Возрождение Хуашань (351 глава -)

"Ха-ха-ха-ха-ха! Сасук! Возьми мой стакан!"

"Давай, ублюдок!"

Это была большая пьянка.

Обычно в столовой ели и пили в меру, но сегодня они устроили настоящий праздник – по всему тренировочному полю разожгли костры, а на полу валялись спиртное и еда.

Даже ученики, которые поначалу чувствовали себя неловко, вскоре сильно опьянели и сидели за столом, громко смеясь и прихлебывая алкоголь.

"Ты что, бандит?"

Хон Дэ Кван, наблюдавший за этой сценой, не мог удержаться от смеха.

Спиртное то и дело заканчивалось, а мясо готовилось до золотистой корочки на костре.

Честно говоря, можно было бы подумать, что это пир, устроенный в хижине глубоко в горах, если бы не великолепный зал и одежда, в которую были одеты участвующие.

"Что? Почему он снимает рубашку?"

Ничего особенного.

Подвыпившие люди разговаривали и веселились.

Хон Дэ Кван покачал головой. Но в то же время странная улыбка не сходила с его лица.

'Это очень необычное место'.

Другим могло показаться, что здесь царят хаос и беспорядок, однако Хон Дэ Квану нравилось происходящее. Все были так веселы во время выпивки, что их лица просто сияли. Это поднимало настроение наблюдателю.

Такое можно было увидеть разве что в маленьких хижинах Союза Нищих, где люди собирались вместе и делили друг с другом миску риса. Нет, на самом деле, теперь такое редко можно было встретить даже в там.

Однако, на Горе Хуа сохранялась семейная атмосфера несмотря на то, что в ней гораздо больше народу, чем в маленьких хижинах Союза Нищих.

"Сахён! Что ты делаешь? Почему твой стакан пуст?"

"О нет! Наш монах тоже должен выпить!"

"Амитабха, этот монах.......".

"Давай! Давай, давай!"

"Кхе-кхеухум. Тогда только один стаканчик..."

Прекрасная атмосфера притягивает людей.

Не успел Хон Де Кван оглянуться, как не только Хе Ён, но и нищие, которых он привел с собой, пили среди учеников Горы Хуа.

Ему тоже очень захотелось отбросить все заботы и выпить.

Но в этой атмосфере счастья был один человек, который страдал...

"Куда!"

"Рука!"

"Только попробуй! Я проткну дырку в твоем животе и выведу спиртное!".

"......."

Рука Чон Мёна, пытавшаяся схватить бутылку со спиртным, дернулась назад под крики Пэк Чхона, Чо Голя и Тан Сосо.

"Но......."

Чон Мён протестовал с мольбой на лице.

"Все остальные едят и играют, так почему же я один..."

"С ума сойти!"

"Эй, эй! Вы только посмотрите, как он снова изображает жалостливый вид!"

"Ты! Кто тебя просил, чтобы в твоем теле было столько дыр? Кто пострадал настолько сильно, как не Сахён!"

Он с силой оттолкнул Пэк Чхона и Чо Голя.

Однако, когда у Тан Сосо, которая отвечала за Зал Медицины, на лбу вздулась вена, даже знаменитому Чон Мёну трудно было с ней бороться.

"......Нет. Вам всем надо пойти выпить....... А? Идите и повеселитесь. Почему вы прилипли ко мне, как пиявки, не даете человеку даже отдохнуть......".

"Не морочь мне голову. Если мы оставим тебя в покое, то будь ты проклят, если тут же не начнешь пить!".

"Алкоголь запрещен! Даже не мечтай!"

Пэк Чхон и Тан Сосо грозно посмотрели на него.

Чон Мён посмотрел на небо грустными глазами.

'Теперь эти пиявки следят даже за тем, как я пью'.

"Ха-ха-ха. Чон Мён здесь".

Словно прочитав мысли Чон Мёна, Хён Ён, расхаживавший по тренировочному полю с заложенными за спину руками, с улыбкой подошел к нему.

В этот момент Чон Мён опустил голову и жалобно заговорил:

"Старейшина! Эти трое сейчас.......".

"Пэк Чхон".

"Да, старейшина".

"Если Чон Мён возьмёт в рот хоть каплю спиртного, это будет твоя ответственность".

"Этого никогда не случится".

