БОНУС 1
США, Лас-Вегас
Прошел месяц после свадьбы.
КАРЛА ВИКТОРИЯ КОНТЕ
— Как ты думаешь, кто-нибудь соизволит нас встретить? — спросила я своего мужа, который шел рядом со мной и нес Ариадну и Киллиана на своих руках.
Эта картина каждый раз умиляла меня, огромный татуированный мужчина с черной, как уголь, бородой и такими же волосами, нес двух маленьких крошек на руках, которые, как две капельки воды, были похожи на него.
— Думаю, что нет. — быстро ответил он и ухмыльнулся.
Мы дошли до нашей машины, которая уже ждала нас и начали усаживать детей в автокресла.
Буквально двадцать минут назад мы приземлились в Лас-Вегасе. Это был прекрасный двухнедельный отдых на Багамах, о большем я, к сожалению, и мечтать не могла.
Но я была рада, что Армандо смог отложить свои дела и вырваться хотя бы на это время. Калисто пришлось руководить всем в одиночку, но могу сказать, что он постоянно названивал моему мужу, хотя я строго-настрого запретила ему это делать.
Я была готова выкинуть телефон Армандо в океан, лишь бы никто нас больше не беспокоил, но эти мужчины не давали нам никакого покоя.
Кстати, Мэгги отдыхала вместе с нами, и это было лучшее решение в нашей жизни. Во-первых, она никогда не отдыхала раньше до этого, как выяснилось, во-вторых, она очень сильно помогала мне с детьми, благодаря ей, мы смогли с Армандо насладиться временем друг с другом.
Видите ли, я никому не доверяла своих детей кроме Мэг, ну и конечно же, моих мужчин, однако я категорически была против всяких нянь и в принципе посторонних женщин. Мне было и так тяжело оставлять их с Мэгги на несколько часов, я звонила ей каждый час, чтобы узнать, все ли в порядке, поели ли они и как они вообще себя чувствовали.
И нет, я не сошла с ума, если что, Армандо тоже так делал. Только он не звонил, а отправлял миллион сообщений Мэг, и кажется, мы действительно достали её за этот отдых. Однако, в нашу защиту я скажу одно, она была совершенно не против и отлично проводила время с нашими звездочками.
Спустя минут тридцать, мы были уже около нашего особняка, и как не странно, но я даже соскучилась по дому и по парням.
На самом деле, я очень переживала за Марко, который в последний месяц не находил себе места, все время думая о Джульетте и о своем сыне.
Армандо не хотел отпускать его в Италию одного и категорически запретил всем покидать Лас-Вегас. Ломбарди только-только стал Доном, нам нельзя было вмешиваться в его дела, если, конечно, мы не хотели начать новую войну, черт возьми.
Однако, я не хочу оставлять это просто так.
Я - единственная в этом доме, которая считает, что Марко должен поехать в Италию, и что он должен вернуть Джульетту.
Пару раз я уже пыталась заговорить с Армандо на эту тему на Багамах, но он тут же приходил в ярость, говоря о том, что мне совершенно не жалко собственного брата.
Он был не прав.
Я любила Марко и жутко боялась за него, но я хочу, чтобы он был счастлив, хочу, чтобы он был с Джульеттой и со своим сыном.
Армандо же видел только одну угрозу в этом, он считал что, как только Марко приедет в Палермо, он сразу же останется без головы.
Я же думаю, что Риккардо не посмеет этого сделать, если не хочет окончательно разбить сердце своей сестре и лишиться своей жизни, ведь я приду за ним, если он посмеет хоть пальцем тронуть моего брата.
— Им нужно поспать. — сказала я Армандо, заметив, что Ариадна начала засыпать на руках своего папы, положив свою голову ему на плечо. — Иди сюда, Киллиан. — я протянула свои руки и взяла своего сына к себе, прижав к груди. Армандо поудобнее уложил Ариадну на своих руках, потому что наша звездочка уже окончательно погрузилась в сон.
К сожалению, но они плохо спали в самолете и заметно утомились за время полета.
— Я отнесу Ариадну в комнату. — сказал Армандо, быстро поцеловал меня в лоб и ушел.
Как не странно, но Киллиан продолжал бодрствовать.
— Ну что, ты готов встретиться со своим дядями, малыш? — спросила я у своего сына и он нахмурился.
— Чоооорт! — завопил Килл и я усмехнулась.
Да, мы так и не смогли его отучить от этого слова, увы.
Я зашла внутрь, наблюдая, как охрана заносит наш багаж в холл. Мэгги руководила процессом, поэтому я решила пойти в гостиную, где точно знала, что кого-нибудь, да найду.
Я сразу же увидела Рида, который сидел рядом с Алессандро на диване и они оба смотрели какой-то сериал, кажется, это «Бумажный дом».
— Эй, не хотите поздороваться? — недовольно воскликнула я и они оба обернулись, на их лицах появились широкие улыбки, Рид тут же вскочил на ноги и понесся прямо ко мне.
— Убить! — крикнул Киллиан и Рид остановился в метре от нас.
И я не побоюсь этого слова, но кажется, Рид боялся Киллиана после того случая с ножом. Ну и не только после него...
На нашей свадьбе, Килл чуть не проткнул ладонь Рида вилкой, Николас успел его вовремя остановить.
— Может ты уберешь этого монстрика подальше от меня? — спросил у меня Рид, не подходя ближе, чтобы мой сын не мог ненароком достать его своей маленькой ручкой.
Я закатила глаза и больше никак не отреагировала. Киллиану не было даже двух лет, а они уже сделали из него какое-то орудие для убийств.
— Ты действительно боишься ребенка? — начала подтрунивать я его и сделала шаг ближе, протянув ему Киллиана, Рид пошатнулся, столкнулся с диваном и перелетел через его спинку прямо на пол.
Алессандро начал громко смеяться, увидев, как Рид распластался на полу гостиной.
Алесс медленно встал с дивана и подошел ко мне, но мой сын снова нахмурился и сказал:
— Убить!
И тот остановился на месте, улыбка тут же сошла с его лица.
— Может тебе действительно лучше отнести его в свою комнату? — спросил у меня Алесс.
— Вы что серьезно? Вы же понимаете, что он не убьет вас? — повысила я на них голос, продолжая прижимать к себе Киллиана, который смотрел на своего дядю Алесса не самым приятным взглядом.
Рид перекатился со спины на живот и начал подниматься на ноги.
— Он уже дважды пытался меня зарезать, как какую-то свинку! — завопил Рид.
— Он порезал своим ножом всю мою одежду! — напомнил мне Алессандро, и да, такое тоже было.
— Это был не нож, а ножницы! — парировала я, мы не разрешали Киллиану брать настоящие ножи в руки в целях безопасности, но это не особо помогало, как видите.
— Он сжег мое любимое кресло. И мог сжечь Калисто вместе с ним. — продолжил Рид, смотря прямо на меня и скрестив свои руки на груди.
Это тоже была случайность, в гостиной есть камин, Киллиан нашел какую-то книгу,поджег её и кинул прямо на кресло, в котором на тот момент сидел Калисто. Все произошло молниеносно.
— Он подсунул дохлую лягушку мне прямо в кровать! — согласился с Ридом Алессандро.
— Он распотрошил ту крысу, которую нашел в саду и положил её в тарелку Лоренцо, когда тот собирался поужинать. — заявил Рид.
— Все, хватит! — повысила я голос на них. — То есть вот так вы рады нас видеть? Нас не было две недели, черт возьми!
— О, я рад, очень, я рад видеть тебя, но не его. — и он тыкнул пальцем в моего сына.
