Эпизод 1 "Игрушечный пистолет"
Скучный нудный день.
Я смотрел в школьное окно, на окне сидела красивая птичка - синичка.
Она нежно и резкими движениями стучалась в окно, возможно даже приветствовалась со мной, будь у меня птичий корм который продавался в ларьках возле нашей школы, я бы с удовольствием купил и покормил бы её, ведь она беззащитная дитя природы. Не когда не понимал людей которые обижают животных, и даже убивают...
И нет, я не веган, я тоже как и остальные люди ем мясо, я люблю есть шашлыки и обожаю жареную колбаску и многое другое, но люди которые обижают животных, они для меня не люди.
День сегодня был солнечный и субботний, уже давно растаял последний выпавший снег. Весной мы с папой любим делать скворечники, для таких красивых синичек как она, ее глазки! Она смотрела на меня очень внимательным и разглядывающим взглядом. Ее глазки пробежались по моему не самому красивому лицу, но я не стесняюсь своего лица, у каждого оно индивидуально.
Дальше ее внимание забрала моя белоснежная аккуратно поглаженная рубашка, папа всегда заботится что бы я выглядел очень аккуратным, он в людях ценит их строгий образ, и сам соответствует дресс-коду. Дальше птичка не могла оторвать взгляд от моей жилетки. Перед смертью эту жилетку подарила мне мама, она очень любила жилетки за их высокое качество!
Иногда я вспоминаю о маме, я очень любил её, как и она меня. Сейчас на календаре 2010 год а люди так и не создали лекарство от рака, я очень разочарован.
Как только я загрустил, моя синичка улетела, я дал птичке вымышленное имя "Стелла".
Но как только я хотел повернуть голову, я услышал смех моих отвратительных одноклассников.
Повернув голову, передо мной грозно стояла учительница по математике. В руках она крепко держала мою тетрадку в которой естественно я ничего не записывал, она держала с такой силой что ее невозможно было забрать. Она злостно опустила брови и резко изобразила недовольное лицо, и кажется я знал что она скажет...
– Ну что Агапов?
– Не проснулся еще?
– Или мне к родителям в гости сходить? – протараторила учительница.
– Извините. – пробормотал тихим голосом я.
Я не боялся её, но что то держало меня в страхе перед ней.
Её лицо еще больше скривило от злости, возможно от моего тупозначного извинения. Не скрывая, она хотела порвать эту тетрадь на четыре части и выкинуть в окно, где минутой ранее сидела Стелла.
– А знаешь что Агапов?
– Пошёл вон из класса! – очень громко крикнула математичка.
Она не когда не могла выгнать из класса серьёзного хулигана, только слабых и закрытых в себе парней. Когда-то она уже попыталась выгнать шутника класса, но после того как он встал и послал её, она с того момента выгоняла только слабых людей.
Одноклассники вокруг смеялись, смеялись над моей слабостью, над тем что я не могу ответить ей по серьёзному.
– Ты меня плохо слышишь!? – продолжала кричать математичка.
Я опустил голову, мне было стыдно. Я поправил свои засаленные не подстриженные волосы в надежде, что они закроют меня, спрячат от всего мира, и она не сможет меня больше увидеть.
Мой взгляд был направлен на мои аккуратные чистые туфли, мой отец купил мне эти туфли и говорил, что я буду самым модным в классе, со мной будут дружить и общаться, но все оказалось иначе...
У меня не было друзей в классе и даже в школе, я общался только с моим младшим братом, играл с ним в конструктор, вместе мы весело разбирали Лего, а после отец нас звал на ужин. И если задуматься, чего я добился за семнадцать лет, я оканчиваю одиннадцатый класс, и я даже не знаю кем я хочу быть в будущем...
Я аккуратно и со скрипом отодвинул стул от парты, снял свой портфель с крючка в руки и встал со стула. Ранее меня никогда не выгоняли из класса, а сегодня это и случилось. Класс всем хором захохотал с криками...
– Смотрите у него жвачка на штанине – крикнул шутник класса.
Математичка пыталась сдержать смех, а класс очень громко и противно смеялся.
Я стоял и ели сдерживал слёзы.
