Основание Хаоса

Холодный ветер кружил между рядами лавок, швыряя под ноги клочья соломы и шелуху от жареных каштанов. Воздух гудел от гула сотен голосов — торговцы наперебой зазывали покупателей, пьяные подмастерья орали похабные песни, а где-то вдалеке глухо бил барабан, отсчитывая ритм пляски медведя на цепи. 

Солнце, бледное и нерешительное, пряталось за пеленой серых туч, и от этого яркие полотнища шатров, расшитые узорами, казались еще ярче — кроваво-красные, золотые, изумрудные. Запахи висели в воздухе плотной смесью: дым костров, пряности, жареная баранина, дешевое пиво и конский навоз. 

Феттель протискивался сквозь толпу, чувствуя, как его толкают со всех сторон. То локоть торговца вонзится в бок, то корзина с рыбой заденет плечо, то какая-то старуха, закутанная в десять платков, вдруг схватит за руку и прошипит: «Поди-ка сюда, дитятко, погадаю…»

Блондинка в капюшоне пыталась догнать Феттеля, который спокойно шёл через толпу. Он был очень высоким, поэтому его можно было легко заметить. Этана быстро побежала к парню и положила руку на его плечо.

– "Подожди!... Фух... Я же просто утопаю в толпе."– сказала девушка, идя позади Феттеля. Они оба были в плащах, чтобы быть незаметными и чтобы Феттеля не узнали люди, которые разыскивают его. Они узнали о существовании Пандемониума, о нелюдях и их активных действиях против экономики человечества, об охоте нелюдей за Феттелем... выходить в люди опасно, зная такую информацию. Эти двое вышли за продуктами с очень тёплой одеждой, потому что скоро зима. Даже весна и лето бывают очень холодными, поэтому троица всегда на зиму закупаются едой, одеждой, ловят много дичи, чтобы не выходить на улицу в такие морозы.– "Не думаю, что это хорошая идея... Тебе не обязательно со мной идти за продуктами. Ты же в розыске."– тихо сказала Этана, заметив, что Феттель даже в капюшоне притягивает к себе много внимания. У нелюдей есть небольшое описание внешности парня, поэтому они пытались спрятать его так сильно... что это вызывает ещё больше внимания и подозрения. 

– "Нет, Шини делает генеральную уборку в мельнице, Альфред на охоте, а отпускать тебя одну с таким большим списком не красиво. А я и так чувствую себя бесполезным. Вечно сижу в мельнице и ничего не делаю."– спокойно и равнодушно сказал парень. Его голос часто был очень тихим, поэтому Этана с трудом услышала, что он сказал на фоне гудения покупателей и продавцов. Этана просто покачала головой.

***

   Вскоре эти двое ходили с большими мешками. Феттель держал мешок с едой, обнимая его обеими руками и прижимая к груди, а Этана несла мешок с теплой одеждой, перекинув его на плечо. Этана подумала, что все таки не зря с ней пришёл Феттель, ведь мешки были тяжелыми. Они опять начали протискивать через толпу неумолимых продавцов и покупателей. Этана остановилась, прислушиваясь к разговору нескольких старушек. Феттель остановился и обернулся к ней, заметив это.

– "Вы же говорили, что подслушивать плохо."– отстранённо напомнил парень, смотря вдаль. На дорогу, которую ещё нужно пройти. Этана улыбнулась и вздохнула.

– "Ну... ты просто не понимаешь, это другое. Сплетни бабушек свежее новостей по телевизору и они всегда самые правдивые. Не понятно как, но бабушки всегда знают все последние новости!"– объяснила Этана и Феттель подошёл к ней, чтобы так же подслушивать разговоры. Они пытались это делать незаметно, словно сами что-то обсуждают. Они долго стояли и слушали истории, как кто-то, кому-то изменил, как невестки их сыновей глупые, как внуки не смогли продать уголь, и много бесполезной информации из их личной жизни, которая не интересна Феттелю и Этане. Феттель молча покачал головой, намекая Этане, что тут нету ничего полезного и интересного. Они уже собирались уходить, как услышали:

– "А вы помните того опасного маньяка, которого показывали в новостях?"– смеясь спросила бабушка у своих подруг, и Феттель с Этаной застыли.– "Паренька то, оказывается, не существует! Нас обманывали!"