— Идиот. — прошептал Киллиан, но все это услышали, глаза Рида округлились до невозможных размеров.
— Он только что назвал меня идиотом? — спросил тот таким тоном, как будто, его ужасно оскорбили.
— Тебе послышалось. — и я натянуто ему улыбнулась. — Киллиан, он твой дядя, так нельзя говорить. — сказала я своему сыну, встретившись с его зелеными глазками.
— Где мой любимый малыш? — услышала я за своей спиной голос Марко, развернулась и широко улыбнулась.
Выглядел он не очень, на самом деле, казалось, что он не спал последние пару дней, так точно.
— Он - монстрик, а не малыш! — тут же начал возмущаться Рид.
Марко подошел ко мне, приобнял и поцеловал меня в лоб, затем взял Киллиана из моих рук, который не особо то и был против.
— Как он может так спокойно брать его на руки? — услышала я голос Алессандро за своей спиной.
— Он явно любимчик монстрика. — пояснил ему Рид. — Киллиан даже ни разу не пытался его убить!
— И не подкладывал ему мертвую лягушку в постель! — согласился с ним Алессандро, и я снова закатила глаза, продолжая наблюдать за тем, как мой брат ворковал с моим сыном.
Я подошла чуть ближе и положила свою руку на его широкое плечо, и мы встретились взглядами, я видела там лишь одну печаль.
— Ты в порядке? — тихо спросила я у него, он натянуто мне улыбнулся и кивнул в знак согласия.
Это была ложь.
Ему было плохо, я видела это.
— Пойдем, я хочу с тобой поговорить. — сказала я ему и кивнула в сторону библиотеки, оставив за своей спиной возмущающихся Рида и Алесса.
Когда мы оказались одни за закрытыми дверьми, то Марко сел с Киллом в одно из кресел, а я устроилась прямо напротив них.
— Ты должен поехать в Палермо. — твердо заявила я и откинулась на спинку кресла, мой брат резко оторвал свой взгляд от моего сына и посмотрел на меня.
— Армандо не отпустит меня. — ответил мне он.
— Отпустит. — уверенно сказала я. — Я решу этот вопрос, начинай собирать чемоданы. Но я прошу тебя, не делай глупостей, Марко. Риккардо - вспыльчивый ублюдок, от него можно ожидать все, что угодно, особенно, когда дело касается его единственной и любимой сестры. — пояснила я ему. — Будь благоразумнее, подумай обо мне в этот раз, прошу. И о своих племянниках. — и я сглотнула, вспоминая наше прошлое. — Я не хочу снова терять тебя.
— И не потеряешь, больше никогда. — и он положил свою руку на мою.
— Я хочу, чтобы ты был счастлив, старший братец. — и я улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ и сжал мою руку. — Не возвращайся в Вегас без Джульетты и Винченцо, слышишь? Я тоже хочу понянчить своего племянника. — в его глазах было столько боли. — Я смогла тебя простить, и она тоже сможет. — попыталась я успокоить его, но заметила, что Киллиан тоже начал засыпать, как вдруг, дверь открылась и в библиотеку зашел Лоренцо.
— Ангел! — воскликнул он и мы вместе с Марко шикнули на него, приложив палец к губам и кивнув в сторону засыпающего Килла, который уже начал пускать слюни на руку своего дяди.
Лоренцо подошел ко мне, и крепко обнял сзади, положив свой подбородок мне на голову.
— Я скучал. — прошептал он мне, продолжая обнимать за шею. — И даже по монстрику. — и я вздохнула.
— Я отнесу его в кроватку. — сказал Марко, подхватил моего сына на руки и ушел.
Лоренцо тут же отпустил меня и плюхнулся в кресло на место Марко.
— С тобой я тоже хотела поговорить. — твердо заявила я ему и он как-то странно на меня посмотрел.
— И о чем же? — поинтересовался тут же он.
— Видишь ли, я слышала, что в Братве готовится переворот, многие недовольны нынешним Паханом, Орлова хотят убрать. — начала я издалека.
— Я тоже слышал об этом, но к чему ты мне это все говоришь? — и он поднял свою бровь в знаке вопроса.
— Ладно, я не буду тянуть. — и я перекинула ногу на ногу, сцепив свои руки в замок, я положила их на свои колени. — Я хочу, чтобы ты занял это место, я хочу, чтобы ты стал Паханом Братвы, Лоренцо. — и он замер.
Видели бы вы его лицо прямо сейчас.
Он был просто в шоке.
— Что? — выдохнул он в удивлении.
— Это место принадлежит тебе по праву. И я никому его не отдам. — твердо заявила я ему. — До того, как я узнала, что ты жив, я сама намеревалась занять это место, я даже заключила некую сделку с Николаем Соколовым, но как видишь, все пошло не по моему плану, однако сейчас, все по-другому. Ты - мужчина и ты - законный наследник Братвы, ты - Соколов, единственный оставшийся в живых из мужчин. И я хочу, чтобы все узнали о том, что ты жив. — его рот открылся в удивлении, а его глаза были настолько широкими, что мне казалось, что они вылетят из орбит.
— Ты сошла с ума! — повысил он голос на меня.
— Нет, я просто хочу вернуть то, что у нас забрали. — спокойно ответила я ему.
— Я не смогу быть Паханом, я лишь простой боец, черт возьми! Я годами проводил свое время лишь на одном ринге! — чуть ли не крича, сказал мне он.
— Это еще один плюс. — сказала я ему. — Ты сможешь и ты сделаешь это, потому что, ты - Соколов, потому, что ты - Бенедетти, и потому, что ты - мой брат, а мы не сдаемся так просто. Мы бьемся до конца, до победного.
— Кого я вижу! — и в дверях появился Николас, он, как всегда, выглядел великолепно в своем светло-коричневом костюме, он сразу же заметил некое напряжение между мной и Лоренцо. — И что здесь происходит? Почему у твоего близнеца такое ошарашенное выражение лица? Что ты ему сказала?
— Ничего такого, чего ты бы не знал. — и я ему улыбнулась, он подошел ко мне и чмокнул меня в щеку.
— С приездом. — прошептал он мне.
— Мне нужно все обдумать. — тут же заявил Лоренцо и быстро вылетел из помещения, оставив нас с Ником вдвоем.
— Ты сказала ему, верно? — тут же задал он вопрос.
— Да. — ответила я и Ник начал ходить из сторону в сторону прямо передо мной.
— Слишком рано. Русские даже еще ничего не предприняли, пусть сами уберут Орлова, а мы появимся в самый последний момент. — заявил он. — Говорят, что через пару месяцев сюда нагрянет Братва из России. — и он сделал паузу. — Те самые.
— Некрасовы? — спросила я.
Некрасовы были самой сильной семьей среди всей Братвы по всему миру на данный момент. Они были центром, они были верхушкой и они правили из России.
Москва была их городом, городом, который все остальные обходили стороной, боясь встретиться с этой семьей.
Но самое сложное заключалось в том, что никто не знал, как они выглядят, никто не знал, кто был там Паханом.
Это было тайной.
Ужасной, кровавой тайной, которую я до жути хотела раскрыть. И поверьте мне, я это сделаю.
— Ты ввязываешь в опасное дело. — напомнил мне уже в сотый раз Николас.
— А когда я этого не делала? — он резко остановился и мы встретились взглядами.
— Лучше расскажи своему мужу о том, какие мысли есть в твоей милой, светлой головке, иначе он убьет меня. — заявил мне он и я громко вздохнула.
— Не начинай! Я ничего не буду делать, этим займется Лоренцо. — ответила я ему.
— А разве он согласился? — задал вопрос Ник.