"Меня никогда так не унижали" – подумал я.
С минуты на минуту пойдут слёзы из моих глаз, и я быстрым шагом, чуть не побежав, направился к выходу из класса, под громкий смех мерзких людей, наблюдающие за этой жвачкой. Я был полностью разбит.
Мое сердце стучало с такой скоростью, что самый быстрый атлет в мире, бегал намного медленнее. С моих блестящих глаз, тонкой струйкой медленно капали слёзы, их уже было не остановить. Я побежал в туалет, единственное место где я мог посидеть и просто подумать.
Я пробежал мимо уборщицы, которая усердно работала для обеспечения семьи, родных и близких. Тяжёлая работа наверное, постоянно слышать разговоры школьников, смотреть на их гадости, которые они делают для личной забавы и приколов.
Дальше я пробежал мимо плачущей девочки, не настолько мне было интересно что у ней случилось, но с какой проблемой в жизни она столкнулась, серьёзнее чем у меня?
Её лицо выглядело красным, потёкшая тушь на ее глазах была заметна мне, её коротко стриженные и покрашенные в чёрный цвет волосы.
Кто её обидел?
Кто посмел что то сделать такой милой девочки. Черное и мрачное платье было надето на ней, цвет глубокой черноты и мрака. Злость ли скрывается в таком человеке, или способ самовыразиться.
Я бежал...
Бежал...
Бежал...
Я посмотрел еще раз на ее лицо, что бы разглядеть по внимательнее все красивые черты лица.
Но резким и довольно быстрым движением она подняла голову, и мы пересеклись взглядами.
"Голубоглазая девочка..." – подумал я.
Я молниеносно отвернул голову чтобы она не увидела мои быстро капающие слёзы, мне было очень стыдно...
И уже я добежал до своего назначенного места. Моя рука схватила ручку двери, и с облегчением я дёрнул ручку, но я точно не ожидал это...
Закрыто.
– Там закрыто парень, – нежным и дрожащим голосом сказала та самая голубоглазая девочка.
Я промолчал.
Ком в горле не давал мне что то сказать, я попытался произнести звук, но знал что слёзы пошли бы во все стороны от единого моего слова. Подумав, что это безвыходная ситуация, я хотел уже обернуться, но прозвенел звонок. Бежавшие ученики уже неслись в столовую, а остальные моментально заполнили коридор.
Я скрылся, мне было очень стыдно за себя.
Я начал спускаться по лестнице, ступенька за ступенькой, моя цель идти домой к отцу и любимому брату, только они могли поддержать меня. Охранник даже не посмотрел на меня, о какой безопасности может идти речь в нашей школе, если даже сотрудники не следят за порядком, кто входит а кто уходит, но мне сыграло это на руку, и я вышел.
На улице солнце уже скрылось, тёмные облака предвещали мокрый ливень, который обмочит меня полностью. Я шёл по безлюдной улице, все люди сейчас работали или были дома.
Я посмотрел на свои не дорогие часы, маленькая серебряная стрелка показывала на число девять, а большая стрелка на число восемь. Отец был сейчас скорее всего на работе, он работал сначала дальнобойщиком отвозил груз, но после смерти матери, нам с братом нужно было внимание от отца, и его любовь которую он не проявлял раньше.
Раньше он был постоянно на работе, одно время я его называл по имени "Владимир ". Я не считал его настоящим отцом, в детстве мне не давали такого внимания как моему младшему брату сейчас, но я рад за братика, что его детство проходит красочнее и ярче чем у меня.
На улице поднялся ветер. Деревья начали агрессивно шататься.
Интригующее чувство не правда ли?
Тёмные тучи были прямо надо мной, но по прогнозу погоды сегодня стояло яркое солнце. Улицы были пустые, было безлюдно. Чувство дежавю преследовало меня, будто все это уже случалось со мной. Молния промелькнула грозно в небе, показывала свою природную и магическую силу, и красоту во мраке черном. Ветер дул прямо мне в лицо, показывая трудности через которые мне надо пройти.
Сотни или тысячи крупинок песка сносило ветром, повернувшись чуть вправо, я увидел ту самую птичку синичку "Стеллу".
