Ангел Чёрного Дьявола [18+] «Любовь, рождённая во тьме.» Мафия!

    «Любой мирный договор — это только временно!» © M.A.S

*** Руя
Турция, Анкара. Центральная Анатолия. Территория клана Ильгаз.

      Начало весны. На улице было уже не по-зимнему холодно, лёгкий тёплый ветерок изредка продувал улицы столицы.

Сидя на садовых качелях во внутреннем дворике, я размышляла над последними событиями. В нашем доме, куда редко заглядывали чужаки, теперь постоянно собирались главы подчинённых семей. Что-то бурно обсуждалось за закрытыми дверями кабинета отца, и, судя по их лицам, каждый раз они не могли прийти к согласию. Они выходили оттуда будто проигравшие сражение.

А отец и братья выглядели ещё более подавленными и озадаченными.

Я никогда не вмешивалась в дела клана, меня держали в стороне, да и меня это мало интересовало. Но я не была глупа. Я прекрасно знала, чем на самом деле занимается моя семья и кто они.

Монстры и кровожадные убийцы.

К сожалению, мне не раз доводилось становиться случайным свидетелем их разговоров или, что хуже, действий. Это заставляло ненавидеть эту проклятую структуру ещё сильнее.

Но, рождённая в одной из самых влиятельных и опасных семей нашего мира, я была её частью. Что бы я ни делала, это ничего не меняло. С самого детства я понимала: мой отец не обычный отец, моя семья — не типичные богачи из высшего общества. Наш мир отличался от того, что знают все.

Преступный мир.
Его имя — Мафия.

Турция — прекрасная страна с невероятной историей, некогда бывшая сердцем великих империй. Но с такими агрессивными и жестокими людьми, которые подчинили себе Восток, Европу и Азию так, что свергнуть их не может никто.

Их боятся, но их же и уважают.

Четыре влиятельных клана, под началом каждого из которых — десятки сильных семей, разделили Турцию и её округу на четыре части.

Стамбул, Анкара, Измир, Мардин — главные города, сердцевина власти каждого клана. Каждый город был как отдельное государство со своими законами.

«Чёрная Семья» — так говорили о всей мафии Турции. В неё входили полтора десятка семей. Но самых могущественных кланов было всего четыре.

Когда-то давно, когда Турция была под единым контролем, был создан «Стол» четырьмя главными криминальными семьями. При нём собралось «Правление кланов» — совет, управлявший всем преступным миром.

Каждый клан правил своей семьёй, но лишь один имел полный контроль над всей организацией и Столом. Клан «Наша Семья» полностью доминировал, потому что был сильнее остальных. Семьи договорились сохранять мир, но, как говорится, любой мир — дело временное.

Когда-то они были единым целым, но зависть и жажда власти разъели их души. Каждый захотел свою территорию и трон. А власть, как известно, не терпит соперников.

Чтобы не началась новая кровавая бойня, «Правление кланов» пришло к новому соглашению и разделило территории. Каждая семья получила свой удел и не имела права нарушать границы других.

Так родилась самая мощная структура криминального мира с самыми сильными кланами.

Каждый правил своей территорией и семьёй. Но у них были общие законы — «Кодекс чести». Он гласил: влиятельные кланы не трогают мирных жителей, пока те не тронут их. Они не трогают невинных детей и женщин.

Полиция?
Разведка?
Государство?

Им это не страшно. Да и сами власти, как и обычные люди, предпочитают жить в стране, где льётся кровь, делая вид, что всё хорошо, чем перейти дорогу мафии и оказаться на кладбище в ранге «героя нации».

Четыре влиятельных семьи.
Четыре жестоких клана.
Четыре лидера, стирающих с лица земли всё, что им мешает.

Первый клан: Эмирханы. Они же — «Наша Семья».

Самая влиятельная организация страны, входящая в пятёрку богатейших и сильнейших мафиозных сообществ мира. Их родственные и брачные связи — несокрушимая крепость. По данным нацбезопасности, в клан входит более четырёх тысяч членов. На деле — гораздо больше. Их оборот сравним с транснациональными корпорациями. Они зарабатывают миллиарды на вымогательствах, азартных играх, убийствах, гонках, боях в клетках, вмешательстве в политику и на том, что тщательно скрывают. Под их контролем — все казино, клубы, отели и вся индустрия развлечений Стамбула. Но главная их сила — корпорация мирового уровня по производству оружия и боеприпасов «Babillon Construction», дающая им безграничную мощь.