— Нет, но это дело времени. — я улыбнулась ему хищной улыбкой. — Некрасовы будут в Нью-Йорке через пару месяцев, верно?
— Да, на этой встречи будут почти все главные Паханы Братвы США. Все хотят увидеть хоть кого-нибудь из Некрасовых. Признаюсь, но даже мне любопытно. — заявил мне Николас.
— Вот тебе и представится возможность. — и его глаза округлились.
— Нет-нет-нет! Мы никуда не поедем, черт возьми! У тебя двое детей, имей совесть в конце концов, перестань уже этим заниматься! — повысил он голос на меня и сел в кресло.
— Мы сделаем так, как захочу я, и ты это знаешь. — и он закатил глаза, он знал, что я была права.
— Вернемся к этому разговору чуть позже. — перевел он тему. — Как Багамы?
— Отлично! Когда вас нет рядом, то вообще прекрасно. — и он напрягся, а я лишь рассмеялась.
— Хочу напомнить, что проблемы создаешь нам лишь ты и теперь, еще твой старший брат, который вдруг надумал лететь в Палермо. — и он нагнулся ближе ко мне. — Не подскажешь ли ты мне, кто его надоумил?
— Ты не понимаешь его решения, потому что ты не любил так, как я люблю Армандо, так, как любит Марко Джульетту, но однажды и ты найдешь ту девушку, Фернандо, которая перевернет твой мир с ног на голову, которая заставит тебя думать о ней день и ночь, которая залезет тебя вот под эту кожу, в самое сердце. — и теперь я нагнулась к нему и тыкнула ему в грудь, где было его сердце.
Не так давно, Ник решил вступить в Каморру, как и Рид. Теперь у них были те самые тату, которые говорили о принадлежности к синдикату Армандо.
— Увы, но я не создан для любви. — так просто ответил мне он и откинулся на спинку кресла.
— Увы, но ты ошибаешься. — и я наигранно ему улыбнулась. — Я знаю тебя лучше, чем ты сам, придурок, и поверь, в твоем сердце найдется место для той самой.
— О, оно уже нашлось. — и он дерзко мне улыбнулся. — Ты забрала это место.
И я закатила глаза, но моя улыбка стала еще шире.
— Армандо! — сказала я и он резко напрягся и вскочил со своего кресла.
А я лишь громко рассмеялась.
Как легко же его обмануть.
— Я припомню тебе это! — и он сел обратно. — У меня чуть сердечный приступ не случился.
— О, да? Неужели я так быстро вылетела из твоего сердца? — поддела я его и он скорчил мне рожицу.
— У меня есть Рид, за этим парнем нужно постоянно следить. — решил он снова перевести тему.
— Рид уже большой мальчик, который, кстати, тоже может однажды влюбиться, и с кем же ты тогда останешься? — спросила я у него.
— То есть ты меня уже выгоняешь? — недовольно задал вопрос Ник.
— А если и так? — и я улыбнулась ему.
— Киллиан еще слишком мал, я могу быть рядом с ним до конца своих дней. — и он положил свою ладонь на сердце.
— Он тоже однажды вырастит и я уверена, что ему не нужно будет общество старого ворчуна. — заявила я ему и он ахнул.
— Ты назвал меня старым? Так еще и ворчуном?
— Да, я это сделала. Мы смотрели «Белоснежку» с Ари в самолете. — и он громко вздохнул.
— Вот вы где! — и теперь действительно появился Армандо. — Я уже думал, что ты прячешься от меня, жена. — и он усмехнулся. — Николас, скажи мне, что ничего не произошло, что за это время Алессандро с Ридом ничего не натворили, а Марко не сбежал в Италию. — и мужчины встретились взглядами.
— Два дня назад Алесс с Ридом подрались за последний кусок пиццы, это считается? — и он усмехнулся.
— Оставь подробности при себе. — мой муж поморщился, подошел ко мне, нагло приподнял меня с кресла, уселся сам и расположил меня на своих коленях. — Думаю, что Киллиан теперь не даст им покоя.
— О, черт возьми, Киллиан! — воскликнул Николас. — Скажите, что вы купили ему поводок! — и я посмотрела на Ника убийственным взглядом, примкнув ближе к твердому торсу Армандо. Он обхватил меня за талию своими большими руками и уткнулся своим носом мне в шею.
— Он не собака! — начала возмущаться я, стараясь не обращать внимания на жаркие поцелуи Армандо, которые он прямо сейчас оставлял на моей шее. — Еще раз что-то скажешь такое про моего сына и я натравлю его на тебя!
— Ты такая жестокая. — недовольно произнес Николас. — А где моя любимая маленькая королева? — спросил он про Ариадну.
— Она спит. — вдруг резко ответил мой муж, оторвавшись от моей шее. — Тебе бы лучше пойти и заняться своими делами. — твердо заявил Армандо и Ник закатил свои глаза.
— Пожалуйста, только не трахайтесь прямо здесь! Это общественная библиотека! — предупредил он нас и быстро направился к выходу из комнаты.
— Это моя библиотека, черт возьми! И мой дом! — зарычал Армандо на него, Ник тяжело вздохнул и вылетел из библиотеки, оставив нас двоих.
Я повернулась лицом к Армандо и взглянула в его глаза.
— Мы уже занимались сексом в самолете пару часов назад! — напомнила я ему.
— Я всегда хочу тебя, Ангел. — и он поцеловал меня в губы, я начала ерзать на его коленях от возбуждения, которое начало нарастать во мне, и наткнулась на уже твердый член Армандо своей задницей.
— Нам нужно поговорить. — еле оторвавшись от губ мужа, прошептала я ему.
— Да? И о чем же? — и он прошелся своим большим пальцем по моей нижней губе, черт, он вообще знал, что он делал со мной и с моим телом прямо сейчас? Я была уже вся мокрая.
— Насколько сильно ты меня любишь? — и он тут же напрягся, с недоумением посмотрев прямо в мои глаза.
— Мою любовь к тебе нельзя описать словами. Она безгранична, она бесконечна и она ни с чем не сравнится в этом мире, ведь она велика так, как не велика вся наша Вселенная. Ты - мое все, Ангел, мой свет, моя тьма, моя душа, мое небо над головой, мое счастье, моя улыбка, мое сердце и вся моя жизнь. — и он сделал паузу. — И наши дети. Я никогда не любил никого так, как люблю вас. — и я сглотнула, слезы уже скопились в уголках моих глаз.
— Когда ты стал таким милым? — резко спросила я его.
— Когда ты стала такой сентиментальной? — и он нежно поцеловал меня в губы.
— Нет, стой.— и снова я оторвалась от него. — Я не просто так задала тебе этот вопрос, Армандо. — и он снова напрягся, услышав свое имя из моих губ в таком тоне. — Марко любит Джульетту также, как и ты любишь меня. — резко заявила я ему и в его глазах вспыхнул огонь, он сильнее сжал мою талию в своих руках. — Просто выслушай меня, ладно? — и он неохотно, но кивнул головой в знак согласия. — Ты ради меня пожертвовал собой, Армандо, и ты даже не знал о наших детях на тот момент, ты сделал это, чтобы я была жива, чтобы я вернулась домой. А Марко знает, что его любимая где-то там, в Италии, и он также знает, что у него есть, черт возьми, сын. На минуточку, мой и твой племянник! — напомнила я ему и мой муж лишь продолжал смотреть на меня твердым взглядом. — Мы получили свой happy end, но разве Марко не заслуживает того же, что имеем мы с тобой? Я понимаю, что это опасно, я понимаю, что его могут убить, но я также уверена, что он умрет тут, зная, что не сделал ничего, чтобы вернуть их, зная, что он просто решил остаться в Вегасе. — и я сглотнула. — Поставь себя на его место. — и Армандо крепко сжал свою челюсть. — Я бы сожгла весь мир дотла, чтобы вернуться к тебе, муж. Два года я сгорала изнутри, чтобы снова увидеть тебя, чтобы ты увидел наших детей. А сын Марко даже старше близнецов! Мне больно осознавать, что он никогда не видел его. — и я нежно дотронулась до щеки Армандо и соприкоснулась своим лбом с его. — Отпусти его.
