в доме
Тэён тяжело дышал на полу, боль отдавалась в каждом мышце. Кухон наклонился к нему, холодно оценивая взглядом:
— Я не хочу убивать тебя, — сказал он ровно, без тени эмоций. — Уйди отсюда добровольно. Это твой единственный шанс.
Тэён медленно поднялся на ноги, каждое движение давалось с трудом. В глазах — огонь ярости и обиды. Каждое слово Кухона звучало как вызов, но в его сердце вспыхнуло ещё большее чувство: решимость.
— Я уйду… — сказал Тэён сквозь стиснутые зубы, — но помни это: когда придёт последний бой… я убью тебя.
Кухон лишь усмехнулся, холодно кивая. В его глазах мелькнула тихая оценка, словно он уже предвидел этот момент.
Тэён сделал шаг назад, а затем ещё один, и, сжимая кулаки, развернулся и ушёл из здания. Каждый шаг отдавался в сердце как обещание: он вернётся, и тогда не будет пощады.
Мин и охранники наблюдали, а коридор остался пустым, пропитанный напряжением, страхом и обещанием будущего столкновения.
В тот момент тишину коридора прорвал громкий хлопок. Рэйден спустился с лестницы, шаги звучали уверенно, а улыбка на лице добавляла всей сцене нотку вызывающей дерзости.
— Ну что, — сказал он, хлопнув ещё раз, — это был просто крутой фильм! — его голос эхом разнёсся по пустому коридору.
Все взгляды обратились к нему, часть из них от удивления, часть — от недовольства, но Рэйден даже не обращал внимания. Он медленно подошёл к Кухону, взгляд его был острым, как лезвие.
— Слушай, — сказал он, слегка наклонив голову, — что ты придумал насчёт последнего боя?
Кухон взглянул на него, холодно улыбаясь. Его глаза блестели от интереса и опасной уверенности.
— Последний бой будет особенным, — спокойно ответил он. — Настолько особенным, что никто из них не уйдёт отсюда прежним.
Рэйден усмехнулся, слегка покачав головой:
— Ну что ж… посмотрим, кто действительно выйдет победителем.
В коридоре повисло напряжение: слова Кухона звучали, как тихая угроза, а Рэйден лишь добавил ей остроты. Каждый присутствующий чувствовал, что впереди их всех ждёт нечто большее, чем просто драка.
—собираешься убить их?
—не знаю, может быть, убью наверное Т/и и У Ёна,
—почему именно их? За то что У Ён тебе предал?
—да, и не только, я его ненавижу, хочу прикончить
—а если случайно убьёшь Рину или кого то другого?
Кухон посмотрел на Рэйдена с ледяной улыбкой, в глазах мелькнул блеск хитрости.
— У меня кое-что есть на примете, — сказал он тихо, ровно, но так, что каждое слово звучало, словно предупреждение.
Рэйден сразу напрягся, глаза блестели от интереса. Он шагнул ближе, готовый слушать:
— Рассказывай, — сказал он, почти шёпотом, но с азартом в голосе.
Кухон наклонился чуть ближе, чтобы никто не услышал:
— Перед последним боем ты будешь рядом с ними, — произнёс он спокойно, но с угрозой, которая ощущалась как ледяной нож. — Ты наблюдаешь, узнаёшь всё… а потом тихонечко бросишь их в ловушку. Так я смогу уничтожить их всех без риска для себя.
Рэйден на мгновение замер, глаза сужены, но на губах появилась хитрая улыбка.
— Понял, — сказал он спокойно. — Всё будет сделано, как ты сказал.
Кухон кивнул, удовлетворённо улыбаясь. Его план был в действии, и теперь всё зависело от точности Рэйдена.
В коридоре повисло напряжение. Никто не знал, что внутри Рэйдена — согласие, но и азарт от игры с чужими жизнями. Вскоре наступит момент, когда этот план начнёт действовать, и последствия будут непредсказуемыми.
Мы все вышли на улицу. Ли Че Хо и Сан метались, пытаясь разыскать Тэёна, а я с У Ёном нервно звонила ему, сердце сжималось от тревоги. Джихо и Чонмин стояли рядом, испуганные, почти не двигаясь, глаза широко раскрыты от напряжения.