– "Да ладно! Но моя дочь мне говорила, что видела его!"– подключилась другая.

– "Врёт твоя дочь! Новости смотреть успевать надо. Там уже объяснили, что история про маньяка просто байка, чтобы свалить всю вину людей грешных на какого-то парнишку."

– "Эх, жаль, а то его таким красивым описывали, я бы хотела его увидеть."– мечтательно сказала женщина, рядом со старушками. Этана игриво посмотрела на Феттеля, но тот, кажется, вообще не обратил внимания на последний комментарий. Феттель развернулся, чтобы пойти дальше и Этана последовала за ним.

– "Как думаешь, что это значит?"– нахмурившись, спросил парень.

– "Что тобою интересуются девушки?"– игриво предположила Этана. Феттель бросил на неё взгляд, который говорил: "не смешно".– "Ладно, шучу. Да, это странно. Возможно... они смирились, что тебя поймать невозможно и решили оставить? Как тогда. Ты рассказывал, что они за тобой охотятся уже 700 лет, но 200 лет назад прекратили это дело. И вот они опять за свое, и... они опять сдались?"– задумалась Этана. Сложно было найти логику в их действиях. Сначала нелюди оклеветали Феттеля маньяком, ведь он прячется среди людей и так его будет легче найти, а теперь эти обвинения сняли, придумав еще одну ложь, что маньяка никогда и не существовало.

– "Возможно, они хотят так ослабить мою бдительность. Разыск заставил меня лучше прятаться... а значит его отсутствие заставит меня относится к этой теме более расслабленно, что идёт на руку нелюдям."– предложил Феттель и Этана ему кивнула.

***

Тени леса сгущались, пропитанные вечерней прохладой. Воздух был тяжел от аромата хвои и сырой земли, а под ногами мягко хрустели прошлогодние иголки, смешанные с молодым папоротником. Феттель шагал впереди, его высокий силуэт почти сливался с темнотой стволов — черные волосы, черный плащ, лишь бледное лицо, будто высеченное из мрамора, холодно отсвечивало в сумеречном свете. Он не оглядывался, но шаг его был неспешным, будто незримая нить тянулась от него к Этане, и он чувствовал её присутствие без слов. 

Этана шла следом, её золотые волосы, собранные в небрежный узел, казалось, удерживали последние лучи солнца, мерцая в полутьме, как тлеющие угли. В руках она несла мешок с ярмарочными дарами. Её шаги были легкими, но в глазах читалась усталость, и время от времени она бросала взгляд на спину Феттеля, будто проверя, не растворился ли он в лесной чаще. 

Между ними висело молчание, но не неловкое — тихое, привычное, как дыхание самого леса. Они давно научились понимать друг друга без слов. 

И вот сквозь переплетение ветвей блеснула вода — сначала едва заметная полоска, потом шире, ярче, пока перед ними не раскрылся весь простор: море, черное и бескрайнее, сливающееся с горизонтом. А на самом краю, где волны лизали древние камни, стояла водяная мельница — их дом. 

Высокая, многоэтажная, с темными деревянными балками и массивным колесом, она казалась частью пейзажа, будто выросла здесь вместе со скалами. Окна светились теплым желтым светом — Шини уже зажгла лампы. Где-то внутри, наверное, Альфред склонился над картами или книгами, как всегда что-то вычисляя. 

  Феттель на мгновение остановился, и Этана, подойдя вплотную, последовала его взгляду. Брюнет долго молчал, с подозрительностью осматривая мельницу. Этана уставилась на него, не понимая, что на него опять дошло.