Эта семья управляет самым большим городом, Мраморноморским и Чёрноморским регионами, всем, что на территории Чёрного моря. Под их влиянием — более двадцати городов. Их твердыня — Стамбул, древний Константинополь.

Во главе стоял Малик Эмирхан, глава клана. Заняв трон, он взял под контроль сорокатысячную армию «Нашей Семьи», создал филиалы в десятках префектур, вторгся в Стамбул, принадлежавший его отцу, и захватил власть.

Это самая кровожадная семья страны. У неё четыре наследника — Арслан, Арман, Амиран и Адам, и две дочери — Ария и Камилла.

Малик Эмирхан был известен садистским нравом. Против него никто не смел идти. Он контролировал всех. Кроме собственных сыновей.

Несколько лет назад его старший сын Арслан, как и он в своё время, устроил переворот и убил его, заняв кровавый трон. Тот проклятый день я не забуду никогда: как глубокой ночью в дом ворвался Доган, правая рука отца, и сообщил, что теперь Стамбул под пятой монстра по имени Арслан!

Сначала все твердили, что Стамбул в руинах, что юнец не справится, не сможет управлять такой армадой, его не примут. Они ошиблись. За эти годы Арслан Эмирхан правил железной рукой и даже расширил свои владения. Вот тогда всё и изменилось. Хрупкий мир между кланами рухнул. Все ждали дня, когда новый Король разорвёт договор и объявит войну, чтобы захватить наши территории.

Об Арслане Эмирхане не было известно ровным счётом ничего. Лишь слухи и легенды. Но один был точен: Эмирханы были настолько ужасны, что их боялись и ненавидели даже в нашем мире. Их игры, законы и власть были неприемлемы даже для мафии.

Вторая семья: Атаханы. Клан «Чёрная Смерть».

Они управляют Эгейским и Средиземноморским регионами. Их твердыня — Измир. Во главе — Йигит Атахан.

Эта семья не ладит с первым кланом, но пытается сотрудничать. Их бизнес — наркотики, оружие, вымогательство, рэкет. Но больше всего они известны своими убийцами. Клан «Чёрная Смерть» создавал наёмников, специализировался на заказных убийствах, проводил смертельные бои и гонки на выживание. Они были столь же кровожадны, как и первые, но не столь безумны.

Их тёмная сторона, как и у других, скрывалась за легальным бизнесом. Контролируя Эгейское море, они известны как владельцы лучших сетей курортов и развлекательных центров.

У Атаханов лишь один наследник — Ильяс Атахан, прозванный «ледяным принцем» за свой характер, который скоро должен вступить на престол из-за слабого здоровья отца. У него есть младшая сестра — Африн. Наша семья дружит с Атаханами, чего не скажешь об Эмирханах.

Третья семья: Азизоглу. Клан «Степные волки».

Они управляют Восточной и Юго-Восточной Анатолией. Их твердыня — Мардин. Занимаются оружием, наркотиками, контрабандой, вымогательством, заказными убийствами, нелегальными азартными играми. Главой является Надир Азизоглу. У него два наследника — Мансур и Яман, но главой станет лишь старший.

И, наконец, четвёртая семья: Ильгазы. Клан «Полумесяц» — мой клан.

Мы управляем Центральной Анатолией, то есть Анкарой.

Анкара — столица Турции, второй по величине город страны. Динамичный мегаполис на холмах, сердце республики, причудливый синтез Востока и Запада. Очевидный минус нашего положения — мы в центре, лишены выхода к морю, зажаты между кланами Эмирханов и Атаханов, которые не ладят. Любая их война — и мы окажемся в эпицентре.

Мой отец, Тахсин Ильгаз, возглавляет клан, и его слово — закон. Наша семья промышляет торговлей оружием, контрабандой, а ещё и очень вовлечена в политику. Мне позволено знать лишь это, дальше — табу. В нашей семье учат основам, правилам и манере поведения, которые нужно знать лучше собственного имени.

У отца пятеро детей: старший брат Илькер — будущий глава; средние братья-близнецы Саваш и Атеш; и мы с Ризваном — тоже близнецы, брат и сестра.

