сердце разрывалось. Я не знал, что ей сказать и чем помочь.
Ближе к ночи я снова поднялся наверх, дверь была открыта. Элена уже спала. Я лег рядом и притянул к себе в объятия.
Проснувшись утром, я не увидел её рядом, спустился вниз и увидел её. Она сидела возле окна и читала книгу. Тогда она мне и сказала, что не хочет говорить об этом, не хочет, чтобы её жалели, и хочет счастливо прожить то время, которое ей осталось.
Мы провели это время счастливо. Элена принимала лекарство и проходила лечение.
Все пять лет она оставалась такой же, жизни радостной и улыбающейся.
Даже когда ей стало совсем плохо, она улыбалась мне и детям.
Дети стали навещать нас чаще, когда узнали о болезни. Им давалось это тоже очень тяжело.
Последний день её жизни я провел рядом. Держа за хрупкую ладонь в своей, я смотрел в эти прекрасные глаза, понимал, что жизнь покидает их, я не мог сдержать слёз.
Я просил её остаться, умолял не уходить...
Она понимала, что это её последние часы. Она молчала и просто смотрела на меня, с трудом поднимая руку, она вытирала мне слёзы.
— Я полюбила тебя тогда, когда ты не любил меня. Шепча, произнесла Элена. — Я боролась за нашу любовь, мы вместе боролись. Мы прожили прекрасные 50 лет вместе. Кто бы мог подумать, что мы столько протянем?
—Никто. —я крепче сжал её ладонь. — Я до сих пор помню тот день, когда ты кинула торт мне в лицо.
— Это было так давно. Прости, что не смогу сделать это на твои 80 лет, ведь тебе только через 2 года будет 80. Я не доживу...
— Любимая, пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня. Я не смогу без тебя, — сказал я, задыхаясь от слёз.
— Жизнь не вечна, Макро, но наша любовь вечна. Даже там, на небесах, я буду любить тебя. В следующей своей жизни буду любить, и все остальные тоже.
— Элена. — я упал на колени перед её кроватью и поцеловал каждый её палец. — Пожалуйста, не уходи.
— Это не моя воля, Марко, я тоже не хочу покидать тебя, но мне придется.
— Нет, нет, прошу, любимая. Пожалуйста, нет... Малышка, нет...
Звук аппарата привлек мое внимание, его писк был самым ужасным в моей жизни, на этот раз он говорил только об одном...
—Марко посмотри на меня.
Я закачал головой отказываясь в это верить.
—Посмотри на меня.
Я поднял голову и посмотрел в её глаза, жизнь покидала их.
— Я люблю тебя, слышишь? Я любила, люблю и буду любить тебя.
— Нет. — слезы застелили мои глаза.
— Мам. — послышался голос за спиной.
Дети поочерёдно вошли в комнату.
—Родные мои, послушайте меня.—Элена попыталась говорить громче, но у неё не получилось.
—Говори, мы слышим тебя.Не напрягайся.— мы все знали какую боль приносило ей это.
Алессио с Марией и Лайлой села на край крови, а Массимо и Эли возле меня.
Когда Элена открыла рот, чтобы начать говорить, она посмотрела на дверной проем и улыбнулась.
Лео, младший брат Элены, вошёл в комнату и встал возле сестры.
— Я так горжусь вами, всеми вами. Вы моя гордость и самая большая любовь в моей жизни. Моя семья. Все вы самые родные мои люди. Мои дети, муж и брат. Я всех вас люблю, каждого люблю. Массимо и Эли, вы мои старшие дети, мои помощники, мои ангелочки. Ваше рождение — самая первая огромная наша с папой радость в жизни. Мы боролись за вас, за ваше рождение и жизнь. Лайла, моя ранимая и нежная дочка. Мой хрупкий цветочек. Не давай себя в обиду никому, слышишь? Стой всегда на своем и покажи всем свой характер. Я знаю, тебе это не нравится, то уже пора. Мария и Алессио, вы все ещё мои маленькие крохи. Вы заполнили пустующие места в нашей семье. Ваше рождение сделало её полноценной. — Она посмотрела на брата. — Лео, мой младший брат. Ты пришел в нашу семью как подарок с небес для папы и мамы. Они и мечтать не могли об этом, но вот ты здесь. Сын нашего отца и его гордость. Его опора. Твоя мама стала для меня родной, и поэтому я никогда не считала тебя сводным братом, ты моя кровь и плоть. Пожалуйста, дорогие, оберегайте моих внуков и племянников. Всегда помните про третье правило: любите друг друга и уважайте, хорошо?
