Полицейская Ведьма (Детройт)

Немного зимняя и рождественская глава, но не откладывать же её до декабря, верно? :)

Так что...

Приятного чтения 💜

— М… — натужно вырвалось с губ Эвы, стоило ей только немного пробудиться.

С трудом, хмурясь и раскрыв тяжёлые веки, тихо выдохнула. Светлый потолок был первым, на чём более-менее сфокусировалось мутноватое зрение. Немного поморгалась, вбирая ещё больше воздуха в лёгкие. Неторопливо наклонила голову влево и увидела койки, разную больничную аппаратуру и минималистичное белое оформление.

Бюро.

Ещё точнее — его медицинский пункт.

Переведя взгляд ниже, заметила рядом Ванессу. Та, облокотив щеку на кулак, сидела на стуле и явно спала.

— Ты очнулась… — прозвучал негромкий мужской голос с правой стороны.

Посмотрев туда, увидела Гэвина, зашедшего в кабинет.

— Эва… — от его слов очнулась и Ванесса. Она шумно вздохнула через нос и вся оживилась, хотя и продолжала ещё немного сонно хлопать веками. — Ох, боже…

Встав с места, в несколько широких и быстрых шагов очутилась у изголовья. Нежно уложила ладонь на лоб и трепетно загладила волосы назад, мягко улыбаясь от радости, пусть и хотелось вместе с этим также расплакаться.

— Хэй… В порядке? — спросил Гэвин, взяв её за ладонь.

Эва ощутила тепло и увидела огромную заботу в его спокойных глазах.

— Всё… Нормально… — голос был слаб, сипел, но они оба её хорошо поняли, а потому и ощутили наконец облегчение. Убедиться самим и напрямую оказалось куда приятнее. — Жить… Похоже, ещё буду.

— Уж постарайся… — тихо усмехнулась Ванесса.

— Тем более сейчас… — Гэвин поддерживающе растёр её плечо. — Теперь придётся жить по-честному.

Он несильно потрепал её за щёку, чем вызывал у всех улыбку и слабый смех.

— А ещё не выпендриваться и не доводить тебя… — Эва с ностальгией хмыкнула, вспоминая былое. — Ведь вряд ли я теперь смогу убежать без своих невидимых стенок и телекинеза…

— То-то же. — Гэвин с довольством помахал пальчиком. — Никаких сверкающих пяток!

Постепенно тихий хохот Эвы совсем сошёл на нет, сменяясь на поникшую задумчивость. Это совершенно не укрылось от них.

— Что… Со мной?

— Аниса… — не особо радостно начал Гэвин, заразившись её досадой. — Аниса проверила тебя и лишь подтвердила, что…

— Ты пуста. — закончила Ванесса, видя, как он не совсем готов сообщать о таком ей в глаза и сразу. — Магии в тебе… Как таковой больше нет. Только базовые потоки, что есть во всех простых людях, ведь они тоже важный элемент природы. В остальном состояние стабильно и в порядке. А… Сущность… Хаос…

— Да… — Эва опустила взгляд. — Я поняла… Спасибо.

— Всё будет хорошо… — наклонившись, Ванесса приобняла её. — Ты справишься… А пока… Отдыхай. Мы все рядом. Только… Позови.

На это Эва лишь неслышно и согласно мыкнула.

Взглянув на окно за которым громко буянил и завывал зимний буран, Ванесса глубоко вздохнула.

Эва медленно и безмолвно посмотрела туда же, наблюдая за падающим и искрящимся снегом под светом белого фонаря.

***

Снежинки за толстым стеклом кружились в круговороте, уносились ветром, падали на землю, не давая увидеть что же там находится и происходит вдали… Морозное зрелище уводило мысли куда-то подальше, на фон, давая отрешённо и расслабленно отдохнуть от всяких размышлений и тягот.

Просто остановиться и…

Не думать ни о чём.

Слабое и секундное касание к плечу выдернуло из дивного внутреннего мира слишком резко и в какой-то степени весьма неприятно.

— Прости… — стушевавшись, Коннор выглядел очень виновато.

— Нет… — отвернувшись от окна, Эва покачала головой, приходя в себя окончательно. — Просто… Задумалась слишком.

— О чём?

— Наоборот, как раз таки… Наконец-то… Не нужно переживать.

— Ох… Да…

— А… Ты купил?

— Да, нашёл. — он приподнял прозрачный пакетик, наполовину наполненный коричневым порошком, пока другой рукой держал пакет, набитый продуктами.

— Хм… — Эва усмехнулась. — Анис для… Анисы.

Они оба слегка посмеялись, а после неспешно зашагали дальше по коридору торгового центра.

— Знаешь… — начала она, не отвлекаясь толком от дороги, лишь изредка просматривая на него. — Как-то странно есть на Рождество египетские блюда…

— Ну… — Коннор усмехнулся. — Не могу не согласиться. Однако думаю Аниса просто хотела немного похвастаться навыками готовки и познакомить со своими краями. Давай дадим ей эту возможность?

— А я совсем и не против. Мне нравятся новые вкусы и блюда…

Тишина немного затянулась, но Коннор прервал её вскоре:

— Ты отдохнула?

— М? Да-да, всё хорошо. Просто в магазине специй мне находиться трудновато. Слишком много запахов и все они такие яркие. Боюсь, что если бы я зашла с тобой, то у меня бы разболелась голова. Зато вместо этого… Вдоволь насладилась видом из окна на седьмом этаже, пускай там и до сих пор жутко буранит.

— А… Что на счёт… В целом твоего состояния? Ты уже… Хорошо себя чувствуешь?

— А-а-а… Ну… Вполне.