Я, единственная дочь и «принцесса» отца, не могу вмешиваться в их дела. Меня держат в стороне от этой жизни. Запрещено всё, что связано с криминалом, как и любой другой девушке в мафии. Но я многое знаю.

По правилам нашего мира женщина не может стоять во главе клана, не может лезть в дела мужчин. Защищать и уважать женщин — долг и честь любого мужчины в нашем мире!

Был ещё один минус — брак. В мафиозных семьях он заключался ради укрепления власти, чтобы сожрать слабейших. В нашем мире не было места бракам по любви, разве что в виде редчайшего исключения.

Но у меня были другие мечты. Замужество в них не входило. Я не собиралась выходить замуж в ближайшие годы, а уж тем более по договору — лишь чтобы рожать наследников и быть украшением для мужа! Моя цель была иной. Я хотела стать знаменитой балериной, как мама. В детстве я твёрдо решила: однажды я стану примой, покорившей мир. И я намерена воплотить эту мечту любой ценой!

Пока я витала в мыслях, сзади послышались тихие, подкрадывающиеся шаги. Я знала, кто это.

Когда они приблизились, я улыбнулась.

— Знаю, что это ты, Ризван, — сказала я, не оборачиваясь.

— У тебя что, третий глаз на затылке? — послышался тяжёлый вздох, а затем он плюхнулся рядом.

— Не глаз, а второе сердце, — я посмотрела на близнеца, и тот артистически закатил глаза. — Я чувствую тебя за километр, как и ты меня. Чему удивляться?

Мы с Ризваном были неразлучны, и, как у многих близнецов, у нас была особая связь. Мы чувствовали не только физическую, но и душевную боль друг друга.

— Собрание закончилось? — подперев щёку рукой, я с любопытством взглянула на него.
Он вздохнул и покачал головой.

— Не совсем. Представители кланов уехали, но братья с отцом ещё заседают. Я сбежал, — провёл рукой по волосам.

Мы с Ризваном были похожи не только характерами, но и внешне. Оба светловолосые, с ярко-топазовыми глазами. Только его волосы были чуть темнее.

— Что было на повестке? — спросила я, когда мы пошли гулять по саду.

Это был наш ритуал: часами бродить и болтать обо всём. Я подняла голову. Даже при моём росте в метр семьдесят три он был выше на голову.

— Руя…

Ризван посмотрел на меня тяжёлым взглядом, который говорил яснее слов: «Не твоё дело».

— Ладно, ладно, не отвечай. Ради Бога, не смотри так, а то задохнусь, — сказала я, и он улыбнулся.

— Если расскажу, тебе же будет хуже. Ты же всё это презираешь до мозга костей, — я кивнула. Он был прав.

Даже родившись в мафиозной семье, я не могла смириться с их делами. Особенно меня угнетало, что Ризван был частью этого. Нам было всего по восемнадцать, но он уже три года как в деле. Убивал, мучил… А рядом со мной пытался быть тем братом, которого я знала всю жизнь. Тем, с кем появилась на свет с разницей в несколько минут. Он был старше. Но реальность была жестокой. Самое страшное — ему это нравилось. Он наслаждался этим так же, как я балетом! В нём жила страсть к жестокости, и это пугало меня до дрожи.

— Хорошо, не буду спрашивать. Но… — я положила руку ему на грудь, где была татуировка нашего клана. Ризван прикрыл её своей. — Братик, пообещай… что, что бы ни случилось, ты не умрёшь… — мой голос дрогнул.

Мысль о его смерти была для меня настоящим кошмаром. После потери матери боязнь потерять родных, особенно Ризвана, сводила с ума. Каждый раз, когда он уходил из дома с пистолетом за поясом, я не спала, дожидаясь его до рассвета. И только в его объятиях, слыша ровное дыхание и стук сердца, могла уснуть. Пока его сердце бьётся — бьётся и моё.

— Ты же знаешь, я не переживу твою смерть. Так что береги себя. Ради меня, хорошо?

Ризван улыбнулся и обнял меня.

— Хорошо, не парься, принцесса. Со мной всё будет в порядке!

Я прижалась к нему, уткнувшись в изгиб шеи, и прошептала:

— Ради тебя я на всё готова. От всего откажусь, лишь бы ты жил. Без тебя мне нет жизни.

