Падший ангел

США, Лас-Вегас

ВИКТОРИЯ КОНТЕ

Он стоял прямо в дверях. Его глаза прошлись по всем, пока не остановились на мне.

Он выглядел идеально, аккуратно подстриженная темная борода, темно-каштановые волосы уложены назад, на нем черный костюм-тройка.

Он смотрел на меня так пристально и не мог понять, не мог понять, кто перед ним.

Я начала тяжело дышать.

— Марко, рад видеть тебя, брат. — тут же воскликнул Алесс и подошел к нему, чтобы обменяться рукопожатиями, но я чувствовала его взгляд на себе.

Мои глаза опустились на тарелку передо мной.

Мне не хватало воздуха, я схватилась своей рукой за горло, и начала его нервно тереть.

Я подняла голову, Ник с волнением наблюдал за мной, глаза Армандо тоже были прикованы ко мне.

— Ты в порядке? — задал вопрос Армандо.

И я резко опустила свои руки на стол с грохотом, привлекая внимание всех к себе.

Тишина.

Я пыталась успокоится, но мои руки уже сильно дрожали.

— Принцесса? — с вопросом обратился ко мне Рид.

— Тебе плохо? — снова спросил Армандо.

— Все в порядке. — резко ответила я им.

— Кто это? — вдруг услышала я грубый голос Марко. Его голос был немного другим, не таким, каким я его помнила.

Моя голова резко повернулась к нему и мы вновь встретились взглядами.

— Это моя жена. — по-собственнически ответил Армандо.

И он хотел продолжить, но я его перебила.

Резко встала из-за стола и замерла на месте.

— Ты не узнал меня? — задала вопрос я, продолжая тяжело дышать. — Ты действительно не узнал меня?

Он наклонил голову и начал пристальнее меня изучать.

— Виктория. — услышала я голос Армандо рядом с собой и глаза Марко округлились.

Я вышла из-за стола и медленно обошла его, остановившись от Марко в паре метров.

— Виктория. — тихо произнес он. — Виктория Соколова? — спросил он, ища ответа.

— Да. — с трудом произнесла я и сглотнула.

— Боже мой. — он весь напрягся, я заметила, как он сжал свои руки в кулаки и тоже начал тяжело дышать. — Боже мой.

— Ты даже не узнал меня. — заявила я ему.

— Виктория. — продолжал повторять он. — Моя Виктория. Мой Ангел.

— Больше не твоя. — шипя произнесла я, меня начинало трясти. — Ты лишился права называть меня так много лет назад. — мои руки сильно трясло, любой мог это заменить. — Ты был для меня всем. — и одинокая слеза скатилась по моему лицу. — Но ты уничтожил меня.

Я видела, как раздувались его ноздри, как он тяжело дышал.

— Я просто хотела быть рядом с тобой. — продолжила я. — Я любила тебя, Марко.

И он раскрыл свой рот, хватая воздух.

— Мне было так больно. Ты даже не знаешь, что ты сделал тогда, приняв это решение. — дрожащим голосом сказала я. — Но я продолжала тебя искать, все это время я искала тебя, несмотря на то, что ты предал меня.

— Я никогда не предавал тебя, Ангел, никогда. — воскликнул он и сделал шаг ближе ко мне, но я поставила перед ним руку, и он остановился.

— Ты предал меня, Марко. — сказала я ему и он сглотнул. Затем я резко вытащила свою рубашку из брюк и задрала её до груди, показывая свои шрамы, его глаза тут же переместились к моим ужасным напоминаниям, затем я развернулась к нему спиной, где было вырезано слово «Сука».

Потом я повернулась и увидела его такое разбитое выражение лица. Он смотрел на меня с сожалением, с болью в глазах.

— Это все из-за тебя, Марко. Из-за твоего решения. — выплюнула я ему в лицо.

— Ангел. — снова произнес он.

— Не называй меня так! — прокричала я на всю столовую. — Не называй! — и слеза скатилась по моей щеке. — Я была готова на все ради тебя, Марко. На все. Я была готова лишиться своей жизни, лишь бы жил ты. Я годами терпела издевательства, унижения и пытки ради тебя, ради этого момента, чтобы увидеть тебя живым и здоровым.

И он резко подошел ко мне и встал на колени передо мной.

— Прости меня, ангел. Прости меня. Прости, если сможешь. — начал умолять он меня, смотря снизу вверх.

Такой грозный, такой хладнокровный мужчина сейчас был у моих ног.

— Ты знаешь, какой сегодня день? — задала ему вопрос я.

— Да. — быстро ответил он, продолжая тяжело дышать и стоять на коленях.