— Мне казалось, что… Ты не сможешь встать ещё несколько дней минимум, но уже на следующий же… Отправилась со мной в торговый центр за покупками.

— Наверное… Это восстановление было не таким уж и тяжёлым этапом. Не знаю. Аниса объясняла, что физически я относительно в порядке, а… Магически… Просто была опустошена, как ты и сам знаешь. Но ждать восполнения не надо, ведь теперь… Восполняться просто… Нечему.

— Я… Не хотел ни о чём таком напоминать.

— Всё нормально. Не думаю, что избегание это выход. Лучше просто взглянуть фактам в лицо. Это правда и ничего с ней не поделать, кроме как… Принять.

И после…

Никто не стал говорить что-либо ещё.

***

— Я не знала точно, что им нравится… — произнесла Ванесса, протягивая по блестящей от праздничной упаковки коробке Майе и Калебу. — Но надеюсь, что не прогадала с выбором.

— Ох, не стоило! — отпирался Тед рядом.

— Да нет, это же Рождество! Ну точнее… Мы его немного пропустили, но всё-таки. Праздник, подарки, набитый вкусной едой стол и красивая ёлка… Тем более я совсем не думала, что у нас на Тайного Санту прибавятся участники… Но хотя бы так, чтобы не было обидно, раз вы не участвуете.

— Вы и так приютили нас у себя, ещё и пригласили на празднование…

Ванесса удручённо выдохнула.

— Ничего страшного. Наоборот, больше народу и тем веселее. О, и да… — она отвернулась к креслу и подняла ещё одну небольшую коробку, завёрнутую в рождественскую обёртку. — Долго думала, однако на ум ничего супер оригинального не пришло, но… Вот.

— Ванесса… Правда, не стоило.

— Ой, хватит уже скромничать! — морщась, шутливо отмахнулась она, а повернувшись к ожидающим остальным, сидевших в главном офисе на диванах и креслах, произнесла погромче: — Итак народ! Тайный Санта!

Болтовня поутихла, все расселись и приготовились дарить презенты выпавшим им людям. Об этой игре они договорились ещё заранее, повытягивав бумажки с именами.

— Кто начнёт первым? — с задором уточнила Ванесса, усаживаясь на стул с синей коробкой в руках.

— Ну, давайте я. — решительно осмелилась Аниса. — Адриан. Держи!

Пройдя к нему, она передала небольшую тёмно-красную коробку ему в руки.

— Спасибо. — немного смущаясь, отблагодарил тот.

— Если кто не хочет открывать подарок сейчас, то всё в порядке. — предупредила Ванесса.

Но Адриан всё же распаковал.

— Проектор? Хэй, я ведь и вправду люблю смотреть фильмы и сериалы… Ты угадала или…?

— Ты ведь сам как-то говорил о своём огромном списке просмотров, а у меня отчего-то… Это хорошенько отложилось в памяти.

— Ох, вау… Спасибо! — на это он получил от неё радостную улыбку. — Можно передам подарок, пока эстафета на мне? Ванесса.

Благо она сидела совсем рядом, так что ему и не пришлось вставать.

— Ох, это же набор вышивки! — обрадовалась она, распаковав коробку. — Как ты…

— Что ж… — Адриан пожал плечами. — Ты тоже как-то упоминала, что тебе нравится это занятие, но у тебя стало слишком мало времени на него, чем когда-то в прошлом. Надеюсь, что подарок сможет пробудить в тебе творческий порыв и ты всё же выкрадешь для себя немного возможности заняться любимым хобби.

— О, боже… — казалось, что Ванесса и вовсе расплачется, безумно умилившись и трепетно касаясь подушечками под глазами. — Спасибо огромное! Фух… Так. Спокойно. Теперь я! — с внезапно возникшим энтузиазмом и улыбкой произнесла она. — Ричард… Держи.

Махнув головой, тот перенял коробку и тоже сразу же принялся открывать.

— Я тут тоже вот запомнила, что ты упоминал о своей любви к чаю после того, как стал человеком и более-менее нашёл предпочтения.

— Точно… — Ричард усмехнулся, разглядывая большой набор с пакетиками разного вкуса. — Благодарю. Это весьма приятный и замечательный подарок… И пока внимание на мне, то передам свой подарок тоже. Гэвин.

— О-о-о… — протянул тот с ухмылкой. — Даже представить не могу, чем ты меня сейчас одаришь…

— Не бойся, это не будет какой-нибудь выскакивающий монстр на пружине, кучка тараканов или ядовитая змея. — Ричард с усмешкой прошёл к нему и протянул презент. — Пускай и соблазн был очень велик…

— Тц, ой-ой… — Рид закатил глаза, уже начиная распаковывать продолговатую тёмно-оранжевую коробку. — Ого… Мой любимый шотландский виски! Неплохо-неплохо… А то я уж уже подумал, что ты мне пода… А впрочем, не важно. Спасибо за подгон!

Ричард молча кивнул головой, явно поняв о чём же Гэвин так сильно хотел пошутить. В его стиле.

— Ну, походу тогда и моя очередь? — уточнил он, отложив бутыль на столик рядом. — Гвен.

Та весьма удивилась, услышав своё имя, что аж мелко вздрогнула и растерялась.

Пройдя к ней, Гэвин передал весьма массивную чёрную коробку. Взяв её в руки, Гвен на последок качнула ему головой в знак благодарности, а он ей в ответ, что понял.

— Ох… — по её реакции всем было не совсем ясно, понравилось ли ей то, что она в итоге увидела. — Это… Куртка.

— Точно. — поджав губы, подтвердил Гэвин.

— Но… — насупившись, она вопросительно взглянула на него.