– "Чего стоим? Пошли уже."– устало сказала он, тащя на плече огромный мешок. Она прошла мимо Феттеля, а тот, еще немного поглядев на мельницу, последовал за ней.

  Феттель с Этаной положили мешки в коридоре и услышали, как в гостиной Шини и Альфред о чём-то активно болтают. Они зашли в гостиную и Этана изумлённо осмотрела тех, кто находится в помещении. Альфред и Шини задавали вопросы трехметровому мужчине, которому пришлось наклонить голову, чтобы крыша ему не мешала. Гостиная была большой, но он, кажется, заполнял все пространство. Дестро спокойно стоял на месте и выслушивал взволнованные вопросы Шини и Альфреда, которые на его фоне казались очень маленькими. Даже Альфред, который по человеческим меркам чертовски высокий. Взгляд Феттеля был таким, словно сейчас начнётся судный день. Этана улыбнулась, увидев своеобразного союзника.

– "О! Вот они и пришли. Теперь ты расскажешь нам, что за новость?"– с заинтригованной улыбкой спросил Альфред, подняв взгляд на нелюдь. Дестро под своей маской улыбнулся.

– "Конечно. Мы ждали вашего прихода, чтобы эту новость рассказать всем и чтобы мы могли её обсудить."– из под маски прозвучал низкий и жуткий голос мужчины. Но это не пугало учащихся (кроме Феттеля), они ему доверяли и он давно доказал, что ему доверять можно. Феттель продолжал сверлить Дестро осуждающим взглядом.– "Я смог убедить Повелителя Пандемониума снять с Его Высочества обвинения, теперь он не серийный маньяк.– сказал мужчина и все удивились."

– "Что? Так это твоих рук дело?"– изумилась Этана, улыбаясь. Она посмотрела на брюнета, думая, что хотя бы эта новость заставит Феттеля относится к нелюди по другому. Она нахмурилась, когда заметила, что Марионетка смотрела на мужчину с таким же презирающим взглядом. Она вздохнула и снова посмотрела на Дестро.

– "А как у тебя это получилось. Ты точно не говорил "ну давай перестанем пугать бедного Феттеля. Это же плохо!" Хе-хе."– Альфред игриво посмотрел на Феттеля, говоря это. Дестро посмеялся.

– "Это было не так уж и сложно. Просто сказал ему, что эти розыски заставляют Его Высочество прятаться лучше. Само собой охота не закончена, но теперь Его Высочеству не стоит боятся людских глаз."

– "То есть... Повелитель даже не осознает, что ухудшает свои попытки поймать Феттеля."– Шини была озадачена наивностью самого Повелителя Пандемониума, который смог заставить такой бунтарный народ, как нелюди, слушаться его и сделать себя их правителем. У нелюдей всегда была анархия, но факт, что есть нелюдь, которого все боятся и слушаются, удивлял.

– "Может потому что я красноглазый. Нелюди всегда ставят слова красноглазых нелюдей выше чужих и всегда к ним прислушиваются... не важно, насколько абсурдно и наивно будет звучать мысль."– мужчина пожал своими широкими плечами.

– "Красноглазые?... То есть, цвет ваших глаз играет, какую-то роль?"– озадаченно спросил Альфред, осматривая красные глаза мужчины.

– "Можно сказать и так... почти. Цвет глаз нелюди говорит о его мощи. Это как у вас с богатыми и бедными. Самыми слабыми нелюдьми считаются те, у кого карие глаза, в Пандемониуме они всегда играют роль прислуги. После идут нелюди с жёлтыми глазами, они зачастую играют разные роли, актёры, медийные личности, авторы и изобретатели, и т.д.. После них идут нелюди с оранжевыми глазами, они тоже, как слуги, но к ним относятся более уважительно и выполняют они более важные задачи, они всегда на службе у красноглазых. А самыми сильными считаются красноглазые. Красноглазые способны изменению своего внешнего вида, у них больше индивидуальностей в плане магии, у них есть вторая форма, которая... существует, как я понял, только для того, чтобы показать свою силу. Красноглазых очень уважают в Пандемониуме, они богаты, им все можно, их все любят и боятся."– спокойно и как-то равнодушно объяснил Дестро, ожидая реакции присутствующих.

