Сердце Детектива

Заброшенный склад. Тусклый свет пробивается сквозь треснувшие окна. В воздухе висит напряжение.
Генри Дайсон оглядывался по сторонам, уверенный, что всё ещё имеет преимущество. Но внезапно тишину разрезал отчётливый щелчок.
Перед ним стояла Мэри — как из тени, словно сама смерть в образе юной девушки. Она держала пистолет уверенно, нацелив прямо в грудь мужчины.

Мэри (холодно): Не двигаться, профессор.

Генри замер. Он знал, кто перед ним — не просто девчонка, а сотрудник полиции. И всё же… страх быть пойманным был сильнее инстинкта самосохранения. Он медленно потянулся к карману халата, где прятал нож, и внезапно бросился вперёд, выхватывая оружие.
Но Мэри уже всё предугадала.
Одним точным движением она перехватила его руку, и в следующую секунду резким рывком выбила нож из пальцев. Холодное лезвие вылетело в сторону, со звоном ударилось о бетонную стену и со скрежетом упало на пол. Эхо раскатилось по складу.
Генри попытался вырваться, но было поздно — Мэри молниеносно скрутила его, прижав к полу, вдавив коленом между лопаток. Он извивался, шипел от злобы и боли.

Мэри (резко, раздражённо): Я сказала: не двигаться!

Её кулак резко опустился ему в лицо. Голова Генри дёрнулась в сторону, и он обмяк, потеряв сознание.
Мэри тяжело дышала, не отпуская контроль. Пистолет по-прежнему был в её руке, а в глазах — стальной огонь. Она не допустит, чтобы кто-то ещё пострадал от этого человека.

Тем временем, в другом конце склада:

Эдгар мчался по гулким, полутёмным коридорам, и каждое его дыхание было как укол в грудь. Он знал — опоздать нельзя. И когда, наконец, он нашёл её, мир вокруг на мгновение замер.
Виктория сидела у стены, без сознания. Её тело казалось безжизненным — спина опиралась на холодный бетон, голова опущена, а растрёпанные чёрные волосы падали на лицо, скрывая его. Эдгар бросился к ней, опустившись на колени.
Он дрожащей рукой коснулся её плеча, а другой осторожно отодвинул пряди с её лица и приложил ладонь к щеке.

Эдгар: (шёпотом, мягко) Виктория...

Прошло всего пару секунд — и девушка медленно приподняла голову. Эдгар замер.
Её глаза были абсолютно чёрными — без зрачков, без белков. Как у существа из тьмы. Губы дрогнули, и она раскрыла рот... блеснули клыки. Острые. Ненастоящие. Нечеловеческие.

Эдгар (шокировано): Виктория!

Она зашипела, словно зверь, и внезапно набросилась. Эдгар упал навзничь, ударившись затылком о бетон. Он едва успел поднять руки, чтобы удержать её, прижав ладони к её плечам, не давая приблизиться к себе. Он чувствовал, как дрожат собственные руки — не от страха, а от боли. От непонимания. От мысли, что перед ним — она... и одновременно нет..

Эдгар (шёпотом, неуверенно): Это не ты... (громко, уверенно) Нет! Это ты, Виктория!

Виктория замерла. Её лицо на секунду будто очнулось. Она перестала шипеть. В глазах мелькнуло замешательство.

Эдгар (громко, гневно): Всегда пытаешься казаться страшной, да? Запугать всех вокруг! Думаешь, это делает тебя сильной?! Прекрати. Шипеть.

Её взгляд дрогнул. Глаза наполнились страхом. Виктория отшатнулась, встала, сделала шаг назад. Она дрожала, будто сама боялась того, что только что сделала. Эдгар медленно поднялся с пола, не сводя с неё взгляда, и начал осторожно приближаться.
Он видел, как она держит его на расстоянии. И знал — не потому что хочет напасть, а потому что боится... самой себя.

Эдгар (тихо, мягко): Ты не такая… Виктория... Ты боишься...

Эдгар стоял перед Викторией, его взгляд был полон боли. Она стояла, не двигаясь, с пустыми глазами. Всё в ней было закрыто, как будто её душа оказалась за крепкой преградой. Она не шипела, не кричала, а просто смотрела на него — с таким выражением, будто всё в ней было отгорожено от мира. В её глазах был страх, но не тот, который заставляет кричать или убегать — это был страх молчаливый, глубоко укоренившийся внутри.
Эдгар сделал шаг вперёд, стараясь быть как можно более осторожным, чтобы не нарушить её хрупкую границу. Он понимал, что ей страшно, но он также знал, что она не хочет этого страха. Она просто не могла поверить, что он не оттолкнёт её, что он всё ещё будет рядом.

Эдгар (тихо, нежно): Виктория, я знаю, что тебе страшно. Я знаю, ты боишься… Я не собираюсь тебя бросать. Я всё ещё люблю тебя. Ты не одна.