— День смерти Лоренцо, День, когда я осталась одна, День моей смерти. — заявила я ему и снова схватилась за горло. — Ты просто отдал меня тогда, как какую-то вещь. Хотя я просто хотела быть рядом, хотела быть с тобой. Я готова была голодать, но быть с тобой, я готова была умереть, но рядом с тобой. — и он снова сглотнул. — Я больше не та девочка, Марко. Её больше нет, она умерла в тот день.

— Прости. — прошептал снова он. — Я сделаю все, чтобы ты меня простила. Я думал, что ты будешь в безопастности, думал, что спасу тебя этим, я не знал, я не знал, ангел, я правда, не знал. Я люблю тебя больше своей жизни, я готов был пойти на все, чтобы ты жила, тогда я думал, что это будет лучший вариант, что они спасут тебя, дадут хорошую жизнь.

— Ты ошибся, Марко. — перебила я его. — Ты ошибся.

— Я не знал. Я просто не знал. У меня не было ничего, чтобы дать тебе. За мной охотились, со мной бы ты погибла, а я хотел, чтобы ты жила. — и еще одна слеза скатилась по моему лицу.

— Григорий издевался надо мной годами, почти все шрамы на моем теле достались мне от него. Он делал ужасные вещи. Не знаю, как я еще не покончила с собой после всего этого. — сказала я ему.

— Ты - сильная, самый сильный человек, которого я когда-либо знал. Ты сильнее всех нас. — заявил он мне.

Я закрыла глаза, мне было так тяжело на него смотреть, мне было больно.

— Прости меня. Прости. — продолжил повторять он.

Моя голова начала кружиться.

Он схватил меня за ногу и я резко распахнула глаза.

— Отпусти меня! — истерически крикнула я, мое сердце разрывалось на части. — Отпусти! — и он сделал это, я быстро вышла из столовой, покачиваясь из стороны в сторону.

Все вокруг меня кружилось. Стены сливались воедино.

Я не поняла, как оказалась в своей комнате, быстро зайдя в ванную, я включила воду и начала умываться, судорожно потирая свое лицо.

Дыши. Дыши.

Но я не могла успокоиться.
Его карие глаза были везде, куда я смотрела.

Я собиралась выйти из ванной, но резко упала на колени, хватаясь за горло.

Как вдруг, я почувствовала чьи-то руки на своих плечах, и подняла голову, это был Армандо.

Но я продолжала задыхаться.

— Смотри на меня! Смотри! — повысил он голос на меня. — Все хорошо. Все хорошо. — и он протянул мне руку. — Сожми её крепко, давай! — но я не могла себя контролировать. — Сожми! — громко крикнул Армандо. И я сжала его руку, впившись в него ногтями, но ему совершенно не было больно. — Смотри на меня, Ангел! Смотри! — а затем, он резко поцеловал меня, прижав к себе и усадив на колени. Я буквально лишилась воздуха, но как только он отстранился, я тут же пришла в себя.

Но слезы начали капать по моему лицу.

— Мне так плохо, Армандо. Мне так плохо. — призналась я ему и прижалась к его шее, его рубашка тут же намокла от моих слез, он ничего не говорил, лишь держал меня в своих объятиях и нежно поглаживал своей рукой по моей спине.

Я же продолжала плакать и трястись в его объятиях.

Не знаю, сколько я так проплакала в руках Армандо, но вскоре, я отстранилась и он заглянул в мои красные глаза, испачканные тушью.

— У меня есть вопрос. — спокойно спросил Армандо, но я заметила, как он сжал челюсть.

— Ты не хочешь знать на него ответ. — твердо заявила я, шмыгнула носом и потерла свои глаза руками.

— Я хочу. — ответил мне Армандо и я замерла. — Я впервые, за все года, что знаю Марко, увидел его таким. Он никогда не показывал своих эмоций, и тем более, он не стоял ни перед кем на коленях, черт возьми!

И я в удивлении уставилась на него.

— Он был, как камень, который нельзя было сломать, но вот, моя, черт возьми, жена смогла буквально за минуту сделать из грозного и жестокого головореза - человека, который чувствует, который страдает, человека, у которого есть сердце. — заявил он мне и я сглотнула. — Марко нельзя было сломать, но ты сделала это.