– "Нелюди актёры..."

– "У красноглазых есть вторая форма?"– удивилась Шини, бросив небольшой озадаченный взгляд на комментарий Этаны.

– "А какая у тебя вторая форма?"– заинтригованно спросил Альфред. Дестро замешкался.– "Покажи!"

– "... Не думаю, что мне стоит показывать вам ее... красноглазые в своей второй форме... становятся страшнее не только внешне, но и характером, куда более безумнее. Сомневаюсь, что тогда я смогу сдержать свою сущность, как сейчас. Однако, я часто использую свою вторую форму в уединении, чтобы выкинуть всю тяжесть в душе, накопившуюся от подавления сущности. Если бы я этого не делал, я бы сошёл с ума... это как выплескивание накопивших эмоций."– снова объяснила мужчина.– "Я думал, вы знаете о нелюдях многое... ну то есть думал, что Его Высочество вам все рассказал."– команда была удивлена. Они не знали, что сдерживание нелюдской сущности приносит за собой такие последствия, чтобы выплескивать весь негатив. После этой новости, они стали уважать его сильнее.

– "Откуда мне знать?"

– "Но ваша тётя же-"– Дестро застыл, смотря на Феттеля. Тот словно боялся, что мужчина договорит. Но нелюдь это заметил и поэтому замолчал.– "Ну, впрочем не важно. Если вы не знаете о политике Пандемониума и о жизни нелюдей, я тут и я готов ответить на любой ваш вопрос."

– "А красноглазых у вас много?"– спросила Этана, сделав шаг к мужчине. Нужна была любая информация о своём враге, чтобы его победить.

– "Хм... я их не особо помню, я редко участвовал в Совете Красноглазых и давно из него вышел. Но их точно меньше 10. Есть я, Госпожа Нарун, Повелитель Пандемониума и те, кого я не помню... хотя, насколько я помню, Госпожа Нарун тоже больше не член Совета Красноглазых."– ответил нелюдь, сняв с себя шляпу, потому что та вечно падала из-за того, что нелюдь все время наклонял голову, показав свои чёрные волосы.

– "Совет Красноглазых?... Стоило ожидать, что нечто такое будет. Это типа... они там думают о том, как бы сделать дальнейшую жизнь людей ещё более ужасной?"– закатив глаза, спросил Альфред.

– "В основном там обсуждают, как поймать Его Высочество, как улучшить Пандемониум... и да, кажется, там так же обсуждают людей и о их жизни."– Дестро задумался, словно пытался, что-то вспомнить.– "Ах да! Как я мог забыть? Я хотел вам рассказать об одном мероприятии нелюдей, в котором вы можете получить ещё один кристалл для вашего оружия. Нелюди любят излишнюю роскошь и богатство, а тот кристалл, который вам нужен, находится у Повелителя Пандемониума. Самое лучшее время украсть кристалл у него– Бал Кровавой Ночи. Доступ к кристаллу на этом мероприятии открыт, на него вечно глядят нелюди, но трогать, конечно, нельзя. До вас я не знал, почему Повелитель Пандемониума так дорожит этим кристаллом, но теперь понимаю, почему доступ к кристаллу открывается только раз в 10 лет."

– "10 лет?!... у нас нету возможности ошибиться, да? Ты же сам живёшь в Пандемониуме! Сможешь украсть кристалл?"– спросила Этана.

– "Это довольно затруднительно... Я не живу на территории Пандемониума. Я построил себе поместье на поверхности в горах. А ещё Повелитель Пандемониума подозревает меня в неверности к правилам моего рода. Что я не на их стороне... то есть он догадывается обо всём. Я, как красноглазый, приглашён на этот бал, но все взгляды будут прикованы ко мне, из-за слухов и подозрений. Опасно воровать кристалл, когда все вокруг и так считают меня предателем, и следят за каждым моим действием. А мне очень важно доверие нелюдей для достижение нашей цели."

