Сердце Детектива

Заброшенный склад. 12:56.

Подземный комплекс погрузился в безмолвие и мрак. Электросеть отключилась — не работало ничего, кроме редких аварийных ламп, мигающих красным. Их тревожное свечение проливалось на бетонные стены, вытягивая по ним причудливые, дрожащие тени. Они напоминали силуэты давно забытых призраков — как будто само место помнило всё, что здесь происходило.
Коридоры звенели пустотой, но за массивными дверями комнат доносились звуки паники. Глухие удары кулаков, крики, взывающие к здравому смыслу, к правилам, к логике. Но там, за бронированным стеклом, никто их не слышал — Лука позаботился об этом. Вместе с Нелли они заняли пост в комнате управления безопасностью. Все камеры, электрические панели, вентиляционные линии — были под его контролем. Электричество отключено, системы заблокированы. Никто не выйдет. Никто не вмешается.
Он сидел в полумраке у пульта, глядя на погасшие экраны, и уголки его губ дрожали от довольной ухмылки. Всё шло по плану. В этом было что-то болезненно прекрасное — изящная, стратегическая атака. Он превратил систему в капкан, и сейчас чувствовал себя охотником, точно знающим, где его дичь.
В это же время на нижнем уровне разгоралась схватка.
Мэри и Астрид, как два отточенных лезвия, врывались в толпы охранников. Они двигались синхронно, будто заранее знали, что сделает другая. Каждый удар был выверен, каждое движение — наполнено внутренней яростью и силой. Когда-то сломленные, теперь они несли собой возмездие за тех, кто годами страдал в тени этого места. Их не нужно было подгонять или подталкивать — у каждой была своя боль, и они сделали её оружием.
На их лицах — спокойствие бойцов. В глазах — гнев выживших. Они не убивали. Но каждый охранник, стоящий на их пути, вскоре валился на пол, лишённый сознания, боли, силы.
Тем временем наверху, в узком коридоре, освещённом одной-единственной лампой, Лука набирал сообщение. Его пальцы скользнули по экрану, передавая координаты. "Комната 7. Южное крыло. Она там."
Эдгар не медлил.
Он ворвался в крыло, взломал дверь несколькими точными выстрелами по замку. Металл застонал, отступил.
Комната внутри — узкая, холодная. На металлической кушетке лежала Виктория. Её тело было зафиксировано ремнями, так туго, что на запястьях остались тёмные следы. Глаза её были полузакрыты, дыхание — поверхностное, еле заметное. Казалось, она погружена в какой-то полусон, балансируя между жизнью и чем-то иным.
Мэри и Астрид подоспели следом. Вместе они быстро освободили Викторию. Эдгар осторожно поднял её на руки. Его движения были почти священными — каждая клетка его тела отказывалась причинить ей даже случайную боль. Он не знал, сколько она пережила, но видел достаточно, чтобы не сомневаться — она заслуживает свободы.
И пока они спешили к выходу, в другом крыле комплекса, среди пробирок, документов, старых ламп и стерильного воздуха пряталась доктор Кейт Райдесс. Лаборатория дышала тишиной. Всё в ней было пугающе упорядочено — как будто само пространство боялось нарушить ритуал экспериментов.
Кейт искала. Что — она не знала до конца. Ответ? Доказательство? Надежду?
Но её рука замерла, когда глаза остановились на одном объекте.
Капсула.
На ней — надпись: «Эмбрион Виктории».
Тонкое стекло. Почти невидимая жизнь внутри. Чистая. Незаражённая. Потенциальное спасение — и одновременно трагедия.
Внезапно грубая рука схватила её за рот, заглушая крик. Холод металла коснулся шеи. Кейт замерла.
За ней стоял Дэмион.
В его лице не было гнева. Ни капли волнения. Только холод, в котором умирала надежда.
Он выхватил капсулу, спрятал её в карман халата и повёл женщину к выходу. Слов не было. Только шаги. Только давление на кожу и лёгкий хруст пробирки в кармане — как напоминание о том, насколько всё хрупко.
Они вышли в главный коридор.
Эдгар появился из тьмы, как призрак, всё ещё держа Викторию. Рядом Мэри и Астрид — в тени, но готовые к бою. Его глаза сузились.

Эдгар:(Крик, гневно) Пусти её!

Дэмион:(Холодно) Отдай Викторию, и она останется жива.

Момент завис в воздухе.
Но прежде, чем кто-то сделал первый шаг...
Из-за спины Дэмиона вышли Нелли и Лука. Тихо. Быстро. Электрошокер в руке детектива коснулся шеи мужчины, раздался резкий треск. Тело дёрнулось, как марионетка, и рухнуло на пол.
Пробирка выскользнула из кармана и со звоном разбилась.
Кейт, ещё дрожа, подошла ближе. На полу, среди осколков — крошечный сгусток жизни. Эмбрион был мёртв. Но не бесполезен.
В одной точке стекло не разбилось до конца. Там, на границе капли, ещё была жизнь — не в буквальном смысле, но в потенциале. Кейт достала шприц и аккуратно набрала остатки, там, где не было пыли.
Как только немного эмбриона попало в шприц, вся команда детективов отправилась на выход, а Лука сообщил Феликсу координаты, где находятся люди, которые ответственны за «беспорядок» в городе.