Глава XII
Пустота... Никаких снов или мыслей. Ничего. Тело так устало, что любое движение отдает болью. Лежа Лиса просто смотрела вверх, сейчас казалось, что она видела звезды, хотя это был самообман и лишь мрачные тучи, украшали небо. Справится с этой гнетущей темнотой не могли даже ее глаза, усталость брала свое, но она не спешила засыпать. «Сколько еще проблем встанет на чертовом пути?» – вопрос без ответа... Хочется просто лежать, и ни о чем не думать вовсе. Все эти переживания, зачем они? Зачем вся эта борьба, если можно просто лежать? Зачем? Были слышны шаги, человеческие шаги. Едва повернув голову Лиса сквозь кусты увидела идущую сюда знахарку. Она шла не спеша, оглядывая поле боя. Увидев поверженного зверя, она лишь проронила «Вот как» и поклонилась. На ее лице была скорбь вперемешку с облегчением. Она молча смотрела на павшего. После, выдохнув она подошла к Лисе и сев рядом, стала обрабатывать ее раны. Сил не было даже на то, чтобы возмущаться самоубийственным заданием. Но тишина продолжилась недолго.
- Мои товарищи...они в деревни...им сначала помоги.
- Ты не должна была выжить! – Резко ответила знахарка, на недоуменное лицо Лисы она, похоже даже не обратила внимание. – Ты оказалась на удивление сильной, я даже подумать не могла, что все так обернется.
- Помоги ребятам...
- Да замолчи ты! – Знахарка прикрикнула, но выдохнув, продолжила спокойно. – Была я уже в твоей деревне, все с ними будет в порядке.
- Хорошо... Если я не должна была выжить, то почему ты меня отправила сюда?
- А разве не ясно? Ц-ц-ц, наивная девка! Пока Дух леса получал подношения, он не трогал деревню, и все жили спокойно.
- Подношение...
- Да подношение, ты не должна была... Впрочем, какая уже разница...
Лиса в мгновение ока вскочила, сбив знахарку, она приставила ей к горлу огромный шип, тот самый, что попал ей в спину. Все тело ныло, каждая частичка отдавала жуткой болью, но Лиса смогла перебороть себя. Она не знала, что сказать, ее обуревала злоба на знахарку, на Вендиго, на то что позволила так просто обмануть себя. Вдавливая шип в горло, она с огромным усилием сдерживала слезы.
- Убери! – Шипела знахарка. – У нас был договор, и я свою часть выполнила!
- Откуда мне знать? Ты же врешь, так же, как и когда сказала мне убить его!
- Я всегда лечила местных. Один умирает, чтобы жили другие! – От этих слов Лиса впала в воспоминания. Как же часто это правило работало в Убежище, как часто эта суровая правда жизни касалась ее окружения. Она слезла со знахарки и прислонилась к лежащему рядом бревну. Шип вложила в свой ботинок, угроза миновала.
- На! – Знахарка протянула ей флягу, жидкость внутри была теплой и приятно пахло травами и хвоей. – Молча пей и слушай! Ты заслужила. Я расскажу кто он такой, и откуда мы здесь.
- Разве не абер? – Лиса с интересом посмотрела на собеседницу, ей не сильно сейчас хотелось узнавать, что это за существо.
- Сказала же молчи! Ц-ц-ц, абер, да. Вот только непростой. Мы пришли из города...
- Вы культисты?! – Лиса вновь направила на знахарку шип, однако сил на этот раз уже практически не было. Она лишь угрожала.
- Да ты заткнешься или нет? – Знахарка закатила глаза и продолжила с недовольством в голосе. – Нет ну никакого уважения к рассказчику. Мне говорить или что?
- Продолжай...
- Да мы из культа, были из культа, потом сбежали. Мы смогли лишь до этого места добраться, и здесь обосновались. В эту деревеньку постоянно заглядывают много не местных: путники, вольные сталкеры, анархисты и прочие. Пропажу в виде пары человек в этих местах стараются не замечать. Зато, когда каратели приезжали, им было кого противопоставить. – Она кивнула на труп Вендиго. – Что теперь делать я не знаю.
- Вот оно что...подожди, а как ты его контролировала? Разве он разумный был?
- Он был моим братом... У нас сохранилась с ним связь, даже обратившись в это, он не нападал на меня и вроде даже слушал...
- Брат?! Как это, разве такое возможно?
- Ты ведь ничего не знаешь о культах так?
- Культах? Их много? Я всегда думала, что один!