– "Тогда, что же нам делать? У нас нету еще нелюдей на нашей стороне..."– обречённо сказал Альфред, скрестив руки на груди. Дестро задумался и посмотрел на Альфреда, а потом на Феттеля. Он осматривал их так, словно нашел в них что-то очень интересное.

– "А знаете... у вас двоих среднестатистический рост девушек нелюдей."– спокойно выговорил Дестро. Альфред с Феттелем непонимающе на него смотрели.

***

Только далекий шепот моря, бьющегося о скалы, да скрип старых деревянных балок, будто мельница вздыхает во сне. Лунный свет, бледный и холодный, струится сквозь высокие узкие окна, рисуя на полу причудливые узоры — словно призраки средневековья танцуют в пыльных лучах. Где-то в темноте тикают часы, их мерный ход сливается с мягким шорохом воды, вращающей древние колеса где-то в глубине здания. 

Альфред крадется по коридору, прижимаясь к стене, будто боится разбудить саму ночь. Его белые волосы почти светятся в полумраке, а синие глаза сверкают озорным огоньком. Он знает, что печеньки спрятаны — Этана всегда кладет их на верхнюю полку кухонного шкафчика, туда, где, как ей кажется, никто не дотянется. 

Он вскарабкивается на столешницу, балансируя на цыпочках, и, затаив дыхание, открывает дверцу. Запах ванили и корицы окутывает его — там, в жестяной коробке, лежат его сокровища. Он хватает горсть, сует одну печеньку в рот и... замирает. Холодок пробегает по спине. Он не один. 

Прямо за его спиной, заполняя собой полкухни, стоит Безымянный. Его змеиное тело, обычно компактное, теперь огромно — он словно тень, выросшая из самого мрака, чешуя отливает синевой в лунном свете. Глаза, красные и узкие, смотрят на Альфреда без выражения. 

Альфред медленно оборачивается, печенька застревает у него во рту. Он не двигается. Змея — тоже. И становится тихо. Только часы тикают. 

—"Ты..."—Альфред наконец прожевывает,—"ты же не мог быть таким большим"–. Но Альфред считает, что это нормально, раз это существо из самого Пандемониума.

Безымянный не отвечает. Его пасть приоткрыта.

Они смотрят друг на друга. 

—"...Этане ничего не говори..."— наконец выдавливает Альфред и протягивает змее печеньку. 

Безымянный наклоняет голову, медленно берет угощение... и кивает. 

Еще мгновение и он уже растворяется в темноте, скользя в коридор, оставляя Альфреда одного среди лунных бликов и шепота ночи. 

Альфред вздыхает, берет еще одну печеньку и прыгает вниз. 

***

Комната Феттеля была залита серебристым светом луны, пробивающимся сквозь высокое узкое окно. Занавески, легкие и полупрозрачные, колыхались от ночного бриза, принесшего с моря запах соли и свободы. Сам он стоял неподвижно, как изваяние, прислонившись к раме. Его изумрудные глаза, обычно холодные и нечитаемые, сейчас казались глубже — в них отражались звезды, будто он впитывал в себя всю тишину мира. 

Распущенные черные волосы, обычно собранные в косу, теперь рассыпались по плечам и спине, мягкими волнами, почти живыми. Они колыхались при каждом движении, будто тень, не желающая покидать своего хозяина. За спиной послышалось тихое шуршание. 

Безымянный, уже снова маленький, скользнул по полу, поднялся по ноге Феттеля и обвился вокруг его шеи, как теплый шарф. 

—"Справился?" — голос Феттеля был тихим, почти беззвучным, но змея услышала. 

Она кивнула, прижимаясь холодной чешуей к его щеке. Феттель закрыл глаза. Он знал, что за ними все еще шли. Наемники, тени прошлого, люди, которые не понимали, что некоторые двери лучше не открывать. Он мог бы сказать другим — Альфред рванулся бы в бой без раздумий, Этана уже придумала бы десять планов, а остальные... просто встали бы рядом. Но он не хотел. 