— После того, как мы все тогда вытянули имена и я узнал, что мне выпала ты, то я… Вообще не знал, что тебе дарить. Абсолютно. Хотел уточнить у Ванессы, но никак не мог выловить её для личного разговора, то сам забывал. В итоге спросил у Эвы. Она показала мне фотографии с ваших прошлых дней рождений, а там ещё немного всяких праздничных, и я как-то… Заметил, что ты ты часто в разных кожаных куртках. Ну… Сложил два плюс два, там и Эва ещё после подтвердила, что ты любишь такое, и я… Решил выбрать такой подарок. Всё просто.

— Она… — Гвен осмотрела куртку ещё разок. — Действительно классная. И совсем не такая, как обычно я видела и выбирала в магазинах…

— Я не стал выбирать какие-то модные или от популярные, а выбрал более, так скажем, редкую, в одном хорошем раритетном магазинчике, который ещё давненько нашёл. Там же, кстати, лет десять назад выбрал и свою любимую бордовую.

— Хах, вау… Длинная история. Но крутая. Спасибо.

— Конечно.

— Ах, а-а-а… Ну получается… И моя очередь? Аниса.

Гвен отдала ей подарок, а та, распаковав, заулыбалась.

— Мы с тобой не то чтобы много общаемся… — Гвен слабо усмехнулась, наблюдая за ней. — И не то чтобы вообще очень давно познакомились. Так что… Было нелегко выбрать, что подарить. Немного подумав, я вспомнила, что ты упоминала, как тебе нравятся всякие медитации и как ты обожаешь расслабиться в ванной или кровати, особенно после затяжных и сумасшедших больничных смен. Ну и… Огромный набор для домашних спа-процедур, аромалампа и ночник в виде…

— Шара предсказаний. — Аниса рассмеялась, увидев его в глубине коробки.

— Ты же ведьма. Вроде.

— Не то слово… Та ещё, если после смены мне не дать хорошенько отдохнуть!

Вся компания тихо посмеялась, отлично понимая, что это пусть и во многом шутка, но в ней также была и немалая доля правды. Не выспавшаяся или после работы Аниса — это настоящий дьявол во плоти. Лучше её в такие моменты и вправду не беспокоить, иначе можно познакомиться с не самой чудесной стороной этой весьма спокойной, понимающей и дружелюбной девушки. Все уже давно приняли это как правило. Или как минимум самый важный пункт в инструкции по выживанию…

— Так, а… — отсмеявшись, Аниса нахмурилась и всех озадачено осмотрела. — А Эва и… Коннор?

— Точно! — вспомнила Ванесса, посмотрев на них. — Ой. Так у вас…

— Видимо… — начал тот с усмешкой.

— Мы выпали друг другу. — закончила со слабой ухмылкой Эвелинн.

— Ох… — Ванесса тихо хихикнула. — Ну… Тогда кто будет первым?

— Могу я. — смело отозвался Коннор.

Пройдя к Эве, он передал ей весьма немаленький подарок, обмотанный в голубую обёртку, а та робко приняла его, кивнув головой.

— Хах, вау… — удивилась она. — Тяжеловатый…

С азартным предвкушением в перемешку со смущением от кучи глаз, она осторожно раскрыла упаковку и наконец увидела, что именно ей было подарено.

— Скетчбук? И… Карандаши…

— Ты как-то… — заговорил Коннор, а от того она перевела на него взгляд. — Расстроено говорила, что твой уже почти закончился и у тебя осталось лишь одиннадцать листов. И… Я видел, что ты обновила свои краски и кисти, но твои карандаши… Уже довольно сточились, и ты к тому же жаловалась, что они в целом оказались не очень хорошими и часто ломались. Так что…

Её брови слабо подпрыгнули от услышанного. Опять посмотрела на чёрный скетчбук, но уже с совершенно иным взглядом и мыслями. Нежно огладила его ладонью. Прохладная и матовая обложка. Крепкая пружина. В нём много листов, да и сам он был большим. Отличное качество было видно сразу и невооружённым глазом. Не нужно было гадать, что и сами листы очень плотные, подходящие для всевозможных изобразительных инструментов, так что ничего не порвётся и не будет просвечивать или расплываться. А карандаши не отставали. Явно довольно дорогие, но зато точно крепкие и очень яркие. Профессиональные. Большой сет из целых семидесяти двух цветов. С таким можно здорово разгуляться!

— Спасибо… Большое. А, и… Моя очередь. Держи.

Коробка была стандартной, небольшой, украшена в зелёную бумажную обёртку и перевязана атласной изумрудной лентой, завершившись бантиком сверху. Как только Коннор перенял её и уселся обратно, Эва вдруг мелко вздрогнула и торопливо заговорила:

— А, только… Не сейчас. Или… Ну. Не важно!

— Ох, я… Я и так не собирался открывать его здесь. Спасибо за подарок.

— А… Да, конечно.

— Ну… — хлопнув по коленям, Ванесса с улыбкой встала на ноги. — Раз уж все наконец обменялись, то можно садиться и за стол! Надеюсь, что там ничего не остыло…

Оставив презенты на своих местах, всей дружной и большой компанией, иногда перебрасываясь словами между собой, они поплелись к празднично заставленному и уютно украшенному столу.