- Да много, вернее не совсем так. У нас похожее устройство и единый духовный лидер, но...как бы объяснить. Когда произошла Катастрофа, люди в городе спрятались кто где мог. Когда после багряное небо стало сводить нас с ума, мы перебрались под землю, в переходы. Мы думали, что погибнем, но каким-то неведомым образом явились те, кого называют Вознесёнными. Они словно боги среди людей. Умнейшие, сильнейшие, их не брала никакая хворь, им не страшны багровые тучи, и они могут контролировать Грехи. Они принесли знания, невиданные доселе. Мы стали обустраивать наши жилища, прокопали друг к другу туннели. Мы думали, что спасены, но за это пришлось платить, дорого платить...
- Чем же вы заплатили?
- Своими жизнями... Наши поселения превратились в подобие ульев, небольшие соты, где мужчины отдыхали от непосильно тяжелой работы. Они трудились сутками, в перерывах на еду и вознесение молитв в капищах и подземных храмах. Стали словно механизмами. Их участь была сурова, но не была самой ужасной среди всех. Вознесенные вывели семь видов аберраций, их назвали Грехами. Все Грехи беспрекословно подчинялись своим новым владыкам. Их делали из слабых, увечных и больных. И из женщин, нас превратили в грех похоти, организовав для владык целые гаремы, в которые обычным мужчинам был закрыт доступ. Мы стали наложницами, игрушками для утех и инструментами для создания новых культистов. Нам дали красивые тела, и возможность почти всегда рожать нескольких детей. Но забрали возможность сопротивляется, возможность выбирать и любить. Детей сортировали с рождения, девочек в храмы похоти, здоровых мальчиков на работу, а слабых...
- Неужели Вендиго? – Лиса сейчас сопереживала знахарке всем сердцем, она всю свою жизнь жила в страхе и ненависти перед культистами. Но сейчас ей было их искренне жаль.
- Да, не только. Грехи поделены на семь видов, и если Похоть – это улучшенные люди, то судьба других не так проста. Самых хилых называют Зависть – их тела предназначены для сращивания с разными предметами и машинами, от них остается как правило только мозг, который используют как ядро механизма. Я мало про них знаю... Еще среди нас есть Лень – те кто от рождения обладает слабым умом, их превращают в тупых амбалов, что делают самую тяжелую работу в улье. Но хуже всего приходится Чревоугодию – их тела еще в младенчестве накачивают какой-то дрянью, а потом откармливают до огромных жирных масс, у них нет даже рук или ног, взамен лишь толстые щупальца. И все ради пропитания...
- Вы поедаете своих?! – Лиса произнесла это с диким ужасом. Когда знахарка кивнула, сердце молодой девушки залило кровью. Ей было так больно от осознания всей той безнадежности в жизни культистов, что она невольно начала их жалеть. Мелкие слезинки украсили ее лицо.
- Еще два греха превращены в монстров, оружие беспрекословно сражающиеся за Вознесенных. Гнев – четверорукие мутанты, наши штурмовики, пробивающие культу дорогу к новым землям. Их тела покрыты чешуей и панцирями, а клыки готовы порвать любого. – Лиса вспомнила, как подобное существо умертвило ее друзей, они довольно часто нападали на заставы Убежища. Знахарка показала рукой на труп Вендиго. – А подобные Духу леса именуются Жадностью – это те, кто окончательно лишился рассудка, охотники и стражи культа.
- Мы встретились с одним из Грехов, он был полностью в черной броне, это был один из Лени? – На вопрос Лисы знахарка отрицательно замотала головой.
- Это, если можно так сказать, элитный Грех. Гордыня... Все мужчины в культе носят звание послушников, их используют не только для работы, но и отправляют воевать, ибо лишь так они могут пройти весь цикл перерождения. Посвященные, первая ступень, заматывают головы, или закрывают их масками, их долг служить и, если надо умереть во славу культа. Большинство погибает, но некоторые, совершив, подвиг или просто успешно уничтожая врагов становятся адептами. Им дают черные облачения и наше лучшее оружие, и что самое – главное величайшее право...
- Что за право?
- Вознестись... Стать сверхлюдьми, живыми воплощениями нового человека, ради которого наш мир и был изменен. Но почти никто не проходит испытания, не справившись они превращаются в Гордыню. Сила, скорость и ловкость как у Вознесенных, их раны залечиваются так же стремительно и никакая хворь или багровые тучи их не берут, но цена высока. Они очень мало живут, горят ярко и выгорают быстро. Хотя такая жизнь в сотни раз лучше, чем у всех остальных, это хотя бы жизнь...
- Наш мир изменен ради новых людей, что? Это причина Катастрофы? Не может быть...
- Так нам говорят. Я не знаю правда это или нет. Но наша церковь считает, что Катастрофа должна была изменить мир, это вроде как новая ступень развития людей. В моем улье это называют так пафосно – «Феникс человечества» – старый мир сгорел, чтобы из пепла возникли новые люди...
