Часть 4
Его грузная фигура, протиснувшись, вошла в комнату, звякнув металлическими ремнями об дверной косяк. Противный лязг металла на секунду заполнил мозг. Я отложила оружие. Он быстро окинул комнату взглядом, задержал его на нераспакованном рюкзаке. Промолчал. Вопросы лишние. Взгляд увела куда-то в сторону. Достал из кармана свёрток и положил его на тумбу. "Это ещё что? " Постоял ещё пару секунд и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
Позволила себе тихий выдох. Потянулась к свёртку. Промасленная ткань скрывала в себе зажигалку. Железную, с инициалами SGR.
Саймон "Гоуст" Райли.
По позвоночнику пробежал холодок. Пульс в мгновение подскочил. Это была старая зажигалка Гоуста. Он пользовался ею ещё в начале их совместного пути, когда я только закончила училище и попала к нему под командование.
— Какого чёрта... - Откуда Кениг узнал о нашем знакомстве? Навёл справки? Безумное совпадение? Не знаю. Но теперь старое смешалось с новым, и это было страшнее, чем умереть.
Рука в кармане, сжала гильзы. Первая, вторая. Третью не считала. Дыхание ровное. Посмотрела на небо за решёткой, стоявшей на окне.
Интуитивные реакции сработали раньше осознания. Рука побелела, сжимая зажигалку Гоуста с безумной силой.
"Не плачь, сука. Только не плачь".
***
Стук в дверь. Три коротких и сухих. Сознание включилось раньше, чем тело. Рука помнила холод металлической зажигалки, оставленной в кармане флиски.
Стук повторился. И глаза, наконец, открылись.
До двери три секунды. На пороге капрал. Молодой, с выправкой, но глаза бегали.
- Здравия желаю, Уорэнт-офицер Оникс. Командование вызывает. Западный штаб, через полчаса. Просьба без опозданий. - сухо и бегло. Не дав ответить, развернулся и ушёл.
Закрыла дверь, прислонилась лбом. Холодный металл приятно обожгло. Спала ужасно, если такое вообще можно назвать сном. Отстранилась и направилась в ванную.
Ледяная вода в лицо, волосы в пучок. Не стала смотреть в зеркало. Хрен его знает, кто оттуда на меня посмотрит.
Штаб встретил сигаретным дымом, шелестом бумаг и взглядами. Молча встала на своё место, вслушиваясь в спор, разгоревшийся между оперативниками.
- Ты понимаешь, что угрохаешь мне людей? - взорвался Хоранги. Ладонь припечатала карту к столу. - Чарли-1 даже не успеет развернуться, а у меня уже трупы.
- А твоя Дельта, значит, бессмертная - Грейвз даже не повысил голос.
Хоть кто-то тут уравновешенный. - Воздушная подстраховка даст им фору. Три минуты, Хоранги. Всего три минуты, и Эхо-2 зачистит сектор. Но нет, ты же хочешь геройски войти через парадный вход, да?
- Хватит.
Повисла тишина, как по приказу. Кениг поставил руки на стол, отчего тот слегка прогнулся. Видимо, авторитет у него был значительнее, чем у кого-либо в этой комнате. Не удостоив ни одного из участников конфликта взглядом, он упёрся взглядом в северо-восточную точку.
- Эхо-2 идёт на запад. Дельта зачищает центр. Северо-восток - моя зона.
- Это не по протоколу. - процедил Хоранги.
- Протокол писали для тех, кто возвращаться не планирует, - Поднял взгляд. - Подполковник. Ещё предложения?
Хоранги дёрнул скулой, сжав челюсть, но промолчал.
Усмехнулась про себя. Похоже, самолюбие корейца было задето. Он ещё отомстит. Вот только не Кенигу. Мне.
- Ну, хоть кто-то тут думает не только о звёздах на погоны.
- Грейвз, - Кениг даже не повернул головы. - Не начинай.
- Да я молчу, молчу, - усмехнулся и достал сигарету. Вторую по счёту?
Вновь повисло молчание. Шелестели бумаги, чиркали зажигалки. Я молчала. До меня ещё доберутся, а попасть под горячую руку могло означать, что меня решат подвергнуть риску. Я ведь и так "опытная".
- Раз с секторами определились, - голос Хоранги прозвучал слишком ровно, чтобы это было добрым знаком, - давайте распределим остальных. Уорэнт-офицер Оникс пойдёт с передовой группой. Полезет в окно, пусть и отрабатывает.
С передовой группой, без прикрытия и под пули. Я снайпер, или просто числюсь?
Грейвз поднял бровь и усмехнулся.
- Оникс идёт со мной. — спокойный и глухой голос Кенига прозвучал раньше, чем я успела возразить подполковнику. Он даже не повернулся в его сторону.
- Она снайпер, полковник, а не тень командира, — Хоранги не сдавался. — Ей место на точке, а не в заднице у начальства.
- Я сказал — со мной.
Кениг наконец поднял голову. Взгляд — тяжёлый, спокойный.
- Оникс работает в паре с моим отрядом. Точка — северо-восток. Прикрывает меня. Вопросы?
Хоранги дёрнул скулой. Сжал челюсть так, что желваки заходили.
- Она переведена на эту базу, чтобы работать на общие задачи, а не...
- Подполковник.
Кениг перебил его даже не голосом — взглядом.
- Я сказал — вопросов нет.
Тишина. Хоранги медленно выдохнул, разжал кулак, который сам не заметил, как сжал.
- Нет, — процедил сквозь зубы. — Вопросов нет.
Грейвз усмехнулся, но быстро спрятал улыбку.
Я стояла у стола, пальцы в кармане сжимали гильзы. Первая, вторая... Третью не считала.
***
Тихий чирк зажигалкой. Сигаретный дым заполнил лёгкие. Ночное небо укрыли звёздным ковром. Где-то далеко, в лесах, за пределами базы, завывали койоты. Вдалеке на стадионе кто-то проводил ночное обучение рекрутов. "Мне даже отсюда слышны их стоны недовольства".
Мысли были о другом. Кениг защитил меня. Хотя защитил ли? То, куда распределил меня Хоранги, было не по уставу. Да, он просто чтит устав. Мысль успокаивала, но передышки не давала. Надежда на первую версию пугала. Легче, когда ты просто инструмент. Инструменты не благодарят. Инструменты не предают. Инструменты не плачут по мёртвым.
Тяжёлые шаги за спиной. Не стала оборачиваться. и так знала, кто это.
- Одна? - вопрос повис в ночи. Я кивнула, не став уточнять, о чём он.
Его взгляд обжёг мою руку, сжимавшую зажигалку. Конечно, он заметил.
- Я был там, - Голос глухой, ровный. Вновь, как сводка с фронта. - в тот день.
Внутри всё оборвалось. Рука побелела. Не смотреть, не дышать.
- Он уходил под моё прикрытие. - Пауза. - Не вернулся.
Тишина. Только вой койотов и приглушённые крики инструктора со стадиона.
- Это не ты его убила.
Рука в кармане. Первая, вторая. Я посчитала и третью.
"Не плачь, сука. Только не плачь".
Он всё понял.
- Завтра в пять утра. Полигон. Не опаздывай, Оникс.
Он развернулся. Тяжёлые шаги удалились. Дверь в корпус тяжело хлопнула. Вместе с хлопком треснула броня. По щекам покатились жаркие и ненавистные слёзы.