Я пошёл к ней, её глаза смотрели уже не тем самым добрым взглядом, они были уже злыми, хищными, безжалостными. Она взмахнула своими маленькими синими крылышками, видимо показать свою власть и волю, но её моментально сдуло куда то вдаль, где её уже не было видно.
Мне было страшно находиться на улице в такой погоде, я побежал со всех сил которые у меня были. Сегодня я не стал брать в школу куртку, из за благоприятного прогноза погоды, но что то пошло не по плану.
Дрожь пробежала по моему телу, мне не было холодно, мне было страшно. Я не испытывал такой страх к погоде никогда, но вдруг...
– Саша! – позвало что-то меня из чёрного тумана.
Улица была безлюдная, здесь не должно было никого быть, и в такую бесстрашную погоду. Мои зрачки расширились, мне стало до жути страшно, мои руки начали дрожать, мурашки пробежались по всему телу. Ноги остановились, в них не поступала кровь. Сердцебиение ускорилось, сердце вырабатывало очень много крови, будто не успевала подавать кровь другим органам. Уши внимательно слушают...
Звуки ездящего поезда?
Звуки перезарядки оружия?
А возможно и серийный убийца который увидел очередную жертву.
Шаги ускорились, я слышал что вот-вот кто то подойдёт.
Я закрыл глаза...
– Саша ё-мое, какого хрена ты не в школе – прозвучал серьёзный мужской голос.
Это был Папа...
Я открыл глаза, передо мной стоял белый полу грязный жигуль, а в нём сидел мой родной отец. Кажется он ехал с работы, но почему так рано.
Я без всяких мыслей дёрнул грязную ручку двери и сел в машину.
Папа сидел с очень хмурым лицом, как камень. Его мужественные руки сильно держали руль машины. Его брови сердито были нахмурены, глаза внимательно рассматривали дорогу. Он завёл машину с второго раза, обычно она заводится только с шестого. Папа много раз пытался её починить, но марка машины была очень старая.
Я знал что-то случилось, но мне было страшно начать первым разговор, так как я сбежал с уроков и мне может вдобавок прилететь.
У отца зазвонил телефон.
Мелодия из 90х звонко звонила, но отец даже не посмотрел на телефон. Я аккуратным взглядом посмотрел на телефон, звонил неизвестный номер. Я собрал все силы в кулак которые были, в мыслях перекрестился и пожелал себе удачи...
– Пап... – тихим и дрожащим голосом прошептал я.
– Что случилось?
Отец нахмурился еще сильнее, возможно готовил речь, собирался с мыслями, или вообще был готов заорать в неожиданный момент.
Но как только я хотел повторить еще раз отец перебил меня.
– Богдашка наш... – грустным и медленным голосом сказал отец.
– В больнице...
Моё лицо посинело, дыхание остановилось, мурашки пробежали по всему телу.
– Что!? – крикнул неожиданно я.
– Папа не томи, что случилось?
Огромный и быстрый ливень лил на лобовое стекло, папе было трудно управлять машиной, но он продолжил говорить.
– Воспитательница и группа Богдашки пошли гулять... - грустно говорит отец
– И как начался ураган, то воспитательница моментально позвала всех в здание... - продолжал медленно тянуть слова отец...
– Богдашка и его друг не услышали, и продолжали сидеть в домике...
– Как дальше мне сказали... – потерянным голосом сказал он.
Не замедляя речь, продолжил говорить.
– Неизвестная группа людей, возможно психи, выстрелили из травматического пистолета...
– Прямо в них! – крикнул жёстким и сердитым голосом отец и ударил по рулю автомобиля.
Я молчал, перед моими глазами вспомнился образ моего младшего братика...
Красные штанишки, темно зелёная кофточка на замке, и его прекрасная радостная улыбка. Я был готов убить любого за своего Богдашку. Теперь я понял почему отец уехал с работы и поехал по этой дороге, он ехал в больницу...
В моих глазах не было слёз, всех их я потратил по дороге на это место. Я сжал свои кулаки настолько сильно, что они были как булыжник и были полностью прочные.