Повисло долгое и тягостное молчание. Лиса была шокирована рассказом знахарки. Общество людей, что делятся на касты, едят своих, обращая собратьев в монстров. И эти... новые люди, правда ли это? В кого всех превратил этот мир, и на какие ухищрения приходится идти, чтобы просто выжить?
- Зачем ты мне все это рассказываешь? – Лиса неосознанно взбодрилась после описания жизни культистов. Ей всегда казалось, что они уже окончательно поехавшие на фоне Красной зоны нелюди. Казалось, что в них уже давно нет ничего человеческого, безумие с которым они перли на оборонительные позиции, пренебрежение к смерти – это так не свойственно нормальным людям.
- Так...легче что ли. Не знаю, просто хотелось высказаться... – Знахарка опустила глаза. В них можно было увидеть необычайную тоску. Глухую... безэмоциональную боль, которую можно так часто увидеть у жителей Убежища. Так выглядят люди, которые не в силах изменить свое положение, люди, утратившие надежду на светлое будущее. Так выглядят те, кто раз за разом стойко переживает свое горе в бессилии. Лиса уже неоднократно видела такие глаза... в зеркале...
- Нужно уходить, причем быстро! – Лицо знахарки резко изменилось, она стала прислушиваться к шуршанию кустов. Во тьме горело множество мелких глаз, которые рассматривали поле боя с безопасной дистанции. Местные «жители» пожаловали. Вой, словно детский плачь, стал отчетливо слышен. Лиса, несмотря на боль во всем теле, смогла встать на ноги, завороженная этими красными глазами, пыталась рассмотреть приближающихся существ. Небольшие, размером со среднюю собаку, твари выползали из мрака. Их тела были оплетены подобием колючих лоз, передние лапы сильно деформированы, с выпирающими вперед крючьями, пасти напоминали клювы с рядами мелких острых зубов. Лиса инстинктивно вскинула винтовку, приготовившись стрелять. Но польза от нее без патронов сомнительная, нужно бежать.
- Что за твари?
- Падальщики – Знахарка зажгла факел в добавок к своему фонарю. Она тоже была безоружна. – Пришли полакомится царем этих мест, чтоб их! Ц-ц-ц, они боялись его, а теперь...
- Патронов нет, что с ними делать? – Лиса судорожно перебирала варианты, пока волна мелких красных глаз наступала. Они ползли медленно, но с каждой секундой на поляне их становилось все больше.
- Отходим, если повезет, будут пировать Духом леса, если нет...
Девушки медленно двигались назад. Все больше и больше существ вылезало на поляну, они как будто не интересовались ими, постепенно облепливая труп великого абера. Но страх не давал им действовать активно, ведомые запахом крови, они хотели взять свое, но, похоже, даже мертвый Вендиго внушал ужас этим тварям. Окружив его, они все еще боялись подойти поближе, тогда как девушки продолжали отдаляться. Один из падальщиков, начал аккуратно приближаться к поверженному царю, стараясь обнюхивать все вокруг. Подойдя совсем близко он осмелился вонзить свои клыки в еще не остывшее тело. Брызги крови. Чавканье. Царь пал... С безумным остервенением собратья смельчака накинулись на беззащитную плоть, разрывая ее на мельчайшие куски. О, этот вой, бывший словно детский плач, сменившись довольным улюлюканьем, стал слышен на весь лес.
Ушки Лисы подсказали ей что сзади тоже кто-то есть, не успела она развернутся, как между девушек оказалось одно из этих существ. Опоздав на пиршество, этот падальщик принюхивался и присматривался к ним. Факел в руке знахарки сразу отпугнул интерес от нее, и тварь переключила внимание на Лису. Угрожающий рык сковал ее, сейчас она была беззащитна перед этой угрозой. Падальщик стал приближаться. Знахарка сделала резкий выпад, огрев факелом тварь, стоны боли прервали довольный вой остальных существ. Некоторые из них притихли, начиная осматривать, до того не интересовавших их девушек.
- Беги! – Знахарка вновь ударила тварь факелом. Лисе повторять было не нужно, она уже неслась сквозь заросли леса. Казалось, что сил больше не осталось, но желание выжить во что бы то ни стало само несло ее прочь от этих существ. Она ничего не слышала, взгляд был устремлен вперед. «Прочь!» – единственное, что мелькало у нее сейчас в голове. Убежать как можно дальше, скрыться от угрозы. Спастись и донести послание любой ценой! Она не хотела умирать, только не здесь, только не так. Она бежала... Заросли мешали, зацепившись своей черкеской за колючую лозу, она чуть было не перевернулась. Рывок – и верхняя одежда, окончательно изодравшись на клочья, осталась позади. Они преследовали ее. Казалось, что красные глаза повсюду, что сейчас вот-вот и из тьмы выпрыгнет ее погибель. Казалось, что весь лес – смерть! Бежать! Бежать! Бежать! Бежать! Прочь...
