Время - Назад

Москва. ул. Горбунова. Головной офис Росгарантии. 28 февраля 2017 года.

А ведь в тот день ничто не предвещало неприятностей. Утро, как утро. Мерзкое такое, холодное февральское утро. Кто бы мог подумать, что именно сегодня наша прежняя привычная жизнь изменится навсегда. За окном шёл мелкий дождь. Внутри кипела привычная, каждодневная работа. Обычные законопослушные граждане плотным потоком стекались в Росганантию, чтобы застраховать свои крохотные квартирки или старые убитые машины. Люди "посерьёзнее" захаживали с целью превратить своё левое криминальное бабло в чистую законную прибыль. Понятное дело, что к этим вторым отношение было совсем другое.

Вот Биря как раз ведёт переговоры с какими-то блатными в отдельном кабинете. На столе коньяк и бутерброды с чёрной икрой. Держаться они по-дружески. Видимо, знакомы уже не один год. В соседнем кабинете Золотой сидит за компьютеров. Уже второй час, не отрываясь, таращится в монитор и сверяет в уме бесконечные столбики цифр. А тут ещё, вдобавок, Тихий приплёлся. Вообще-то он сейчас "работает" в Оловенстрое вместе с Авосей. Но, видимо, скучно ему там стало, вот и решил наведать старых друзей. Шляется этакий двухметровый бугай с детским лицом по этажам и одним своим видом приводит в ужас здешний офисный планктон. Одет в строгий дорогой костюм. На ногах кроссовки, на голове яркая нелепая кепка. В одной руке зонтик, в другой – упаковка пива. Вот он решил легонько "наехать" на одного из бухгалтеров. Видно, Тихому не понравился цвет его галстука. Схватил беднягу за этот самый галстук и крепким подзатыльником отправил в нокаут.

А в целом в Росгарантии сегодня всё спокойно. Нормальная рабочая обстановка. Латыш, правда, ведёт себя как-то странно. Или бегает как ужаленный по коридорам с увесистым чемоданчиком, или сидит безвылазно в своём кабинете. И взгляд у него какой-то нехороший. Весь такой нервный и дёрганный. Говорит мало, почти ни с кем не здоровается, а при встрече сразу отводит глаза. Ближе к полудню Золотой на всякий случай заглянул к нему в кабинет. Латыш сидел за столом. С правой стороны кипа бумаг, с левой – начатая бутылка виски. При появлении старого друга, он вздрогнул, словно его застали за чем-то неприличным. А потом испуганно спрятал бумаги под стол.

-Тебе чего?

-У тебя всё в порядке, Латыш? Может, случилось что?

-Всё... всё у меня нормально, – Латыш злобно покосился на Золотого, – А ты чего хочешь? Иди работай...

Золотой лишь пожал плечами и двинулся назад к выходу. Латыш окликнул его, когда тот уже потянул на себя дверную ручку:

-Слушай, а чего это Тихий здесь шляется?

-Да, просто так пришёл. Решил друзей наведать.

-Нечего ему здесь "просто так" ходить. У нас работы полно. Пускай топает назад в свой Оловенстрой.

Позади послышался лёгкий звон стекла. Это Латыш дрожащей рукой налил себе полный стакан вискаря и осушил его одним залпом. У человека сегодня явно плохой день. Нервишки шалят основательно.

Едва Золотой вышел из кабинета Латыша, как по всему зданию раздался громкий, протяжный свист. Это охрана включила сирену безопасности. Похоже, у них сегодня незваные гости. В тот же миг на коридор выбежал Биря. Лицо каменное, взгляд тревожный. Золотой сразу бросился к нему навстречу.

-Что случилось?

-Маски-шоу, мать их...

А на первом этаже уже слышались грубые крики спецназа:

-На пол, сука!!! Лежать!.. Руки на стол, чтобы я видел!..

Не прошло и пары секунд, как они уже поднялись наверх. Работали бойцы слаженно и оперативно.

-Всем лежать!.. Лицом на пол!..

Захват здания произошёл гладко и стремительно. Кто не торопился падать на пол, тому очень быстро и "вежливо" помогали это сделать. Золотого скрутили неподалёку от Бири. Чуть в сторонке с грохотом уронили на пол массивное тело Тихого. Лишь по ковровой дорожке покатилась недопитая банка из-под пива. Последним из кабинета вывели Латыша. Он не сопротивлялся. Послушно передвигал ноги, и всё время тупо смотрел в одну точку. К тому времени он уже был порядочно пьян.

-Этого отпустите. Он с нами.

Приказ исходил от человека в форме полковника. С виду дедок – божий одуванчик. Невысокий и седовласый. С приветливым лицом и добродушной улыбкой. Больше похож на какого-нибудь дачника-пенсионера или учителя географии из маленькой сельской школы.