***

Время неумолимо шло вперёд. Секунда за секундой, сменяемые минутами за минутой. Тишина не давила. Наоборот, давала свободно поразмыслить обо всём и с тем же абсолютно ни о чём. Лёжа на мягкой и застеленной кровати, тело отдыхало, голова и шея получали комфорт от удобной подушки, а наполненный желудок медленно, но кропотливо переваривал сегодняшний ужин. Было сытно, вкусно, наелись до отвала. Наконец всё было таким, как и раньше… Вернулось на свои места. Как и когда-то в прошлом, они вновь сидели вместе и что-то праздновали, болтали, где-то смеялись, а после посмотрели и на чудесные фейерверки, сюрпризом организованные Ванессой. Затем же… Разбрелись кто-куда. Кто-то остался внизу продолжать тихо беседовать на фоне горящего камина, кто-то попивать напитки или клевать кусочки еды, сидя за столом, а кто-то отдыхать в свою комнату. Коннор как раз-таки был из последних. Желания на разговоры и компании не было. Нет-нет, всё было замечательно! Просто… Наверное, хотелось всё же немного уединиться. После, скорее всего, вновь спуститься ко всем и присоединиться, но пока… Он только взял свой подарок и уехал на лифте наверх. Когда взгляд вдруг зацепился за зелёную обёртку, то в голове сами собой начали возникать разные догадки. Всё же… Ему, как и остальным, было очень любопытно.

Поднявшись в позу сидя, взглянул на часы. Прошло только десять минут, хотя казалось, что гораздо больше… Взгляд скользнул чуть в сторону и вновь зацепился за зелёный цвет. Небольшой ночник помогал не находиться в кромешной тьме и хоть что-то распознавать.

Нерасторопно встав, медленно прошёл к столу и взял подарок в руки. Начал разворачивать. Аккуратно, чтобы не порвать где лишний раз, пускай это и не имело никакого смысла — обёртка была для того и создана. Красивая, но чтобы в один прекрасный момент её просто разорвали, уничтожили и после… Выкинули. Самая простая и обыкновенная картонная коробка внутри, без рисунков и надписей, так что, увы, никаких ранних подсказок и ответов. На вес довольно лёгкая, будто внутри практически ничего нет. Немного и весьма осторожно встряхнул, поднеся к уху. Тихо, не ударилось об стенки и края. Странно… Очень. Но и с каждой секундой более интригующе и интересно. Ни одного предположения, что бы там могло такое таиться, потому уже с неким нетерпением открыв и убрав в сторону крышку, глаза увидели в глубине… Какой-то тёмно-синий, тканевый комок. Взяв за край, стал вытягивать, но он тянулся и тянулся, пока не получилось метра два. Брови подпрыгнули, когда в голову наконец ударило чёткое осознание. Мягкий, плотный, из средней пряжи и вправду тёмно-синего оттенка. В нынешний сезон и бушующую погоду самое-то, да и осенью тоже пригодиться вполне.

Шарф.

Нос дёрнулся. Рецепторы в нём уловили ужасно знакомый и броский запах. Притянув шарф к ноздрям, вдохнул поглубже. Эти проскакивающие нотки… Так пахнет в её комнате. Вдохнув ещё, отдалённо учуял и запах сладковатых духов. Рывком отодвинув от себя шарф, с удивлением взглянул на него опять. Рот приоткрылся, словно хотя сказать домыслы вслух.

Нежное, робкое, немного фруктовое. Обволакивающее, как мягчайшая перина. А с тем же… Будоражущее. Щекочущее. И вбивающее в память…

Навсегда.

Боковым зрением заметил что-то светлое в коробке. Отложив шарф, заглянул туда опять. Бумажка, сложенная вдвое. Развернув, сразу увидел знакомый и крупный почерк. В этот раз не корявый, а гораздо ровнее и элегантнее, чем он у неё бывает в той же домашней работе или конспектах.

Всего одна страница.

«На самом деле до сих пор не уверена, что вообще стоило это делать. И всё ещё безумно смущена даже самой мыслью об этой идее. Но вот ты. Читаешь этот текст. Так что моё небольшое послание всё же добралось до тебя. Я просто хотела отблагодарить. За твою внимательность к деталям и словам. За твою тактичность, осторожность и попытки помочь. Приободрить. За те насыщенные чувства, воспоминания и эмоции, что ярко наполнили мою полустёртую и скудную жизнь. Прошло всего пять месяцев с нашей первой встречи и знакомства. Мы столько всего пережили — с ребятами вместе, по отдельности, то в нашем дуэте. Но я рада. Если бы была возможность или вдруг появился какой-то выбор, чтобы всё изменить или вернуться назад, то я всё ещё хотела бы, чтобы было так, как оно и произошло. Была бы абсолютно счастлива и готова в точности прожить это снова. Я немало думала над подарком, но всё никак не могла определиться. В итоге выбором стал шарф. Знаю. Это весьма простой и недорогой презент, но думаю, что зато очень полезный и практичный. К тому же он в каком-то смысле напоминает мне тебя. Ты точно так же умеешь заботливо окружить и подарить тепло. Так что пускай и у тебя будет такая же вещь, которая будет с заботой согревать тебя в холодные и грустные дни. Надеюсь, что подарок тебе понравился. Спасибо тебе за всё.»

Ещё немного бездвижно постояв и задумчиво посмотрев на чёрные буквы с маленьким сердечком в самом конце, он опустил письмо на стол и уверенно ринулся к выходу. Пройдя пару дверей, дошёл до двенадцатой. На порыве быстро постучал, но ответа не последовало. Постучал ещё. Глаза скользнули вниз, на щель, и увидели, что заперто на замок. Тут же связавшись с Ричардом, тот подсказал, что среди них Эвы внизу всё так же нет и больше она не спускалась. Она ведь ушла наверх на пять минут раньше, чем он сам. И раз уж её нет ни там, ни тут, то… Остаётся, пожалуй, один и самый верный вариант.