Внезапно земля предательски пропала из-под ног, и она кубарем покатилась по склону, собирая все кочки и камни. Лиса с размаху врезалась головой об твердую почву. Тело стонало... Дрожащими руками она ощупала шишку. Кровь. В ушах стоял звон, все на что хватило сил перевернутся и посмотреть в темное небо. Черные, словно смоль, тучи грозно нависали. Небеса слоились и в прорехи между темнотой просачивались синие облака. Они разгоняли ночную пелену, шли на смену мраку. Их становилось все больше, купол ночи отступал. Светало...
Опасный до тварей лес остался позади. Преследования не было. Бежали ли они вообще за ней, или эти глаза были плодом воображения уже не важно. А важно то, что она смогла выбраться. Сейчас можно было немного полежать и посмотреть в небеса. Утро в новом мире никогда не радовало своей красотой. Старожилы рассказывали, что раньше рассвет сопровождался прорывом сквозь ночные облака лучиков света. Сейчас это звучит как легенда, солнце уже давно никто не видел, а уж его предвестников и подавно. Говорят, что в Зеленой зоне, тучи иногда истончаются так, что через них видно, как свет ласкает землю. Но даже так пелена все равно скрывает этот мир. Растения изменились, животные мутировали, люди приспособились.
Глаза закрывать было опасно, засыпать нельзя. Острая боль в висках, сменилась тупой ноющей. Просто смотреть в небо сейчас единственное, что Лиса могла себе позволить. Лежать и отдыхать... Но долго тут оставаться нельзя. Плащ вместе с черкеской остался в лесу, а плотно связанная кофта хоть и грела как могла, но лежать в ней на земле было не лучшем решением, тем более если начнется дождь. Ощупав свой бок, она достала противогаз, стекло сильно потрескалось и в некоторых местах зияли солидные дыры. «Черт!» – неосознанно вырвалось у нее, тем более нужно было искать укрытие. Да и где сейчас деревня еще предстояло выяснить. Одно радовало, знахарка оказала ребятам помощь. Хотелось в это верить. И хоть небо не предвещало беды, люди жили в постоянной готовности что пойдет дождь. И шел он довольно часто. Привычные серые тучи уже почти вытеснили ночную мглу. Надо идти.
Полежав где-то полчаса, пока боль в висках не притупилась, Лиса попыталась встать на ноги. Сделать это было довольно-таки проблематично, тело просто отказывалось слушаться. Опершись на винтовку, ей это все-таки удалось, но просто стоять уже было сложно, а нужно было идти. Вот только куда? Она была у подножия леса, впереди поросшее высокой травой поле, которое простиралось до горизонта. Вдалеке был слегка заметный шлейф из каких-то ветхих зданий, и Лиса решила, что другой дороги у нее все равно нет. Едва перебирая ногами, она побрела в их сторону. Ветер дул не сильный, но с каждым разом пробирал до мурашек. Опираясь на свою импровизированную трость, она медленно шла.
Было непривычно тихо, шум ветра и звон в ушах иногда перебивал странный звук, доносившийся откуда-то издалека. Этот звук был слышен везде и всегда, грузный и глубокий. Как будто мир вокруг вздыхает. Старики говорили, что он появился лишь после Катастрофы. Никто не мог сказать, что это и с чем связано, но иногда можно было услышать самые разные звуки. Звон колокола, раскаты чего-то вроде грома, потрескивания, шуршание, неразборчивые голоса и этот шум. В Красной зоне многие думали, что звуки эти фантомные и являются порождением нашей психики. Но покинув ее Лиса продолжала отчетливо слышать этот тревожный эмбиент. Похоже еще одна причуда нового мира. Катастрофа сильно изменила все к чему прикоснулась. Быть может ученые, в своем НИИ смогут дать ответы на многие вопросы, касательно природы этого мира. Быть может...
Плеяда зданий расположилась вдоль дороги. Многие были разрушены от времени, поросли травой и плющом. Человеческая цивилизация в этих местах уступила. В одном из зданий горел огонь, на который как раз и шла Лиса. Там кто-то есть! Может быть помогут, хотя бы подскажут направление до деревни. Едва ковыляя она думала об Убежище...
Воспоминания из детства, когда им только открыли дорогу из Сада. Суровые воспитатели, и не менее суровые старшие постоянно показывали, что и как делать. Детства как такового у них не было. Лиса вспомнила как они, следя за действиями старших, работали, выполняя разные поручения. И учились, всему что может пригодиться: спортивная подготовка, работа с оружием, специальности, медицина, а главное различные науки.
