№8
Наш отец все время пропадал на работе и практически нами не занимался. После смерти мамы няню я видел гораздо чаще, нежели отца. Мой младший брат Сережа очень переживал из-за этого, ему не хватало обыкновенной ласки и тепла, в глубине души я сочувствовал ему. Мы с Кириллом не держали зла на Сережу, ведь он не убивал маму. Внешне мой младший брат был похож на Кирилла: большие голубые глаза, румянец на щеках и даже привычка постоянно поправлять выбившийся локон волос. В юности он явно бы разбил немало женских сердец... Я до сих пор корю себя за то, что произошло. Сколько бы меня ни успокаивали, я никогда себя не прощу.
Наступил новый день. Я натянул рубашку, брюки, быстро позавтракал и, как обычно, ждал, пока соберется Кирилл. Сережа сидел в машине и играл в телефоне. Мы все посмотрели на Кирилла, когда он появился в поле зрения. Я отчетливо помню, что в тот день я в машине думал о Кристине. Она, скорее всего, ненавидела меня, старалась избегать даже лишнего столкновения взглядами.
Я часто смотрел на нее, но так, чтобы другие ничего не заподозрили. Кирилл все же заметил мои чувства и посоветовал забыть про нее. Я прекрасно понимал, что она была девушкой моего врага, но я не мог ни о ком думать, кроме нее. Теперь все иначе. Так странно, раньше по утрам не мог нормально есть из-за мыслей о ней, а сейчас смотрел в ее сторону с полнейшим равнодушием.
Я сидел в коридоре на подоконнике, вокруг меня мельтешила толпа учеников. Стоял гул, но я был крайне увлечен статьей о компьютерных играх и не обращал ни на что внимания. Внезапно я почувствовал на себе чей-то взгляд. Оторвавшись от чтения, я взглянул перед собой и увидел Кристину. Тогда для меня это было такой неожиданностью, что я чуть не выронил журнал из рук и резко встал с подоконника.
Я спрятал руки в карманы и схватился за цепочку, нужно было отыграть волнение, как это было со мной раньше. Я знал, что она будет говорить про своего парня, но в тот момент надеялся, что она пришла по другому поводу. Можно сказать, что своим заявлением она сильно меня задела:
— Паша не трогает вас не потому, что боится, а потому, что зависит от Сани, — сказала она.
— Паша не пуп земли и не «крестный отец». Не надо меня им запугивать.
Она тяжело вздохнула, ей сложно было говорить сейчас, она казалась измученной и усталой.
— Пожалуйста, попроси Саню, чтобы он перестал снабжать Пашу, — попросила она.
— И как я это сделаю?
Она немного замялась. Это было непривычно, Кристина часто грубила людям и была резка в выражениях, но сейчас она явно старалась подбирать слова.
— Помоги мне.
Я прислонился рукой к выступу в стене. Прозвенел звонок, и толпа начала разбегаться по классам.
— Я ничем не смогу помочь, меня никто слушать не станет. Даже если Саня согласится, что заранее невозможно, Паша выпустит на него весь пар. Только он сам может себе помочь.
По ее лицу было видно, что она расстроилась, на уроке она постоянно рисовала что-то в тетради. Ее отчаяние было объяснимо — Паша крепко подсел на наркотики. В тот день я был очень задумчив. Мне тяжело было сдерживать те порывы, которые я испытывал к Кристине. Каждый день я представлял, как признаюсь ей в любви, но я боялся быть отвергнутым. Перед ней я чувствовал себя настоящим трусом, общался с ней отчужденно, будто она мне вовсе безразлична. Вряд ли кто-то, кроме Кирилла, вообще догадывался, что она мне нравится.
Я старался возненавидеть Кристину, начал презирать такую любовь. Первое, что я сделал на пути к полному уничтожению своей любви, — согласился на предложение Сани развлечься с девушками на его даче. Его идею поддержал и Кирилл, и мы втроем решили оторваться. Виталику подобное я предлагать бы не стал, он бы отказался. Наши с ним отношения стали ухудшаться после появления Сани в нашей компании. Тогда меня раздражали занудства Виталика, но теперь я понимаю, что он просто хотел меня предостеречь. Я был очень глуп и не смог отличить настоящую дружбу.