Эва крупно вздрогнула и резко обернулась через плечо, когда ощутила прикосновение к плечам и шее. Расслабилась, увидев столь знакомое лицо с едва заметной улыбкой и тёмные глаза. Пальцами робко дотронулась до ткани у горла, поворачиваясь вновь к ночному городу, а Коннор молча расположился рядом.

— Это ведь… — она мельком взглянула на него, а он усмехнулся, не сводя взгляда с высоких зданий вдалеке. — Подарок тебе.

— Знаю. — с ухмылкой Коннор наконец посмотрел на неё в ответ. — Но пока хочу, чтобы он заботливо окружил и погрел именно тебя. Хм, да и… Он пахнет тобой гораздо больше.

— Ох… — Эва раздосадованно встряхнула головой. — Совсем вылетело из головы. Мне стоило постирать его перед вручением.

— Нет. Наоборот. — Коннор обернулся к ней полностью, а она медленно повторила за ним. — Мне нравится. Нравится этот запах. И к тому же он помог мне понять, что… Ты связала его сама.

— А, да… Точно…

— Ты разве умела?

— Не очень. Однажды просила Ванессу, когда она при мне занималась этим. Ты же знаешь, она любит такое. Но в итоге… У меня как всегда не хватило усидичивости и желания. Ну а в этот раз… Была веская причина. Так что… Хотя… Шарф не то чтобы самая трудная и долгая вещь, но…

— Он замечательный. — Коннор с доброй полуулыбкой поправил и разгладил шарф на ней. — Буду с удовольствием носить его.

— Я рада… Что не прогадала.

Замолкнув, Эва посмотрела на него ещё пару секунд, а после неспешно отвернулась обратно к ограждениям.

Приоткрыв губы для слов, Коннор выдохнул их через нос.

Собрался снова.

— Я знаю, что это эгоистично, и ты сразу предельно ясно всем сказала, что не хочешь это обсуждать, но… Я хочу, чтобы ты рассказала. Хотя бы между нами.

— Видимо… Предельно ясно для всех, кроме тебя.

— Можешь считать, что так.

— Хорошо.

Коннор более чем ожидал продолжения, что она начнёт рассказывать, но чем больше шло время, а она молчала, то он начинал чётко понимать — Эва не подготовливалась морально, не искала слов.

Она действительно просто согласилась и…

Всё.

— Я понимаю, — не выдержав, с лёгким напором начал снова. — Тебе было нелегко. То, что ты пережила, точно намного хуже и тяжелее, чем то, что пережили мы, но… Нам тоже было очень трудно. Это было невыносимо, не имея никаких подсказок и улик, повсюду с надеждой искать тебя и каждый раз в итоге оставаться ни с чем, пока время шло, неумолимо и без малейших пауз превращаясь в полноценные дни, а там и неделю. Было страшно. Даже просто уединение ненадолго и небольшое погружение в свои мысли, где сами собой всплывали возможные сценарии того, что с тобой. Вообще или происходит в тот момент. Хотелось только искать или же отвлечься как угодно, ведь так не приходили эти навязчивые и жуткие предположения и образы. Думать о том, что ты, возможно, стала одной из подобных жертв, что были у нас в расследованиях в департаменте или здесь в бюро, хотя ты абсолютно точно не заслужила ничего подобного или близкого. Знать, какая ты замечательная, как дорогá нам, и чувствовать, что мы… Теряем тебя. Или вовсе уже потеряли. Эта неизвестность убивала. Сжирала ломтями, заставляя сходить на эмоции, психи, слёзы. Расшатывая нервы и не позволяя даже проглотить маленький кусочек еды или каплю воды. Мы знали. Пока мы не найдём тебя — мы просто не заслуживаем никакого отдыха и прав даже на подобие улыбки. А твоё сообщение нам или приступы Адриана из-за вашей связи… Это едва ли что-то давало, кроме как ясно понять, что ты в беде и тебе больно. Что ты сама причиняешь боль себе… Очередное незнание. Мы варились и мучились в этом неведении. И теперь… Это происходит снова. И на этот раз… Твоими собственными руками. Это жестоко, Эва. И на деле куда более эгоистично, чем моё желание всё узнать, но только лишь чтобы помочь тебе. Ты не можешь всё это просто игнорировать, будто ничего не было.

— Я не игнорирую.

— Ха… — неверяще усмехнувшись, он посмотрел на тёмное небо. Затем взглянул на неё опять, но она него всё также нет. — Хорошо. Держать в себе. Не нужно этого. Ты не обязана и не должна. Никто не будет считать тебя слабой или обвинять в чём-то. И уж тем более смеяться или осуждать за то, что с тобой произошло не по твоей же воле.

— Я уже всё рассказала Ванессе.

— А… — запнулся, хотя казалось желал вновь начать тираду твёрдых слов и уверенных аргументов.

Она с досадой выдохнула и обернулась к нему. Сжала челюсти и плотно губы вместе.