— Что ты нахрен делаешь со мной, Ангел? — и он впился в мои губы в очень страстном поцелуе.
— Это значит «Да»? — поинтересовалась я между поцелуями.
— Да. — ответил быстро он и начал раздевать меня.
Прошло еще два месяца после свадьбы.
— Некрасовы перенесли встречу. Они не смогли приехать, что неудивительно. — зашел Ник в столовую, где уже все было накрыто для ужина.
Здесь пока никого не было, я всегда приходила чуть раньше, чтобы усадить близняшек по своим стульям, к тому же, Калисто и Армандо еще не вернулись со своего совещания, а Алессандро с Ридом с гонки.
— А я уже придумала план побега! — и я наигранно раскинула руки в сторону.
— Перестань так шутить! Мы не собирались ехать в Нью-Йорк, черт возьми! — накричал он на меня.
— Не кричи на мамочку! — резко заявил Киллиан и мы оба замолчали. Мой сын редко говорил более слова или двух. Мои глаза действительно округлились от неожиданности.
— Я не кричал. — ответил Ник, не скрывая своего удивления.
— Нет, ты кричал. И я могу убить тебя вот этим ножом! — и он резко достал из-под себя кухонный нож. Мой рот приоткрылся от шока.
Когда он успел, черт возьми, взять нож? И почему я этого не заметила?
— Киллиан Алонзо Конте, отдай маме нож! — твердо заявила я и протянула свою руку к нему.
— Но мама... — начал недовольно возникать он, но отдал нож, который я тут же убрала подальше от него.
— Дядя Ник - хороший! — резко вмешалась Ариадна, наблюдая за всем со стороны, они тут же встретились с Киллианом взглядами.
— Он кричал на мамочку! — прошипел брат на свою сестру.
— Она всегда мне нравилась больше, чем он. — сказал мне тут же Ник, и Килл снова посмотрел на него своим взглядом «ненавижу всех кроме мамы и папы».
— Не говори так! — тут же упрекнула я своего друга.
Затем, взяла стаканы близнецов и налила им воды, чтобы они хоть немного отвлеклись.
— Когда Некрасовы будут в Нью-Йорке? — задала вопрос я.
— Полгода, не раньше. — и я напряглась.
— Это долго. — тут же ответила я и мы встретились глазами с Ником. — Ладно, у меня есть больше времени, чтобы подготовить Лоренцо.
— Я не понимаю, зачем тебе это все нужно, черт возьми. — уже спокойно сказал Ник, следя за реакцией моего сына, который наблюдал за нами, продолжая пить воду из трубочки.
— Это место Лоренцо. — коротко ответила я. — Он будет достойным Паханом. — и я резко повернулась к Нику. — И знаешь что, если бы Марко не уехал в Италию, то я бы сместила Франко с поста Капо Нью-Йорка и сделала бы Капо своего старшего брата! Кажется, отцу уже давно пора на покой.
— Ты никогда не успокоишься, верно? — лишь это спросил Ник.
— Ты так чертовски прав. — и я сделала паузу. — Мы вернем то, что принадлежит нам. Я всегда буду бороться. Но мне пора уступить место вам, мужчинам, ведь сейчас, моим центром являются мой муж и мои дети, но я также разорву глотку любому за своих братьев, за тебя и за Рида, Ник.
— Франко уже пару месяцев пытается связаться с тобой. — напомнил мне он.
— Пусть идет к черту, если он думает, что я смогу забыть все то, что он делал с нами в детстве из-за того, что он спас Армандо, то он глубоко ошибается. — быстро ответила я.
А потом, Ариадна кинула свой стакан в Киллиана, попав своему брату прямо в голову, вода полетела во все стороны, моя одежда и одежда Килла сразу же стали мокрыми.
Я тут же кинулась к своему сыну, чтобы проверить все ли в порядке и посмотреть на ущерб, оставленный Ариадной.
Радовало только одно, что стаканы были сделаны из тонкого пластика.
Но Киллиан никак не отреагировал, если не считать того взгляда, который он бросил на свою сестру.
— Я отрежу ей волосы. — твердо заявил мне он и я ахнула.
— Ты не сделаешь этого! — сказала я ему.
— Но мама... — снова начал он, но я его перебила.
— Нет!
— Я думал, что в моей жизни не будет проблем хуже, чем Рид или ты, но как же я, черт возьми, ошибался! — тут же вставил свои слова Ник. — Твой ребенок - это маленький дьяволенок, я уверен, что он уже может сниматься в самых страшных ужастиках. Монстр во плоти, так сказать.
— Закрой свой рот, Николас! — зарычала я на Ника, продолжая вытирать лицо Килла полотенцем.
— Убить! — тут же воскликнул Килл.
— Он - твоя дядя! — в миллионный раз напомнила я своему сыну.
— Он лишь помеха. — ответил мне мой сын, и челюсть Ника упала на пол, если можно было это так описать.
— Ему же еще нет и двух, верно? — поинтересовался Николас, хотя прекрасно знал ответ, и я кивнула головой в знак согласия. — Боюсь представить, что будет, когда ему исполнится пять, потом десять, потом пятнадцать...
— Он не убьет вас, не переживай. Я прослежу за этим. — и в столовую зашел Лоренцо.
— Вы уже здесь. — сказал он и уселся на свое место за стол. — Монстрики, привет! — и он помахал своим племянником рукой.
— И где ты был? Кажется, ты не появлялся дома со вчерашнего дня! — тут же начала наезжать на него я, обернувшись.
— А я обязательно должен рассказывать тебе о том, с кем я трахался и у кого был? — резко спросил он и я нахмурилась прямо, как мой сын.
— Трахался? — переспросила Ариадна и я напряглась.
— Замолчи! — тут же воскликнула я, обращаясь к Лори.
— Замолчи! — повторил Киллиан и я снова посмотрела на своего сына, он сейчас так сильно был похож на Армандо.
— Дай мне сил. — пробормотал Ник и тоже сел за стол.
— Будь поразборчивее в своих связях. — заявила я своему близнецу. — И больше не упоминай таких слов при моих детях. — и он кивнул головой в знак согласия и потянулся за едой, которая уже была на столе.
Вскоре, в столовой появились и остальные мужчины. Армандо зашел самый последний, подошел сначала к детям и быстро чмокнул их в головы, а потом страстно поцеловал меня прямо в губы.
— Фу! — услышала я Рида рядом с собой.
— Ваша комната всего лишь на втором этаже, но на первом есть и гостевые. — вмешался Калисто и сел напротив меня.
— Как там Марко? — тут же поинтересовалась я у мужчин.
Но Армандо промолчал и напряг меня этим.
— Мы поговорим об этом позже. — твердо заявил он.
Я вижу, как Рид тянется к курице, начинает поднимать кусок и вилка вместе с куском падает из его рук.
— Какого хрена? — тут же завопил он и мои глаза сразу же устремились к тому месту, где был большой кусок курицы.
— Это что вообще такое? — поинтересовался Калисто.
— О, так это же лягушка, черт возьми. Смотрите, еще свежая кровь. — пробормотал Алессандро и усмехнулся. — А, так вы же не знакомы с таким, точно! — недовольно воскликнул он. — Вам же не подкладывают мертвую лягушку под подушку!