- Товарищ учитель, зачем мы все это читаем? – Маленькая Лиса показала на старый, затертый от времени учебник по литературе. Произведения древних писателей, живших до Катастрофы, вызывали у многих детей приступы жгучей несправедливости. Мир, в котором они жили отличался от нынешнего настолько же, насколько отличается быт человекоподобной обезьяны от человека. – Где нам это пригодится?
- Значит так... – Начал отвечать учитель, довольно щуплый на вид, тем не менее, внешний вид здесь был, как правило, обманчив. Он, как и любой житель Убежища вернулся с дозора, возможно, пережил очередное потрясение убивая и видя смерть. А может быть просто просидел на посту, никто не знает. И вот теперь еще и основная работа, и на все это нужно найти силы. Все тянули трудовую и воинскую повинность, все работали на пределе. Внешность тут была не главной. Как правило, именно на подобных щуплых плечах и держалось все. Как и всегда до этого, мир строили и определяли неказистые люди. – Для чего вам это? Вопрос, конечно, хороший. Не буду цитировать классиков и попробую объяснить своими словами. Мне кажется, что в этом мы люди... в этом все человечество. Видите ли, вам кажется, что все это не имеет смысла. Ну да, конечно, зачем читать что-то что не имеет отношения к твоей сегодняшней жизни. Нужно лишь работать и в перерывах отдыхать. А работаем мы ребята, право сказать, много. Когда читать то? Но, а вот если пойти от обратного, может вообще не читать? И тогда чем мы, отличаемся от культистов, а чем от аберов? Мы выродимся если не читать, угаснет мысль. И тогда, знаете, от этого проклятого труда мы со временем совсем устанем. И на вопрос зачем мы боремся в один прекрасный момент, ответа дать не сможем. И все, это вырождение, это смерть! Чтение дает нам мысль, дает идею, позволяет размышлять. А это, братцы, делает нас людьми! Жизнь – вечная борьба! Но надо знать за что ты борешься, надо знать, как это делать, а это, братцы, книги! Люди в Убежище живут не ради самого выживания, мы не просто не хотим деградировать как наши соседи из культа, но хотим большего. Хотим, чтобы вновь пришел тот день, когда называется человеком снова станет важно. Чтобы с гордостью носить это в груди. И только через книги, на которые, прошу, уделяйте время, мы сможем понять кто мы есть и куда нам надо идти. Эх, когда-нибудь мы вновь поднимем гордое знамя свободного человека, когда-нибудь мы вновь...
«Человек – это звучит гордо!» Эта фраза часто всплывала у Лисы в голове в последнее время. Многие годы назад она прочла это в старой книге. Неужели это когда-то было так? Ныне человек находится в таких условиях, что ни о какой гордости не может быть и речи. Не верится, что когда-то человек и вправду был царем мира, что когда-то не было угрозы, с которой люди не могли справиться. Когда-то и вправду...
Она подошла к остаткам этой древней цивилизации – ветхие полуразрушенные от времени здания возвышались над ней в полный рост. Когда и зачем люди строили эти теперь уже развалины? Тогда человек был другим, у него не было страха перед природой. Холод только усилился, ветер, прорываясь сквозь эти постройки издавал пугающе завывающие звуки. Но нужно было войти во двор, усталость притупляла первобытный страх перед этими исполинами. Пройдя через тяжелые ворота Лиса оказалась в большом крытом павильоне. Его купол, хоть и был в нескольких местах обрушившимся, все же закрывал от тяжелого неба. Надежное укрытие от дождя и ветра, посередине которого был разожжён костер. Пройдя дальше внутрь павильона Лиса увидела троих сидящих вокруг него людей. Они сразу заприметили ее и вскочили, вскинув оружие.
- Стой кто идет! – Увидев тяжело плетущуюся девушку они опустили пушки, хоть и были все равно готовы в любой момент открыть огонь.
- Я с миром... – Лиса при виде людей почувствовала облегчение. Она стояла неподвижно, рассматривая мужиков. Сейчас ей хотелось лишь отдохнуть и обогреться.
- Ты откуда вообще? Бродяга что ли? Мы из группы Седова. Анархисты. Назовись!
- Я из деревни на берегу. Аберы потрепали.
- Из деревни? На крестьянку ты не похожа.
- Эй Пьеро, кончай уже ее допрашивать. Видишь, девочка устала с дороги. – Один из анархистов убрал оружие, его примеру последовали и другие. – Давай к нам посиди, согрейся!