— Он причинил мне ужасную боль. И нет, это не шрамы на моем теле, нет. Это боль, которая годами была в моем сердце. — и я сделала паузу. — Мое сердце было разделено на две части, одна его часть принадлежала моему близнецу, а вторая - Марко. — и я почувствовала, как Армандо напрягся. — И в этот день, ровно девять лет назад, от моего сердца ничего не осталось, оно рассыпалось в прах. — и я, кажется, снова начинала плакать. — Но ты, ты возродил мое сердце, ты склеил его осколки и заставил меня чувствовать, Армандо. — и я нежно докоснулась до его щеки. — Но увидев его, оно сново начало кровоточить.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Мне нужно с ним поговорить. — распахнув глаза, заявила я твердо Армандо. — Мне нужно.

— Кто он тебе? — задал он вопрос, которого я боялась, которого я избегала всеми силами.

— Пожалуйста, я все расскажу, но чуть позже. Прошу. — начала молить его я, он только хотел что-то сказать, но я приложила свои пальцы к его губам. — Прошу, Армандо.

Он замер и посмотрел мне в глаза еще несколько секунд, а затем медленно кивнул головой в знак согласия. Я отстранилась от него и быстро встала на ноги.

Я повернулась к зеркалу.
Боже, я выглядела ужасно.

Включив быстро воду, я начала умываться, чтобы смыть тушь.

Кое-как приведя себя в порядок, я вышла из ванной. Все это время Армандо наблюдал за мной, но ничего не говорил.

Мне нужно поговорить с Марко.
Только я и он.

Хоть мне и не хотелось этого делать, но нам нужно объясниться друг с другом.

Я неуверенно вышла из спальни и направилась в столовую, но здесь уже никого не было, услышав голоса в гостиной, я направилась туда.

Все мужчины были тут. Марко нависал над Ником, в их глазах я видела гнев. Они были готовы растерзать друг друга.

— Что вы делаете? — спросила я у них и все обернулись на мой голос.

Как только Марко повернулся и посмотрел на меня, то мое тело сразу же начало дрожать под его взглядом.

Черт.

— Что он тут делает? — спокойно спрашивает у меня Марко, как ни в чем не бывало.

— Ник тут живет. — как можно тверже отвечаю я, пытаясь контролировать свой голос.

— Ник? — переспросил он.

— Николас. — назвала я полное, ненастоящее имя своего друга. — Нам нужно поговорить. — и он напрягся. — Наедине.

Все продолжали молча за нами наблюдать.

— Хорошо. — быстро ответил он.

Я развернулась и он пошел за мной.
Мы зашли в библиотеку и я услышала, как он закрыл дверь за нами, но я упорно продолжала стоять к нему спиной, смотря в окно.

Затем, я сделала вдох и выдох, и обернулась.

— Карла. — сказал он.

— Я больше не Карла. — твердо заявила я ему.

— Нет, ты все еще моя Карла и ты всегда будешь ей. — ответил мне он и я сглотнула.

— Ты ничего не знаешь, Марко. Ничего. — я пыталась спрятать дрожь в своем голосе.

— Ты права, но я знаю, что ты - Карла, зато видимо другие - нет. — и он задел меня этим.

— Так будет лучше. И безопаснее для нас с тобой. 

— Я согласен. — и наступила тишина. — Прости. — вдруг сказал он и я увидела в его взгляде прежнего Марко, мальчика, которого я когда-то знала.

— Не извиняйся. Твои извинения ничего для меня не значат. — грубо ответила я ему и увидела боль в его глазах. — Нет смысла извиняться за то, что уже произошло, Марко.

— Ты думаешь, что я - предатель, но я никогда не предавал тебя. — твердо заявил он, продолжая смотреть на меня с сожалением.

— Да, я так думаю! — воскликнула я. — Потому, что ты отдал меня в руки этих ублюдков! Мне было всего лишь девять, девять, Марко! — начала повышать я свой голос на него. — Когда мы сбежали от отца, когда ты усадил меня в ту машину, я думала, что ты будешь рядом, что ты увезешь нас куда-нибудь подальше, что мы заживем новой жизнью! Я думала, что мы будем вдвоем! Но ты отдал меня в руки этих русских мудаков, которые годами надо мной издевались. — и я рассмеялась. — Ты, правда, думал, что Николай меня защитит только потому, что он мой дедушка или Григорий, потому что мой дядя? — и я снова усмехнулась. — Нет! Все эти годы Николай видел во мне мою мать, он ненавидел меня, он не мог даже смотреть на меня, я была так ему противна. Он отослал меня из своего дома, как только я туда попала. Я жила с Григорием, это был год ужасных мук, пока не появился мой опекун и не забрал меня. — я заметила, что он начал тяжело дышать, ему было больно, ему было тяжело это слушать. — Но на этом все не закончилось. Мой «дядюшка» продолжал приезжать и навещать меня, он подбирал идеальное время, тогда, когда я была одна и никто не мог мне помочь. Он издевался надо мной, он пытал меня, он держал меня сутками в подвале с крысами. Мне приносили только воду и иногда кусок хлеба! Григорий ненавидел меня, он готов был убить меня в любую секунду, ведь он тоже видел во мне мою мать. А я была всего лишь ребенком! — истерически кричала я на него, слезы текли по моему лицу. — Мне было девять, Марко. Я терпела это годами только потому, что хотела увидеть тебя, хотела убедиться, что ты жив и здоров! Только эта мысль, мысль о том, что я еще когда-то тебя увижу, заставляла меня жить! Я хваталась за неё, как могла, я выживала ради тебя, Марко. И ради Лоренцо, я поклялась, что отомщу за смерть брата. Вы все, что когда-либо было у меня. — я потерла лицо рукой. — Ты не должен был оставлять меня, ты не должен был отдавать меня русским! — начала снова кричать я. — Ты ведь мой старший брат.