После уроков мы пошли к Сане на дачу. Это была пятница, нам удалось уговорить отца, чтобы он разрешил нам переночевать там. Отец хоть и не очень-то занимался нами, но своих подопечных заставлял следить за нашими действиями и не распускать. Многое запрещал нам, что разрешалось другим, но все-таки это лучше, чем если бы он совсем забил на нас.
Сегодняшнюю ночь я запомнил на всю жизнь. Нас было шестеро, мы втроем и три девчонки. Дача находилась за городом, отец даже выдал нам две машины и водителей. Добравшись до места, шоферы нас покинули, мы остались одни. Поднявшись по порожкам, я первым зашел в дачу и тут же почувствовал приятный запах древесины. В комнате было убрано, около стены стоял диван и кресло-качалка, весели парочка дешевых картин, деревянная лестница вела наверх. В целом, здесь было довольно уютно. Первым делом мы начали настраивать музыку, девчонки стали разбирать пакеты с едой и алкоголем.
Одну из них звали Вера. Она часто смеялась и почти всегда была на позитиве. На ней были короткие джинсовые шорты, черные колготки, серая майка, массивный браслет на руке и красный маникюр. Ярко накрашенные глаза и каштановые ухоженные волосы привлекали к себе внимание. Вера была худенькой девушкой и с виду очень привлекательной, я сразу обратил на нее внимание. Кирилл, конечно же, положил взгляд на блондинку, а Саня был с рыжей.
Достав из сумки виски, Саня закричал:
— Поехали!
И тогда началось безумие. Мы жестко пили, мало закусывали и быстро пьянели. Кричали, подпевали песням, прыгали на диванах с бутылкой, играли в карты на раздевание, а потом практически голые бегали вокруг дачи. Этот день я плохо помнил на следующее утро, зато сейчас многому удивляюсь, что вытворял Саня. Он даже залез на крышу, воображая себя Иваном Грозным, и бросил оттуда игрушечную кошку, которую поймала Вера. Она пульнула ею в меня и побежала. Я не сразу догнал ее из-за того, что был дико пьян, но все же смог ее поймать.
Я аккуратно положил игрушку ей в руки и пошел обратно к даче, чтобы уговорить Саню слезть с крыши. Он заставил Кирилла попробовать косяк, но меня ему так и не удалось уломать. Еще какое-то время мы пили, Саня постоянно курил, а потом пошел наверх с рыжей девчонкой. Кирилл не стал долго ждать и взял под руку свою блондинку. Мы с Верой остались наедине. Она села ко мне поближе и некоторое время рассматривала цепочку, которую подарил мне Сережа.
— Что в ней такого особенного? Почему ты все время с ней? — поинтересовалась она.
— Это так важно?
— Я хочу знать.
Она смотрела на меня пьяными глазами.
— Ничего особенного в ней нет, просто цепочка и все, — ответил я.
Вера положила цепочку на столик и приблизилась ко мне, чтобы поцеловать. Помню, в тот момент в голове всплыла Кристина, но сейчас я думал о Вике. Теперь все это казалось мне неправильным, я чувствовал себя ужасно, мне не хотелось повторять это вновь. Я мечтал вернуться в свою нормальную жизнь.
Десять лет назад я хотел забыть таким образом Кристину и готов был сделать что угодно, лишь бы избавиться от этого невыносимого чувства, поэтому растворился в объятиях Веры. Нельзя сказать, что она мне не нравилась, нравилась и даже очень. Тогда я не сожалел о том, что первый секс у меня был с ней, я в ней нашел что-то притягательное.
Сейчас все это осознать мне было сложно. Зачем я переспал с девушкой, которую практически не знаю? Был ли хоть какой-то смысл в этом? В юности я не всегда думал о том, что делаю, мне хотелось развлечься. Многие говорят, что в молодости нужно сильно оторваться, чтобы в старости не жалеть ни о чем. С годами понимаешь: нужно иметь некую грань, чтобы потом вспоминать о прошлом с улыбкой, а не с чувством сожаления, как я делаю это сейчас.