"Ц-ц-ц. Ты должен привести свое тело в порядок."

Хён Ён, прищелкнув языком, отвернулся. Чон Мён, которого предали в одно мгновение, поджал губы и пробормотал:

"... Он что, решил меня подразнить?"

"О, как и следовало ожидать от старейшины!"

"Фырк!"

изо рта Чон Мёна вырвался вздох.

"Они так полны духа".

Если раньше эти твари ускользали от него, когда он просто смотрел на них, то теперь они тыкали в него его своими пальцами.

Но что он мог сделать?

Ведь это именно Чон Мён воспитал их такими.

Оглянувшись по сторонам, Чон Мён пытался унять свою печаль.

"Но......."

Юн Чжон огляделся по сторонам и заговорил:

"Я немного нервничаю.. Вы уверены, что мы можем оставить все и выпить?"

"А что?"

"Вопрос с Мириадами Людских Домов все еще не решен".

В этот момент Чон Мён уже собирался ответить Юн Чжону, но...

"Неверно".

Первым негромко заговорил Пэк Чхон.

"Даже в армии принято поднимать боевой дух солдат, угощая их алкоголем и мясом после крупных сражений, независимо от того, каков результат - великая победа или сокрушительное поражение".

"Ох......."

"В конце концов, они вели сражение. Все держали себя в руках, но большинство из них впервые рисковали жизнью в битве. А еще впервые на их мечах была кровь. Разве не было бы странно, если бы они не были взволнованы?"

"Верно."

Юн Чжон понимающе кивнул.

"Конечно, алкоголь не может смыть все, но он немного уменьшит их беспокойство. Лидер секты тоже хотел бы этого. Разве ты так не думаешь? Чон Мён?".

"Э-э... это... верно?"

Сасук.

У тебя так здорово получается говорить.

Но что я должен сказать, когда Сасук закончит?

Невозможно, чтобы человек резал другого человека и не чувствовал себя при этом виноватым. Это неизбежная ситуация, и, конечно, она необходима, но для тех, кто к ней не привык, она может принести боль на всю жизнь.

В самом деле, разве большинство людей в Канхо не страдали от шока после своего первого убийства?

Были и такие ученики, которые молчали, но, тем не менее, разлагались изнутри.

Чон Мён тихо сказал, глядя на учеников, которые были заняты едой и питьем:

"Человеку вредно слишком сильно нервничать. Если мы не собираемся сразу сражаться с Мириадами Людских Домов, то можно немного расслабиться".

"Я тоже так думаю".

В этом смысле Хён Чжон сделал довольно правильный выбор для человека, который никогда не был на поле боя.

Хён Чжон, Ун Ам и даже Пэк Чхон с остальными справились лучше, чем ожидал Чон Мён.

"На самом деле, этого достаточно, чтобы устроить вечеринку. Разве мы не победили на днях Мириады Людских Домов?"

Все кивнули в ответ на слова Пэк Чхона. Но тут в разговор вмешался другой голос:

"Не совсем".

Пока все смотрели на него, Хон Дэ Кван подошел с ухмылкой и присел.

"Скорее это Гора Хуа не представляет, насколько велики их достижения. Вам следует еще больше дорожить ими и гордо расправить плечи".

Лица учеников Горы Хуа слегка покраснели. Услышав это из уст постороннего человека, они более реально ощутили произошедшее.

Это Мириады Людских Домов.

Кто бы осмелился еще несколько лет назад поставить имя Горы Хуа рядом с Мириадами Людских Домов, одной из Пяти Великих Сект Зла?

Если бы это была Гора Хуа прошлого, то им пришлось бы бросить главную гору и бежать, даже если бы это был всего один, а не три отряда Мириад Людских Домов.

Но сейчас они достигли такого уровня, что могут победить три отряда одной лишь своей силой.

В такие моменты используется выражение "тутовые поля превращаются в голубые океаны" (1).

(1) 상전벽해(桑田碧海) – корейское выражение, заимствованное из китайского языка. Используется для обозначения резких перемен, может быть как положительным, так и отрицательным.

"Конечно."

Хон Дэ Кван слегка повысил голос.

"Чан Ильсо – не тот человек, с которым можно шутить".

"......."