Дорога становилась еще хуже, труднее и труднее отцу было управлять транспортом, из-за пожирающего урагана, ветер был настолько силён что сносил ветки деревьев как пух. Я посмотрел на чёрное небо, оно будто улыбалась мне, и я задумался...
Ветка берёзы резко прилетело прямо в окно школы. Школьный звонок раздался по этажам, все школьники и школьницы разлетелись по кабинетам.
Классный руководитель Елена Николаевна заходит в класс.
Её жёсткий стук каблуков можно было услышать ещё с 3 этажа, поэтому мой класс всегда замолкает заранее.
Ее большие современные очки были на лице, частично следила за модой. Зайдя в класс, она сразу открыла свой бумажный журнал и начала проверять присутствующих.
На её лице не было строгости, даже грустинка присутствовала в её настроении.
– Где Агапов? – серьёзно сказала классная руководительница.
Класс сразу засмеялся, но учительница ударила по столу.
– Что за смех?
– Где Агапов? – строго сказала учительница.
В классе встала староста, та самая крыска, которая подставит всех и все расскажет.
– Саша сбежал с уроков. – хитрым голосом сказала староста.
– Мы с классом в окне видели его, он побежал домой прямо в ураган.
– Испугался математичку просто – произнёс с хохотом шутник класса.
Учительница села спокойно на стул, и достала листок формата А4 и начала всё записывать...
Ураган стихал, природа снова приходила в себя, на небе появилась красочная радуга, передающая всю атмосферу погоды. Выглянуло солнышко, теперь оно светлио тёплыми лучниками которые аккуратно и осторожно грели землю. На улицу повыходили радостные и ни в чём не виноватые люди. На дорогах досих пор валялись ветки деревьев и пакеты мусора, которые ураган разнёс по всему городу. Птички начали петь свою красивую мелодию, как в детстве на речке.
Я посмотрел на отца, я очень хотел знать о чём он сейчас думает. Его устылые карие глаза, давно не стиранная потрёпанная рабочая форма и огромное грязное пятно на штанах, оставленное после сложного рабочего дня.
Он очень переживал, я не когда не видел что бы отец плакал или выражал такие слабые эмоции, но сейчас ему было очень трудно. На похоронах мамы он даже не пришёл, у них были очень сложные и тяжёлые времена, но что бы на столько не уважать свою жену...
Я отвёл взгляд и посмотрел вдаль, мы почти были на месте, я увидел старое потрёпанное здание напоминающее заброшенную псих больницу из страшных фильмов, которые мы с младшим братом обожали смотреть. Нам было очень страшно и мы постоянно кричали и мешали отцу спать ночью, иногда папа даже ругал нас, и на следующий день мог даже наказать нас за такую бестолковую выходку.
Это потрёпанное здание должны были снести еще несколько лет назад, но из-за бюджета города эту проблему перенесли на несколько лет вперёд.
Оно выглядело мрачным, эти потресканные почти обвалившийся кирпичи, разбитые в дребезги деревянные окна, и сгоревшая деревянная крыша, пугало меня больше всего.
Я слышал как одноклассники говорили об этом здании, как в нем обитают злые духи которые забирают плохих людей, или людей сотворившие много гадостей в этой короткой жизни.
- Раньше это был морг. - тихим и грустным голосом сказал отец.
Отец увидел мой взгляд и что я рассматривал, но я промолчал.
Я попытался разглядеть по лучше это двухэтажное здание, но густой заросший чёрный лес не давал мне полностью разглядеть эту постройку.
Над машиной пролетели громко каркающое вороны. Они летали вокруг этого мрачного леса, их что то притягивало, некая тёмная магия.
И вдруг мне показался тёмный огромный силуэт.
Силуэт человека!?
Я протёр глаза и поправил свои гигантские очки в надежде что увижу силуэт по лучше, но это стояло просто чёрное обгорелое дерево обматанное толстой прочной верёвкой.
Я что то видел, либо мое зрение уже на столько ухудшилось, что я стал видеть тени и галлюцинации, рассказать ли отцу о том что я увидел?
"Не думаю что это сейчас так важно" - в голове пробормотал я,
ему и сейчас тяжело без моих бессмысленных слов.