Боль.
Я видела лишь боль на его лице.

— Я - чертов мудак, Карла. Ты права, я не заслуживаю твоего прощения, я не заслуживаю тебя. Все эти годы ты страдала из-за меня, из-за того, что я решил отдать тебя твоему дедушке. — и он сглотнул. — Все эти года я думал об этом, я думал о том, какую ошибку я совершил. Мое сердце сгорало от боли. Не было и дня, чтобы я не думал о тебе. Я никого не любил в своей жизни так, как любил тебя, Ангел. И я люблю до сих пор. — и он замолчал. — Я ненавижу себя, ненавижу за то, что причинил тебе столько боли, ненавижу себя за твои шрамы, ненавижу. — и он снова сделал паузу. — Однако, мне было четырнадцать. Я не знал, что делать, но я отчаянно хотел спасти нас от отца, я готовил этот план ни один месяц. Но у меня не было средств для существования, у меня ничего не было, я бы не смог дать тебе хорошей жизни, Карла, я бы ничего не смог для тебя сделать. Кроме того, наш отец продолжил бы за нами охотиться, пока не нашел бы и ты знаешь, что он бы сделал. — и я сглотнула. — Единственным верным решением тогда, как мне казалось, было связаться с русскими, ведь Николай - твой родной дедушка, он - Пахан Братвы. Он бы уберег тебя, я так думал. Ведь ты его внучка, дочь его дочери. Я надеялся, что они дадут тебе лучшую жизнь, не ту, которую я бы дал тебе. И поверь, я жил ужасно, мне приходилось голодать, скрываться годами, питаться объедками из мусорных баков, я выживал, как мог. Но Армандо помог мне. — и он замолчал.

— Я бы лучше умерла, Марко, умерла, но рядом с тобой. — твердо заявила я ему.

— Ты даже не представляешь, как мне жаль. — лишь это ответил он.

Я закрыла глаза и сглотнула.

— Почему ты не искал меня, почему ты не пришел ко мне за все эти года? — распахнув свои голубые глаза, резко спросила я у него. — Почему? — снова повысила я свой голос, мое горло уже начинало болеть.

— Я думал, что тебе будет лучше без меня, что ты будешь в безопасности. — заявил он и я истерически рассмеялась, продолжая плакать.

— Лучше? — переспросила я, продолжая смеяться. Он с болью в глазах смотрел на меня. — Мне так больно, Марко, ты бы знал насколько.

— Мне жаль, мне так жаль, что я причинил тебе столько боли, но никакие мои слова не исцелят твое сердце. Однако, я всегда любил тебя, всегда думал о тебе, я тоже страдал, Карла. Я не мог есть, спать, я буквально лишился эмоций, я стал головорезом, черт возьми. И единственный свет, что был в моем сердце, единственная надежда в моей душе - это всегда была ТЫ. — заявил он мне, комок был у меня в горле.

— В тот день я потеряла Лоренцо. — твердо заявила я ему, посмотрев в его глаза. — И я потеряла тебя, ты просто ушел. Я кричала, я просила, чтобы ты остался. — я втянула в себя воздух и крепко сжала свои руки в кулаки. — Я умоляла тебя не бросать меня, но ты все равно этот сделал. Помнишь, что я тогда тебе сказала? Последние мои слова.

И он медленно кивнул головой.

— Ты сказала, что ненавидишь меня. — ответил мне он.

— Да, я ненавижу тебя, Марко, но я, черт возьми, также и люблю тебя. — сквозь слезы проговорила я.

— Между ненавистью и любовью слишком тонкая грань, Ангел. — сказал он.

