25 глава «И смех спасет нас»
Джокер узнал об этом из новостей.
Тюремная камера. Приговор: смерть. Причина — серия убийств.
Имя: Харлин Квинзель.
Сначала он смеялся.
Потом — разбил телевизор.
Потом — замолчал.
А потом… начал готовиться.
Он сказал своей новой банде только одну фразу:
-Невеста хаоса в беде. А значит, начинается свадьба со смертью!
«Начало нового.»
Ночь. Готэм.
“Ковчег” ослеплён. Камеры отрублены. Системы блокированы.
А на крыше — взорвался смех. Громкий, механический, давящий.
— Угадайте, кто пришёл на семейный вечер? — прозвучал его голос из динамиков.
С восточного фланга вылетели три грузовика. Из одного — газ. Из второго — цирковые мины.
Из третьего — он.
Джокер в бронежилете, с гранатомётом, с толпой безумных помощников. Он двигался к тюрьме, как будто это был очередной аттракцион.
— Простите, но вы не можете казнить её. Она — МОЯ!
Харли сидела в камере, когда сирены взвыли.
Охрана в панике, красный свет, автоматные очереди. Кто-то кричал:
— Это он! Это....
Не успел этот человек договорить как...взрыв.
Дым. Пепел.
И в проёме — он.
— Ты плохо выглядишь, Харли. Не хватает румян? - он улыбнулся.
Она не смогла ничего сказать. Только поднялась и шагнула к нему.
Он подошёл ближе.
— Никто не имеет права трогать то, что моё. Даже ты.
— Ты ведь бросил меня...
— Но я ведь вернулся. - он ухмыльнулся. - Это кстати твое. - он отдал ей тот самый пистолет.
И подал ей руку.
Она взяла её.
И в этот момент всё вокруг стало неважно: ни выстрелы, ни охрана, ни разрушенная тюрьма. Ведь она поняла, он вернулся...только ради нее.