Латыша сразу отпустили. Он заискивающе улыбнулся, после чего бегом бросился в свой кабинет, и через секунду вернулся оттуда с увесистым чемоданчиком. Чемоданчик он передал старому полковнику.

-Вот, Сергеич... здесь бумаги, о которых я говорил.

Биря и Золотой удивлённо покосились на Латыша. Тот, напротив, даже не смотрел в их сторону. Пару минут отводил взгляд и делал вид, что не замечает старых друзей. Потом, наконец, не выдержал. Подошёл к ним шаткой походкой, скорчил свою привычную клоунскую гримасу и поднял вверх указательный палец.

-Вы меня это... простите, братаны. Больше нам не по пути. Вы уже покойники вместе со своим Авосей. Сядете на нары до конца жизни. А я с вами не хочу... гы-гы. Я лучше сяду в белый самолёт и улечу навсегда в Рио-де-Женейро.

-Ах, ты, тварь!

Позади вдруг послышался голос Тихого. Он смотрел на Латыша каким-то страшным, безумным взглядом. Весь покраснел от злобы и начал медленно подниматься с пола.

-Лежать, сука!

К нему подбежал один из спецназовцев и, не мешкая, ударил ногой по рёбрам. Тихий даже не вздрогнул. Он с детства умел держать удар. Наградил Бог человека богатырской силой в ущерб умственным способностям. На его градом сыпались удары, а он лишь тихонько хрипел, как электрочайник. Через секунду Тихий уже поднялся на ноги. Совсем неплохая скорость для того, кто весит сто пятьдесят килограмм, и чьи руки за спиной крепко скованны наручниками. Он шагнул к спецназовцу и сходу вырубил того ударом головой в переносицу.

-Латыш, я тебя убью.

Латыш испуганно попятился назад. Тихий бросился на него с дикой, остервенелой яростью. В эти минуты он готов был рвать зубами старого друга. На его пути встало ещё два бойца спецназа. Тихий даже не сбавил скорость. Просто протаранил их всем весом, как шар для боулинга таранит кегли на дорожке. Через пару секунд Тихий мог бы достать Латыша, если бы седовласый полковник вовремя не выхватил пистолет и не выстелил ему прямо в голову. Где-то рядом раздался протяжный женский крик, после чего во всём здании повисла мёртвая, гнетущая тишина. Труп Тихого лежал на полу в луже крови. Бухгалтера и прочие сотрудника компании на пару секунд замерли в оцепенении. Латыш побледнел и отшатнулся в сторону. Биря с ненавистью смотрел на, стоявших рядом, фэбсов и бойцов спецназа.

-Вот, досада то, – старый полковник спрятал пистолет и неодобрительно покачал головой, – Только жмуриков нам здесь не хватало. А вы, ребята, чего застыли? Обыскать кабинеты и изъять всю деловую документацию. Никого не впускать и не выпускать из здания. У подельников Авоси забрать телефоны и рассадить их по разным автозакам.

Золотого и Бирю грубо подняли с пола и потащили вниз по лестнице. Сначала одного, затем другого. Биря напоследок успел кивнуть старому другу.

-Ты нас извини, брат. Мы думали, что это ты фэбсам стучишь.

Золотой лишь печально усмехнулся.

-Ладно... проехали.

-Заткнулись, бл... дь, оба!

Здоровенный бугай в маске с такой силой вывернул руку Золотому, что тот едва не закричал от боли. После этого его быстро вывели из здания, запихнули в автозак и минут двадцать катали по Москве. Остановились они у какого-то большого, серого здания с маленькими окнами. У входа Золотого приняли два сотрудника в форме. Первый был худым и долговязым, с наглой, противной рожей. Второй – невысокий и коренастый. Весь такой серьёзный и сосредоточенный. С Золотого сняли наручники, и повели куда-то сперва по длинному узкому коридору, а затем вниз по лестнице. На последней ступеньке Золотой вдруг остановился и внимательно осмотрел своих конвоиров.

-Ребята, мне бы позвонить.

Долговязый в ответ нагло и вызывающе усмехнулся.

-А мне бы сейчас в отпуск на Куршавель и зарплату побольше. Топай, давай, пока в бубен не получил.

Золотой не унимался.

-Ребята, вы не поняли. Мне реально позвонить надо. Жена беременная волнуется. Ну, будьте вы людьми. У вас же есть с собой мобильники.

-Мобильник имеется, да только тариф у меня дорогой. Боюсь, не потянешь.

Золотой с грустью похлопал по своим пустым карманам. Делать нечего. Теперь оставался только один выход. Он вставил два пальца в рот, уцепился за свой счастливый золотой зуб и резким движением вырвал его вместе с корнем. Опера переглянулись. Через секунду Золотой уже протягивал долговязому окровавленную коронку. Тот, конечно, удивился, но золотишком не побрезговал. Молча достал мобильник и протянул его задержанному.

-Держи, чудило. У тебя две минуты, и говорить ты будешь только со своей беременной женой.