*** Стамбул. Территория клана Эмирхан.

Молодой человек с волосами чёрными, как воронье крыло, вальяжно развалился на кожаном диване, со скучающим видом вращая стакан с коричневой жидкостью.

— Подойди, — бросил он девушке, стоявшей у стены в одном нижнем белье и наблюдавшей за ним.

От неожиданного приказа она вздрогнула и замерла.

— Не люблю повторять, — открыв чёрные глаза, он взглянул на неё.

Девушка кивнула на автомате и дрожащими ногами двинулась к нему. Арслан наблюдал за каждым её шагом, словно хищник. Когда она приблизилась, жестом велел опуститься. Она сглотнула и наклонилась. Арслан положил руку на её щёку, провёл большим пальцем по контуру губ, а потом вцепился в подбородок, притягивая к своему лицу.

— Если ещё раз заставишь меня ждать, сверну шею. Поняла?

Девушка закивала, на глазах выступили слёзы.

— И никогда не плачь при мне! Ненавижу женские слёзы! — прорычал он сквозь зубы.

Страх был так велик, что она проглотила слёзы.

— А теперь будь умницей и сделай то, зачем тебя привели.

Девушка кивнула, попыталась улыбнуться — вышло криво. Осторожно уселась к нему на колени и только потянулась к его шее, как он схватил её за запястье и сжал так, что она вскрикнула от боли.

— Тебе не сказали, что мою шею нельзя касаться? — девушка замерла. — Никогда больше не касайся моей шеи! — она затряслась и быстро закивала, будто марионетка, боящаяся дышать без разрешения.

В этом был весь Арслан Эмирхан. Он обожал держать людей в страхе. Сильные мужчины трепетали перед ним, а эта хрупкая девушка была для него просто игрушкой. Казалось, ничто не радовало его больше, чем ломать людей. Ничто не услаждало слух так, как крики врагов.

Взгляд Арслана упал на мигающий телефон. Не отпуская запястье девушки, он поднял трубку.

— Дай мне хоть одну причину не пристрелить тебя за испорченный момент, — сказал он.

— Потом развлечёшься со своей шлюхой. Новости важные, — раздался голос Кенана.

Арслан выпрямился, но девушку не отпустил. Та смотрела на него со смесью страха и очарования. Да, он был красив, но в нём было нечто тёмное и пугающее, что затмевало всю внешность. Он был опасен и жесток, особенно с женщинами. Для него они были предметом роскоши, а не людьми.

— Говори.

— Мы нашли их.

Арслан скинул девушку с колен, та шлёпнулась на диван. Он встал.

— Сообщи Арману. Буду скоро, — отрезал он и бросил трубку, затем взглянул на съёжившуюся девушку.

Наклонился, взял её за подбородок. Та задрожала.

— Возвращайся на место. Ты упустила шанс всей жизни… — он мрачно усмехнулся. — Или, скажем так, тебе чертовски повезло. Иди! — он отпустил её и кивнул на дверь. — И чтобы я тебя больше не видел.

Не сказав ни слова, она собралась и выскочила.

— Почему они все одинаковые? — проводив её взглядом, устало вздохнул он. — Терпеть не могу слабость. А женщины — это сплошная слабость. — Схватив телефон, он вышел.

***

С той ночи, что перевернула всё, прошли годы. За это время братья Эмирхан выстроили империю, где законы диктовали они.

Они вернули все свои территории и расширили их. Укрепили позиции, обрели верных союзников. Стамбул стал могущественнее, чем когда-либо, и теперь они ни перед кем не склоняли головы. Но главная их сила была в нерушимой связи. Её не мог разорвать никто.

В лесу под старым дубом стояла мишень в человеческий рост.

Молодой человек с атлетичным телосложением стоял в нескольких метрах, вращая в пальцах кинжал. Его тёмные волосы отливали на свету, а ледяные голубые глаза сверкали.

Отступил на шаг, прицелился — и метнул нож. Прямо в яблочко. Затем взял ещё несколько клинков и запустил их один за другим. Все в десятку.

Подошёл к мишени, стал выдёргивать ножи. Услышав сзади шаги, его спина напряглась. Выдернув последний клинок, он резко развернулся и швырнул его.