— И что же такого я расскажу тебе, Коннор? Что меня держали в плену неделю? Что сначала держали в одной клетке связанной и на стуле, кормили с ложечки, поили с бутылки, не давая делать всего этого самостоятельно, попутно наговаривая, какая же я всё-таки никчёмная и такая сила не должна быть в моих кривых руках? Что всё это время я и без того была накачана каким-то блокирующим магию зельем и с таким же браслетом на руке, пока мне рассказывали свой гениальный план и как круто же меня всё-таки обвели вокруг пальца и притом ой как давно? Что подожгла лампой простынь, чтобы выбраться и… — прикотрыв рот, он то прикрывался, то открывался снова, пока она искала слова. — Я не помню. — сошло с губ шёпотом. — Я совершенно не помню, что произошло потом. Куска памяти просто… Нет. Следущее же. Где я очнулась вся в крови, а меня уже еле какую безразлично вели в другую клетку. Точно такую же серую, холодную и не дающую мне даже коснуться к прутьям, потому что там тоже как и в прошлый раз был барьер, который нещадно бил, словно током, что сотрясал чуть ли не сами кости. Что даже найдя кого-то дружелбного, что даже дождавшись вашего прибытия и помощи… — подбородок задёргался в такт моргающим, заслезившимся глазам. — Я всё равно лишилась всех своих сил и проиграла… Всё это было зря. Моё сопротивление, ожидание, вера в лучшее и в победу. Я выжила… Но какой ценой? Лишившись магии… Я лишилась и части себя. Как бы вы не уверяли меня в обратном, но это было со мной с рождения, а теперь… Этого окончательно и вовсе теперь нет. И мне нужно хоть какое-то время, чтобы осознать это до конца, смириться и принять. Найти новый способ жить. И тем более… После всего, что произошло со мной там. Это лишь малая доля… Было гораздо больше. В моей голове… Ужасные мысли. Отчаяние. Потеря всякой надежды, то попытки вновь освободиться и очередные поражения после. Потому что мне не хотелось верить, то наоборот жутко печалило. Я просто хотела, чтобы это уже наконец закончилось хоть как-то. Но он приходил. Возвращался. Разговаривал со мной. Одним своим только видом снова всё напоминал, а в моей голове в тот же миг происходила вязкая и мерзкая каша из воспоминаний и эмоций. Моей добротой, доверием и дружелюбием вновь просто поиграли, чтобы воплотить свои жадные планы и желания, не считаясь со мной и моими чувствами. Я снова наивно повелась. Боже, я ведь…

Опешила, резко замолкнув. Посмотрела Коннору в глаза со страхом, с огромной виной и с невероятным удивлением, словно бы перед ним в тот момент безжалостно сломала что-то очень дорогое ему в мелчайшие крошки.

Его же удивление быстро сменилось спокойным лицом. Он кивнул, выражая полное понимание.

Скривившись, она накрыла трясущейся ладонью плачущие глаза и громко всхлипнула, дёрнувшись в плечах. А после ощутила, как чутко и аккуратно её прижали к себе, даря тепло и крепкие объятия. Продолжая содрогаться в его руках, выпускала мерзкое напряжение и боль, что гадко томились внутри, зудяще свербя.

Спустя время шмыгания носом утихли, вслед за мелкими вздрагиваниями и дрожью. Успокоилась, пускай и далеко не до конца.

— Мне этого не хватало… — сипло проговорила ему в плечо, не отстраняясь ни на миллиметр. — Касаний. Нежных, тёплых и мягких… Там было так темно, сыро, одиноко… Что в какой-то момент я осознала… Что мне настолько невыносимо хочется, чтобы кто-то хотя бы немного приобнял меня. Осознала, что стала уже такой привыкшей к этому, что… Даже перестала ценить. Там, в той клетке… В один момент вдруг поняла, что это жутко напоминает мне о прошлом. Моём детстве. Старом доме. Там было… Точно также. Такие же ощущения и чувства. Также… Мало касаний. Виола никогда не старалась одарить меня чем-то подобным. Все её прикосновения были грубыми и чаще всего заканчивались ударами. Может быть… Где-то даже… Я намеренно надоедала ей в надежде, что она поступит иначе на этот раз. Возможно, и вовсе одумается. И возможно… Даже отлично зная, что я получу удары и крики, я всё равно пыталась привлечь её внимание и получить хотя бы это. Это ведь в какой-то степени и особый миг вдруг кажется лучше, чем быть совсем абсолютно ненужным, будто тебя не существует и ты вовсе не важен. По крайней мере так мне объясняла мисс Ансворт… Мой психолог. Ванесса отвела меня к ней, когда я переехала в Детройт и немного привыкла к новому месту. Иногда я подслушивала, если честно. Мисс Ансворт рассказывала Ванессе разное о результатах сеансов. Столько всякого. И предположительные диагнозы тоже. Некоторые оказывались правдой… Тактильный голод. Она назвала это так. Сказала, что мне не хватает физической заботы, хороших прикосновений, а потому я так боязлива, недоверчива и встревожена. Я не понимала этого тогда в полной мере, мне даже казалось это немного странным и глупым, как всего лишь обыкновенные касания ладонью или объятия могут быть настолько важны, а их отсутствие являться причиной немаленького стресса, но сейчас… Я понимаю. Они могут быть гораздо важнее и нужнее даже самых красивых, добрых и ласковых слов.

Постояв молча ещё немного, Эва чуть отстранилась и посмотрела на него. Следы от слёз уже высохли, а кончик припухшего носа был красным, как и припухшие глаза.

На улице довольно холодно…

Коннор вновь поправил шарф, завёл выбившиеся волосы назад и натянул капюшон её толстовки посильнее вперёд. Аккуратно взяв лицо ладонями, он медленно потянулся ближе и оставил беззвучное, едва ощутимое тёплое касание губами на её щеке. Эва смотрела уже удивлённо, когда он выпрямился, чувствуя кончиком языка слабую и приятную солоноватость.

— Всё будет хорошо. — произнёс он, а внутри неё в секунду всё перевернулось.

Это не звучало оживлённо, с энтузиазмом или уверяюще. Не подарило какой-то невероятной, светлой и непобедимой надежды.

В этот момент это звучало, как пророчество.

Короткое и простое, но словно оно обязательно произойдёт в будущем и это неизбежно.

Будто он знал, о чём говорит.

— Я… — начала она. — Надеюсь.

