ненависть
Рэйден, всё ещё сжимающий кулаки после увиденного, тихо спросил:
- Мин... а какой он на самом деле? Кухон... что с ним не так?
Мин вздохнул, взгляд его стал холодным, но тёплым к Рэйдену, словно братское наставление:
- Ты видишь только часть, - начал он, - но Кухон... он как огонь. С ним нужно быть осторожным, иначе сгораешь. Для своих он брат, для врагов - пламя, которое не щадит никого.
Он сделал глоток, потом продолжил:
- Он жестокий. Очень. Я видел, как он мучил своих врагов. Не просто убивал - он ломал их, испытывал их страх, учил уроки, чтобы никто не осмелился перечить. И тех, кто выжил... осталось двое.
Рэйден напрягся:
- Кто?
Мин посмотрел прямо в глаза Рэйдена, голос его стал ещё холоднее:
- У Ён... и Т/и. Ты должен понимать, что они теперь - его прицел. Всё, что он делает, всё, что мы видели сегодня, это часть подготовки к тому, что ждёт их.
Рэйден почувствовал ледяной комок в груди. Сердце билось быстрее, но глаза его загорелись - внутри разгоралась решимость и понимание, что впереди не просто миссия, а борьба за выживание тех, кто важен Кухону.
Мин кивнул, словно подтверждая невысказанное:
- Тебе нужно быть готовым. Всё, что ты видишь, всё, что мы пережили... это только урок. И если ты хочешь выжить рядом с Кухоном, нужно понимать его огонь - и научиться его контролировать.
Рэйден нахмурился, глядя в глаза Мину:
- Мин... кто такие У Ён и Т/и? Почему они враги Кухону?
Мин тяжело выдохнул, закурил сигарету и ненадолго замолчал. Лишь спустя несколько секунд он заговорил, глухо, будто вспоминая прошлое, которое не хотел поднимать:
- У Кухона и У Ёна давняя история. Они всегда были противниками, каждый строил свою дорогу. Но всё изменилось, когда в эту историю вмешалась Т/и. У Ён влюбился в неё. И Кухон решил ударить по самому больному месту. Он захотел убить её, чтобы причинить боль У Ёну.
Рэйден нахмурился сильнее, сжал кулаки:
- И... что было дальше?
Мин втянул дым, улыбнулся мрачно:
- Дальше Кухон решил пойти хитрее. Он взял У Ёна в свою банду. Дал ему власть, уважение, силу. Всё выглядело так, будто старое соперничество уходит в прошлое. Но однажды пришёл день, когда Кухон приказал убить Т/и. Это должен был быть финальный удар, доказательство верности.
Рэйден замер, слушая каждое слово.
- Но У Ён... - Мин щёлкнул пеплом, его глаза загорелись холодным огнём, - он встал против. Он защищал её. И именно тогда он предал Кухона. Из-за этого всё рухнуло. Из-за этого Кухон оказался за решёткой.
Тишина повисла между ними. Рэйден чувствовал, как напряжение давит на грудь.
- Теперь понимаешь? - закончил Мин. - Для Кухона это не просто враги. Это те, кто сломали его гордость, унизили его, отправили в тюрьму. Он не простит. Никогда.
Рэйден молчал, глядя в темноту. В голове крутились лишь два имени - У Ён и Т/и.
Рэйден, нахмурившись, уставился на Мина:
- Но... это неправильно. Если У Ён и Т/и вместе, если он защищал её, значит... значит, он сделал то, что должен был. Как можно убить девушку только за то, что она дорога врагу?..
Мин резко расхохотался. Смех его был грубым, режущим уши, и в нём чувствовалась издёвка.
- Ахахаха, парень... - он вытер выступившие слёзы от смеха. - Никогда. Слышишь? Никогда не смей говорить такое при Кухоне. Если он узнает, что ты сомневаешься - тебе конец.
Рэйден нахмурился ещё сильнее, но молчал.
Мин наклонился ближе, его голос стал тише, серьёзнее:
- Запомни. Если Кухон кого-то ненавидит - значит, ненавидеть должны все. Неважно, друг, брат, семья... для него не существует понятий «справедливость» или «правило». Есть только его воля. И мы должны её выполнять.
Рэйден отвёл взгляд, чувствуя, как что-то тяжёлое давит изнутри. В груди кипел протест, но он понимал - слова Мина были правдой.
Мин ухмыльнулся и добавил, выпуская дым из сигареты:
- Так что запомни, новичок. Хочешь выжить рядом с Кухоном? Учись ненавидеть тех, кого он ненавидит. Даже если это твой родной брат.
Тишина повисла в воздухе. Рэйден сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Внутри всё кипело от отвращения... но вслух он ничего не сказал.
●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●●
Мы с У Ёном шли по улице, солнце ещё светило, всё казалось таким спокойным. Мы купили мороженое, присели на лавочку, болтали, смеялись. В этот момент для меня не существовало никаких проблем - только сладость мороженого и тёплый смех У Ёна.
Но мы не знали, что совсем рядом, за толстым деревом неподалёку, прятались трое.
Кухон стоял чуть впереди, сжимая кулаки. Его взгляд был тяжёлым, полным злости и презрения. Мин нахмурился, нервно теребя рукав, словно готовый в любой момент сорваться. А рядом - Рэйден. Но это был не тот Рэйден, что когда-то был живым и яростным. Его глаза потухли, в них не было ни капли эмоций. Он стал холодным, каменным, но в этой холодности рождалась звериная ненависть.
- Это они, - глухо бросил Кухон, и в его голосе сквозило удовлетворение. - Думают, будто всё позади.
Мин скосил взгляд на У Ёна и меня, хмуро прищурился:
- Он предатель, а она... слишком рядом с ним.
Рэйден шагнул чуть вперёд, тень дерева закрыла его лицо. Его голос прозвучал низко, почти рыком:
- Я не чувствую ничего... кроме желания разорвать их.
Кухон криво усмехнулся, глядя прямо на нас, как будто сквозь дерево:
- Ещё немного - и они сами придут к нам в руки.
Мы всё ещё смеялись, даже не подозревая, что в нескольких шагах за нашей спиной уже кипела тьма, и что спокойный день вот-вот рухнет.
Кухон стоял, сложив руки на груди, взгляд его был колючим и мрачным.
Мин молчал, но в его глазах блеснуло сомнение. А вот Рэйден смотрел прямо на нас, и в его холодных глазах мелькнула искра чего-то нечеловеческого.
- Мы можем подойти, - вдруг заговорил он низким, спокойным голосом. - Но не сразу. Медленно. Пусть поверят. Пусть подумают, что я их друг. Типо добрый кто то стал им друг хах
Кухон приподнял бровь, заинтересованно повернувшись к нему:
- Друг? Ха. Ты хочешь играть в добряка?
Рэйден слегка усмехнулся, но улыбка его была пугающе пустой:
- Когда они расслабятся, я брошу их в ловушку. А потом... - он резко сжал кулак, - всё кончится. Ты их спокойно убьёшь брат
Мин тихо втянул воздух, но ничего не сказал.
Кухон же разразился коротким смешком и хлопнул Рэйдена по плечу:
- Вот это я понимаю! Наконец-то ты стал как я. Холодный. Безжалостный.
- Я не чувствую ничего, - отрезал Рэйден, его голос звенел сталью. - Ни сожалений, ни жалости. Только ненависть.
Кухон кивнул, его глаза загорелись одобрением.
- Вот так и должно быть. Так мы их и добьём.
А я в это время сидела с У Ёном на лавочке, счастливая, беззаботно облизывая мороженое, не зная, что рядом уже плетётся паутина.