Черт.
Киллиан.
— Это было один раз! — вмешался Армандо и посмотрел на Киллиана.
— За последний месяц уже три! — парировал Алесс.
— Киллиан! — и отец с сыном встретились глазами в молчаливом разговоре.
— Вообще-то, четыре! — решил прокомментировать это как-то наш сын. — Тата. — так близнецы называли Мэг. — Нашла четвертую под кроватью.
И глаза всех мужчин округлились.
— Ты больше не будешь так делать, Киллиан! — твердо заявил Армандо. — И это не обсуждается.
— Хорошо, папа. — быстро согласился наш сын, но все мы знали, что он придумает что-то другое, что будет в разу хуже, чем мертвые лягушки.
— Я хочу посмотреть на дохлую лягушку! — завопила Ариадна, пытаясь вылезти из своего кресла.
— О, Дьявол, я уберу это! — я тут же вскочила и кинулась к тарелке с курицей, чтобы выкинуть это все к чертям.
— Но мама! Я еще не посмотрела! — услышала я недовольный возглас своей дочери.
Я быстро унесла это все на кухню и выкинула в мусорный бак, а потом вернулась обратно.
Ариадна уже сидела на коленях у своего отца и разделяла с ним свой ужин. Они ели из одной тарелки и пользовались одной вилкой.
Наша дочь была неимоверно довольна таким ходом событий, но Киллу, кажется, не нравилось, что его сестра забрала все внимания их отца на себя.
— Я не удивлюсь, если однажды утром, кто-то из нас не проснется только потому, что Киллиан перережет кому-то горло! — решил продолжить Рид и я посмотрела на него убийственным взглядом.
— Надеюсь, что это будешь ты. — добавил Калисто.
— А я всегда не нравился тебе, здоровяк! — и Рид продолжил есть.
— Как поживает Эмилия? — решила резко перевести я тему, задав вопрос Алессандро.
У них были кое-какие сложности в отношениях, если это можно было так назвать.
Прошло еще полгода.
Я была на втором месяце беременности и мы не так давно узнали о том, что у нас будет пополнение.
За эти месяцы я продолжала обрабатывать Лоренцо и кажется, у меня все вышло.
Однажды, еще до того, как я узнала, что была снова беременна, мы сидели с Ником в библиотеке, который держал Ариадну на руках и читал ей книгу про Золушку в миллионный раз.
— Почему у самых лучших принцесс светлые волосы? — спросила резко Ари, закинув голову наверх, чтобы посмотреть своими зелеными глазками на Ника. — У мамочки тоже светлые волосы. А у меня черные!
— У тебя самые восхитительные волосы, которые я когда-либо видел, маленькая королева. — тут же ответил Николас и моя дочь засияла. Я наблюдала за ними сквозь книгу, которую пыталась прочитать прямо сейчас. — Уверен, что твоему отцу будет не просто с тобой, ведь ты - настоящая красавица, Ари.
— Мама говорит, что Киллиан тоже красивый, но это ведь не правда? Почему мы еще не отдали его в другую семью? — начала заваливать она его вопросами и я нахмурилась.
— Это надо спросить у твоей мамы. — и Ник пожал плечами, а моя дочь, которая вновь была одета в шикарное, пышное платье, хоть она и была дома, тут же посмотрела на меня.
— Мама, почему мы не можем оставить его на свалке? Дядя Рид сказал, что там ему и место, после того, как Килл положил ему дохлую крысу в машину. — и мои глаза округлились.
— Больше никогда не слушай своего дядю Рида, Ариадна. — твердо заявила я ей и в библиотеку зашел Лоренцо.
— Дядя Лоренцо! — воскликнула Ари, увидев его и протянула к нему свои ручки, он быстро подошел к ней, взял её в свои руки и начал подбрасывать к потолку. Она тут же начала громко смеяться, забыв про своего близнеца.
— Малышка. — прошептал ей Лори и поцеловал её в щечку, она тут же примкнула к нему и обняла за шею. — Я хотел с вами поговорить. — заявил он нам с Ником. — Я согласен. — сказал он тогда и на моих губах появилась широкая улыбка.
Николас начал постепенно вводить Лоренцо в курс делала, по факту, он учил его, как быть Паханом.
Я отошла немного от дел, когда узнала про свою вторую беременность. Николас контролировал весь процесс обучения Лори сам.
— Моя душа, моя дочка. — говорил Армандо Ариадне, которую прямо сейчас пытался уложить спать. — Ты самая красивая маленькая принцесса.
— А мамочка? — поинтересовалась Ари, смотря на папу.
Она лежала в своей кровати, украшенной декоративными цветами, даже её постельное белье было в цветах, в черных розах.
Ариадна действительно была помешана на черном. Она обожала черные платья и готова была скупить их все в магазинах этого города.
— А твоя мамочка - моя королева. Она невероятно прекрасна. — сказал он ей, до сих пор не замечая меня, хотя я стояла в дверях детской.
— Я бы хотела такие же светлые волосы, как у мамочки. — и я услышала громкий вздох Киллиана с другой стороны комнаты.
— Но твои волосы просто великолепны, дорогая. Они уникальны. — заявил ей Армандо, продолжая разговаривать с ней максимально ласково.
— Они такие же, как у Киллиана! Мне это не нравится! — и мой сын начал ерзать в свой кровати, тем самым, показывая свое недовольство и давая знать, что он еще не спит.
— Вы же близнецы, две самые важные половинки в нашей с мамой жизни. И вы оба очень красивы. — сказал ей мой муж.
— Он - уродец! — твердо заявила Ари.
— Я отрежу тебе волосы, если они тебе не нравятся! — пробормотал Киллиан со своей кровати с постельным бельем с мотоциклами.
— Я выкину все твои ножи в мусорку! — парировала моя дочь.
И я не могла сдержать улыбку.
— Если вы сейчас же не успокойтесь, то завтра мы не поедем в кино! — пригрозил им Армандо.
— Нет, папочка! Я больше не буду. — начала умолять Ариадна и мой муж победно улыбнулся. Киллиан же просто замолчал, что было в духе моего сына.
— Какая на сегодня сказка? — задал он вопрос близнецам.
— Про ножи! — воскликнул Килл.
— Нет! — тут же вмешался Армандо.
— Про гонки! — заявила Ари.
— Нет!
И на этом моменте, я развернулась и вышла из комнаты, поняв, что это затянется надолго.
Я медленно вышла на улицу в своем легком, атласном, длинном халате, и подошла к бассейну, опустив в воду свои ноги.
Из темноты появилась фигура и я знала, кто это был, даже не видя лица.
Ник подошел ближе, задрал свои спортивные штаны и тоже опустил ноги в воду.
Это ситуация мне напоминала то, как мы когда-то также сидели и разговаривали в Лос-Анджелесе. Я ненавидела Армандо, хотела отомстить за братьев, а Ричард еще был жив...
— Я приготовил близнецам подарки. — заявил мне он, напоминая о том, что совсем скоро им исполнится уже два года.
— И что же это? — поинтересовалась тут же я.
— Доберманы. — резко ответил он и мои глаза округлились.
— Что? Нет? Тебе совсем не жалко собак? — начала заваливать я его вопросами.
— Я думаю, что близнецам понравится мой подарок. — лишь это ответил он.
— В следующий раз, советуйся со мной, когда решишь заводить животных! — твердо заявила я.
— Я посоветовался, но не с тобой, а с Армандо. — и я в шоке уставилась на него, не веря, что мой муж это одобрил.
— Черт. За всем прочим дерьмом будете следить вы двое, понятно? — и он нахмурился.