— Не называй меня так! — крикнула я на него. — Не называй! — я снова впадала в истерику.

Я не могла себя больше контролировать, меня снова начало сильно трясти, я закрыла лицо руками, пытаясь успокоиться и скрыть слезы, но ничего не помогало.

Как вдруг, я почувствовала его руку на своем плече и вздрогнула. Для меня это был, как удар.

Я начала падать на пол.
Он подхватил меня и прижал к себе в объятия, опустившись на пол вместе со мной.

— Я с тобой, я рядом. — начал шептать он и целовать меня в голову. Я больше не сопротивлялась, продолжая тихо плакать. — Прости меня, Ангел, прости.

Я чувствовала его теплое дыхание на своих волосах и макушке головы. А сама уперлась лбом в его грудь, я не могла смотреть ему в глаза.

— Карла, я прошу тебя, прости меня. — и он сглотнул. — Я знаю, что сделал много ошибок в своей жизни, но тот день, тот день, когда я отдал тебя, был главной моей ошибкой. — и Марко сделал паузу. — Я готов пойти на все, лишь бы ты меня простила. Я безумно люблю тебя, сестренка. — сказал он и какой-то непонятной звук вырвался из моего горла.

Я тяжело дышала и он слышал это.

Не знаю, сколько мы так просидели, в полной тишине. Звуки исходили только от меня. Каким-то образом моя голова оказалась на коленях у Марко. Он аккуратно гладил меня по голове, перебирая мои светлые волосы.

— Я - чертов мудак. — твердо заявил он. — Но я, правда, не знал, что так все получится и мне очень жаль.

— Мне нужно время, Марко. — ответила я ему, когда успокоилась, но продолжила лежать на него коленях. — Мне нужно время, чтобы принять это, чтобы простить тебя.

— Конечно, я понимаю. — быстро ответил он.

— Мы не виделись девять лет. — напомнила я ему.

— Целых девять лет. — с печалью в голосе произнес он. — Ты правда искала меня?

— Да, мне было тринадцать, когда я точно решила, что найду тебя. Ник мне помогал и поддерживал меня во всем. — и я сделала паузу. Его прикосновения были такими нежными, такими теплыми. — Но мы никак не могли тебя найти, и только через почти четыре года я узнала, что ты связан с Конте. Мы начали придумывать план, как попасть в особняк Конте. — и я замолчала, ему не нужно знать всех деталей. — И вот, теперь я здесь. И ты тоже.

— Теперь ты - жена, Армандо. Не могу в это поверить, черт возьми! — воскликнул он. — Ты любишь его? — резко спросил он и я напряглась.

— Да. — тихо ответила я, но он услышал.

Наступила тишина.

— Почему ты называешь Фер... — начал он и я резко подняла голову с его колен.

— Его зовут Николас Хэт. — твердо заявила я ему.

— У тебя много тайн. — и он как-то странно посмотрел мне в глаза. — Что ты скажешь им? Что мы скажем?

— Я не знаю, я не знаю. Мне бы хотелось сказать правду. — ответила я ему.

— Это небезопасно. — напомнил он мне.

— Армандо - мой муж, Марко. Я не хочу ему больше врать, не хочу.

— Он может тебя убить. — вдруг произнес он и я аж вздрогнула.

— Он не убьет меня!

— Это предательство. — и я сглотнула после его слов.

— Значит, я умру. — твердо заявила я ему. — Но я больше не буду ему лгать!

— Ты с ума сошла! — и я быстро встала на ноги, он тоже поднялся. — Не делай этого, Карла! Они не должны знать, особенно, Армандо.

— Не тебе мне указывать, что делать, слышишь? Ты потерял свое право голоса девять лет назад! — грубо ответила я ему и он замолчал, с болью посмотрев мне в глаза.

Я быстро двинулась к двери, но он перекрыл мне путь. Мой брат был слишком высок и слишком широк. Он возвышался надо мной, как скала.

— Если ты это сделаешь, то ... — начал он, но я его перебила.

— То что? Что ты сделаешь, Марко? — ярость была сейчас в моем взгляде.

— То я скажу, что ты моя - любовница! — воскликнул он и мои глаза округлились.

— Ты не сделаешь этого! Не сделаешь! — начала кричать я на него и подошла ближе к нему, положив свои руки на грудь Марко, я хотела его только толкнуть, но вдруг, дверь открылась.

Армандо стоял в дверях и смотрел прямо на нас, затем он опустил взгляд на мои руки, прижатые к груди Марко. Я сглотнула.

Черт.

— Любовница? — переспросил Армандо, рыча.

И я перестала дышать.