Вдруг машина остановилась прямо перед нами. Сердце сжалось в груди — из неё вышел Тэён.
Мы тут же испугались и побежали к нему, глаза вперёд, дыхание сбивалось. Его лицо было покрыто царапинами и следами битвы, но в глазах горела та же решимость.
— Тэён… — я выдохнула, дрожа, подбегая ближе.
Он взглянул на нас и коротко кивнул:
— Всё в порядке, — сказал спокойно, хотя раны на лице говорили о другом. — Давайте, идём.
Без лишних слов он пошёл дальше, к коридору, а мы, не отрываясь, следовали за ним. Страх постепенно смешивался с тревогой, ведь каждый шаг Тэёна показывал: он всё ещё готов сражаться и защищать нас всех.
Тэён направился к врачу, не отрывая взгляда от дверей палаты Рин. Сердце колотилось, в груди — смесь страха и тревоги.
— Скажите, с Рин всё в порядке? — спросил он, голос чуть дрожал.
Врач кивнул, успокаивая:
— Да, состояние стабильное. Сломанная рука зафиксирована, внутренние повреждения минимальны. Она будет в порядке.
Тэён выдохнул, словно тяжесть спала с плеч. Он повернулся к нам и кивнул, давая понять, что можно идти.
Врачи проводили нас до выхода и отправили домой, сказав, что теперь главное — восстановление и покой.
Мы все сели в машину и поехали вместе. Атмосфера была напряжённой, но с каждым километром приходило облегчение. Минджэ, сидевший рядом с Тэёном, выглядел словно золотой ангел — заботливый и внимательный.
— Слушай, — начал он, взгляд полный любопытства и беспокойства, — где ты был? Что произошло там? Ты в порядке? Ты ранен!
Тэён тихо кивнул, слегка ухмыляясь, но в глазах всё ещё блестела усталость и гнев:
— Всё нормально, — сказал он коротко. — Просто пришлось разобраться с кое-какими… делами.
Минджэ продолжал засыпать его вопросами, а мы все слушали, чувствуя, как напряжение дня постепенно спадает, заменяясь облегчением и благодарностью, что Рин и мы все живы.
Мы пошли домой У Ёна.
Сан вместе с самим У Ёном занялись Тэёном — раны выглядели ужасно, кровь ещё проступала на бинтах, но они терпеливо промывали каждую царапину и перевязывали его, словно боялись потерять.
Я на кухне вместе с Джихо и Чонмином готовила еду. Нож резал овощи медленно, потому что руки всё ещё дрожали после всего, что произошло. Джихо пытался улыбаться, подбадривать нас шутками, но его голос предательски срывался. Чонмин же молчал, сосредоточенно перемешивая суп, словно в этот момент вся его жизнь зависела от того, не пригорит ли он.
Ли Че Хо и Минджэ сидели в гостиной. Они не сказали ни слова, просто молчали, уткнувшись каждый в свои мысли.
Минджэ опустил голову на руки, взгляд его был пустым.
Ли Че Хо время от времени бросал быстрые взгляды в сторону двери, будто ждал, что кто-то вот-вот войдёт.
Атмосфера в доме была тяжёлой. Словно все мы знали, что это тишина перед бурей.
Тэён тяжело выдохнул, когда Сан закончил перевязку. Он сел на диван, облокотившись на спинку, и глухо произнёс:
— Мы не можем сидеть без дела. Кухон готовит что-то, и скоро придёт за нами.
Все головы повернулись к нему. Даже Джихо перестал резать хлеб и уставился на Тэёна.
— А если он нападёт, пока мы дома? — спросил Чонмин дрожащим голосом. — Мы не успеем защититься…
Тэён поднял взгляд, глаза его горели.
— Поэтому мы должны быть готовы.
В этот момент тишину прорезал звук — громкий, резкий стук в дверь.
Мы все вздрогнули. Минджэ вскинул голову, Сан тут же встал. У Ён медленно потянулся к ножу на столике, а я почувствовала, как сердце ушло в пятки.
Стук повторился. На этот раз сильнее.
Тэён поднялся, несмотря на боль, и прохрипел:
— Никто не открывает…
Но было уже поздно. Дверная ручка медленно повернулась.