Ангел Черного Дьявола [18+]: «Любовь, рожденная во тьме» Мафия!

«Но как бы это банально не звучало, если ты любишь человека, ты его отпустишь» © M.A.S

     ***Арслан

     Я стоял посреди арены и смотрел на своих людей. Сейчас, когда мраморный пол был залит кровью моих врагов, как и я сам, Моя душа получила безумное удовольствие от этой картины. Но самое страшное было в том, что я не мог носить этим. Я хотел большего. Я хотел вырвать сердце тому человеку, который вырвал сердце мне.

     Повернув голову в сторону Ренара, я мрачено улыбнулся. Я буду наслаждаться его криками и страданиями, когда вырву его сердце из груди голыми руками.

     — Этот человек, — я указал кинжалом на Ренара, который стоял на коленях передо мной. — Он тронул то, что принадлежит мне. Он украл мою жену, мою женщину, на которую даже смотреть запрещено по нашим закону. Но он не только украл ее, он выстрелил в нее, он пролил кровь моей жены, вашей госпожи. Он пролил кровь одного из Эмирханов.

     — Если он правил кровь нашей госпожи, то нужно отомстить! — Из толпы раздался голос моего солдата.

     — Смерть! Его нужно убить! Смерть! Смерть! — закричали они в один голос, я улыбнулся.

     Я всегда больше всего гордился тем, что мои люди подчинялись и защищали то, что принадлежит мне даже за моей спиной. Они никогда не шли против меня, а те, кто шли, не доживали.  Эти люди, что сейчас стояли напротив меня, они боялись и уважали меня одновременно. И это меня устраивало. Я хотел, чтобы мои люди и боялись, и уважали меня, потому что на одном уважении я знал власть невозможна была удержать.

     Я знал любовь может закончиться уважение может закончиться, но когда человек тебя боится, он никогда не предаст тебя. То, что одно мое существование вселяла в них страх смерти, очень радовала меня. Куда лучше, когда люди тебя боятся, а не любят. Потому что я знал тех, кто клялся в любви, но вонзали нож в спину. Я знал тех, кто уважал и придавал, но я никогда ещё не видел тех, кто боялся и придавал бы тебя.

     Страх это самый сильный чувства, которые может испытывать один человек. Я намерена всегда вселял в людей вокруг себя страх, чтобы они не смели придавать меня.

     — Да, его ждёт смерть.

     Ленивый походки я подошел к нему, а потом присел на одно колено, я медленно вытащил кинжал.

     — Ты знаешь что это за кинжал? —  Проведя кончиком по его грудной клетке, спросил я. — Этот кинжал семейный реликвия моего рода. Именно этим кинжалом и приносится клятва в верности. Но знаешь, в чем его ценность? Имена этом кинжалом я пронзил грудь своего отца и убил его. Именно этим кинжалом я раскрыл грудь своего врага, а потом вырвал его сердца. Этот кинжал любит кровь. А последняя кровь, что касалось его стали, была кровь моей жены. Именно этим кинжалом она пыталась убить себя и избавиться от меня.

      Перед моими глазами мелькнули события того дня, когда Руя пронзила свой живот, этим кинжала.

     — Я тебе предупреждал, не трогай её. Но ты тронул. Ты выстрелил в нее, прорыл ее кровь. Убил моего ребёнка, которого она носила под сердцем. Ты забрал то, что принадлежит мне. Мою кровь и мою плоть моего нерождённого ребёнка.

     Я воткнул, кинжал в его грудную клетку, а потом провел по ней, раскрывая его. Его болезнь не ужасной крики раздались эхом по арене. Но это было таким прекрасным звуком для моих ушей. 

      Схватив его за шею, я протянул к себе лицом, а потом зашипел приди его лицом:

     — Хочешь узнать, что я испытал, когда ты забрал моего ребенка, а моя жена могла умереть в любой момент? — Я со всей силой ударил кулаком по его груди и раскрыл его, а потом засунул рукой ему внутрь и вырвал его  сердце голыми руками. — Вот что я испытал.

      Я смотрел на его сердце, что билось в моих ладонях. Его глаза стали стеклянные, а потом он замертво рухнул перед моими ногами.

     Я смотрю на его мёртвое тело несколько секунд, а потом резко встаю на ноги и показываю сердце своего врага, что до сих пор билось в моих руках.

     — Вот она участь любого, кто хоть пальцем тронет мою жену! Я любому ублюдку сердце вырву из груди, если он посмеет тронет мою семью! — Схватив кинжал я вонзил его в сердце Ренар, а потом разорвал его в клочья.