"На протяжении всей своей жизни он поднимал Мириады Людских Домов все выше и выше. У него сильная одержимость собственной выгодой, и он известен тем, что обязательно возвращает то, что когда-то потерял. Это значит.......".

Хон Дэ Кван оглядел всех присутствующих и продолжил.

"Это значит, что Гора Хуа продолжит борьбу с Мириадами Людских Домов".

Эти слова были тяжелым бременем для всех, кто жил в Канхо. Но ученики, услышав его, были на удивление спокойны.

Хон Дэ Кван покачал головой от неожиданной реакции и спросил.

"...... Пугающе, разве нет?"

"Почему?"

"...А?"

Чо Голь усмехнулся.

"В любом случае, Канхо — это то место, где неизбежно появляются враги, когда ты становишься сильнее. Даже Шаолинь обладает достаточной силой, чтобы заставить других уважать их, но они не могут ладить со всеми."

"Хо-хооо?"

Хон Дэ Кван посмотрел на Чо Голя другими глазами.

Пэк Чхон, слушавший рядом с ним, добавил.

"Верно. Каким бы устрашающим ни было название "Мириады Людских Домов" пока Гора Хуа заявляет о себе и расширяет свое влияние, в какой-то момент нам пришлось бы столкнуться. Мы не должны недооценивать противника, но и не должны бояться".

Почувствовав себя ошеломленным этими спокойными словами, Хон Дэ Кван разразился хохотом.

'Так это и есть дух героя?'

'На Горе Хуа действительно есть хорошие люди.'

В то же время ему стало любопытно.

Какими они будут, когда вырастут и возглавят секту?

"Звучит неплохо. Тогда я выпью с тобой. "

Чо Голь опрокинул бутылку в стакан Хон Дэ Квана, а Пэк Чхон добавил:

"Чон Мён, ты даже не хочешь.......А?".

Глаза Пэк Чхона сузились, и он быстро огляделся по сторонам.

"Куда делся этот ублюдок Чон Мён?"

"......Черт."

"Нет, этот призрак, он точно был здесь недавно?".

"Эй, Сасук! Несколько бутылок алкоголя исчезли!"

"Гррр."

Пэк Чхон обхватил голову руками.

"Н-нет! Я сказал, что это моя обязанность! Быстро найдите его! Поторопитесь!"

"...... Это ответственность Сасука, так почему же мы должны это делать?"

"Ты хочешь умереть сегодня?"

Хон Дэ Кван усмехнулся, увидев, как Пэк Чхон начал ругаться с остальной четверкой.

'Чушь про дух героя'.

Наступило минутное замешательство.

"Нет!"

Чон Мён, улизнувший с пьянки, добрался до вершины пика Яньхуа.

"Ох, это чертовски круто!"

Он не мог привыкнуть к этому месту, как бы часто сюда ни поднимался.

Чон Мён, поворчав немного, поплелся к обрыву. Уже давно стемнело, но его глаза отчётливо видели крутой обрыв и простиравшийся под ним пейзаж Горы Хуа.

"Тц."

Сделав шаг назад и сев на землю, Чон Мён достал из-за пазухи бутылку, два стакана и поставил их на землю.

Ему пришлось улизнуть, но там было довольно хорошо.

Почти достаточно, чтобы ему захотелось поболтать и повеселиться вместе.

Но сегодня ему не хотелось пить там, потому что у него был другой человек, с которым он мог бы выпить сегодня.

"Выпей".

Бульк-бульк-бульк.

Чон Мён наполнил стакан, который поставил напротив себя. Затем он негромко произнес:

"Если подумать, то я уже давно не наливал спиртного в стакан моего Сахёна".

Он не любил пить.

Если они вдвоем выпивали, Лидер Секты потом изводил его несколько дней подряд.

Бульк-бульк-бульк.

Его стакан был наполнен алкоголем.

Обычно он предпочитал пить из бутылки, но сегодня ему захотелось выпить со своим Сахёном.

Чон Мён выпил вино одним глотком.

"Кхех!"

Крепкий напиток попал ему прямо в горло.

"Сахён".

Отложив стакан, Чон Мён улыбнулся, глядя на Гору Хуа у подножия пика Яньхуа.

Сейчас его нет напротив, но это нормально. Он похож на Гору Хуа, и при одном только взгляде на нее ему кажется, что перед ним сидит его Сахён.

"Дети выросли".