Лиса робко подошла к ребятам и села к костру, сразу же протянув к нему окоченевшие руки. Анархисты выглядели весьма мирно, они так же вновь уселись вокруг огня, с желанием расспросить гостью. Тот который первым опустил оружие, был одет в грязно-зеленую толстую куртку с капюшоном. Поверх нее была разгрузка, очень хорошее снаряжение для этих мест. У него был пистолет-пулемет на вроде того, каким пользовался Шевчук. Тот которого назвали Пьеро носил плотный ватник, поверх которого располагался легкий бронежилет с каской на голове и толстым шарфом. У него была винтовка точно такая же как у Лисы только темного цвета и без прицела. «Можно попробовать выменять патроны» – сразу всплыло в голове. В нынешних условиях, даже будучи смертельно усталой ей приходилось думать о снаряжении. Третий анархист имел интересную штуку на своей груди, выглядела она как несколько горизонтально расположенных цилиндров и от которых отходили шланги к респиратору – похоже система фильтров. Он был самым молодым из отряда.
- Ну что подруга, рассказывай. – Пьеро передал ей походный плащ, в который она сразу же закуталась. – Замерзла? Ты чего это почти голышом идешь?
- Лиса, меня так зовут. С товарищами мы шли в Бастион по реке. Нас обстреляли культисты. – Она куталась в плащ, лица у анархистов не выражали агрессии.
- Так, а здесь чего?
- Долгая история, шла через лес. Аберы напали по дороги, снаряжение там осталось. Я укрытие искала.
- Вот ты путешественница, конечно! Если мы говорим про одну и туже деревню, то сами в нее направляемся. Как уже говорил мы из группы Седова. Я Крот, это Пьеро и Васек. – Говорил за всех анархист в зеленой куртке. Все ребята были довольно молодые, но точно не зеленые, снаряжение показывало, что они не простые люди. – Так откуда ты, я что-то не понял?
- Из Убежища.
- Серьезно? – Васек очень оживился. – Я думал оно придуманное вообще!
- Нет более чем настоящее.
- А что ты тогда тут делаешь?
- Мне в Бастион надо. По личному вопросу.
- Тю ты. – Начал Пьеро. – А мы считай только оттуда. У нас тут вообще интернациональная бригада, сталкерим понемногу, Васек вот активист у нас, из этих... нетрадиционных.
- Пошел ты! Я из экологов, Лазурит. Если бы не мы все бы давно с голоду сдохли!
- Я думал, что харчи выращивают все, кому не лень. А оно вон как оказывается.
- Да заткнитесь вы! Ты это... их не слушай, мы мир спасаем.
- Ага мир. – Мужики подкалывали Васька. – Мальчиков маленьких вы спасаете, ну или девчонок, кто поприличней. У них там такой содом, что туши свет! Лучшие бордели во всем Бастионе, даже вывески такие!
- Да идите в жопу! Ты их больше слушай, бордели в Содоме есть, а у нас культурно-досуговый центр, и то он в городе.
- Городе? – Лиса удивилась. – Город же в Красной зоне?
- Нее, то уже руины, Старый город. Я тебе про Тень говорю. Как будешь в тех краях сама поймешь. А эти придурки бродяги, там никогда не были, вот и выдумывают всякое.
- Ну да куда уж нам деревне! Я тебе точно говорю, бордель... Там вот все такие изнеженные. – Пьеро смерил Лису взглядом, усмехаясь. – Такое чувство, что ты тоже оттуда. Симпатичные девушки в этих краях редкость. Да и то вы видели местных девушек? Так сразу и не поймешь, смотришь, может абер какой.
- Какой же ты все-таки мудак, бестактный!
- Нихрена себе словечки! Ты вот лучше свой шабильгенератор бы включил и молча его сосал! Посмотри на этого извращенца, ну никуда без бульбулятора своего.
- Вот же идиот! Это фильтр-система. Одна из лучших, между прочим. В Лазурите и не такие делать могут.
- Не знаю, лучше старого доброго противогаза...вряд ли.
- А вот тут не согласен. – Пьеро решил осадить Крота. – Старпер ты конечно, у яйцеголовых защита весьма неплохая. Шлем такой со стеклом, а внутри еще и респиратор. Я по топям за нефтегоном в таком лазил, с обычным противогазом копытца бы быстро откинул.
- Какой я тебе старпер, мы одного возраста. Просто не люблю я эти извращения. А по топям твоим можно и в противогазе пройти.
- Да конечно! Ты там был хоть раз? Я что-то сомневаюсь, химия одна и кислоты полно, там без броника нормального делать нечего.
- Сдается мне гонишь ты. Мрачный там тварь всякую гасит без проблем.
- Мрачный? Серьезно? Ох, дед байке этой уже сколько времени, даже если бы Мрачный и существовал, то бронька у него была бы соответствующая.
- Согласен с Пьеро, зря что ли все это придумывали.
- А что за Мрачный? – Лиса отогревшись с удовольствием слушала за перепалкой ребят. В тепле вновь стали ощущаться силы. Ее интерес пробудился снова.
- А это, ну... легендарный вольный сталкер, один из первых анархистов. Ну так говорят по крайней мере. Слыхал я, что на топях обитает и шушеру всякую отстреливает, хотя живой он или нет никто вообще не знает.