Я посмотрел на свои потресканные наручные серебряные часы, было уже десять часов...
Машина затормозила, отец поставил автомобиль на ручник.
- Выходи. - сказал отец.
Я плавно и нежным движением открыл дверь нашей старой машины.
- Быстрее давай! - крикнул серьёзным голосом отец.
Я моментально захлопнул дверь машины и ответил своим проницательным взглядом на просьбу отца.
Мы зашли в больницу, нас встретил огромный металлоискатель который уже много лет не работает.
В больницах всегда была очень странная для меня атмосфера.
Мимо проходили молодые пары с детьми, которые торопились на приём к врачу.
Едва ходившие бабушки с грязными платками в руках, и пытавшиеся разобраться в какой им нужно кабинет.
Молодые парни проходившие мед комиссию в военкомат, и стоявшие толпами у кабинета психиатра.
Эти малые длинные коридоры с портретами известных учёных двадцатого века.
В углах стояли медицинские кровати на которых лежали раненные люди. Их лица были очень усталыми и тяжёлыми.
Где их родные?
Почему возле них не стоят родные и не поддерживают их в такую трудную минуту.
Молодые интерны проходили мимо нас с пакетами медицинских карт для пациентов, которые будут неделям проходить медицинские осмотры у каждого врача по отдельности.
Мы подошли к не аккуратно чистой деревянной стойки, для того что бы узнать где лежит мой братик.
Отец очень аккуратно и нежно похлопал по плечу бабушку стоявшую первую в огромной очереди в регистратуре.
– У меня сын там, в критическом состоянии... - сказал отец.
– Мне срочно нужно узнать в каком он кабинете.
Бабушка вполне не торопясь повернулась к моему отцу, ее бордовая кофта была прямо сшита на ней, её сразу же прорвало на хитрую улыбку, её рука сжалась в крепкий кулак, а её поза превратилась в самоуверенную даму лет двадцати. Она вполне медленным движением руки показала кулак моему отцу, и медленно начала говорить.
- Во, видел. - сказала противная бабушка.
- Всем тут плохо не только тебе. - дополнила свои слова бабушка.
И даже не послушав что ответит мой отец, повернулась как ни в чём не бывало.
Сразу после этого, в очереди послышались шёпоты и сплетни про моего отца, все смотрели на него осуждающими взглядами, будто готовы были разорвать его на мелкие частички.
На их лицах можно было увидеть ненависть и злость, к нашей просьбе.
Отец, сдерживая свои эмоции, очень глубоко вздохнул, и перед тем как начать конфликт и разнести всю регистратору в пух и прах от своей злости, он повернулся ко мне и сказал.
– Саш, посиди на 1 этаже у операционной, сейчас я разберусь, – серьёзным голосом сказал отец.
Я лишь кивнул и готов был уже закрыть уши и убежать с этого места, что бы не испытывать испанский стыд за своего отца.
Быстрым шагом своих ног, я удрал с этого места, но даже будучи в другом коридоре я услышал как отец громко кричал и матерился.
Он не стесняясь, высказал все этой самоуверенной бабушке, то что думал.
Я обернулся и увидел как охрана с дубинами на поясе стремительно подбежали к нашумевшой регистратуре, что бы выяснить и разобраться в причине грубого крика, но пройдя еще поворот, толстые и огромные стены заглушили все крики и звуки голоса моего отца.
Я увидел белоснежную дверь с аккуратной сделанной табличкой с чёткими и печатными буквами "Операционные".
Зайдя туда, сидела не малая очередь тоскующих людей по своим близким и друзьям.
Я увидел чью ту маму которая очень сильно ревела в платок, держа сильным хватом в руке фотографию какого-то человека.
Ее слезы очень нежно капали на тонкую белую блузку.
Рядом сидел черноволосый бородатый мужчина.
Он очень вдумчиво смотрел в стену двери, так же периодически считал что то на пальцах, смотрел на не правильно работающие настенные часы, и периодически резкими движениями топал своим кроссовкам по полу.
По нему было видно что он очень переживает за кого-то, и готов был уже ворваться в операционную и спросить "Всё ли хорошо?".
Но моё внимание забрал мальчик лет восемнадцати. Он очень сильно выделялся от других людей.