Она не ответила. Её взгляд оставался неподвижным, будто она пыталась понять, что же ему нужно от неё. Он видел, как её руки были сжаты в кулаки, как будто она пыталась держать под контролем эмоции, которые застряли где-то внутри. Она не могла поверить, что он не сделает ей больно, что он не будет её отвергать.

Эдгар (мягко): Я здесь, Виктория. Ты не должна бояться. Я всё равно буду с тобой. Ты не опасна для меня. Ты не чудовище. Ты — человек. Ты… моя..

Он смотрел на неё, но она всё так же молчала. Она не двигалась, как будто этот момент был слишком сложным для того, чтобы на него реагировать. Виктория продолжала стоять, её тело напряжено, но без признаков агрессии. Она не верила ему, не могла поверить, что он всё ещё хочет быть с ней.

Эдгар (Мягко, осторожно): Ты не одна, Виктория. Ты не опасна. Я здесь, я всегда буду рядом. Я хочу тебе помочь. Пожалуйста, поверь мне.

Её взгляд не изменился, но что-то в нём немного изменилось. Это было не слово, не жест, а нечто более тонкое — какой-то миг, когда она, возможно, впервые на секунду поверила, что он действительно не уйдёт. Она сделала шаг назад, но не с угрозой. Она просто отступила, как бы оценивая его слова, проверяя их на правдивость.

Эдгар (тихо, осторожно): Я не сделаю тебе больно. Ты не сделаешь мне больно. Ты всё ещё Виктория. Моя Виктория. Ты не одна, и я не оставлю тебя.

Виктория не ответила. Но в её глазах было немного меньше страха, чем раньше. Эдгар знал, что это не победа, но хотя бы первый шаг. Он не собирался торопить события. Он знал, что ей нужно время, и он был готов дать его. Он просто остался рядом.

Виктория стояла неподвижно, будто вкопанная в пол. Еле заметная дрожь пробегала по её телу, словно сдерживаемое волнение рвалось наружу. Она не шипела, не отталкивала, но и не делала шагов вперёд. Просто стояла, напряжённо, молча, всё ещё не решаясь довериться. Эдгар медленно подходил, наблюдая за каждым её движением, за каждым вздохом, улавливая малейшие изменения в её лице.
Он остановился перед ней, не слишком близко — на таком расстоянии, чтобы она могла почувствовать его присутствие, но не испугалась. Видел, как страх в её глазах немного угас, как будто в глубине души она всё-таки хотела быть рядом с ним.
Медленно, почти незаметно, он начал протягивать руки, чтобы обнять её, чтобы показать, что рядом — безопасность. Его ладони двигались осторожно, мягко, не касаясь её, просто предлагая тепло и защиту. Он уже почти дотронулся до её плеч, когда...

Виктория резко сделала шаг назад и зашипела. Это не был злобный звук — в нём звучал испуганный инстинкт, как у загнанного в угол животного, не желающего нападать, но и не способного убежать. Её глаза расширились от ужаса, она застыла в напряжении. Но Эдгар сразу понял — она смотрит не на него.
Он застыл, сердце пропустило удар. Эдгар обернулся… и увидел, как из тени коридора в лабораторию заходят трое: высокие, облачённые в чёрную броню с маркировкой биологической угрозы на плечах. Лица скрыты под масками с красными линзами, шаги отдают металлическим эхом по бетонному полу.
Командир группы — мужчина с нашивкой “AsterBioTech” и жёлтым обозначением ранга на шее — первым вошёл в помещение и остановился, с холодной точностью осматривая обстановку. Взгляд остановился на Виктории. Он слегка нахмурился, затем перевёл взгляд на Эдгара.

Командир (глухо): Мы ожидали здесь увидеть доктора Дайсона с его объектом. Он сообщил о завершении подготовки к следующей стадии эксперимента. Но, похоже… кое-кто вмешался.

Эдгар прижал Викторию ближе к себе, взгляд напряжённый, руки сжаты в кулаки.

Эдгар (твёрдо): Она не объект. И вы её не получите.

Командир склонил голову вбок, изучающе, как будто Эдгар был всего лишь мешающим элементом, не более. Позади него один из бойцов поднял электрошокер, готовясь к захвату.

Командир: (Твёрдо) Она носитель нестабильного вируса, созданного нашей лабораторией. Мы не собираемся упускать такой экземпляр. Если ты не отдашь её добровольно, мы заберём её силой.

Эдгар (Холодно): Попробуйте.

Командир: (Твёрдо) Ты не понимаешь, с кем имеешь дело, детектив. Мы следили за ней с момента инфицирования. Дайсон должен был передать её нам — но ты сломал цепь. Исправим. Сейчас.

Два бойца шагнули вперёд. Виктория застыла за спиной Эдгара, её глаза остались чёрными, но страх в них усилился. Она чувствовала: эти люди не остановятся. Эдгар сжал челюсть, закрывая собой девушку, сердце билось в груди глухим барабаном.
Они пришли за ней.
И он знал — не позволить им забрать Викторию значило пойти против системы.
Он был готов.
Как только бойцы сделали шаг вперёд, Эдгар выхватил пистолет — уверенно, без колебаний. Он направил ствол прямо в центр груди командира.