- Да байка это. Ты просто там не был, даже в крутой защите долго в топях не прожить, а он говорят оттуда совсем не выходит.
Они еще долгое время сидели и спорили о разной броне, легендах и подобном. Лиса слушала украдкой, смотря на потрескивающее пламя в которое Пьеро постоянно подбрасывал дровишек. Было так тепло, что боль постепенно отступала. Для людей из Убежища отдых был лучшим лекарством. Васька расщедрился на какую-то непонятную консерву, она была наивкуснейшей из всех что Лиса ела за всю свою жизнь. По крайней мере ей так сейчас казалось. Она откинулась к стене и даже подремала, сна не было, но полежать немного с закрытыми глазами удалось. Ее отдых прервал Крот. Костер почти погас, Васька не было, по звуку, доносившемуся снаружи, начинался дождь.
- Так подруга, нам скоро выдвигаться, пойдем как дождь кончится. Деревня вон там, если тебе интересно. Я бы конечно мог тебя взять с собой, но мы по делу пойдем, а у тебя с собой пусто я смотрю. – Крот, ухмыляясь, внимательно ее осматривал.
- Ну мне все равно туда идти надо. Может вы поделитесь патронами, у меня точно такая же винтовка.
- Интересная ты конечно! – Крот переглянулся с Пьеро, и они оба заулыбались. – Знаешь, патроны они дефицитные вообще-то, давай бартер, ты нам что предложить можешь?
- У меня револьвер есть. – Лиса надеялась на их щедрость, хотя в глубине души знала, что бесплатно ничего не бывает. Но из вещей с собой у нее был лишь револьвер и то пустой. Пьеро взял его и начал пристально осматривать. – Он рабочий, но патронов... У меня больше ничего нет с собой. Как в деревню прибудем, я бы могла еще чего-нибудь раздобыть, если мало. А мне бы с десяток.
- С десяток? Ого, вот это у тебя запросы конечно, одного револьвера мало будет, подруга. Да и как знать, может мы в деревню придем, а ты утекёшь под шумок.
- Но у меня больше ничего нет...
- Как нет? – Крот и Пьеро вновь переглянулись. – У тебя знаешь ли, есть самый важный и нужный товар в наших землях. Если ты понимаешь, о чем я?
Она прекрасно понимала, чего хотели молодые парни. В жизни даже не подумала пользоваться тем что она женщина, если бы не нынешние обстоятельства. Нужно выбирать: либо всеми силами стараться добраться до Бастиона, либо отстаивать свою честь.
- Я...я могу грудь показать. – Лиса покраснела. Она знала, что сейчас без патронов ей не выжить. Ухмылки парней, и горящие глаза показывали, что она угадала с их намерением. – Но только грудь и револьвер! А с вас патроны!
- Вот это разговор! – Пьеро достал из подсумка патроны, отсчитав десять штук он положил их перед ней.
Лиса медленно приподняла свою кофту, сгорая от стыда она оголила грудь. Парни жадно глотали слюну, Крот протянул холодную руку и сжал одну из них. «Так надо, так надо, так надо...» – повторяла она про себя.
- Какие они...аккуратные. Ты когда-нибудь такие видел вообще? Хотя, что я спрашиваю, ты хоть какие-нибудь видел, ты же страшный. Кто тебе даст то в здравом уме? – Крот ощупывал уже обе груди. Лиса вздрагивала от каждого ледяного прикосновения. У нее даже вырвался небольшой стон, что только раззадорило парней.
- Заткнись старик! – Пьеро явно нервничал. – Я их с достатком повидал!
- Помалкивай девственник! – Крот стал жадно лапать молодое тело. Лиса отпихнула его от себя, скрыв кофтой свои прелести.
- Все хватит! Довольны, давайте патроны сюда.
- Нуу, а я только настроился. Новое предложение, давай отойдем ненадолго, а я тебе не только патронов, покушать дадим и противогаз. Как раз запасной, а то как ты будешь идти по дождю?
- Нет, мы так не договаривались. Давайте мои патроны. – Ухмылка с лица Крота пропала, и он, закусив губу, в раздумьях смотрел на нее.
- А черт бы с ним! Такую я еще хрен где найду! – Он плюнул на землю вскинув свое оружие и направив на нее. – Встала! Нет уж подруга я уже настроился.
Лиса послушна встала, тело дрожало. Крот, подгоняя ее в отдаленную комнату крикнул напарнику:
- Постой на стреме, чтобы интеллигент не видел.
- Ты давай там не долго, я тоже хочу.