Коннор дёрнул уголком губ.

— Стоит зайти в здание. Сегодня морозно…

— Я хочу постоять ещё немного.

— Так недалеко и простудиться можно…

— Я буду в порядке. Тем более… — она тихо усмехнулась. — На мне такой чудесный и тёплый шарф.

Коннор слабо посмеялся, соглашаясь с ней.

— Тогда… Я пойду. Не буду отвлекать.

И вновь оставшись одна, продолжила бесцельно наблюдать за ночным городом. Не то чтобы этого нельзя было сделать с Коннором под боком, но так, в уединении… Всё же хотелось больше. Не было желания поддерживать контакты, общение и связи. Хотелось только разгрузить переполненную голову от тяжких дум и раненное сердце от терзающих чувств. Получалось не очень, но зато ощущалось, что со временем… Всё-таки обязательно станет легче и проще. В конце-то концов… Это ведь не конец. Так не может быть бесконечно. Даже чёрная полоса рано или поздно заканчивается, уступая место белой. Нужно только немного подождать и потерпеть.

Всё будет…

Хорошо.

Из мыслей вывела чья-то рука на плече.

— Ты что-то забы… — обернувшись, тут же осталбенела. Глаза не могли поверить в то, что видели, а мозг отказывался принимать. Внутри всё свернулось и затем резко сжалось в маленький дрожащий комок, прямо посередине. И всю затрясло. Мелко, противно. Страх охватил. Ожидание какого-то выверта. Очередного и причиняющего большую боль. Неслушающиеся и слабые ноги понесли назад. — Не подходи.

Голос вдруг зазвучал ровно, но на деле в любую секунду готовый дрогнуть и заходить плаксивым ходуном.

— Не подходи ко мне. — продолжила она, боязливо отступаясь маленькими, но спешными шагами.

А он шёл следом.

На неё.

— Эвелинн…

— Ты получил всё, что хотел. Вы обещали, что отстанете от нас!

— Да, я… Я получил. Но не всё. — его тело стало расстворяться и обращаться в тёмную дымку, что за миг пролетела появившееся между ними расстояние и оказалась возле. Вновь собралось, а ладонь обхватила её лицо. — Мне нужна ты.

Застыла оттого, как быстро он оказался рядом и с лёгкостью коснулся её, но услышав последние слова, нахмурилась, едва не сморщившись вовсе.

— Ч… Ч-что?

— Я знаю… После всего, что было… Ты ни за что не примешь меня, но…

— Ты одурачил меня. И ты получил силы. Как ещё ты хочешь поиздеваться надо мной?!

— Нет. Нет! Ни за что… Больше никогда…

— Больше? — Эва откровенно удивилась таким заявлениям. — А что же раньше? Почему раньше это не имело значения?!

— Мой личный план был… Не только в этом. Я хотел получить силы, воскресить мать, а ещё… Стереть твою память.

— Что? — теперь скривилась окончательно, глядя на него как на слабоумного, который несёт непонятно что.

— Чтобы ты… Не ненавидела меня. И мы могли…

С её горла вылетали только обрубки слов, просто непонятные звуки — настолько она не могла даже начать что-то говорить. Его странные речи выбили из неё понимание происходящего и вообще веру в то, что это всё реально, а очарованный взгляд, полный жалостливой надежды, и вовсе полностью сбивал с толку.

— Теперь, когда у меня достаточно магии, я могу правильно и тщательно стереть твои воспоминания. Больше не будет ненависти и всех тех дней. — он нежно огладил её щёку, одарив теплом. — Всё вернётся. Как было намного раньше. Помнишь? Ты и я. Как весело и хорошо нам было вместе. Как тебе было комфортно со мной. Клянусь… Такое, как в ту неделю — больше никогда не повторится. Я буду защищать тебя. Я буду радовать тебя. Я буду любить тебя. Сильнее, чем ты вообще только можешь себе вообразить. Я подарю тебе весь мир…

— Т-ты… Ты знал об этом сразу? — она продолжала трястись, настороженно ожидая всевозможных внезапностей с его стороны. — Ты сразу задумал всё это? Получив силы… Стереть мои… Воспоминания?

— Нет… — он опечалено приопустил взгляд. — В начале плана я даже не чувствовал к тебе ничего, кроме… Жуткого отвращения. Я думал, что всё будет проще некуда! Был невероятно надменен и предвзят по отношению к тебе, хотя даже никогда и не видел толком, не общался с тобой. Но в тот вечер на приёме в честь дня рождения моей матери… Всё перевернулось. Я почувствовал это. А те встречи в школе и не только… Те дни в общине… Ты очаровала меня. Настолько сильно… Ты не можешь даже представить, что ты сделала со мной, вероятно, при этом и ни капельки не пытаясь. Я не знаю, что это… Я не знаю, что со мной… Я не знаю, как и почему… Но я полностью охвачен мыслями о тебе. Охвачен тобой. Ты нужна мне. Я хочу тебя. Только тебя.

— Так ты… — она шокировано отступилась назад, освобождаясь лицом из его ладони. Неверящие смешки вылетали сами собой. — Ты просто решил… Что сначала заберёшь у меня мои же силы, а потом ими же стерёшь мою же память, чтобы… После быть со мной же? Просто… Провернуть этакую маленькую хитрость?

— Да. — он рывком сделал крупный шаг вперёд, вновь обхватывая её лицо уже двумя руками. — Не уходи. Пожалуйста. Я обещаю. Я обещаю тебе, я сделаю всё для тебя. Я подарю тебе что угодно, я покажу тебе все места на этой планете, угощу любой едой, всё что захочешь! И я ни за что на свете… Больше не причиню тебе боли. Ни физически, ни морально. Если же кто-то посмеет навредить тебе… Клянусь. Я убью его. Я своими голыми руками разорву в клочья всех, кто даже просто немного опечалит тебя.