   И вдруг в этот момент до моих ушей доносится какой то странный крик. Я быстро поворачиваюсь и вижу свою жену, что стоит в террасе. Мое сердце пропустило несколько ударов, а потом замерло.

     Руя очнулась. Но, черт побери, почему она была на ногах? Как это вообще возможно? Как она в таком состоянии встала и сейчас стояла на ногах?

      Она смотрит на меня несколько секунд, а потом вдруг заплакала и посмотрела на свою грудь. Вся ее больничная одежда была в крови. Блядь!

     Я сам не понимаю, как срывать место и бегу в её сторону. Он на пошатывается и начинает терять равновесия, но я тут же подхватил ее прижал к своей груди. Она медленно подняла свои уставшие глаза на меня. Ее голоса в этот момент переполнились страха. Я понимал, как я выглядел со стороны. Чудовище залито чьей то кровью. Но сейчас не было абсолютно наплевать на всю, кроме того, что она очнулась.

     — Ты очнулась…— тихо сказал я, а потом улыбнулся.

     Руя ничего не говорит, она молча смотрела на меня, будто не узнавала меня. А потом ее глаза закрылась, она потеряла сознание.  И тут же поднял ее на руки и вывел оттуда.
    
     ***Арслан

     Я чувствовал себя как зверь, загнутый в клетку. Шагая из одного угла в другой угол я нервно смотрел в сторону палаты где сейчас были врачи. Прошло больше полутора часа, но они до сих пор не вышли. Я знал что что то было не так, это мысль разрывала меня.

      — Как она могла вообще вставь в таком состоянии? Пуля пробила ее грудь, ей сделали сложную операцию, но она поехала туда. Как? — в недоумении, смотря на нас, спросил Амирана. — Это вообще возможно? — посмотрев на Армана, спросил он.

     — Почему ты у меня спрашиваешь, будто я врач? — опираясь на стену спокойным голосом, спросил он. Его спокойствию можно было только позавидовать.

     — Можешь потому что об анатомии ты знаешь лучше, чем я?

     — Это наверное из-за воздействие морфий. У Руи была сложная операция, к тому же в области груди, так что она пока что будет только под наркотическими веществами, чтобы заглушить боль. А морфин способен эффективно подавлять ощущение сильной физической боли. Наверное поэтому она ничего не чувствовала, а когда его эффект прошел она потеряла сознание из-за боли, — объяснил Арман, Амиран только хоть что-то ещё спросить как из полати вышел Док.

     — Как она, Док? — я быстро подошёл к нему.

     — Мы её вели в медикаментозную кому.

     Сердце пропустила удар, а дыхание затаилось, будто может остановиться в любую минуту.

     — Что.. это значит?

     — Искусственная кома, с точки зрения клинической медицины, - это временное погружение пациента в бессознательное состояние, при котором происходит глубокое торможение деятельности коры и подкорки головного мозга и полное отключение всех рефлекторных функций. Когда Руя очнулась и поехала к тебе, под воздействием фентанила она ничего не ощущала. Только когда действия фентанила закончилось, она почувствовала ту адскую боль, из-за которой она потеряла сознание. Из-за нагрузки и слишком сильной боли, у организма случился шок. Швы разошлись, а потом началось внутренние кровотечение. Это смертельно опасно. Даже больше чем кома.

     Я чуть не подавался собственным дыханием из-за его слов.

     — И сколько будет длиться эта медикаментозный сон? — подходя к нам, спросил Арман.

     — Мы ввели ее в искусственную кому, чтобы организм восстановился, и не начался сепсис. Пока мы будем только наблюдать за её состоянием, когда будут улучшение, понемногу будем выводить из комы. Но пока ей лучше быть под наркозом. Это больше гарантирует ей жизнь.

     Я ничего не сказал, а просто прошел и присел на стул, схватился за голову. Несколько часов назад мы боялись, что она не выйдет из комы, а сейчас мы её намерено ввели в сон, чтобы её организм пришел в себя.

     Она видела меня в тот момент когда я вырвал сердца из груди Ренра. Она видела мое настоящие лицо, она увидела меня в облике чудовище, которым всегда и считала. У неё случился шок, и это явно была из-за того, что она увидела.

     — С ней все будет хорошо, — садясь рядом со мной, сказал Арман.