Эдгар (зло): Ещё шаг — и ты первый труп.

Командир, не меняя выражения лица, с лёгкостью парировал.

Командир (спокойно): Ты не понимаешь, с кем говоришь. Мы — не мародёры. Мы часть проекта, которому подчиняются те, кто выше тебя на десять ступеней. Не мешай нам, детектив. Это не твоё дело.

Эдгар (холодно): Она — моё дело.

Один из бойцов попытался обойти его сбоку, но тот моментально услышал характерный щелчок. Слева, как тень, появилась Мэри, с пистолетом, направленным точно в грудь второго солдата. Лёгкий, но смертоносный намёк на движение, и его больше не будет.

Мэри (жёстко): Сейчас без ног останешься.

В этот момент раздался грохот — как барабанный бой. Полицейские начали врываться в помещение, окружая его. В первых рядах — Феликс, с оружием в руках, его лицо не выражало ни страха, ни волнения, только твёрдое намерение привести всё в порядок.

Феликс (громко): Всем стоять! Оружие на пол! Немедленно!

Полицейские быстро выстроились, вооружённые и готовы к действиям, но они не делали никаких поспешных движений. Вскоре они окружили бойцов, намереваясь допросить, откуда те взялись и что им нужно. Но тот, кто стоял впереди, выглядел так, будто был готов к любому развитию событий. На его лице не дрогнул ни один мускул, и взгляд был холодным, как сталь.

Феликс (настороженно): У вас есть ордер на арест? Разрешение на изъятие Виктории? Или вы просто решили устроить штурм на свой страх и риск?

Командир замер, но в его голосе не было паники. Он кивнул своему подчинённому, и тот, с лёгкой усмешкой, попытался снять напряжение.

Командир (спокойно): Мы не нуждаемся в разрешении. Вы просто не понимаете, с кем имеете дело.

Феликс (жёстко): Я вас не знаю. И ваши слова мне ничего не говорят. Пока не покажете документы, вы все — под арестом. Мы проверим, кто вы, и проверим, на каком основании забираете девушку.

Командир едва заметно нахмурился, но всё равно не сделал ни одного резкого шага. Он скрывал раздражение, понимая, что всё, что они строили, теперь зависит от момента. На его лицах оставалась лишь лёгкая усмешка, как будто он был готов к этому. Но Феликс не отступал. Он действовал чётко, решительно.

Феликс (твёрдо): Арестуйте всех троих. Мы их задерживаем на время проверки. Пусть наши специалисты изучат их документы и подтвердят, что они не лгут. Но никаких движений, пока не будет получено официальное разрешение.

С командой полицейских всё происходило молниеносно. Они не дали противникам ни единого шанса вырваться, ловко подойдя и надев наручники. Через несколько минут все трое бойцов были обезоружены и закованы, их вели в сторону выхода.

Командир (с ухмылкой): Вы просто не понимаете, кто мы. Как только она нападёт на человека, вы пожалеете о том, что не согласились её отдать нам.

Мэри, не тратя ни секунды, резким движением ударила ладонью по шее командира, заставив его замолчать.

Мэри (гневно): Заткнись, гад!

Когда всё утихло, Эдгар перевёл взгляд на Викторию. Девушка всё ещё стояла за его спиной, все её мышцы были напряжены, а взгляд — пустой и растерянный. Она не могла понять, что происходит, что теперь будет с ней, и кто эти люди. Эдгар шагнул к ней, но не торопился, давая ей время осознать всё.
Он медленно подошёл, сложил руки на её плечах и мягко, бережно обнял её. Словно пытаясь вернуть её душу на место, вернуть её к жизни, хотя бы на этот момент.

Эдгар (тихо): Всё, всё… Теперь всё хорошо…

Виктория, чувствуя его тепло и уверенность, немного расслабилась. Она не могла поверить, что всё закончилось, что её больше не заберут, что Эдгар действительно её защитит. Она опустила голову на его грудь, её тело постепенно успокаивалось.
Феликс и Мэри смотрели на них с уважением. Мэри, взглянув на Викторию, понимала, как тяжело девушке сейчас. Она была изранена не только телом, но и душой. Тот вирус, который её изменил, было трудно назвать «живым» — это было скорее проклятие, чем благо.

Феликс (спокойно): Как вы?

Эдгар (мягко): В порядке… Просто нужно время.

Все посмотрели на Викторию, которая в этот момент, наконец, могла позволить себе отдых. Она стояла в объятиях Эдгара, её глаза были закрыты, и она, кажется, ощущала себя в безопасности — хотя бы на этот момент.

Феликс (спокойно): Нужно её отвести к Кейт Райдесс.

Эдгар (спокойно): Я понял.

Все четверо — Эдгар, Мэри, Феликс и Виктория — в сопровождении других полицейских вышли из склада. Скрип двери, который раздался, оставил после себя только тихое эхо. В этом мрачном здании не было больше угрозы. Виктория могла наконец почувствовать, что её не бросят, не предадут.