Появившийся в поле зрения молодой человек отреагировал мгновенно и увернулся. Нож со свистом вонзился в дерево рядом.

— Арман, ты охренел?! — гаркнул Кенан, глядя то на него, то на нож.

— Не подкрадывайся сзади, если не хочешь умереть от моей руки, — спокойно предупредил Арман, кивнув на нож. — Верни.

— Ты должен знать, меня не так просто убить, — выдернув нож, Кенан швырнул его обратно. Арман поймал.

— А ты должен знать, я никогда не промахиваюсь, — целясь в мишень, сказал Арман.

— Правду говорят: бойся спокойных. Это они самые опасные.

Арман взглянул на него исподлобья, играя с клинком.

— Помнишь мой совет, Ферас? Двигайся в тишине, говори лишь когда настанет время поставить мат, — швырнув ещё один нож, сказал он.

— Помню, — ухмыльнулся Кенан. — Я по другому поводу. Поймали одного из тех, кто напал на склад и увёл груз.

Арман с силой метнул нож, на этот раз почти в край мишени. Затем, сверкнув глазами, повернулся к Кенану.

— Где?

— В подвале.

Арман натянул на голый торс рубашку и зашагал к дому.

— Арслан? — спросил он на ходу, застёгивая пуговицы.

— В пути. Скоро будет.

Не говоря больше ни слова, Арман вошёл в дом и сразу спустился по винтовой лестнице.

— Амиран! — распахнув дверь, они вошли. — Хватит! — скомандовал Арман.

Младший брат, избивавший мужчину, поднял на него серые, недовольные глаза.

— Почему?

Его ярко-серая радужка с воздушным ободком гармонировала с тёмно-каштановыми волосами. А бесшабашный, взрывной характер лишь добавлял привлекательности. Амиран Эмирхан — именно про таких говорят: ангельское личико, дьявольская душа.

В подвале, кроме Амирана и жертвы, было ещё несколько солдат, которые тут же отдали честь Арману.

— Будешь так молотить — он сдохнет до приезда Арслана, — сказал Кенан. Амиран кивнул, затем встал во весь рост и со всей дури ударил лежащего ногой в лицо.

— У него вместо мозгов опилки. Даже бить неинтересно, — буркнул Амиран и вышел.

— Пускать Амирана к пленным стоит лишь тогда, когда информация не нужна, — предупредил Кенан солдат. Те кивнули.

Арман медленно подошёл и присел на корточки перед мужчиной. Двумя пальцами приподнял его за подбородок. Тот с животным страхом смотрел в его ледяные глаза — пустые, но видящие насквозь.

— У тебя два пути. Первый: говоришь всё. Второй: проведёшь ночь здесь, наблюдая, как мой брат сдирает с тебя кожу. Выбирай.

Мужчина сглотнул, закашлялся кровью.

— Я… всё расскажу! Но… только с условием… — прохрипел он.

Бровь Армана поползла вверх.

— Условие? Какое?

— Пообещай… что твой брат не убьёт меня…

— Я тебя щас сам… — рявкнул Кенан, но Арман жестом остановил его.

— Это всё? — Мужчина кивнул. — Хорошо.

— Дай слово… — выдохнул тот.
Арман несколько секунд смотрел на него, затем кивнул.

— Даю слово чести. Мой брат тебя не убьёт.

— Арман?! — недоумённо посмотрел на него Кенан.

Он не понимал. Арслан не прощал врагов, а Арман был человеком чести. Если он дал слово, должен сдержать. Ни Арслан не отступит от принципов, ни Арман от клятвы. Это пахло бедой.

— Слово дал. Теперь говори, — проигнорировав Кенана, приказал Арман. — Кто приказал напасть на склады?

— Албанцы… Это они…

Все замолчали. Арман взглянул на Кенана.

— Албанцы? — переспросил Арман. Кенан кивнул. — Они слишком часто стали мельтешить под ногами. Надоело, — он снова посмотрел на пленного. — Где наш товар? Куда дели?

Мужчина только открыл рот, как дверь распахнулась и вошёл солдат.

— Господин! С КПП сообщили: машина босса на территории. Через несколько минут будет здесь.

Арман поднялся, кивнул на пленного.

— Выводите его, — бросил он и вышел.