Комната была абсолютно темной, ни окон, ни лампочки посреди стоял лишь ветхий стол, к которому Крот прислонил ее. Он отложил свое оружие и намотал ее косу себе на руку чтобы не дергалась. Жадно лапая тело, прильнул к груди покусывая соски. Его рука скользнула вниз. Лиса замерла от ужаса, боясь пошевельнутся.
- Такие, как ты не должны ходить одни. Тебе самое место в специальных заведениях, уж больно ты маленькая. Но ты не переживай я буду нежен.
- Пошел ты! – Все на что ей хватило сил, лишь огрызаться перед грузным мужиком, что больше ее в несколько раз.
Крот резко развернул ее, положив на стол. Он стянул с нее лосины и стал ощупывать попу, наслаждаясь моментом, и жадно втягивая воздух. Закинув ее ногу на стол, он стал снимать свои штаны. Отчаявшись Лиса перебирала в голове мысли, что же делать? Ей казалось, что выбраться не получится, но она из последних сил пыталась хоть что-то придумать. Но насильник крепко держал ее за косу – достоинство женщин Убежища, стало главной ее слабостью. «Шип!» – пронеслось эхом в голове, воспользовавшись тем, что Крот был полностью погружен в процесс она аккуратно достала его из своего ботинка, сжав в руке.
- Стой! Можно хотя бы не так! Это мой первый раз. – Она произнесла это так жалостно, что Крот остановился. Похоже он воспринял это как согласие.
- Давай котенок, если первый раз то как хочешь!
Она развернулась к нему и села на стол, раздвинув ноги. Крот с энтузиазмом смотрел на нее, позволяя делать как она хочет.
Кровь...
Он не успел понять, что произошло как шип с характерным хрустом пробил ему шею. Рухнув на пол, он пытался прохрипеть хоть что-то, но Лиса восседая сверху перекрыла ему рот, вдавливая свое смертоносное орудие в горло неудачливого насильника. Его глаза были полны страха, все темнело. По-прежнему сжимая косу, он видел этот взгляд...холодный как сама смерть, полный лишь презрения. Последнее, что он лицезрел...
Лиса сидела на конвульсирующем трупе продолжая методично вдавливать шип, хоть и смысла в этом больше не было. Мертвецкой хваткой Крот вцепился в ее косу, не отпуская свою убийцу. Время остановилось... Лиса пыталась осмыслить что только что произошло. Его глаза остались открытыми, посмертно запечатлев ужас. Как же все-таки внезапно смертен человек. Она чувствовала презрение, не столько к нему, сколько к самой себе. «Слабая, позволила себя одурачить. Мне никогда не добраться до Тени, слишком ничтожная!» – Она убивалась мыслями. Холодеющая рука коснулось ее, вздрогнув она пришла в чувство. Рука, сжимающая косу, вызвала у нее такой гнев, что она столь сильно прикусила свою губу, что алая капля прокатилась по подбородку. «Слабая!» – Вновь повторила она. Вытащив нож с разгрузки Крота, она поднесла его к косе.
«Наши косы символ женской красоты, символ защитниц Убежища!» – Она начала медленно резать свои волосы...
«Мы растим их всю жизнь, так и только так мы показываем, что в этом мире есть место женщине!» – Она методично продолжала...
«Как только мы сострижем наши волосы мы покажем слабость этому миру, мы откажемся от этой культуры, мы...» – Коса осталась в холодной руке...
- Эй, ну что закончил? Моя очередь. – Пьеро поднялся со своего места и направился к комнате. Из распахнувшийся двери вышла Лиса, она держала в руках пистолет-пулемет, ее глаза были пусты. – Вот чер...
Он не успел договорить, рой свинца раскромсал его тело в доли секунды. Бронежилет принял на себя несколько зарядов, но справится со всем потоком он не мог. Лиса подошла поближе и вновь спустила курок, не оставив от его лица и следа. В павильон вбежал Васек пытаясь понять, что происходит. Увидев девушку, заляпанную кровью своего товарища он начал медленно отступать, Лиса перевела ствол и на него. Молодой парень бросился бежать, но выстрелы вмиг достигли его, попав в ноги и спину.
- За что?! Пожалуйста...пожалуйста, умоляю, я не хочу умирать! Пожалуйста! Не хочу! – всхлипывая он полз из последних сил, но его смерть уже стояла над ним...
Закутавшись в плащ Лиса вновь смотрела в костер. Пламя продолжало размеренно потрескивать, выкидывая снопы небольших искр. Она бросила все поленья, что лежали рядом. Слезы катились по ее щекам. Откинувшись на стену, девушка рыдала, она до крови вцепилась в собственную руку, пытаясь справится с накатывавшей истерикой. Скрежет в сердце заглушался болью в голове, тошнота подступала. Она закрыла глаза пытаясь хоть как-то унять эту боль, силы кончились. Одна, тишина, сопровождаемая лишь шумом дождя. Усталость взяла свое...