     Я посмотрел на брата, он был безумно уставшим как и я, он не спал все эти дни. Его волосы были растрёпанные, а длинная челка спадал на лицо, на нем был тот же костюм что и три дня назад, весь в крови как и я. В отличие от меня Арман держал свои эмоции под контролем, он ни одного намека на переживание не давал, но я достаточно хорошо его знал. Сейчас он как и я переживает за жизнь Руи, просто не хочет показывать потому что от этого нет толку.

     — Откуда ты можешь быть таким уверенным, что с ней ничего не случится? — охрипшим голосом сказал я.

     — Потому что женщина, которая сейчас там находится Эмирхан. Она твоя жена, твоя женщина, так что она будет бороться до конца! Тебе не о чем беспокоится. Руя борец по рождению. Сдаваться не в её духе. Она сильная женщина, ничто её не сломит.

     Моя жена действительно была очень сильной и стойкой женщиной. Она могла противостоять такому жестокому человеку и тирану как я.  С первого дня нашей встречи я это понял. Она ни подчинялась, ни сломалась, ни склонялась передо мной. Руя была той, что подчинила и склонила меня перед собой!

     Когда-то она сказала, что может ли она поставить меня на колени? В тот момент я ответил, что никогда не склонялся и не склоняюсь. Это было правдой. Я не склоняюсь не перед кем-либо, кроме неё!

     Только у неё была эта власть надо мной. Склонится перед ней, склонится ради неё. Все это было лишь потому что я любил её.

     Я люблю свою жену….

     Я слишком сильно люблю её, чтобы вынести её потери.

     Она моя жена.

     Она моя женщина.

     Она моя королева.

    Она мой ангел.

    Она была моим всем, моим несуществующем сердцем, моей потери светлой частичкой души, моей мечтой и единственной жизнью…

     И я понял, я лучше буду жить без неё, зная, что она жива, нежели, будто с ней убив её этим же… Её смерть — это мой конец!

     ***Руя

     Мое тело болело, во рту пересохло, я очень медленно приоткрыла глаза, сначала увидела блестящий потолок, а потом слегка обвел помещения взглядом. По запаху я поняла, что эта не моя комната, но и на больничную палату эта была не похожа. Она была больше обустроена как пятизвёздочный номер в отеле. Дорогая мебель, огромный плазменный телевизор на стене, даже стены были другие, не похожи на больничный. А кровать на которой я лежала была огромной.

     Когда в нос ударил знакомый запах, я слегка повернула голову, рядом со мной, в моей постели крепко спал Арслан. Его голова лежала на моей подушки, а его нос был прижат к моему плечу. От него веяло теплом и до боли родным запахом. Мое сердце ёкнуло от его уставшего и измотанного вида. Он похудела, появились тёмные круги под глазами, а его всегда чистые подбородок сейчас был покрыт щетиной. Это была так не привычно.

     Не удержавшись, я протянула руку и коснулась ладонью его щёки, покрытой щетиной. В голове сразу появились воспоминания о том, как он убил всех людей Ренара, а потом и ему вырвал сердца…

     Я видела как его сердце билось в ладони Арслана… Живое сердце, которое стучалось в груди живого человека…

     Когда я снова посмотрела на него, Арслан уже открыл глаза и смотрел на меня. Мое сердце замерло как и я.

     — Ты наконец-то открыла глаза, — внезапно охрипшим голосом сказал он.

     Боже в этот момент он был таким уставшим и разбитым, что я не могла поверить, что он и тот человек, который вырвал сердца был одним и тем же человек.

     — Как ты себя чувствуешь? Есть боли? Хочешь пить? Нет, я лучше позову врача, — он только хотел встать, как я взяла его за руку.

     — Не уходи, — ели шепнула я.

     — Не ухожу, я здесь, — он присел обратно и взял мою руку. — Ты хочешь что-нибудь?

     — Сколько я была здесь? — игнорируя его вопрос, спросила я.

     — Девять дней, 13 часов, 23 минуты и 47 секунд, — посмотрев на свои часы, ответил он, и я вздрогнула.

     — Что? Уже прошло почти десять дней? — я была в шоке, как могла столько дней пройти?

     — После того, как ты потеряла сознание, ты была в коме девять дней, до этого ещё три дня. В общем я двенадцать дней, жать пока ты вернёшься ко мне, — сдавленным голосом пробормотал он, беззаветно глядя в мои глаза.

     — Мне жаль, — только и смогла сказать.