Все закивали. Все плакали, но внимательно слушали Элену.
—Марко, любимый. Я очень рада, что в тот вечер ты пришел на день рождения к моему отцу. Я рада, что ты выбрал меня, я поняла это не сразу, но я действительно рада этому. Ты моя первая и единственная любовь, всю свою жизнь я любила только тебя. Тебя и никого больше.
Она протянула дрожащую руку к моей щеке и провела по ней пальцами.
—Мой самый лучший муж.Спасибо тебе за все.Я...
Она запнулась, кашель одолел её. Монитор запищал громче.
— Я люблю тебя, знай это. Я буду ждать тебя там, на небе. Я не могу остаться, но знаю, что ты найдешь меня там, все мы там когда-нибудь воссоединимся. Я буду ждать. А пока этого не случится, буду смотреть на вас оттуда. Знай, что я рядом, когда тебе станет совсем плохо, посмотри в небо и знай, что я слышу тебя. Я буду рядом со всеми вами. Я люблю вас, — сказала она всем.
—Поцелуй меня.—прошептала Элена.
Я приподнялся и прижался к её холодным губам.
—Пожалуйста малышка...
—Я люблю тебя.
И её сердце остановилось.
Это был ужасный день для всех. Мы потеряли самое важное и дорогое в нашей жизни, нашу Элену. Наш луч света.
*****
—Привет любимая.— я сел на траву возле неё могилы.—Я снов пришел к тебе.
С фотографии на меня смотрела моя любимая. Я провел пальцем по её лицу.
— Ты навсегда останешься в моей памяти такой красивой. Тебя нет с нами всего полгода, но кажется, будто уже вечность и в то же время всего пару дней. Я всё ещё чувствую запах твоего геля для душа на нашей кровати. Я ничего не выкинул и не убрал. Всё стоит так же. Твои вещи, косметика, даже расческа лежит на том же столике.
— Я расставил твои фотографии по всему дому, так я представляю, что ты рядом. Когда просыпаюсь, я вижу тебя на этой фотографии, ты, улыбаясь, смотришь в камеру. Помнишь, как я фотографировал тебя? Я помню.
— По ночам я вижу сны с тобой. Там мы молодые и радостные. Сидя в гостиной, я чувствую твое присутствие, будто ты сидишь рядом и обнимаешь меня. Может, это уже старческие галлюцинации, но я чувствую, что ты со мной.
Слёзы прокатились по щекам.
— Знаешь, у меня для тебя хорошая новость. Я скоро приду к тебе. Я выполнил все миссии на Земле, я даже успел понянчить наших правнуков. И теперь я могу спокойно умереть. Да, именно спокойно, потому что я знаю, что ты ждёшь меня там.
— Я не могу без тебя. Я скучаю. — мой голос дрогнул. — Я очень скучаю, любимая. Мне так не хватает тебя, нам всем очень не хватает тебя.
Марко лег на землю, положив возле себя фотографию Элены, прошептал.
—Я люблю тебя....
Закрыв глаза, он последний раз вдохнул.
Он умер на могиле любимой женщины, той, которую он полюбил навечно, той, без которой не мог больше жить в этом мире.
Он умер со спокойной душой, зная, что любимая ждёт его.
Они прожили прекрасные 50 лет вместе, и теперь их ждала вечность...