Не хотел, чтобы их дом, эта старая мельница у моря, наполнялся шепотом чужих угроз. Не хотел видеть, как их лица напрягаются от беспокойства. Он справлялся сам.

Безымянный потерся головой о его подбородок, и Феттель, не открывая глаз, прижался щекой к его макушке. 

—"Хорошо..."

В его голосе не было ни радости, ни облегчения — только тихое принятие. Но пальцы, которыми он провел по спине змеи, были нежными и тёплыми.

Он отошёл от окна, и луна нарисовала его силуэт на полу — высокий, стройный, с волосами, похожими на размытое пятно ночи. Кровать ждала. Феттель лег, а Безымянный свернулся рядом, на подушке, будто живое украшение из темного шелка. Один вздох — и комната снова погрузилась в тишину. Только море за окном продолжало шептать, убаюкивая их сны.

***

Безымянный скользнул в ночь, оставив за спиной теплоту спящего хозяина. Его змеиные глаза на миг задержались на Феттеле — неподвижном, почти безжизненном в лунном свете, — а затем он растворился в темноте, уносясь в разлом между мирами. 

*** 

Здесь воздух густ от запаха серы и древней магии. Коридоры слишком велики для смертных — высокие потолки теряются в дымной мгле, а мраморные колонны, покрытые резьбой с изображением забытых кошмаров, уходят ввысь, будто позвоночники древних исполинов. Дестро идет по ним, неспешно, почти бесшумно. Его пальто с тяжелыми золотыми пуговицами не шелохнется, словно вырезано из самой тьмы. Маска, плотно облегающая нижнюю часть лица, скрывает всё, кроме глаз — алых, как расплавленный металл. Шляпа низко надвинута, тень от ее полей скрывает даже их. 

Но нелюдь, выбегающая навстречу из кабинета Повелителя, торопится.

Существо, еще секунду назад бывшее важным гостем, теперь мечется в ужасе, его длинные пальцы судорожно сжимают пергамент с печатью — разрешение на бегство. Оно бросает на Дестро один взгляд — и этого достаточно. Дестро даже не поворачивает головы.

Тьма здесь не просто отсутствие света — она живая, вязкая, обволакивающая. Единственный источник освещения — гигантское окно во всю стену, за которым клубится лавовое небо. Его кровавый свет падает на пол, но не проникает дальше — будто сам воздух поглощает его. 

У окна стоит фигура, огромная и неподвижная. Повелитель Пандемониума.

Нелюдь, который вышел оставив Дестро и Повелителя на едине в ужасе застыл, смотря на закрытую дверь.

– "Чего застыл? Призрака увидел?"– сказала женщина-нелюдь, увидев, что ее приятель в таком непривычном состоянии.

– "Что?... Нет, просто... это правда он?"– в недоверии спросил мужчина, отходя от двери.

– "Конечно, чему ты удивляешься? Он красноглазый, само собой рано или поздно он тут будет... интересно, какое у него лицо... все говорят, что он самый красивый!!"– с визгом сказала женщина и мужчина закатил глаза.

– "Уверена? Если он такой красивый, то чего он лицо так прячет? Наверняка, очень уродлив..."
– "И ты говоришь это, стоя у двери, за которой стоит он."– с игривой улыбкой сказала она, поворачиваясь, чтобы уйти. Мужчина в ужасе посмотрел на дверь и побежал за женщиной.

Дестро стоял у двери и ждал, когда Повелитель Пандемониума заговорит, но из-за его молчания удосужился услышать разговор других.

– "... Я так понимаю, меня пригласили из-за просьбы прекратить открытую охоту за Марионеткой?"– наконец-то начал говорить он со спокойным голосом. Он не боялся существо, которое находится перед ним.