     Между нами нависла тишина, мы смотрели в глаза друг друга, но ничего не могли сказать, пока он не нарушал эту тишину:

     — Не поступай больше так жестоко со мной, Руя.

     — Как? Что я опять сделала? — С негодованием произнесла слегка приглушённый голос.

     — Почему ты рисковала своей жизнью  чтобы спасти мою? Ты таким образом решила доказать свою верность и наказать меня за мои слова? — я просто смотрела на него и не знала, что ответить.

     Да, я хотела доказать свою верность. Но это я сделала лишь потому что любила его. Я не о чем абсолютно не думала когда на его была направлена оружие, лишь хотела его спасти. Спасти любой ценой, даже ценой собственной жизни….

     — В тот момент я не думала, о том чтобы наказать тебя, или что-то другое. Я лишь хотела защитить тебя любой ценой. Даже ценой собственной жизни, — просто ответила я.

     — Ты не должна этого делать. Ты не должна защитить меня, ты не должна проливать кровь ради меня, ты не должна получить пулю за меня, ты не должна в конце концов умереть за меня! — разозлившись сказал он.

     — А кто это сделает тогда?

     — Я! — резко сказал он. — Я буду защищать тебя, я буду проливать за тебя кровь, столько сколько нужно, я буду получать пули за тебя сколько понадобится, и я умру за тебя, если будут нужно! Это мой долг и обязанности.

     — Сколько бы ты не говорил, я все равно буду это делать. Я всегда так делала, ты сам мое это сказал. Ты сказал, что я бы никогда не пожертвовала собой ради тебя, как например жертвовала ради Серкана. Ты сказал, что я придала тебя. Я пыталась объяснить, но ты не слушал. Не хочешь меня слушать, тогда тебе придется смириться с тем, что я буду делать.

     — Но я ни Серкан, я ни твоя тебя, я не позволю тебе собой жертвовать ради меня! — Арслан это слишком громко сказал, что я даже вздрогнула от его голоса. — Ты больше не будешь так поступать, Руя! Мне не нужно жизнь ценой твоей жизни. Пообещай мне. —Потребовал он, но я покачала головой.

     — Я не хочу тебе врать, Арслан, если я дам обещания, я его нарушу. Потому что я буду тебя защитить! — он вздыхает, а потом тереть лицо руками. — В тот момент мне кроме жизни нечего была терять. Смотри, я жива, значит ничего не потеряла, только немного крови, и всё.

     Арслан посмотрел на меня так, что мои внутренности свернулись в тугой узелок. Его взгляд был таким болезненным и опечаленным, что моё сердце сжалось.

     — Арслан? Что случилось?

     — Ты спасала мне жизнь, но обрекла меня на вечный муки, Руя. Эта слишком жестоко, даже для тебя, — у меня внутри заледенело от его слов.

     — Я знаю, что тебе было больно, и ты чувствовал себя беспомощным, но это будет ложь если я скажу, что поступила бы по-другому. Если бы мы снова вернулись в прошлое, я бы сделало тоже самое. Снова, без раздумий и сожаление.

     Арслан смотреть на меня какое-то время, и когда в палату входят врачи, он отходит к окну, молча смотреть. Пока меня обследовали, он хмуря брови слушал все, как только они вышли, он повернулся ко мне спиной.

     Я смотрела на его могучую спину и была так благодарно, что Всевышний не забрал мою жизнь, потому что я хочу прожить долгую жизнь и прожить ее с ним!

     — Ты что-то помнишь о вечере когда поехала в арену? — вдруг спросил он, но не повернулся ко мне.

     Я задумалась, перед глазами снова те моменты и мурашки побежали по позвоночнику.

     — Я понимаю лишь то, что потеряла сознание на твоих руках. Всё, — Арслан резко развернулся в мою сторону и в шоке смотреть в мои глаза.

     — Ты ничего не помнишь?

     — Нет, — я качаю головой, и улыбнулась.

     Я не хочу, чтобы он знал, что я помню, потому что я знаю, что он будет видеть в моих глазах себя монстром, даже если я так не думаю. И Господи, это была правда. Я видела как мой муж вырвал человеческое сердце, но у меня нет даже мысли о том, что он монстр. Он клялся своей частью, что убьет за меня любого, он поклялся мне, что вырвет сердце любому ублюдку кто посметь тронут меня. Он сдержал свое слова. Ренар заслужил такой конец.

     — Вообще ничего? — снова спросил он, и я снова качаю головой.

     — Ничего не помню, и если честно, не хочу. Что было, прошло.