Чёрный Bugatti Chiron с оглушительным рёвом остановился у парадного крыльца. Из него вышел, как всегда, одетый во всё чёрное Арслан и, не захлопнув дверцу, направился к задней части дома.

— Где эта тварь?! — увидев брата, он снял очки.

Арман молча кивнул за спину. Кенан выволок того мужчину и швырнул его прямо к ногам Арслана. Тот с отвращением отступил на шаг, затем наклонился, вцепился в волосы и приподнял его.

— Где мой товар, тварь?! — выпалил он. — Отвечай, или я голыми руками вырву твою печень и скормлю тебе же!

— Не знаю… Мы украли, но забрали албанцы… Товар у них, я не знаю где…

— Вот как? — переспросил Арслан. Тот кивнул. — Если от тебя нет толку — сдохни! — он схватил его за горло.

— Твой… брат дал слово чести… — захрипел мужчина.

— Ты дал слово этому отбросу? — Арслан взглянул на брата. Все замерли.

— Да. Поклялся, что ты не убьёшь его, — с ледяным спокойствием ответил Арман.

Арслан посмотрел на мужчину, затем мрачно усмехнулся и швырнул его на землю.

— Слово моего брата — моё слово! — прорезал он стальным тоном. Его люди опустили головы.

Арман поднял пленного.

— Ты прав. Я клялся, что брат тебя не убьёт. Но, — за секунду он оказался у него за спиной, приставил нож к горлу и громко, чтобы слышали все, сказал: — Я ничего не говорил насчёт себя!

Лезвие рассекло сонную артерию. Кровь хлынула фонтаном. Все, кроме Арслана, застыли в шоке. А тот улыбнулся.

— Если нападаешь на одного из нас… нападаешь на всех. Никто не может тронуть мою семью и жить! — Арман бросил бездыханное тело как мусор. — Нельзя ударить по нам и выжить. Я не позволю, — его голос был резок и ужасен. Он развернулся и ушёл.

— Уберите эту падаль с моего двора! Всё запачкал своей грязью! — приказал Арслан, затем посмотрел вслед брату и усмехнулся.

— Ты, чёрт возьми, им восхищаешься, — сказал Кенан с ухмылкой.

— Нет ничего страшнее, чем видеть, как человек, всегда держащий себя в руках, теряет контроль. Жуткое зрелище.

— Думаешь, Арман когда-нибудь сорвётся? Вообще возможно?
Арслан хлопнул его по плечу.

— День, когда он потеряет контроль, станет Судным днём, друг! — он рассмеялся. — Ладно, пошли. Хочу сегодня поужинать с семьёй.

— Соскучился по семейным разборкам? — усмехнулся Кенан.

— Ещё как! — Арслан обнял его за шею, и они, подтрунивая друг над другом, пошли в дом.

***

За большим дубовым столом собралась вся семья Эмирханов. Мужчины перешучивались, а женская половина — две прекрасные девушки — звонко смеялась. Один из редких моментов, когда все были счастливы.

— Арслан, а поедем летом на наш остров? — спросила девушка с огненно-рыжими волосами и зелёными, как лес, глазами.

Младшая сестра, Камилла. В свои шестнадцать она была дерзкой и бесстрашной. Её характер — вылитый Арслан: такой же безумный, высокомерный и вспыльчивый. За что её и прозвали «Арслан в юбке».

— Сейчас нельзя, — не отрываясь от тарелки, ответил брат.

— Ария, ну ты скажи ему, — Камилла повернулась к черноволосой девушке слева от Арслана.

Удивительно, но Ария и Арслан были близнецами с разницей в пятнадцать минут. Ария — старшая. Они были разными, как ночь и день. Ария — спокойная, утончённая, с бирюзовыми глазами. Арслан — её противоположность: чёрные глаза, смуглая кожа, взрывной нрав. Схожи были лишь в угольных волосах.

— Хорошо, попробую.

Девушка откинула шелковистые пряди, подперла подбородок рукой и, хлопая ресницами, посмотрела на брата.

— Чего глазами хлопаешь, Рия? — приподнял бровь Арслан.

Рия — только он её так называл.

— Ну, Арслан… пожалуйста… — она склонила голову набок, на щеках проступили ямочки. — Пожалуйста, ради меня… — сделала умоляющее лицо.

