Глава 19
Уже не один час, по снегу, не чувствуя конечностей Ганс оползал стороной русских, ему казалось, что он вполне может подхватить воспаление легких, так как отделаться простой простудой, в таких условиях было проблематично. Еще мешался вещмешок летчика, который так и норовил слезть с его плеч. Изредка, доставая карту и сверяясь по ней, не сбился ли он с пути, Ганс изо всех сил пытался выбраться из этого замерзшего ада. Подыхать здесь, в Богом забытом лесу на краю России, такая перспектива ему явно не нравилась. Тем временем, пальцы на ногах и руках уже перестало колоть даже от холода. Но вставать было нельзя, то и дело Ганс слышал русскую речь доносящуюся со всех сторон. Так он полз дотемна. Русских слышно уже не было, но он настойчиво продолжал ползти, будто параноик, которому кажется, что за ним следят. Когда Фалькенхайн подполз к кусту, чтобы отдышаться, почва под ним резко провалилась и его потянуло вниз. Удар, упавшая вниз каска, резкая боль в районе копчика."Еще легко отделался"-подумал Ганс.
Пролежав так несколько минут, пока боль не утихнет, он начал копаться в вещмешке, найдя зажигалку, он решил осветить её место, где находился. Днем бы, этого не потребовалось, свет бы проникал сквозь дыру, в которую свалился Ганс, но в темное время суток, дела обстояли несколько иначе. Тусклый огонёк вырвался из чрева зажигалки, глаза Фалькенхайна, отвыкшие от света, невольно зажмурились, но спустя мгновение он привык к этому. Проморгавшись, он начал осматривать место, в котором находился. Это был зарытый на скорую руку блиндаж. Но кому понадобилось зарывать это, когда под носом идут бои? Это оставалась для Ганса загадкой, решение которой можно было отложить и на потом. Найдя какой-то веник, он разорвал хлипкую веревку, которой были связаны прутики и уже хотел было развести костерок, Фалькенхайн услышал голоса. Это были русские, они находились сверху, речь их была Гансу непонятной, но отдельные слова, все же были ясны ему, говорили, что-то про "химикаты" и "зарыть". Пазл начал складываться в полноценную картинку: здесь либо хранилось химическое оружие, либо было задействовано и поэтому, окопы решили закопать. Но зачем? Разве нельзя подождать пока все выветрится? Видимо нет. По крайней мере, оставаться долго нельзя. Сверху донеслось рокотание мотора мотоцикла и по всей видимости русские уехали восвояси.
Осветив блиндаж опять, Ганс нашел дрова, различной длинны и диаметра, канистру с чем-то внутри, по запаху напоминавшим керосин и труп русского, находившийся рядом с буржуйкой. "Что то мне в последнее время на покойников везёт"-с легкой иронией подметил для себя Ганс. Что делать с такими вещами, он понял быстро: сорвать с одежды трупа лоскуты ткани, обмотать ими палку, но для начала промочить тряпки керосином, а затем поджечь этот импровизированный факел. Так он и сделал.
Смастерив достаточно приличный источник освещения, он начал дальнейший осмотр убранства солдатского жилища, нашелся металлический портсигар с папиросами внутри, скомканная в углу форма русских, ушанка, ведро с водой превратившейся в лед и 3 банки консервов. Это был подарок судьбы для Ганса. Затопив буржуйку, Фалькенхайн потушил факел и поставил воду растапливаться, Ганс планировал съесть еду, любезно оставленную ему русскими. Привалившись к деревянной стенке головой, он достал папиросу из портсигара и устало закурил. Это был очень трудный день, Ганс надеялся отдохнуть и поесть в покое и очень переживал, что фортуна может отвернуться от простого солдата, средняя продолжительность жизни которого, на войне составляет несколько дней.
Вода растопилась, Ганс поставил котелок с водой и подождал пока то закипит, свалил туда содержимое одной банки, остальные две он положил в вещмешок. Сварив мясо, он отметил для себя, что русские умеют делать вполне неплохого качества пищу. Когда трапеза окончилась, Фалькенхайн начал рассматривать карту и через непродолжительный промежуток времени нашел место, где находился сейчас. Отсюда было рукой подать до своих, это не могло не радовать Ганса. Он аккуратно свернул карту, положил все, что нужно в вещмешок и сладко уснул.
Хорошо выспавшись, Ганс свернул свою форму в удивительно маленький тюк, переоделся в русскую униформу, лежавшую в углу и вылез из дырки, в которую упал. Вдохнув свежего воздуха. он выпрямившись во весь рост, быстрым шагом выдвинулся в свою сторону, через несколько часов, он планировал, что доберется до своих.