     — Ты не спросишь, что с Ренром? Что я с ним сделал? — проходя и садясь рядом со мной, сказал он.

     — Нет, я знаю, что всё, чтобы ты не сделал с ним, он заслужил, — я взяла руку мужа. — Ты обещал, что он заплатит за то, оскорбления что он нанес мне жизнью, и он заплатил. Ты сдержал свое слова, как и всегда.

     — Я не прошу никого кто допустит мысль о том, чтобы навредить тебе, мой ангел, — он провел пальцем по моей щеке, я положила свою руку поверх его, а потом поцеловал его руку и сова прижала к своему лицу.

     — Я знаю. Но ты же не трогал его семью? — с каким-то страхом посмотрела на него, я почему-то была уверена, что он ничего не сделал им, но всё, что его тот взгляд, я всё ещё помню.

     — Нет, я не смог сделать то, что он сделал со мной, а должен был, — сжимая челюсть, рычит он.

     — Нет, — я взяла его лицо в свои руки. — Ты ничего не сделаешь, потому что ты мой муж, ты Арслан Эмирхан, ты человек чести, ты не убийца невинных женщин и детей как они. Ты меня понял? — смотря ему в глаза, сказала я.

     Арслан смотреть на меня, а потом улыбнувшись, приближается ко мне и целует меня в губы.

     — Всё, что скажешь, мой ангел. Твое слово закон!

     ***7 дней спустя.

     Время проходила слишком быстро, моя рана уже почти зажила, швы были сняты, а самое главное мы уже вернулись домой. Конечно опека со стороны Эмирханов и моей семьи усилился, настолько, что я хотела сбежать от них, но мне приходилось их слушаться. Самим сложным из них был Арслан, от других же я могла хоть как-то избавиться, но он был 24/7 рядом со мной. Он даже мне голову мыл, помогла одеваться, кушать, иногда даже ходит, обрабатывал мою рану, он был единственным с кем мне было комфортно.

     Его забота и нежное отношения ко мне усилилось, но и его беспокойстве и нервозность тоже. Но сами трудным было то, что я его слишком сильно хотела, а он отказывался, будто мы поменялись местами. Он был слишком осторожен со мной, будто я была какой-то хрустальной куколкой, которая может разбиться от лишних движений.

     Но было в нем что-то ещё… он был каким-то отстроенным, задумчивым, мало говорил, и больше думал. Это беспокоила меня куда больше чем необходимо.

     Сейчас когда он пришел, чтобы поговорить о чем-то важном, я заволновалась ещё сильнее. У него в руках была какая-то папка, он то смотрел на неё, то на меня.

     — Какая была твоя самая большая мечта, Руя? — вдруг заговорил он, и я вздрогнула.

     — Что? — расстроено шепчу я.

     — Говорю о чем ты мечтала больше всего на свете?

     — О свободе, — ответила я, а потом улыбнулась и добавила; — Я хотела стать знаменитой балериной, хотела путешествовать и жить, так чтобы мне никто и никогда не смог указать как жить и что делать. Знаю, что это звучит глупо, но я всегда мечтала о свободе, которой у меня никогда не было.

     — Это не глупо, а прекрасно, — он посмотрел на меня и улыбнулся. — Ты мечтала о свободе, и я хочу исполнит твою мечту, мой ангел.

     Мое сердце пропустила три удара. Мое почему-то это не нравится.

     — Что ты имеешь ввиду?

     — Я имею ввиду, что даю тебе свободу, Руя. — он протянул мне папку, я дрожащими руками взяла его, а потом посмотрела сначала на него, а потом на папку. — Открой.

     Я медленно открыла его, и достала оттуда несколько документов, мой загранпаспорт, какой-то счёт, и билет в Италию…

     — Арслан? — я подняла голову и посмотрела на мужа. — Что это такое?

     — Я решил, что пора уже закончить наш с тобой союз, Руя. Я решил дать тебе то, что ты всё это время желала свободу. Я избавляю тебя от меня, от твоей ответственности, от мафий, и от нашего брака. Мы разводимся, Руя, и ты возвращаешься туда откуда я когда-то украл тебя в Италию, Милан. Ты продолжишь свою жизнь с того момента где она остановилась из-за меня. На этом наша с тобой история заканчивается здесь, Руя Ильгаз! Я отпускаю тебя, мой ангел...

     Нет, ты не отпускаешь меня, ты решил убить меня. Пуля меня не убила, но ты сегодня без ножа и пулы вырвал мне сердце…