В отличии от других, у него не было грусти, а что то вроде хитрой улыбки на лице, его глаза не боялись а только приятно закатились от удовольствия.
В ушах были необыкновенные проводные чёрные наушники а в огромных ладонях он крепко держал красивый тёмного цвета видео плеер.
Он элегантно жевал жвачку, на его гладком побритым лице были кровавые раны оставленные после жёстких драк.
Он сидел в позе "нога на ногу" очень не красиво если сравнивать с другими людьми.
На его ногах надеты потасканные и старые кроссовки от компании "Adidas" чёрно-синего цвета, на которых едва была видна подошва из-за большого количества грязи.
Стильный чёрный спортивный костюм был прямо как новый. Такой костюм я видел за большие деньги на рынке, и мой отец бы даже не посмотрел бы на такую дорогую вещь.
На его крепких кулаках были кровавые ссадины с краснымы ранами, а из них мелкой струйкой капала жидкая чёрно-бордовая кровь.
Я так долго разглядывал поведение и одежду этого мальчика, как не заметил свободное сидение рядом с ним.
Я спокойным шагом подошёл к этому сиденью и с противным скрипом сел на свободное место.
Поправив волосы, я почувствовал очень противный запах пота со стороны мужика с бородой, теперь я понял почему сиденье было свободно.
Каждую минуту этот запах становился все противнее и противнее, не думаю что я вдыхал кислород.
Долго думая, я снял портфель с правого плеча и расстегнул его. Я торопливо взял самую первую попавшуюся тетрадку, и начал быстро махать ей в сторону лица, изображая огромный веер.
"Облегчение" – подумал я.
Мурашки пробежали по моему телу.
Я замер...
Боковым зрением я заметил холодный взгляд заострённый на мне. Этот незнакомец похожего на гопника смотрел очень серьёзно и вдумчиво. Резко он поменял позу ног, теперь он сидел как настоящий хищник и очень быстрым движением, он убрал видеоплеер в карман.
Я почувствовал сильную слабость в себе, находясь рядом с ним. Мне было очень страшно, моя нежная рука начала трястись, глаз задёргался, пальцы онемели, губы засохли, во рту не хватало слюны...
Он прохрустел пальцами по отдельности и очень медленно расслабил руку. Я почувствовал вкус клубничной жвачки которая была у него во рту. Его очень короткая причёска выделялась больше всего, она нагнетала обстановку, обычно только зеки стригутся налысо.
Но только я хотел встать с этого места что бы отойти к яркому окну и подождать отца, я услышал его серьёзный голос.
– Веришь в страх? - сказал незнакомец.
Я смотрел прямо, и в белоснежную стену, и сделал вид что я задумался.
Я даже не знал как ответить на его заданный вопрос...
В ту же минуту он нахмурился, и слегка толкнул меня своей ногой, подав знак что бы я повернулся.
Мои зубы затряслись и я повернул голову.
– Это вы мне?.. - очень тихо и с не уверенностью сказал я.
Незнакомец очень медленно но продолжил говорить.
– Люди думают что в больницах спасают и лечат людей.
– А в душе, они просто зарабатывают деньги, – медленно говорил он.
Он опустил свою левую раненую руку и засунул в карман, где возможно лежал видео плеер, и почти не стесняясь, высунул пластиковый игрушечный пистолет.
– Люди думают что игрушка не ранит, но если постараться, то из такой игрушки выйдет настоящее оружие. – с ухмылкой произнёс он.
Я не понимал к чему он вёл, и имели ли его слова значение, а возможно я всё это выдумываю и он разговаривал сам с собой.
Этот пистолет выглядел очень странно, в полу разобранном состоянии, дуло пистолета было покрашено в красный цвет. Спусковой крючок был металлическим в отличии от самого пластикового пистолета. На его рукоятке была надпись выцарапана острым ножом. Из-за своего зрения я не смог прочитать надпись, но первая буква кажись была "T".
Незнакомец резко встал, и держа игрушечный пистолет в руках сказал.
– Константин, меня звать, – серьёзным голосом сказал незнакомец.
– Еще увидемся... – промолвил он.