Арслан зажмурился и зарычал:
— Блядь. Не могу сказать «нет», когда ты так смотришь.

Ария сияющей улыбкой дала понять — победа за ней. Отказать ей он был не в силах.

— Значит, можно покупать новые купальники! — торжествующе воскликнула Камилла. Семья рассмеялась.

Это было на неё похоже — добиваться своего чужими руками.

— Ей-богу, Камилла — это Арслан в юбке, — фыркнул Амиран. Все засмеялись. Кроме младшего.

Адам сидел, уткнувшись в телефон. Увидев это, Арслан отложил вилку.

— Адам, сделай одолжение — отложи свой телефон. Ты знаешь правила. Гаджеты — где угодно, кроме стола.

Мальчик вздохнул, положил устройство и взглянул на брата.

— Доволен? Теперь мы идеальная семья? — спросил он с вызовом.
За столом воцарилась тишина.

— Адам, перестань, — мягко попросила старшая сестра.

— Почему? Разве от того, что я не в телефоне, мы станем как все? Проблемы исчезнут? Его злость испарится? — Арслан сжал челюсти так, что хрустнуло.

— Адам, хватит! — спокойно, но твёрдо предупредил Арман. — Очнись. Не забывай, с кем говоришь!

— Вы все ведёте себя как идиоты! Хватит играть в счастливую семью! Мы не такие! — Адам вскочил. — Меня тошнит от вашего лицемерия!

— Да что с тобой, блядь, не так?! — не сдержался Амиран. — Кончай эти истерики! Твой переходный возраст — не повод терпеть твоё дерьмо!

— Я пошёл! Наелся!

Адам собрался выйти, как вдруг раздались выстрелы и звон бьющегося стекла.

— Адам! — вскрикнули сёстры.

— На пол!! — в унисон рявкнули Арслан и Арман, опрокидывая стол.

Адам рухнул, закрыв уши. Арслан притянул его к себе, прикрывая телом.

— Что за херня?! — крикнул Амиран, заслоняя сестёр и стреляя в ответ.

— Кенан, за мной! — Арман схватил оружие и кивнул на дверь. Тот кивнул, и они выскочили.

— Амиран, осторожно выведи их в бункер! Сидите там, пока я не приду! — скомандовал Арслан и уже хотел двинуться, но Ария схватила его за руку.

— Ты куда?! — в её голосе смешались страх и ужас.

— Мне нужно наружу. Иди с Амираном! — Ария трясла головой. — Рия, ты старшая. Если что… только ты сможешь позаботиться о них. Адам и Камилла ещё дети. Даже Амиран. Ты нужна им. Ты нужна Джану! Иди!

На глазах девушки выступили слёзы. Она изо всех сил сдерживалась.

— Ты сильная. Сможешь. Подумай о Джане, — Арслан погладил её по щеке, затем взглянул на младшего брата. — Забирай их! Быстро!

— Пошли, сестра! Адам, Камилла, за мной!

Амиран подхватил сестёр и брата и рванул к лестнице. В этот момент грянули новые выстрелы и раздался хриплый, грудной крик Арслана. В него попали.

— Арслан!

Ария, уже добежавшая до лестницы, обернулась. Увидев его, сжимающего раненое плечо, она вырвала руку у Амирана и бросилась назад. Она была уже рядом, когда прогремел ещё один залп.

Всё случилось за мгновение. Выстрел. И она замерла, глядя в чёрные глаза Арслана, который забыл и о боли, и о перестрелке, и вскочил.

— Сестра!! — закричала Камилла, которую всё ещё держал остолбеневший Амиран.

— Сестра… — Адам рухнул на пол.

— Арслан…

Ария прижала руку к животу и отняла её. Вся в крови… Потеряла равновесие.

— Нет! — Арслан подхватил её, и они оба рухнули на пол. — Рия, смотри на меня! Не смей закрывать глаза!

Ворвавшиеся в дом Арман и Кенан застыли, увидев бледного как смерть Арслана с сестрой на руках.

— Рия?.. Ри… Ария… — Арслан прижал ладонь к её щеке. — Ария, открой глаза. Слышишь меня?! Рия?! Очнись… Ария?! — сколько он ни звал, она не открывала глаз. — Нет! Неет!!!

Так был разрушен их мир.
Так началась война.
Одной пулей.
Одной жизнью…