— И себя?

— Что?

— И себя убьёшь? Потом что ты как раз один из тех, кто сделал мне невероятно больно!

— Я стеру это. Ты не будешь помнить об этом, и всё будет вновь хорошо…

— Да? Вот так просто? А потом? — страх и растерянность внезапно сменились храбрым напором и дерзким вызовом. — Когда я вдруг стану тебя раздражать или буду с чем-то не согласна? Всё же сорвёшься и сделаешь больно, а потом опять стерёшь мои воспоминания об этом? Или нет… Ты просто будешь стирать или внушать мне что-то, с ходу лепя и делая такой, какую ты и хочешь меня видеть! Правильную и идеальную! Для тебя!

— Ты уже идеальна. — он притянул её к себе, выдыхая шёпотом слова в приоткрытые губы. — От и до. От головы до пят. Ты великолепна. Прекрасна. Очаровательна. Невероятная…

— Брехня! — Эва со злостью оттолкнула его от себя, но едва удалось. Только отдалиться на пару сантиметров, продолжая упираться локтём и кулаками в его грудь. — Всё до поры до времени! И я даже не буду помнить ни о каких изменениях, так что и возразить на твои вдруг нарушенные обещания никогда не смогу! И уйти тоже! Очередная грёбаная ловушка!

— Нет… Всё не так.

— Да пошёл ты! — она начала вновь толкать его, но он слишком крепко держал за плечи.

— Ты не понимаешь…

— Не понимаю?! — резко остановившись, хрипло сорвалась Эва с кучей бешенства. — Твой блядский план — это всё ценой моей же силы! И после всего этого и тех ужасных дней, слов, той физической и моральной боли ты пытаешься подсунуть мне вот этот вот поганый утешительный приз?! И я ещё должна что-то понимать?! Радоваться ещё, может?! СОГЛАСИТЬСЯ?!

— Ты просто ещё не осознаёшь, что на самом деле тебя ожидает… — жалостливо произнёс он. — Оно того стоит, я обещаю.

— Очередные обещания, да! Да не сдалась мне твоя любовь! Д… Да это даже не любовь! Ты — грёбаный психопат! Послушай себя! Это хренова одержимость! Здесь нет ничего светлого и хорошего! Только сплошной эгоизм и лишь твоя выгода!

— Моя любовь к тебе такая… Ты просто никогда такой не видела. Не испытывала. Это намного сильнее, намного ярче… Тебе понравится.

Как только он снова потянулся к ней, тут же до вспышек зажмурилась и вся напряглась, ожидая того самого внушения и что после она ни за что на свете не вспомнит важное…

Свою ненависть к нему.

Но веки широко распахнулись, когда внезапно ощутила мягкое касание к губам. Только благодаря тому, что дёргалась и мотала головой, получилось смазано и практически никак, а самое главное — дало время взять себя в руки и быстро понять.

— М! — мыча, зашевелилась сильнее, стараясь как можно скорее выбраться из его хватки и уйти от очередных попыток к поцелую.

Неожиданно ощутила, как он наконец, пусть и не сразу, но отлип от неё и при этом совершенно весь, а не как ей удавалось раньше отдалиться лишь на чуть-чуть, всё равно оставаясь в его хватке.

— Оставь её!

Стоило Эве услышать этот твёрдый и серьёзный голос, как пришло огромное облегчение, которое, однако, почти сразу стремительно разбавилось диким волнением.

— Н-не надо! — подскочила она к Коннору и схватила за локоть.

Шансы неравны.

— Это не твоё дело. — сердито воспротивился Артур, бесстрашно расправив плечи и подойдя к нему почти вплотную. — Не лезь.

— А я думаю, что всё же моё. — не отступался Коннор, стоя также уверенно и сурово. — Она не хочет этого. Оставь её в покое.

— Да кто ты…

Не успел он злостно процедить, как на крышу вломились остальные из бюро.

— Эва! — воскликнула первой Ванесса, торопливо приближаясь к ним троим.

Артур сжал зубы и скривился. Выдохнув своё раздражение и злость через нос, напоследок взглянул на плачущую Эву, что держалась близь Коннора, и с хлопком исчез в дымке, которая тоже вскоре растворилась.

— Боже, что случилось?! — искренне не понимала Аниса.

Не сделав больше ничего, они увидели, как безвольно Эва рухнула на пол и, схватившись за голову, в голос зарыдала, крупно трясясь и громко завывая, периодически срываясь на крик. Он исчез, а тревога, обида и страх наконец полноценно высвободились и разом волной захлестнули, в секунду введя в ужаснейшее состояние.

Самую настоящую истерику.

И как бы они ни пытались привести её в порядок и что-то донести…

Она безутешно продолжала плакать.

От автора:

Впервые за долгое время и множество глав мне особо нечего сказать в конце по сюжету 😅
Дополнительных материалов тоже нема :(

А вообще... Вот такая вот непростая главушка вышла! Буду безумно рада, если оставите подробное мнение о ней или фанфике в целом. Это очень и очень важно! И даже немало влияет на выход новых глав...
О персонажах, об их взаимоотношениях, о событиях, о каких-то теориях и предположениях, подмеченные детали, всякие мысли, просто эмоции от прочтения — мне интересно всё! Не бойтесь писать много и не стесняйтесь, я с удовольствием почитаю, а ещё обязательно всем отвечу, если у вас есть вопросы или затруднения 🌿

Всем спасибо за прочтение 💚