— Мы завтра улетаем в Нью-Йорк. — резко напомнил мне он.
— Я полечу с вами! — снова заявила я, мы уже не в первый раз поднимали этот разговор за последний месяц.
— Нет! Ты, черт возьми, беременна! Я не буду подвергать тебя такому риску.
— Я беременна, а не больна! — повысила я на него голос. — И я не хочу отпускать Лоренцо одного!
— А я что шутка для тебя? — оскорблено спросил он.
— Ты - помеха, как сказал Килл. — и мы встретились взглядами.
— Кто-то, в любом случае, должен присмотреть за Ридом, в последнее время, он буквально сорвался с катушек. — напомнил мне Ник.
И он был прав.
Постоянные клубы, гонки, алкоголь и секс.
Как только Алессандро перестал быть холостяком, у Рида начался траур по другу.
— Я займусь этим вопросом. — твердо заявила я.
— И что же ты сделаешь?
— Я отвлеку его. — быстро ответила я. — В субботу мы идем в театр на спектакль современного танца, впервые в Лас-Вегасе, между прочим!
— И как же он на это согласился? — поинтересовался мой друг.
— Шантаж. Мне было достаточно лишь сказать одно волшебное слово. — и я усмехнулась, вспомнив тот разговор с Ридом.
— И какое?
— Киллиан. — и Ник рассмеялся.
А потом, он заметил мой серьезный взгляд.
— Ты же полетишь в Нью-Йорк, верно? — и он был чертовски прав. — Что ты скажешь, Армандо? Я не собираюсь ему врать! Моя жизнь мне еще очень дорога.
— У Армандо завтра много работы в клубе, скорее всего, он не вернется до утра, к тому же, я сказала, что хочу проведать Эмилию с Алессандро и съездить в Лос-Анджелес. Еще одним аргументом стало то, что я сказала, что хочу навестить могилу Ричарда.
— И он так просто согласился? — с подозрением на меня посмотрел он.
— Нет, конечно, при условии, что со мной поедешь ты, Лоренцо и куча другой охраны. — и я сделала паузу. — Ну и марафон секса.
— Только без подробностей, прошу тебя! Как представлю... — и он поморщился.
— Я вообще-то беременна. Ты когда-нибудь думал, откуда у нас взялись дети? — повысила я на него голос. — Как они появляются на свет?
И на его лице застыло выражение шока.
— О, нет, зачем я это представил? — и он закрыл свои глаза, помотав головой из стороны в сторону.
— Фу, какой ты нежный. — сказала я ему. — Хочу, напомнить, что в отличие от вас, Ломбарди был со мной на родах и выдержал это, все время держа меня за руку, черт возьми!
— Мы должны поставить ему памятник?
И я закатила глаза, начав подниматься на ноги.
— Встречаемся в 8 утра, как только Армандо уедет. — быстро сказала я ему и ушла, оставив его одного позади себя.
Как только я зашла в комнату, я сразу же заметила огромную фигуру своего мужа около окна. Он был лишь в одних спортивных трико и его мышцы спины сейчас выглядели уж очень сексуально и мужественно.
Я подошла к нему сзади и обняла со спины, и он сразу же дотронулся до моих рук, которые обвились вокруг его талии.
— Где ты была? — спросил спокойно он, продолжая смотреть куда-то в ночную даль.
— Я разговаривала с Ником. — тут же ответила я. — И я бы хотела поговорить с тобой. — и он развернулся в моих объятиях, прижав меня в своей груди, мне пришлось закинуть голову кверху, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, которые плохо были видны в темноте. — Я не хочу тебя обманывать, Армандо. — начала я и он напрягся. — Я собираюсь завтра полететь вместе Ником и братом в Нью-Йорк. Мы едем на встречу Братвы. — и я почувствовала, как он изменился, его руки сильнее сжали мою талию, его дыхание стало сильнее.
— Нет. — тут же твердо заявляет он.
— Армандо...
— Нет, и это больше не обсуждается. — снова повторил он и отпустил меня, отойдя в сторону, а потом, он снова посмотрел на меня. — Ты с ума сошла? Ты беременна, черт возьми, нашим ребенком! Если не думаешь обо мне, то подумай о ребенке! — начал возмущаться он. — Я нахрен два года думал, что ты мертва, я похоронил тебя, я приходил к тебе на могилу и это было худшее, что случалось в моей жизни, я думал, что погиб тогда вместе с тобой, Виктория. — он специально использовал мое второе имя, мой муж был в гневе. — Я больше не подвергну тебя ни малейший опасности, особенно, когда ты в положении. Я больше не вынесу того, если с тобой что-то случится!
— Армандо... — и я подошла к нему, уткнувшись своим носиком в его голую широкую грудь. — Со мной больше ничего не случится, просто поверь мне. Я могла же соврать тебе! — и я подняла свои глаза, наши взгляды тут же встретились. — Я могла сказать, что еду в Лос-Анджелес к Алессандро, я могла просто умолчать про Нью-Йорк, но я рассказала тебе! Ты должен просто мне довериться, как это сделала я прямо сейчас, черт возьми! Со мной ничего не случится, я клянусь. Однако, ты должен отпустить меня на эту встречу, она очень важна для меня и Лоренцо. Она важна для тех близнецов, которых оторвали друг от друга в детстве. Я прошу тебя, просто отпусти меня, это всего лишь один день. Со мной будет Николас и прочая охрана. — и я сглотнула. — Я должна.
— Я не могу, Ангел, я просто не могу. Ты и наши дети - это самое дорогое, самое ценное, что у меня есть, я не могу вас потерять, я не могу потерять тебя. — твердо заявил он.
— Дьявол! — начала возмущаться я и отпрянула от Армандо. — Ты знаешь, на что я способна! Ко мне никто и близко не сможет подойти, тем более, когда рядом будет Ник.
— Это не помешало нашим врагам разлучить нас на два чертовых года! — прорычал он мне.
— Я всегда буду возвращаться к тебе, мой любимый муж, всегда! Чтобы не случилось! — и я снова подошла к нему, обвив своими руками его шею. И нежно поцеловала в губы. — Просто поверь мне! Я буду звонить тебе каждый час, я обещаю.
— Ангел... — и Армандо закрыл глаза. — Я против этого. — и он распахнул их. — Ты думаешь, что сможешь сделать Лоренцо Паханом? — и мой муж усмехнулся. — Никто не выберет его, могу тебе гарантировать. Он - сын Бенедетти и Анны Соколовой, которая уже давным-давно умерла. У него нет сподвижников среди русских, никакой поддержки в Братве. Ты затеяла неудачную игру. — и я напряглась.
— Я всегда выигрываю, Армандо, не забывай об этом. Я смогла даже растопить твое холодное сердце, разбить твой камень на много маленьких частей и то, что я нашла там. — и я тыкнула своим пальцем в его грудь, где было сердце. — Мне уж очень понравилось. — и он ухмыльнулся.
— Что ты делаешь со мной, моя Дьяволица? — и он подхватил меня на руки, обхватив своими большими руками меня за задницу, мои ноги тут же обвили его талию и мы слились в страстном поцелуе.
— Скажи, что отпустишь меня! — повторила я, еле оторвавшись от его губ.
— Нет. — прошептал он и я сильнее оттолкнулась от его груди.
— Никакого секса, пока я не услышу «Да»! — твердо заявила я ему, скрестив свои руки на груди, а мой муж продолжал держать меня навесу, прижав к своему твердому телу.