– "Можно и так сказать... но меня больше интересует другой вопрос. У меня есть подозрения, что... ты враг для Пандемониума."– сказал мужчина, не оборачиваясь на Дестро. Дестро закатил глаза.

– "С чего вдруг?"

– "Ты думаешь я не знаю? Ты точно знаешь, где находится Марионетка. Ты им помогал... Чего ты добиваешься? Разве ты не понимаешь, что он тебя никогда в жизни не простит? Ты правда такой наивный, чтобы думать, что после такого ты можешь быть прошенным? Он в тебе видит монстра, если не хуже. Он тебя боится и ненавидит."– послышался насмехающий голос Повелителя.– "Момент в храме. Ты стёр память не всем наемникам и один из них рассказал мне, что было в храме."– Дестро громко засмеялся своим деманическим голосом.

– "Я рад, что я смог обмануть даже вас. Вы правда думаете, что я предам Пандемониум ради этого парня? Правда думаете, что я смогу сдерживать сущность? И вы даже не задались вопросом, почему я сначала веду себя, как последняя мразь, а потом превращаюсь в доблестного героя? Вы реально поверили? Мне нужно доверие его друзей. Добиться ЕГО доверия глупо, но и похищать его тоже глупо. Хоть пытай его 500 лет."– грохочущий голос разнесся по кабинету. Однако, пока Повелитель не видел, взгляд Дестро стал пустым и горьким.– "Однако местонахождение выяснить мне не удалось. Кажется, они мне не слишком доверились и 100% уехали в другой город, потому что знают, что я знаю, где их найти."

– "Действительно... думаю, в этой ситуации наивный все таки я. Глупо, конечно, ждать от нелюди человечности. Просто... это не единственный случай, который заставляет не доверять тебе. Ты не живёшь на территории Пандемонима."

– "Терпеть не могу этот запах на улице и окружающих тут, они слишком тупые и напористые. На поверхности красиво."

– "Ты отказался быть членом Совета Красноглазых."

– "Без обид, но мне ответить честно?"

– "Хах... ладно. Может, тебя и можно записать в список "тех кому можно доверять", но пока только карандашом."

***

За окнами бушевала непогода. Ледяной дождь хлестал по стеклам, словно пытаясь прорваться внутрь, но толстые дубовые рамы и тяжелые бархатные шторы глушили его ярость. В гостиной было тепло — жар камина отражался в полированных деревянных панелях, а мягкий свет пламени рисовал на стенах танцующие тени. 

Дестро вышел из ванной, оставляя за собой облако пара. Полотенце, накинутое на плечи, впитывало капли воды, стекающие с его черных волос. Без маски и пальто он казался менее загадочным, но куда более реальным. Живым существом из плоти и крови, израненным, но не сломленным. Шрамы. Их было много. 

Глубокий рубец пересекал горбинку носа, словно кто-то когда-то пытался рассечь его лицо пополам. Еще один — тонкий, почти изящный — тянулся от уголка губ к скуле, будто след от лезвия, скользнувшего в последний момент. Самый страшный, грубый и неровный, шел от шеи к щеке, будто оставленный когтем какого-то чудовища. А также виднелась небольшая щетина.

Он бросил взгляд на окно, где дождь рисовал мутные узоры, и медленно прошел к дивану. Мягкая кожа дивана с легким скрипом приняла его вес. Телевизор включился с тихим щелчком. 

—"...спешим сообщить, что так называемый «серийный маньяк», которого разыскивали последние месяцы, оказался всего лишь городской легендой. Официально заявляем: никаких доказательств его существования не найдено. Все «жертвы» живы и здоровы, а истории о его преступлениях — дезинформация..."– Дестро улыбнулся, когда услышал эту новость снова. Не та холодная, вежливая ухмылка, что он обычно носил под своей маской, а настоящая, удовлетворенная улыбка. Он откинулся на спинку дивана, скрестив руки на своей широкой груди, и провел пальцем по шраму на губе. 

— "Как я и обещал, Ваше Высочество... я обеспечу вам победу." –Голос был тихим, почти ласковым.