Чон Мён усмехнулся.

"Я очень волновался, но, наверное, я был слишком самоуверен. Все справились гораздо лучше, чем я думал".

Даже Хён Чжон и старейшины.

Не только ученики первого поколения, но также второго и третьего.

По сравнению с тем временем, когда Чон Мён впервые оказался на Горе Хуа, они выросли до неузнаваемости.

"Немного странное ощущение, да? Наверное, поэтому Сахён так настойчиво уговаривал меня взять собственных учеников. Наблюдая за тем, как растут дети, знаешь...... я немного горжусь, и это непривычно".

Чон Мён, который тихонько разговаривал, рассмеялся про себя.

"Ах, знаю. Сейчас не время предаваться сентиментальности. Впереди еще долгий путь. Я знаю это, но.......".

Бульк-бульк-бульк

Чон Мён снова налил вино в стакан и выпил его одним глотком.

"Просто... Понимаешь, если бы ты был сейчас здесь, то был бы счастлив, увидев это. Ты бы сказал «О, у наших потомков все так хорошо, как я и думал".

Радоваться не с кем.

Не с кем разделить это сложное и переполняющее его чувство.

"Не пойми меня неправильно. Мне сейчас и так весело. Я делаю это не потому, что мне одиноко. Есть такие ублюдки, которые не могут оставить человека в покое, и я уверен, что они все еще ищут меня..»

'Просто...'

Чон Мён, который молча смотрел на темное небо, протянул руку и взял стакан своего Сахёна.

"Выпей".

Чон Мён, выплеснув вино из стакана в сторону Горы Хуа, усмехнулся, поставил стакан на землю и снова наполнил его.

После недолгого молчания Чон Мён заговорил тихим голосом:

"Давным-давно..".

В его опущенных глазах мелькнул слабый отблеск тьмы.

"Прости, что спрашивал тебя, почему ты так расстроен. Когда я попробовал, все оказалось не так просто, как я думал. Я считал Сахёна занозой в заднице за то, что он заботился обо мне. Ха-ха. Забавно, правда?"

Он никогда не думал, что будет знать то, чего не знал всю свою прошлую жизнь.

Чон Мён лежал, раскинувшись на земле.

Попивая из бутылки, он вытер уголок рта и слабо улыбнулся.

"Даже Сахён, наверное, подумал, что я сразу же побегу в Мириады Людских Домов, верно?"

В прежние времена так и было бы.

Он бы бежал без оглядки.

Однако Чон Мён уже не мог быть тем фехтовальщиком, которым был раньше.

"Что ж, так оно и есть. Видимо, раньше я мог бесчинствовать только благодаря Сахёну. Но теперь я чувствую, что не хочу жить так без тебя... Не могу вести себя как раньше, просто не могу".

Чон Мён смотрел на небо со странным выражением лица.

Оно не было грустным или разочарованным, как раньше. Напротив, он выглядел слегка гордым.

"Сахён. Это немного отличается от той Горы Хуа, где был Сахён, но.....".

Он посмотрел на небо и спросил.

"Сейчас оно довольно хорошее, верно?"

'Я бы хотел услышать «Да».'

'Но это ответ, который я больше не смогу услышать'

'Пожалуйста, похвали детей. Они все так усердно работают, но им едва за это воздают, не более того. Я действительно очень удивился в этот раз, понимаешь?"

'И так...'

'И так...'

Чон Мён тихонько закрыл глаза.

–Ты хорошо справляешься.

"Только на словах".

И он ухмыльнулся, услышав свой голос.

Это всего лишь слова, просто слова.

Встав со своего места, он взял бутылку и направился к краю пика Яньхуа. Стоя на краю обрыва и глядя на Гору Хуа, он вытянул вперед бутылку и опрокинул содержимое вниз.

"Пожалуйста, поделись этим с тамошними садже. Не думаю, что в том мире есть спиртное. О, а другую бутылку я отдать не могу, она моя".

'Однажды'.

'Я приду и выпью с тобой'.

Вино рассеялось, как дождь, по тихой Горе Хуа.

Так, вместе с запахом крепкого алкоголя, аромат цветущей сливы, наполнявший Гору Хуа, распространился далеко-далеко, до недосягаемых небес.

______________________________

Перевод: Сонпён ( 송편 )

Редактура: That_Devil_Thing