— Ты решила меня шантажировать сексом, негодница? — прорычал Армандо, подошел ближе к кровати и опрокинул меня на неё. А затем навис надо мной так, что мой халат распахнулся, открывая его виду очень сексуальную полупрозрачную кружевную маечку, и мой муж тут же накинулся на мою шею с поцелуями.
— Скажи «Да»! — продолжала настаивать я на своем, принимая его ласки.
Его руки начали жадно блуждать по моему телу, доставляя мне удовольствие от каждого его прикосновения.
— Нет. — повторил он.
— Хорошо, я - упорная, рано или поздно ты скажешь «Да»! Сыграем в игру. — бросила я вызов и на губах Армандо появилась дерзкая ухмылка, он тут же принял его.
До самого утра мы доставляли друг друга удовольствие различными способами, перепробовав достаточное количество поз.
И в итоге: он согласился.
Я выиграла, черт возьми.
И поверьте, Армандо Конте досталось это решение с огромным трудом, однако, я должна была ему звонить каждые полчаса, по-другому никак.
Он хотел поехать со мной и бросить все свои дела и очень важную встречу, однако, я убедила его, что кто-то из нас должен остаться с близнецами в одном городе и что больше него, я никому так не доверяю.
Спустя почти час прощаний и возмущений, мне удалось наконец-то сесть в наш частный самолет.
И вот, уже через шесть часов мы были в Нью-Йорке, встреча должна была состояться через час в Бруклине, до которого нам еще предстояло доехать.
— Это отстойная идея. — сказал мне Ник, когда мы уже почти приехали до нужного нам места. — Я чувствую, что что-то пойдет не так.
— И я с ним согласен. — вмешался Лоренцо, но я посмотрела на них убийственным взглядом и они оба замолчали.
Сегодня я была в черном, строгом костюме и в черной, атласной майке под пиджаком, на моих ногах были лабутены, а губы, как всегда, на такие случаи, были накрашены красной помадой. Перекинув свои распущенные волосы на одну сторону, я встретилась взглядом с Ником, который сидел рядом со мной.
— Останься в машине, я прошу тебя. Мы сами сходим с Лоренцо. — заявил мне он, на что я лишь фыркнула.
Несколько машин следовали за нами, я была защищена, как никогда, лучше.
Десятки наших солдат были с нами сегодня.
Я поправила пистолет и кинжал, которые были под моим пиджаком, убедившись, что они были именно там, где их точно никто не заметит.
— Вы можете идти впереди, если хотите, но я буду следовать за вами. До конца. — сказала я ему и Ник напрягся.
Мы остановились в какой-то пустынной, довольно грязной части Бруклина, перед большим, старым, кирпичным зданием.
Я заметила несколько охранников, которые притворялись прохожими, однако их взгляды и походка выдавали их.
— Я заметил восьмерых. — объявил мне Николас.
— Их десять. Ты упустил тех двоих около мусорного бака. И нет, это не бомжи. — сказала я ему и он нахмурился.
Машины остановились перед нужным зданием и все эти люди, как по команде, обратили на нас внимания.
Что за идиоты?
— Выходим. — заявила я им. — Держите оружие при себе, пока я не разрешу выстрелить им в головы.
Николас вышел первым и осмотрел всех этих «охранников». Один из них тут же достал телефон, я открыла окно и выглянула из-под него, поправив свои большие, черные, солнцезащитные очки.
— Добрый вечер, Это Стрит Бронкс 47, а то я совершенно заблудилась? — спросила я у мужчины, который якобы просто проходил мимо.
Он нахмурился, но потом кивнул головой в знак согласия.
Отлично.
Мы были на месте.
Я встретилась взглядом сначала с тем, кто уже что-то говорил в трубку своего телефона, а потом с тем, кто был напротив меня.
Я быстро достала свой пистолет и выстрелила сначала одному в голову, а затем другому. Все произошло молниеносно.
С другими идиотами разобрался Ник, Лоренцо и наши люди, я вышла из машины, приняв руку Ника и направилась к двери.
Они выбрали хорошее место, здесь было очень пустынно. Никаких обычных людей, что удивляло.
Я зашла в холл, здесь мы увидели еще нескольких охранников, с которыми тут же расправился Николас, а чуть дальше была массивная деревянная дверь, откуда слышны были голоса.
Я быстро подошла к ней и распахнула её, увидев перед собой огромный, овальный стол за которым сидели мужчин двадцать, и одна слишком взрослая женщина во главе стола.
Они тут же повскакивали на ноги, но я была быстрее, поймав первого попавшего мужчину с пузом, я схватила его и приставила к его виску дуло своего пистолета.
Все остальные мужчины тоже направили на меня свои пушки, но та женщина была спокойна, она продолжала сидеть на своем стуле и наблюдать за мной с нескрываемым интересом.
— Лишнее движение и он - труп. — прорычала я им.
А потом, я встретилась с голубыми глазами этой женщины. По виду ей было лет семьдесят, может чуть больше, но она выглядела роскошно, идеальный темно-синий костюм, бриллиантовое колье на шее и довольная, черт возьми, ухмылка на лице. Ее волосы были седыми, а лицо было покрыто морщинами и я также заметила шрам над её левой бровью, довольно большой и не самый красивый.
Но это женщина...
Казалось, что я её знала.
Я обвела взглядом всех мужчин и встретилась с Орловым, который стоял возле этой женщины и держал в руках свой пистолет, направленный на меня.
— Что же ты, Орлов, не пригласил нас? Мы имеем полное право присутствовать здесь больше, чем ты, трусливый ублюдок. — выплюнула я ему и наигранно улыбнулась.
Он только что-то хотел сказать, но та женщина его перебила.
— Кто это, Владимир? — спросила она у него на русском, разглядывая меня с ног до головы.
— Одна психованная сука. — ответил он быстро ей.
— А кто ты, старая карга? — выкинула я ей тоже на русском и на её губах появилась широкая улыбка.
Она резко встала, оперевшись на стол.
— Опустите пистолеты нахрен. — и ее лицо стало максимально серьезным, но что меня удивило, так это то, что все мужчины послушались её, как один. И она снова взглянула на меня, я же продолжала держать русского ублюдка на своем прицеле. — Меня зовут Надежда Некрасова и я - Глава всей русской Братвы.
Сказать, что я была удивлена - ничего не сказать. Но я тут же попыталась скрыть свое явное удивление.
— А кто ты, дорогая? Не припоминаю кого-то похожего на тебя среди Братвы, а уж поверь, такую, как ты, я бы точно заметила. — сказала она, сохраняя свою улыбку на красных губах.
Почти таких же красных, как и у меня.
Толстяк начал вырываться из моих рук, поэтому я схватила его за волосы и со всей силы ударила головой об стол, разбив его нос в кровь, он с криком упал на пол.
Я поправила свой костюм и встала прямо напротив этой старухи с другой стороны стола.
— Меня зовут Карла Виктория Бенедетти и я пришла забрать то, что принадлежит моему брату по праву. — твердо заявила я ей и она с интересом наклонила голову.
— И что же?
— Место Пахана Братвы Нью-Йорка. — тут же ответила я ей и она напряглась.
— Это место принадлежит только исключительно Соколовым и их родственникам. — тут же выплюнула она мне и я теперь на моих губах появилась дерзкая ухмылка. — И теперь я буду распоряжаться им.
— Какого черта? Кто ты такая, чтобы командовать тут, старая сука? — прорычала я на неё.
— Кто ты такая, чтобы со мной так разговаривать, девочка? — она начала злиться.
И тут вмешался один из мужчин, которого я никогда не видела.
— Это Виктория... — и он указал на меня своим пистолетом. — Виктория Соколова и она - ваша внучка.
И кажется, я перестала дышать.
— А это. — и он сделал паузу. — Бывшая жена Пахана - Николая Соколова и мать его двоих детей: Григория и Анны. — заявил он и женщина резко села на стул, наши взгляды встретились.
Это шутка.
Эта женщина не может быть, черт возьми, нашей бабушкой.
Не может.
Женщина начала тяжело дышать, к ней только хотел подойти Владимир, но она поставила перед ним руку.
— Теперь. — и она сглотнула. — Теперь, она будет править. — и она указала на меня, все взгляды мужчин тут же переместились ко мне. — Она будет править Нью-Йорком.
И мир вокруг меня замер.
Тишина.
Я не могла придумать ничего лучше, как просто быстро убраться оттуда, я перемещалась так быстро, что оказался на какой-то непонятной улице, и только когда я врезалась в огромного мужчину перед собой, я очнулась.
Подняв взгляд, я увидела его, черт возьми.
Это был мой худший кошмар.
Мой худший день.
Передо мной стоял он.
Мой отец.
И он был так близко ко мне.
— Ты думаешь, что я бы не узнал, что моя собственная дочь прилетела в Нью-Йорк? — задал вопрос он своим грубым голосом.
— Так это были твои люди там, которых я убила? Что ж, могу сказать, что они были слишком хреновы в слежке. — выплюнула я ему и на его губах появилась улыбка.
— Нам нужно поговорить. — твердо заявил он. — Я хочу, чтобы ты выслушала меня, это не займет много времени. К тому же, Бруклин - это территория русских.
Теперь на моих губах появилась дерзкая ухмылка.
— Я не буду с тобой ни о чем разговаривать! Можешь засунуть свои разговоры себе в задницу, черт возьми! Лучше уезжай отсюда, пока я не выпотрошила из тебя все кишки! — прорычала я ему.
— О, нет, ты будешь со мной разговаривать, если не хочешь, чтобы я убил твоего преданного Николаса прямо сейчас. — и я напрягалась.
Он не врал.
Франко Бенедетти никогда не врал.
Лишь недоговаривал.
— У тебя есть десять минут. — твердо заявила я ему.
— Сядь в машину. — и он указал на машину рядом с нами.
— Нет.
— Сядь или я убью его. — сказал он мне.
— Это в твоих интересах, чтобы я тебе выслушала. — и я гордо задрала подбородок, скрестив руки на груди.
Он резко схватил меня за локоть и утянул в темный переулок улицы.
— Я хочу видеться со своими внуками. — заявил вдруг он и мои глаза округлились. — Просто выслушай меня, прежде, чем принимать решение. — и он сделал паузу, продолжая изучать мое лицо. — Я любил твою мать больше всего на свете, чтобы вам не говорила Матильда или эти чертовы Соколовы, но я действительно любил твою мать. — и я сглотнула. — Более того, когда я узнал, что она беременна, то это стало самым настоящим подарком для меня, однако, она, как и я, мы оба понимали, что мы не могли быть вместе. Наши семьи всегда враждовали и ничего бы не изменило это, поэтому Анна, не спросив меня, решила сделать аборт, она хотела избавиться от вас, но я успел вовремя. Я не дал ей этого сделать и тогда наши отношения начали ухудшаться. Она буквально сходила с ума и считала, что Николай убьет её, если узнает о нашей с ней связи и о детях в её чреве. Поэтому я украл её, просто забрал и спрятал, пока она не родила вас с Лоренцо, и мне было совершенно плевать на Николая. Когда я взял вас на руки, я понял, что Анна и вы - самое дорогое, что есть в моей жизни. — и я начала тяжело дышать. — Ты - моя единственная дочь, Карла. Ты стала моим светом. Но потом, наступила тьма. Вам не было еще и месяца, когда с Анной стало что-то происходить. — и он снова сделал паузу. — Она сказала, что я должен её отпустить, должен перестать прятать ее в том доме, что вы - не мои дети. — и мои глаза стали еще шире. — Анна должна была выйти замуж за другого человека до беременности вами, и она сказала, что вы - его дети. И тогда я слетел с катушек. — кажется меня начало трясти. — Ваш дедушка, мой отец, узнал о том, что я прятал Анну, что у меня были дети от «русской шлюхи», как заявил он мне. — и он сглотнул. — Отец приехал в тот же вечер в этот дом, а потом, приехали и русские. Началась кровавая баня, Анна схватила детей и приняла сторону Соколовых. Она предала меня, это она сообщила о том, что я держал её здесь, что я прятал ее. Это из-за неё они все нашли нас. — и он сжал руки в кулаки. — Она схватила пистолет и выстрелила в моего отца, а потом, она выстрелила и в меня. — и мое дыхание совсем сбилось. — Мой отец умер сразу же. А я - нет. — и он закрыл глаза. — Она предала меня, мне пришлось её убить, я должен был вернуть вас себе. И я сделал это. Соколовы ушли, нас было гораздо больше, чем их. Они забрали тело Анны и ушли. Пока вам не исполнилось девять лет, я думал, что вы - не мои дети. Я жил с этим девять лет, думая, что женщина, которую я любил до глубины души, чьих детей я любил, как своих родных, были не мои. Только к девятому Дню рождению, я осмелился сделать тест ДНК. Я боялся, все эти года, я боялся делать его, я боялся узнать, что вы - не мои дети. Но вы были моими, вы - мои. — и он распахнул свои глаза. — Я не хочу повторять тех ошибок, которые совершил, я был ужасным отцом, и я знаю это, но я хочу иметь связь со своими внуками, я хочу, чтобы твои дети были моим наследием, и в дальнейшем один из них занял мое место, место Капо Нью-Йорка. — в моем рту все пересохло, у меня не было слов. Я была просто в шоке.
— У тебя есть Федерико и Паоло. — сказала я, имея ввиду своих сводных младших братьев. — Они - твое наследие.
— Ты не знаешь! — воскликнул он и я напрягалась. — Федерико умер от рака в прошлом году, а Паоло сбила машина, когда ему было всего лишь пять лет, он больше не может ходить. Он - инвалид.
Боже мой.
Мне так жаль.
Хоть я и не видела их, но они были лишь детьми.
— Видишь, Франко, за твои грехи расплачиваются твои дети, и я не дам тебе сделать тоже самое с моими детьми, ты можешь забыть о своих внуках. Слышишь? — и я начала тяжело дышать. — Ты думаешь, я смогу забыть то, что ты делал с нами, то, как ты избивал моих братьев, то как ты, выстрелил меня, то, как ты заставлял нас страдать? Я помню все это и я не забуду этого. — выплюнула я ему. — Эта история, твоя несчастная любовь, ничего из этого не оправдывает твоих поступков, черт возьми! Ты не должен был обращаться так с детьми, были они твоими или нет! Ты не должен был! — начала кричать я на него во все горло. — Я хотела, я хотела твоей любви, мне так не хватало отца. Но теперь, поздно! Ты упустил свой шанс, Бенедетти! Ты сломал меня и только мой муж помог мне выбраться из той тьмы, в которую ты меня засунул! Больше не пытайся со мной даже связаться, Франко. — и я увидела боль в его глазах, затем быстро развернулась и ушла.
За углом я увидела Николаса, которого держали люди моего отца.
Я больше не приеду в Нью-Йорк, черт возьми.
Пусть они все катятся к черту.
Мы вернулись в Вегас ближе к утру, Армандо сходил с ума, потому что я пропустил целых два его звонка, пока была с отцом, как только я вышла из самолета, он тут же кинулся ко мне и заключил в свои объятья.
— Я люблю тебя, Армандо Конте. — прошептал я ему в губы и крепко поцеловала.
— Я люблю тебя, черт возьми, Ангел.